Один раз случайно

***

      Сначала Китти подумала, что умерла. Или хотя бы временно покинула своё тело. Потому что единственное, что она видела, открыв глаза, — это белый потолок с крошечной трещиной в углу и утренний свет, который слишком нагло пробивался сквозь шторы. Не её потолок и не её шторы. Харт моргнула, пытаясь вспомнить вчерашний вечер, но память упорно отказывалась сотрудничать. В голове крутились лишь обрывки: очень громкая музыка, чей-то приятный смех, стаканы с чем-то явно слишком крепким и чьи-то очень сильные руки, которые обнимали её так осторожно, будто она была фарфоровой куклой. Китти медленно повернула голову и замерла. На соседней подушке лежал мужчина. Красивый. Слишком красивый. И, что самое плохое, абсолютно незнакомый. Кэтрин знала только его имя. Джеймс. Сердце пропустило удар. — Ох… нет, — прошептала девушка себе под нос, закатывая глаза от собственной тупости.       Простыня была смята, её платье брошено небрежным комком на стул, а туфли загадочным образом оказались на тумбочке рядом с армейскими жетонами. Китти попыталась вспомнить хоть что-нибудь ещё, но мозг упрямо отвечал только гулкой тишиной и лёгким похмельем. Всё внутри Харт кричало: «Беги!» Она осторожно села на край кровати, стараясь не разбудить мужчину, и поняла, что у неё есть всего два варианта: а) признаться самой себе, что она переспала с незнакомцем, б) тихо исчезнуть, как будто её здесь никогда не было.       Выбор, разумеется, был очевиден.       Шатенка скользнула по комнате на цыпочках, стараясь не издать ни звука. Каждый шаг отдавался в голове как барабанный бой, а мысль о том, что мужчина на кровати может проснуться, заставляла её глупое сердце бешено колотиться. Девушка нащупала свои туфли на тумбочке, и тут же споткнулась о сумку, валявшуюся на полу, словно эту комнату специально придумали, чтобы усложнить побег. — Отлично… — прошептала она, собрав вещи. — Ты молодец, Китти.       Но в голове она себя ругала: «Молодец? Переспала с незнакомцем? Шикарно, аплодисменты. Переспала с военным? Просто браво, Харт. Нет слов…» План девушки был прост: тихо, быстро и незаметно исчезнуть. Ни слов, ни прощаний, ни объяснений. Чем меньше следов — тем лучше. Поэтому шатенка подтянула платье, набросила сумку на плечо и замерла у двери. Её взгляд невольно вернулся к спящему мужчине. Он выглядел удивительно мирно: глаза закрыты, дыхание ровное, а волосы слегка растрёпаны. И, к её ужасу, в сердце неожиданно вспыхнуло что-то странное. Харт немного жалела, что это утро было таким странным, но логика быстро вернулась, поэтому девушка сделала глубокий вдох, повернулась и вышла, стараясь быть как тень. Её единственным спутником оставался лёгкий смех в голове и мысль: «Ночью этот мужчина был чертовски хорош».       Китти закрыла дверь своей квартиры и глубоко выдохнула, словно таким образом можно было избавиться от паники и растерянности в голове. Она небрежно сняла туфли, бросила сумку на диван и направилась в ванную, где горячая вода из душа обещала смыть остатки вчерашнего вечера и остатки былой смелости. Пока вода стекала по плечам и спине, Кэтрин пыталась сложить события в логичную цепочку. Музыка, смех, громкое «ты точно хочешь этого?» и внезапное чувство, что она не сопротивляется. И затем — момент, который теперь заставлял её краснеть даже от одной мысли: сильные руки, мягкий голос и незнакомец, который оказался… ну, точно не тем, с кем она планировала встречаться.       Девушка зажмурилась, позволяя воде смыть ещё немного воспоминаний, но чем сильнее она пыталась забыть, тем ярче всплывали детали: красноречивый взгляд его серо-голубых глаз, мягкая улыбка и невероятно трогательные попытки быть аккуратным, чтобы она чувствовала себя в безопасности. — Чёрт… — пробормотала Харт, сжимая губы. — Я реально это сделала?       Горячая вода, конечно, согревала тело, но никак не душу. Мысли прыгали с одной детали на другую, создавая хаос, которого Китти Харт всегда старалась избегать. Девушка понимала только одно: эта ночь была случайной и нелепой, но странное чувство в груди подсказывало, что последствия могут быть куда сложнее, чем она думала. И когда она закончила мыться, обернувшись в полотенце, тихо поклялась себе: «Никогда больше. Ни под каким предлогом». Но где-то глубоко внутри тихий голос шептал: «Но согласись, что это был чертовски хороший секс». И Харт не могла не согласиться с этим.       Но вместе с воспоминанием о прошедшей ночи пришли и воспоминания о её недавних попытках устроить личную жизнь. Сначала был бухгалтер по имени Дерек, который весь вечер рассказывал о налоговых льготах и спросил, может ли она «скинуться» за ужин, потому что «гендерное равенство». Потом был фитнес-тренер, который принёс с собой протеиновый батончик и на полном серьёзе предложил ей «тест на совместимость» прямо в середине свидания. Ещё был парень из приложения знакомств, который через пятнадцать минут разговора назвал свою маму «главной женщиной в жизни» и спросил, как Китти относится к совместным семейным ужинам… трижды в неделю. Девушка фыркнула, вспоминая, как Наташа тогда сказала: «Ты просто не встречала правильного мужчину». Харт закатила глаза, уговаривая себя больше не вспоминать ночь с таинственным Джеймсом. Но в голове упорно вспыхивали образы: его мягкая улыбка, нежные руки и блеск жетонов на тумбочке. — Отлично, — пробормотала она, разглядывая своё отражение. — Прямо по плану: ни военных, ни случайных связей. Харт, ты — гений.

