Его личная жизнь

Дождь стекал по лобовому окну грязными слюнями, с которыми упорно боролись дворники, стараясь не размазать, а очистить эту грязь и хоть немного открыть пелену проливного дождя. Этому городу явно не хватает солнца, и каждый раз поражает тот факт, что все всё равно едут сюда жить. Как шутят многие - в Петербурге дождь идёт с тысяча семьсот тринадцатого года. Люди тут живут от лета до лета, пытаясь закинуть в себя как можно больше витамин и желания жить.  Вообще вокруг этого города ходит множество легенд, кто-то говорит, что раньше этот город принадлежал шаманам и был сильно меньше, помещаясь на острове, где сейчас красуется Петропавловская крепость, а кто-то говорит, что территорию Пётр забрал у других людей, поэтому они прокляли это место навечно. Но погода здесь и впрямь ужасная, всегда идёт дождь, что фраза «Серый Петербург» реально описывает его. Бывает красиво, но обычно это летом, или когда идёт снег, но потом его благополучно смывает дождь, оставляя уныние с сырость. Арсений едет в машине, прокручивая в голове планы на предстоящий рабочий день. Работает он в картинной галлерее, которая славится на весь город своими масштабами и частыми выставками эксклюзивных или знаменитых художников. Не музей, но своего рода прекрасное место, чтобы показать себя и дать людям наполнится искусством. А как правило, Петербург часто наполнен людьми, которые ценят творчество и восхищаются талантами. Но у любой прекрасной работы, есть также и свои минусы. Это например, начальник галлереи. Антон Шастун - альфа с русыми вьющимися волосами, пахнет от него дурманяще прекрасно, высокий и статный. Конечно, он стал руководителем не так давно, но порядки свои навести уже успел. Благо мужик он в работе очень хороший, активность и проектов им добавил под самый жвак. Все теперь словно ожили, так как их прошлый руководитель мутил дела неправильные, и уж очень любил лезть в душу сотрудникам.  А вот теперь самое интересное. Из-за того, что прошлый руководитель самоутверждался за счет других, правило бытовало в галлерее: если вы фанатеете не только от картин, то делать вам здесь нечего. Вот такие пироги. Поэтому все чательно скрывали свои увлечения и хобби, лишь открываясь только друзьям.  Арсений тоже фанател, да и увлекался не по-детски по Сергею Лазареву, да да да, смейтесь, поэтому он это и скрывает. Ходит на концерты во всем черном, прикрывая свое прекрасное лицо маской, не дай Бог кто-то узнает куратора галлереи. Голубые глаза всегда жадно следят за объектом восхищения и даже приходится вести личный тайный телеграмм канал. Но недругов много, поэтому наш милый омега скрывает это от всех, кроме своего друга - Серёжи Матвиенко, который держит кофейню недалеко от места работы Арсения. Жить омегой, да ещё и на управляющей должности, вообще нелегко. Благо мир прогрессирует и они больше люди, чем животные. Но что делать, если на красивого Шастуна текут все омеги, включая нашего куратора. Только подавители и спасают, но тот как скала непреступен, да и слушок ходит, что у него девушка есть. Не то чтобы Попов завидует, просто его злит, что тот критикует все, вечно вызывает к себе на ковер, отчитывая как маленького мальчика за косяк, который он уже исправил. Поэтому говорить ещё и про объект восхищения на работе, себе дороже, он лучше походит на концерты и полюбуется Лазаревым в других каналах, чем начнется насмехательство. Негоже Сереженьку трогать и высмеивать взрослого омегу за увлечения. Подъезжая к месту работы, Арсений достает свой огромный черный зонт и тащится ко входу, доставая по пути пропуск. Внутри тепло и сухо, персонал уже приветливо встречает остальных, готовя свои рабочие места для ещё одного трудного дня. Светло и уютно, вот что можно сказать про их галлерею, Арсений оглядывается на окна в пол и шагает к своему кабинету на этаж выше, где его ждут коллеги, благо их в кабинете трое, а не десять, как маркетологов, но там и смм, и организаторы. А дождь продолжает стучать, прося впустить его в обитель творчества.  - О, ты сегодня без кофе? - Дмитрий Позов, пришел не так давно в галлерею, друг нашего «прекрасного» начальника. Работает  руководителем по связям с общественностью и является неофициально замом. Доброй души человек, но женатый альфа. Поэтому в кабинете с омегами ему норм. - Да там так льет, что я вообще приходить не хотел, - Арсений вешает свое пальто на плечики, а зонтик ставит в подставку. На нём сегодня светлая рубашка из льна, с закатанными рукавами, расстегнутая жилетка и классические брюки, что отлично подчеркивают стройные ноги. Вообще Попов очень красив, он нестандартно высок для омеги, но вся его изящность, стройность и красота являются красной тряпкой для альф. Но он у нас не пальцем деланый, а свои границы защищать умеет, просто так к нему не подкатишь.  - Придется тебе давиться нашим «невкусным», - Олеся делает кавычки пальцами, - Кофе.  Олеся Иванченко, красивая омега, что верит в судьбу и звезды, разбирает коллегам их натальные карты и дает ответы с помощью карт Таро. Конечно, она не блещет умом, как её страдальцы по кабинету, но люди её очень любят, поэтому она является их тузом в общении с земными звездами. Начальник медиа, проще говоря. - Ничего, потерплю, - кабинет у них большой, поэтому Арсений наливает себе кофе и подходит к своему месту, но приземлиться на стул не успевает, как в кабинет влетает Саша Ваш. Друг и секретарь Шастуна. Почему он не взял девушку? Всем интересно. - Привет, ребята, - он пытается отдышаться, словно пробежал марафон, - Арсений, ты к Шастуну, а Димон пошли покурим.  Глубокий вдох заставляет унять появившуюся злость, ну почему не через час, ну почему именно сейчас ему надо, чтобы омега явился? Хелп.  Приходится взять кофе с собой, благо они все перешли на стаканы биоразлагаемые, защитники природы. А пока до лифта дойдешь, со всеми перездороваешься, натягивая улыбку, кто-то даже подмигнет, ну красивый он, что тут уж поделать, уже и кофе остынет. - Антон Андреевич, - после стука приходится открыть дверь, ведь за этими массивными дверьми, словно у них дворец какой-то, тишина, - Вызывали?  - Да, Арсений, - Шастун крутит в пальцах свою дорогую перьевую ручку и смотрит неотрывно в новенький мак, - Дело есть.  Попов, закрыв дверь, подходит ближе к столу, замечая справа на журнальном столике, который стоит между черных диванов, новенькие журналы и альбомы. - Слушаю.  Антон поднимает свой взгляд, сканируя как рентгеновский аппарат, кажется, до самых костей. Сам сидит в своем модном и свободном сером костюме, поверх светлой футболки. Цепь и кольца добавляют массивности. Ну модник. - Нам одна редакция хочет предложить выпуск к нашему юбилею, а мы за это разместим с ними стенд на выставке. Свободен в субботу? Нам нужно туда съездить. - Во-первых, почему вы сразу их мне не передали, я бы разобрался. Во-вторых, нет, я в субботу не могу, - смелости у него не занимать, но кому понравится, когда у него забирают часть работы? Это что ещё за выступление такое? - Не дерзи, - в комнате становится душновато, аромат тут витает приятный, заставляя подчинится, но не тут то было, - Я же сказал, что юбилей курирую с тобой. И почему в субботу ты не можешь?  Не говорить же, что на концерт своего кумира иду. - Это выходной, у меня запланирована поездка за город. Мне очень надо. Давайте, я лучше договорюсь на воскресенье и съезжу?  - И что за поездка?  - Антон Андреевич.  - Ладно, я сам съезжу, тебе потом расскажу. Ты слышал, что Олеся договорилась с парочкой музыкальных исполнителей? - Нет, я же только пришел! - чего орать то, ну не успела сказать, что такого то. Но он же куратор, как-то обидно опять стало, - С кем договорились?  - С Ваней Дмитриенко и Агутиным.  Глаза у Арсения невольно блеснули, - Агутин говорите, с ним тоже нужно поговорить?  - Видя твои сияющие глаза, один не пойдешь. - Вы любите обломать кайф. - Я запретил отношения с партнерами, - дурманящий аромат альфы, что напоминает свободу, хвойный лес и мускат, слишком разбушевался. - Говорю же.  - А почему ты так вызывающе одет? - Застегну я эти две пуговицы. Что-то ещё? - Нет, свободен.  Запах кажется уже въелся под кожу, вызывая приятные ощущения в животе. Благо контролировать себя долго не приходится, выходя из душного кабинета. Член немного дергается и мысли, что пора бы обзавестись альфой-мужчиной, повторяются каждый раз как мантра.  Приходится с Олесей немного поругаться, на что она обещает сначала Попову все говорить, а только потом Шастуну. Дима с них посмеивается, у них в целом кабинет самый забавный. День проходит более менее хорошо, работы очень много, учитывая, что через месяц у них будет юбилей галлереи. Билеты скупаются со скоростью света, потому что ожидаются новые художники с разных точек мира, медийные личности и погружение в историю. После того, как слушок про музыкантов разлетелся, билеты стали уходить ещё быстрее. Арсений, как куратор, решает очень много вопросов и с СМИ с Димой, и с медиа с Олесей, и про доставку картин, сохранность и общение с художниками, расстановка с креативной группой. И жнец, и швец, и на дуде игрец. Всех дел мастер, правда этому мастеру частенько прилетает от руководства «не так», «поправь», «другое важнее». На ресепшене сидит любимая подружка Катя, она альфа правда, но дружить им это не мешает, поэтому Арсений задерживается, чтобы излить боль. Какое счастье, что остальные коллеги Кати ушли.  - Нет, ну ты представляешь, сколько можно? Арсений то, Арсений это. Бесит жутко. - Да он прост от тебя что-то хочет, может нравишься ему. - У него же девушка есть. Да и вообще я тут сильно дольше! Ну нельзя же настолько ко мне придираться! Пришел значит, с молоком на губах ещё, а я должен страдать? - Арсений, - но Катю перебивают. - Что Арсений то, я уже устал, я мало того, что на себе все тащу, так и получаю на чай с баранками за всех.  - Арсений. - Я тебе точно говорю, ещё немного и я уволюсь. Мне даже не то, что флиртовать на работе нельзя как другим, видите ли это почему-то сразу до ушей нашего уважаемого директора доходит, мне нельзя с партнерами лишка сказануть. Ни вдохнуть, ни пукнуть. Кааак? Да с таким отношением.. После триады, пока Попов делает вдох, в нос ударяет сильно знакомый запах хвои и муската. Глаза увеличиваются, как у лемура из мема, и взгляд устремляется на Катю. - Меня и так уволят, да? - он все еще смотрит на подружку, а та лишь пожимает плечами, смотря за спину Арсению.  - Всё сказал? Всем нажаловался? - как-то чувствуется, что начальник встал ближе. Но вот ещё один факт, за что Попов не любит свою омежью натуру: ноги что-то подгибаются, а сердце начинает ходить с бешеной скоростью. Толи страх, толи инстинкты перед альфой. - Что значит всем? - Арсений разворачивается и видит перед собой грудь, что-то близко, приходится голову немного запрокинуть. - А хочешь сказать, что только ей жалуешься?  - Да. И вообще, мой рабочий день закончен, хочу и жалуюсь. Уволите? - но уходить с такой работы не очень хочется, ну ляпнул с горяча, с кем не бывает. - Обойдешься. А об этом, - Шастун крутит пальцем от Кати к Арсению, - Мы поговорим в твое рабочее время, - передразнивая заканчивает тот. И уходит, нахмурив свои красивые брови.  - Вот даже сейчас, почему он именно в этот момент решил пойти домой? Никогда в такое время не уходил, но сегодня, пока я жалуюсь, он тут как тут. - Потому что я тебе говорю, он точно к тебе неровно дышит.  - Ну ты тоже не выдумывай. Я к Серёже пошёл, там то он меня не достанет.  - Давай, давай, - Катя начинает собираться, чтобы выйти вместе, - У меня как раз такси приехало. - Опа, а куда ты? - А это, мой милый, я расскажу тебе потом, - смущение на её лице подступает совсем незаметно, на что Арсений делает себе пометочку: точно свиданка, спросить завтра. А у Серёжи в кафе хорошо, пусть оно и небольшое, зато светлое и чистое. Пахнет тут всегда прекрасно, перебивая запахи сотрудников и клиентов. Хотя Матвиенко и бета, но запахи не очень то и любит. Стоит улыбается и рукой машет. Друг, он и в Африке друг.  - Ну чего ты опять такой понурый?  - Мне кажется, что теперь меня точно уволят, - тяжелый вздох и рой мыслей о сегодняшнем провале за свой длинный язык уже витают в воздухе. Ну зачем он это говорил все на работе, ну мог голосовое же записать. - Ты мне это каждый раз говоришь, - Серёжа усмехается, - Так что на этот раз? - Я Кате на ресепе жаловался, а он за моей спиной стоял и слушал. Сказал, что завтра со мной поговорит, - Арсений кладет голову на сложенные руки, принимая свою участь. Матвиенко на это лишь завистливо смеется, трепля макушку друга, - Чего тебе налить? - Давай просто воды и я пойду готовиться к своей карьерной смерти.  - Не уволит он тебя, успокойся, - Серёжа ставит стакан с водой перед Арсением, - Ты уже видел новости, что Лазарев приедет раньше в СПб? - Чтоо? - тут то Попов оживает, доставая телефон и проверяя паблики. И вправду, только такой ранний визит не ясен, но фанаты уже строят планы, где бы звезду встретить и на какое он мероприятие пожаловал.  - Ладно, бывай, Серёг, - Попов жмет руку старому другу, хватает свой макбук в чехле и двигается к выходу, листая ленту новостей. Вечер сегодня обещает быть хорошим, поэтому сев в машину и выстроив навигатор до дома, подпевая песню из динамиков, Арсений мчит домой. Впереди вкусный ужин, горячая ванна с маской для лица, написание поста в секретный телеграмм канал и сладкий сон.  Все так и происходит, поэтому посвежевший на утро омега, отправляется на легкую пробежку, зная, что за опоздание куратору ничего не будет.  Обтягивающие серые джинсы, серая в полоску жилетка на черную рубашку, из под которой виднеется кожаный бордовый галстук, легкие лаковые бордовые ботинки, и дополняющие образ очки. Ну если уволят, то хоть может это будет красивый уход.  В галлерее поймать кучу взглядов было несложно, Арсений всегда их ловит, и прекрасно об этом знает, нарцисс. В кабинете ещё очень расслабленно, потому что начальники любят приходить позже, пить кофе и болтать о всяком. Арсений, уткнувшись после в свой макбук, продолжает скролить ленту новостей, ища, куда же Лазарев пойдет и почему прилетает раньше. Да, странная одержимость, но хотя бы встретить и одну фотку сделать на память ну очень хочется. - Вы так увлечены, Арсений, что даже не откликаетесь на мой зов, - о, нет, это голос смерти прямо в ухо, а запах хвои и муската точно предвестник гибели. Секунда и слышно как хлопает крышка макбука. И как давно он здесь? Что видел? Коллеги лишь недоуменно смотрят, не понимая, что сегодня с ним. А с Арсения кажется от страха, сто потов сошло. Но Шастун все еще стоит за спиной, продолжая дышать возле уха, то есть он наклонился и стоит. - Хочу быть в курсе всех новостей, вот и увлекся, - спасите, помогите, что за монстр сзади.  - Мм, - это что ещё за приятное мычание, - Я договорился с редакцией, они ждут нас завтра.  - Спасибо,  - становится чуточку некомфортно, да и коллеги по кабинету странно смотрят. - В кабинет мой пошли, я ещё не забыл твои вчерашние пламенные речи, - Антон отодвигается, начиная движение к выходу, попутно перекидываясь парой слов с остальными. - А редактор журнала случайно не Ира? - Олеся хлопает глазками, спрашивая как бы в невзначай. - Ага. - Ну тогда понятно, почему у вас получилось договориться, - Арсений не хотел бы пересекаться с той омегой. Ирина Кузнецова - полностью помешанная на Шастуне. В хорошем смысле наверное, просто отчаянно пытается с ним построить отношения. Вот и продолжение слуха про то, что у Антона Андреевича есть девушка, и это Ирина Кузнецова.  На это Шастун лишь хмыкает и выходит. Приходится плестись за ним, благо его кабинет выше и можно сбросить груз навязчивых мыслей и приготовится к смерти. - А что вы мне сделаете за вчерашнее? - ну или так. - Почему ты смотрел новости про Лазарева?  - Я же сказал, что хочу быть в курсе новостей и в сфере медиа. - Хочешь его позвать к нам на юбилей?  - Звал и не только на юбилей, но он слишком занят и его менеджер отказывает нам из раза в раз, - Попов в такт своим словам пожал плечами и сделал вид, словно это неинтересно, словно это просто работа. Ему бы в актерское, а он гасит свой талант в офисе. - Я тебя понял, - Шастун нажимает на кнопку лифта, который сразу же устремляется вверх.  В кабинете все так же светло и вкусно пахнет. Но предчувствие плохое, может надо было сразу извиниться и дело с концом.  - Простите, Антон Андреевич, за вчера. Просто нашло что-то, усталость сказывается. Шастун, ничего не говоря в ответ, подходит спокойной походной к своему столу, беря в руки черный скотч, что больше напоминает тейп, неспешно отрезает кусок и возвращается обратно. - Что вы задумали? - Арсений делает шаг назад. Он же не хочет заклеить рот? Да, ведь? Но все ещё ничего не говоря, словно хищник на охоте, начальник приближается с заметной ухмылкой, ещё чёрные классические брюки прекрасно сочетаются с черной рубашкой с закатанными рукавами, показывая миру всю красоту рук, а дорогие часы и тонкий браслет лишь заставляют взгляд задержаться, представляя всякое. - Антон Андреевич, у меня много работы и мне нужен мой рот, - ещё один шаг назад, и спины уже касается дверь, как жаль, что она закрыта. Ещё пару шагов и альфа стоит совсем близко, приближаясь к лицу скотчем. Плавное движение и черный прямоугольник прилипает ко рту, большим пальцем Шастун проходится по губам, приклеивая скотч окончательно. - Увижу, что снял, будешь так неделю ходить, и работать с моего кабинета, - хищная улыбка даже пугает слегка.  Приходится жестами спросить: «И как прикажете мне есть?» - Придешь ко мне и поешь. Это тебе в наказание, за то что много говоришь лишнего, вот помолчишь денёк и подумаешь над своим поведением. Брови выражают недовольный вид, хмурясь, а руки сами складываются на груди, в знак общего недовольства. Это, что ещё за выступление вашего мастера, с какой стати он так должен весь день ходить по галлереи? Лучше бы просто оштрафовал. Но Антон Андреевич лишь наклоняется к самому уху, хватаясь за ручку двери. - Я вообще сначала хотел тебе твой язык откусить, так что считай, что это ещё гуманно, просто тебе рот заклеить, - он толкает дверь, выпуская ручку из рук и выпрямляясь, - А теперь беги работать. Взглядов теперь уже точно не оберешься, все лишь смотрят заинтересованно. В кабинете Дима посмеивается, а Олеся смотрит с какой-то нечитаемой ухмылкой, словно ей уже все понятно. Конечно понятно, начальник зверь и садист. Высмеивание сотрудников не лучшая стратегия, но в мыслях уже множество планов мести. И вот как раз в голову попадает прекрасная мысль, поэтому ничего не говоря, он снимает скотч, беря в руки ножницы, делает там отверстие в центре, чтоб и поесть, и кофе попить, а затем возвращает его на свое место, снимать нельзя, но резать то не запрещали. Хитрый лис. - Он будет зол, - Дима лишь удивляется этой находчивости. - В следующий раз, будет нормально объяснять правила. Было сказано не снимать, а вот про резать речи и не шло. А так по камерам посмотрит, что я везде в нём и дело с концом. Рабочий день идёт прекрасно, учитывая, что можно и кофе с трубочки попить и говорить, правда звуки все равно странные, но хотя бы не мычание.  Обедать было не супер удобно, учитывая тот факт, что пальцами левой руки приходилось держать отверстие в скотче, зато все по правилам, никто ничего не снимал и к начальнику идти не пришлось. Поэтому можно обратно погрузится в работу и подумать над статьей, которую они хотят разместить в журнале.  - Ребята, я уйду сегодня пораньше, - Олеся начинает собирать свою сумочку, и чего она такая маленькая, что туда вообще положить то можно, не считая помады? - Чего так? - Свиданка, - звездочет наш уже наносит себе румяна, прихорашиваясь в зеркальце.  