Часть 3
15 сентября 2025 г., 07:55
Саша внимательно смотрел на библиотекаря. В его корично-крыжовенных глазах стояла мутная вода непонимания.
Раковских был одет в вельветовый комбинезон цвета липы; к одной из лямок прицепился репейник. Второй он безуспешно пытался зацепить за кудри, но тот соскользнул и покатился к ногам.
— Давайте начнём занятие, — предложил Костя. Они снова сидели в кофейне; Пушкин, пригубив карамельный латте, промокнул пенные усы и раскрыл чайно-зелёный томик Брэдбери.
— А давайте, — неожиданно согласился Саша, нервно теребя лямку. Его кеды с расплетёнными шнурками смотрели в разные стороны. Он вдруг выхватил из вазы пучок искусственных цветов и сунул под шерстяной носок.
— Я их буду поливать, — гордо сказал он.
— Дождь польёт, — суховато заметил библиотекарь и, облизнув тонкие губы, прочёл название книги:
— «Будет ласковый дождь». Повторяйте за мной.
Он протянул томик, и Саша сразу же ухватился за его длинную руку. Костя механически вёл пальцем по строкам.
— Бу-дет лас-ко-вый дождь… — шептал Саша и вдруг вспомнил совсем другой день, когда дождь был злым. Он грохотал по крыше так, что казалось, вот-вот пробьёт её насквозь.
— Вы молодец, — мягко похвалил Пушкин. Но Раковских и не думал выпускать его руку. Он положил её на стол плашмя и водил пальцем по коже, словно свайпал экран вверх.
Костя пытался мягко высвободиться из этого детского упрямства.
— Александр… — он достал очки из нагрудного кармана и тщательно протёр стёкла. Саша обиженно отстранился.
— Давайте читать дальше, дорогой мой. «В гостиной говорящие часы настойчиво пели: тик-так…»
Тик-так. Тик-так.
Но в памяти Саши часы не пели — они били его по голове. Всё расплывалось, он сам плыл куда-то — маленький, влажный, беззащитный.
— «Объятый утренней тишиной дом был пуст»… Александр, давайте продолжим, — официальное обращение будто придавало ему силы. На миг он казался взрослым, уверенным, почти сильным. Почти…
— Объятый… — обречённо выдохнул Саша и уткнулся волнистой макушкой в клетчатую рубашку библиотекаря.
— Давайте закончим, — Костя сохранил сдержанный тон, хотя сам уже переставал понимать, что происходит. — А потом я закажу вам кофе. И… вы сможете меня обнять.
Саша посмотрел на него так, словно его только что забрали из приюта. В этом взгляде тепла и горечи было поровну — как в бумажном стаканчике, до краёв наполненном кофе.