***

      В зале пахло лёгким цитрусовым освежителем, какими-то цветочными духами и диким стыдом. Китти без особого энтузиазма растягивалась на коврике, пытаясь не думать о том, что её мышцы протестуют после бессонной ночи. Наташа, как всегда, выглядела так, будто позировала для обложки журнала о здоровом образе жизни: идеальная растяжка, ни одной капли пота и чуть насмешливая улыбка. — Ты выглядишь подозрительно тихой, — заметила Романофф, не поднимая головы с коврика. — Обычно к этому моменту ты уже жалуешься на жизнь или рассказываешь мне, какой мужчина тебя снова разочаровал.       Китти только вздохнула, но её зелёные глаза предательски заблестели. Харт не была той девушкой, что спит на первом свидании. И теперь, когда осознание было по голове гаечным ключом, она осуждала себя за то, что нарушила сразу два правила за вечер. — Ого, — приподняла бровь Нат, перекатываясь на локоть. — У тебя точно что-то случилось. Говори, Кэтрин.       Шатенка только неопределённо покачала головой, продолжая растяжку. — Это глупо, Нат. — Китти, — хищно улыбнувшись, рыжая прищурилась. — Глупости — это мой любимый жанр. Так что давай. Я хочу знать, что тебя беспокоит. Или, может, кто?       Она сдалась. — Вчера я переспала с каким-то абсолютно незнакомым мужчиной.       Наташа тут же села, совершенно игнорируя тренера, который говорил о дыхании. — Так. Стоп. Подробности. Сию минуту.       В этот момент Харт пожалела, что в очередной раз пошла у женщины на поводу. И из-за этого девушка чувствовала себя глупее, чем, возможно, она была. Ведь у Романофф никогда не было никаких проблем с мужчинами, а после её знакомства с красавчиком Стивом Роджерсом… Кэтрин могла только кусать локти. — Никаких подробностей нет! — шатенка всплеснула руками. — Я помню, что его зовут Джеймс. — Ты шутишь? — Наташа наклонилась ближе, и её глаза сверкнули. — Красивый?       Китти задумалась, а потом улыбнулась, вспоминая. — Высокий, сильные руки, волосы чуть длиннее, чем обычно у парней, тёмно-каштановые… И… — Харт замолчала, заметив хитрый блеск в глазах рыжей. — И? — Романофф протянула это слово так, будто вытягивала секрет. — И он был очень внимательным, — выдохнула Китти, чувствуя, как щёки предательски розовеют. — Ладно, это был действительно хороший секс, довольна? — девушка пыталась вернуться к растяжке, но Романофф не унималась.       Рыжая весело хмыкнула, откинулась назад и, не скрывая ухмылку, произнесла: — А с чего бы мне быть довольной, Кэти? — женщина продолжала изучать Харт, которая делала вид, будто ничего не случилось. — Это ведь не у меня был хороший секс этой ночью. — Нат! — возмутилась Китти. — Что? — невинно приподняла брови Наташа. — Ты и без меня знаешь, что хороший секс — это уже высокий шанс на успех. Но я хочу больше подробностей. Ну, сколько раз?       Кэтрин покраснела так, что казалось, что даже йога-коврик начал нагреваться. — Я… я не собираюсь обсуждать это. Пощади меня, Романофф.       Но в голове девушки предательски всплыли грязные картинки. Этот Джеймс действительно сделал её довольной. Несколько раз, если быть точной, но Романофф об этом было вовсе необязательно знать. — То есть было несколько оргазмов, Китти? Отличное начало, — рыжая сверкнула идеальной улыбкой. — А позы? Или хотя бы скажи, это было скучно или «в духе приключений»? — Романофф! — девушка попыталась спрятаться за бутылкой воды. — Ладно-ладно, — Наташа театрально подняла руки. — Но ты хотя бы скажи: он впечатлил… ну, во всех смыслах? — Харт только простонала, уткнувшись в колени, что было красноречивее любого ответа. Тогда Нат победно улыбнулась. — Ага, значит, впечатлил, — женщина снова хищно прищурилась. — Девочка моя, тебе нужно чаще ходить в бары.