Точно, свиданка! Катя же вчера уезжала на неё. Поэтому куратор идёт вниз, чтобы успеть перехватить подругу, уже забывая, что на нём скотч. Та стоит и жмет в планшет, что-то кому-то говоря. - Рассказывай, - Арсений облокачивается о стойку, играя бровями - Как прошло твое свидание? - Мать чесная, а что у тебя на лице? - А я думал это уже все обсудили. - Но это не очень похоже на то, что говорили. Дырок в разговоре не было, как и твоего везения последнее время, - Варнава указывает пальцем на лифт, откуда выходит начальник, общаясь со своим другом и секретарем.  - Чёрт, - рука автоматически прикрывает отверстие, делая вид, что придерживает скотч.  Шастун жмет руку Вашу и шагает прямо к стойке ресепшена. Мурашки бегут по телу, представлять то, как отреагирует начальник на его смекалку, не тоже самое, что чувствовать приближение этого момента.  - Ты что, сегодня не ел? Арсений на это кивает отрицательно головой, машет Кате и старается как можно быстрее ретироваться. До лифта его никто не тормозит, да и тот открывает свои двери достаточно быстро. Только вот закрыться им не удается, лакированная туфля не дает им это сделать. А входящая фигура заставляет все сжаться, все таки надо было играть по правилам. Шастун нажимает на кнопку и лифт закрывает свои двери, из-за спины начальника видно Катю, которая на молящий о помощи взгляд, крестит уезжающего Попова. - Ну и чего побежал? - хотя больше интересует вопрос, как тот так быстро догнал? Пальцем левой руки указывая на часы начальника, Арсений все ещё держит другой рукой скотч.  - Давай отклею, - Шастун делает шаг ближе, а Попов как обычно дальше. Только вот дальше стена.  - Теперь я ещё больше заинтересован снять его, - Антон нажимает на кнопку «стоп» и лифт дергается, останавливаясь, - Покажи. Весьма властно звучит, да ещё и в закрытом помещении. Антон Андреевич, поберегите нервы омеги, он и так кажется сейчас в страхе, не хотелось бы, чтобы это был сексуальный страх. Но выбора нет, можно лишь надеятся на пощаду, поэтому Арсений закрывает глаза и убирает руку. Уж лучше не видеть, как у Шастуна тянуться брови наверх, а зеленые глаза так и застывают, разглядывая полоску в центре скотча. - Вы сказали не снимать, я не снимал, всего лишь переделал под себя, - Попов открывает глаза, вот дерзить начальнику просто хочется, просто хочется с ним играть и получать внимание. Странные чувства, но подумать о них можно на досуге, ведь Шастун сам по себе такой, мимо него не могут пройти и не постараться завладеть вниманием. - Но смысл наказания был в том, чтоб ты не разговаривал, а не в ношении скотча, - Антон нажимает на кнопки лифта, чтоб продолжить движение к себе на этаж, - Твоя смекалка похвальна, Арсений, но тогда я меняю правила. Кайф, Антон Андреевич тоже любит играться. Славно, только слухов потом не оберешься, все и так достаточно перевозбуждены в этой сфере после сегодняшнего.  - Завтра будешь со мной работать, - Шастун выходит из лифта, направляясь в свой просторный кабинет, у многих квартира не такая большая, как его уголок, - Посидишь, помолчишь, в редакцию заодно заедем. - Вам обязательно делать так, чтобы я молчал? Я же извинился, - Попов идёт следом, заходя в уже слабо освященную обитель начальника, он явно уходил уже домой. - Да, я же говорил, чтоб подумал над своим поведением, садись, - Шастун указывает на стол и тем временем начинает доставать что-то из ящика.  А почему бы и да, поэтому Арсений почти садится на массивный стол, продолжая касаться ногами пола. Сказать, что от этого всего бегут мурашки, не сказать ничего, потому что сердце начинает заходится, когда столь властный альфа встает рядом, слегка фонит его запахом, заставляя проснуться бабочкам в животе. Антон Андреевич аккуратно отклеивает скотч и открывает крышку крема. Ого, и часто ли ему нужен крем с пантенолом? Но длинные и аккуратные пальцы начинают мазать его на лицо, которое весь день проходило заклееным. - Красное? - Немного.  Завтра нужно все лишь потерпеть начальника и его вынужденное присутствие рядом, съездить в редакцию журнала, а после прекрасные выходные с походом на концерт кумира. Ну что может быть лучше?