Почти общий кофе

Джаст и Алфедов были друзьями с раннего детства. В подростковом возрасте, когда их сверстники бегали на свидания и целовались, зачастую, с противоположным полом, то ребята предпочитали компанию друг друга. Но отношениями, почти, не пахло. Передружбой – вполне возможно. Недоотношениями – тоже да. Но полноценной дружбой, или полноценным отношениями – нет. Учились вместе, почти на одном уровне. Разница заключалась в профилях. Пока Джаст горел математикой и информатикой, решая задачи по физике за считанные минуты, параллельно вспоминая теорему Пифагора.. То Алфедов цитировал огромные текста на иностранных языках, читал литературу, проживал жизнь Гринева и Чацкого, плакал, когда Онегин признавался в любви Татьяне.. Но несмотря на это, школа была окончена очень даже хорошо. Получив почти красный аттестат, оба подали заявки в один и тот же институт, в другом городе. Разница была в направлениях. Джаст, как и хотел с самого детства подал заявку на программирование, в то время, как Алфедов подал две заявки – на тридешный дизайн, а после, немного подумав, еще и, на всякий случай, на переводчика. Знания позволяли. Джаста взяли без каких-либо проблем. А вот Алфедова, нет. Из-за чего, потеряв год обучения, он проработал в местной кафешке. На следующий же год, заявка была одобрена. Причем именно на дизайн. И вот, оба парня учатся в их университете мечты. Джаст на курс старше, но это не мешает Алфедову просыпаться с ним под один будильник, делить комнату, ругаться из-за раскиданных вещей и подкалывать. Джаст, на самом деле, та еще свинота. Оттого, устав подбирать чужие носки на своей территории, комната была честно разделена малярным скотчем идеально посередине комнаты. Белая лента красовалась на полу. Благо, её у Алфа было настолько много, что он даже не поскупился на то, чтобы сделать такую же линию по стене. Единственное, до потолка не достал. Ну, на потолок было всем срать, он и так был засранный, причём уже от предыдущих жильцов. Утро проходит привычно. Программист еще нежится в постели, досматривая какой-то бредовый сон. Бредово, но интересно.. Алфедов же таким никогда не являлся. Он вставал безумно рано, даже если была возможность спать хоть сутки, хоть трое. Вставал к семи-восьми часам. Изредка, максимум к девяти. Но до десяти уже был на ногах. От привычки избавиться не мог, как бы не хотел. Он глаза открывал, ходил, но проснуться никак не мог.. Такое было стабильно до первой чашки кофе. Кофе он стабильно брал у своего любезного дружочка, считая, что у них все общее. Даже если ты на это не скидываешься.. Но злополучной стеклянной банки обнаружено нигде не было.. Парнишка облазил буквально все и везде. Но в итоге, конкретно так подпортив себе настроение и желание вообще что-либо делать, он пошел к айтишнику, который все еще спал.. В плечо толкают достаточно грубо, Джаста редко получается разбудить с первой попытки.. Но сейчас получается. Старший по курсу глаза открывает неспешно, смотря на Алфедова с такой ненавистью и яростью.. Видимо, разбудили его на самом интересном месте. А понимание того, что досмотреть сон, не является возможным, пришло сразу же. —Чего тебе? —слышится сонный и явно не настроенный на дружелюбную беседу голос. —Джаст, где кофе стоит? Я найти не могу, вон, уже все облазил. —Без даже малейшей капельки стеснения признаётся Алфедов, на что получает сначала шокированный немой вопрос, а после, может наблюдать быстро хмуреющие брови. —Ты брал мой кофе? —Интересуется старший по курсу, в глаза смотря с такой дикой ненавистью, что по ощущениям, Алфедов после этого - не жилец. —Ага. С самого начала, как нас вместе поселили. А нельзя было? —Интересуется он так невинно, глазами хлопая. Джаст встает, наконец. Садится на край кровати, будучи в боевой готовности. Ой-ой, что же начинается.. —Блять, Алфедов, ты совсем ебанутый? Спрашивать надо, так то. Я уже полгода пытаюсь вычислить уебка, который без зазрения совести мою еду берёт! Дай угадаю, ломтик тоже ты стащил? В ответ Алфедов уже не говорит, тем более с воодушевлением, с которым говорил ранее. Сейчас он стоит, словно провинившийся ребеночек. Стоит, и кивает. А в глаза смотреть не хочет, боится, что Джаст, не дай бог, еще и про макароны вспомнит. —А соленья мамины? —Интересуется Джаст. Про макароны не вспомнил. Вспомнил про другое.. В ответ снова робкий кивок. И Алф выглядит так невинно, так забито, будто его каждый день к трубам наручниками приковывают и избивают за каждый неправильный вздох, за каждое моргание, за все. Хотя.. Нет, ладно. На деле такого никогда не было. Джаст глаза закатывает, вздыхая, на выдохе говоря быстрое и не особо внятное «О-Господи-Боже-Мой» —Блять.. Руки тебе оторвать мало.. —Говорит Джаст, уже без такого недовольства, видимо, смирился все таки. —Ну, Джаст. Ты слишком жесток ко мне. Подумаешь, соленья.. Подумаешь, кофе.. Подумаешь, макароны.. —Какие макароны? —Программист встрепенулся. Как раз про них он и забыл.. В ответ тишина. Алфедов вздыхает так, будто он в шахте работает каждый день, заебывается сильно, а его ещё дома затрахивают.. От чего он, в итоге, отходит от чужой постели, понимая, что халява закончилась, и видимо, одной несчастной кружки кофе этим утром ему не видать.. Какая жалость. —Ну и куда? Ай, ладно, плевать. В следующий раз просто попроси нормально. И скинься, по-хорошему. —Джаст смирился уже окончательно. С постели встает, а после, сует руку под кровать. Достаёт оттуда на половину полную стеклянную банку и сует её в руки Алфу, у которого в глазах почти звездочки появились. —Спасибо. —Звучит уже ободряюще. Он крепко держит эту самую банку, чтобы, ни в коем случае, случайно, не разбить её, уже было такое. —Мне тоже сделай. Две ложки сахара, он на общей кухне стоит. —Вздыхает Джаст, а после, укладывается обратно в постель. Укрывается все ещё тёплым одеялом, а после тянется за телефоном.. Видимо, сегодня без драк, ссор и битья посуды. Ну, до следующей пропажи.