***

      Утренний воздух был прохладным, а асфальт ещё хранил следы ночной влаги. Баки и Стив бежали в привычном ритме, их шаги синхронно отбивали ровный темп по пустынной набережной. — Ты сегодня какой-то задумчивый, — заметил Роджерс, бросив на друга быстрый взгляд. — Обычно где-то тут ты шутишь про то, что я старею.       Баки ухмыльнулся краем губ, но вид у него оставался непривычно рассеянным. — Есть причина.       Стив приподнял бровь. — Ну, выкладывай. — Вчера я познакомился с девушкой, — начал Барнс, ускорив шаг, будто пытаясь уйти от разговора. — Точнее… мы просто случайно пересеклись в баре, поболтали, выпили. Знаешь, ничего особенного, — просто сказал мужчина. — Потом мы поехали ко мне. — И? — Роджерс скептически покосился на Барнса. — И утром её уже не было. Ни номера, ни записки. Она даже имени своего не сказала. Только пустая подушка и… — шатен на секунду замолчал, вспоминая, — её серьёзный взгляд перед тем, как всё… ну, произошло.       Стив не удержался от улыбки. — Баки Барнс, великий соблазнитель, которого бросили до завтрака?       Мужчина невесело фыркнул, едва заметно покачав головой. — Эй, я никого не соблазнял. Это как-то само случилось. Но… — Баки замедлил шаг и на секунду посмотрел на воду. — Не знаю, Стив. Она понравилась мне. Может, она убежала, потому что испугалась? Или застеснялась? Может, она подумала, что утром я её выгоню, и решила исчезнуть? — Роджерс только пожал плечами. — Тогда, может, эта незнакомка сама ещё объявится? — предположил блондин. — Или судьба подбросит вам встречу.       Баки покачал головой, но уголок его губ дрогнул в слабой улыбке. — Если судьба решит подшутить, я очень надеюсь, что она хотя бы сделает это не на публике.       Роджерс только весело хмыкнул и хлопнул друга по плечу. — Баки, ты же знаешь, что судьба любит зрелища.

***

      Кэтрин лениво толкала тележку по отделу с макаронами, бездумно разглядывая коробки. Субботний вечер, лёгкое похмелье почти прошло, и мир снова казался ей безопасным. Почти. Она уже потянулась за своей любимой пастой, когда краем глаза заметила широкие плечи и тёмно-каштановые волосы в соседнем ряду. Мужчина остановился у полки с соусами, наклонив голову, будто выбирал что-то стратегически важное. Сердце Харт тут же упало куда-то в живот. Знакомый профиль, линия плеч и, чёрт возьми, знакомая манера поправлять волосы, откидывая прядь назад. — Нет, нет, нет… — прошептала девушка, пятясь за угол, пока её тележка предательски громко скрипела.       Она быстро выглянула ещё раз и увидела, как мужчина протянул руку к верхней полке, легко доставая банку, до которой ей бы пришлось тянуться на цыпочках. Та самая лёгкость движений, которую было невозможно забыть. Китти прижалась к полке с хлопьями, чувствуя, как лицо заливает жар. «Что делать? Подойти и сказать: «О, привет, классная ночка, да?» — звучало как начало плохого ситкома. Тогда Кэтрин сделала единственное возможное: резко развернулась и поехала в сторону кассы. Сердце бешено колотилось, а внутри зародилось неприятное чувство — не только паники, но и странного возбуждения. — Подожди, подожди, — Романофф подняла ладони, словно дирижёр, останавливающий оркестр. — Ты видела этого Джеймса снова?       Китти нервно кивнула, ковыряя ложкой свой йогурт. — В продуктовом. Честно, я думала, у меня галлюцинации, Нат.       Рыжая даже тихо присвистнула. — Значит, судьба совсем с ума сошла. Идеально, Кэти. — Идеально? — девушка вскинула брови. — Это кошмар, Наташа! — Харт изо всех сил покачала головой, продолжая издеваться над своим йогуртом. — Ты же знаешь, что мне чертовски не везёт с мужчинами, — Романофф кивнула. — Уверена, что этот Джеймс такой же, как и все остальные…       Наташа задумчиво улыбнулась, наклонилась ближе и, как бы между прочим, сказала: — Ладно, забудем этого Джеймса, — Харт слишком радостно закивала головой. — Знаешь, у Стива есть один друг. Очень красивый, умный и, насколько я знаю, совсем одинокий.       Китти вновь напряглась, но попыталась сделать вид, что равнодушна. — А мне это зачем? — Потому что, — Наташа сделала драматическую паузу, — тебе явно нужны новые впечатления. И не какие-то случайные типы из баров, а нормальный и взрослый мужчина.       Девушка закатила глаза. Всем своим сердцем она хотела найти нормального и взрослого мужчину, но ей катастрофически не везло, и иногда Кэтрин думала, что ей суждено умереть в гордом одиночестве. — Спасибо, но я как раз практикую воздержание от «нормальных и взрослых мужчин», если ты не заметила. — Кит, — Романофф лукаво улыбнулась. — Поверь мне, этот мужчина тебе понравится.       Девушка почувствовала, как внутри всё сжалось. Судьба явно собиралась над ней посмеяться ещё раз, но Харт к этому уже почти привыкла.       Рыжая вальяжно откинулась на диване и добавила, прищурившись: — Баки настолько красивый, что иногда кажется, будто он вообще нереальный. Серьёзно, я пару раз ловила себя на мысли проверить, не фотошоп ли это.       Китти отвела взгляд. — Отлично, Нат, я как раз искала кого-то, кто окончательно испортит мне самооценку.

***

      Кэтрин подъехала к дому Стива, ощущая, как сердце бешено стучит. Машина всё ещё пахла вчерашним кофе и лёгкой ноткой её духов, а в голове вертелась мысль: «Ладно, Китти, это просто дружеское барбекю», но задницей чувствовала, что всё пойдёт не так. Харт достала сумку, поправила тёмные волосы и глубоко вдохнула. Во дворе уже слышался смех, звон бокалов и запах жарящихся на гриле мяса и сосисок. Наташа, как обычно, встретила её с широкой улыбкой. — Детка! — женщина подбежала и обняла её. — Ты пришла! Выглядишь так, словно совсем не старалась. — Нат, — тихо сказала Китти, — перестань меня смущать. Я и без того чувствую себя неудачницей, — Романофф закатила глаза, и Кэтрин легко ударила её по плечу. — Что? Ты встретила Стива буквально месяц назад, но я на вас смотрю, и мне кажется, будто вы всю жизнь вместе. А у меня было уже столько попыток, что я скоро перестану считать… И ещё этот Джеймс, — рыжая снова закатила глаза, и в этот раз сама ударила Харт. — Перестань, — подмигнула Нат, ведя её к заднему двору. — Просто повеселись. Мы же обе знаем, что ты это умеешь.       И там, среди сосисок и дыма от гриля, она увидела его. Джеймса. Стоящего у столика со стаканом лимонада, наклонившись к кому-то из гостей. Тот же профиль, та же линия плеч, те самые волосы, которых она касалась, и металлический блеск военных жетонов на цепочке, который она теперь узнала бы в любом месте. Китти замерла, словно вкопанная. Сердце подпрыгнуло. Все её правила, все осторожности и страхи тут же растаяли, оставив только ощущение худшего кошмара.       Наташа ухмыльнулась и толкнула её в бок. — Ну что, готова к знакомству с «нереальным мужчиной»?       Китти выдохнула, пытаясь собраться. — Это он, Нат… — Кто «он»? — рыжая посмотрела в сторону Баки, который продолжал с кем-то весело говорить и смеяться. — Это Джеймс. — Это Баки, Харт… — на секунду Наташа о чём-то задумалась, а потом весело ухмыльнулась и покачала головой. — Но, кажется, его настоящее имя действительно Джеймс. Джеймс Бьюкенен «Баки» Барнс. Упс.       И в этот самый момент Кэтрин хотела провалиться сквозь землю. Или просто стать невидимкой. Или и то, и другое. Потому что Вселенная снова посмеялась над ней самым ужасным образом, а она могла только взять сосиску и сказать: «Спасибо за секс, Джеймс». — Отлично, — Романофф как-то слишком радостно хлопнула в ладоши, привлекая внимание Барнса. — Значит, это судьба. Понимаешь, Китти?       Баки же, не сразу заметив девушку, поднял голову и улыбнулся, но в следующую секунду его глаза расширились, а Китти всё ещё стояла, заливаясь внутренней паникой и пытаясь выглядеть спокойной. Наташа, заметив её замешательство, не выдержала и мягко подтолкнула подругу в сторону Барнса, на что тот только ухмыльнулся, делая глоток прохладного лимонада. — Привет… — начала шатенка, и её голос предательски дрожал, хотя она сама этого не хотела. — Джеймс, да?       Мужчина приподнял бровь и улыбнулся, словно сложил все кусочки пазла. — Джеймс? — переспросил он, играя с именем. — Ну, в твоём случае, наверное, да, но для друзей я просто Баки.       Харт неловко моргнула, пытаясь не выдать смущение. — О… отлично, Баки. Для друзей. Хорошо, — и неловко потёрла шею. — Я Кэтрин, но для друзей я просто Китти.       Шатен мягко улыбнулся, и Харт была готова поклясться, что впереди него шла харизма, а потом уже сам Джеймс. — Итак, — Баки сделал шаг ближе, наклонив голову, — как твоя «утренняя миссия»? Всё прошло гладко?       Девушка фыркнула, теряя напускное равновесие. — О, конечно, гладко, — ответила она саркастично. — Я мастер тихих исчезновений. — Я заметил, — мужчина усмехнулся, — но мне кажется, у нас есть кое-что, что стоит обсудить… — он сделал драматичную паузу, глядя на неё с лёгкой улыбкой. — Нашу ночь, например.       Китти почувствовала, как внутри всё сжалось. С одной стороны, она хотела убежать, а с другой — странная любопытная искра пробежала по груди. Но Харт тут же напомнила себе о собственных правилах. — Баки… я… — начала Кэтрин, но слова застряли в горле. — Не переживай, Китти, — перебил он с улыбкой. — Мы можем начать с малого. Например, с разговора о том, как именно мы оказались здесь на барбекю.       Харт едва сдержала улыбку, ощущая, как напряжение немного спадает. Этот мужчина, Баки или Джеймс, точно знал, как сделать всё одновременно неловким и приятным. — Ладно, — вздохнула она. — Давай попробуем, Баки, но только осторожно.       Барнс кивнул. — Осторожность — это всегда хороший старт.       И вот, среди дыма от гриля и смеха гостей, Кэтрин Харт поняла, что попадать в чертовски неловкие ситуации — это её кредо по жизни. Позже, присаживаясь на скамейку рядом с Наташей, Китти пыталась казаться непринуждённой, хотя сердце колотилось так, будто она только что пробежала марафон. Романофф, как всегда, с хитрой улыбкой, наблюдала за каждым движением подруги. — Ну что, как ощущения? — поинтересовалась Наташа, немного наклонившись. — Кажется, ты немного напряжена.       Китти вздохнула и, не отводя глаз от Баки, прошептала: — Неловко.       Рыжая чуть приподняла бровь и с широкой ухмылкой похлопала её по плечу. — Обычно так и бывает, — почти воскликнула она. — И всё это время ты даже не догадывалась, что он твой «сюрприз судьбы»! — Нат, — снова тихо сказала Харт, чувствуя, как щёки предательски горят, — это не смешно… — Смешно? — Наташа фыркнула. — Кэтрин, это идеально. Серьёзно, ты понимаешь, какая это история? Один раз случайно — и он здесь, прямо перед тобой, а ты даже не знала, что он тот самый. Судьба играет с нами с особым чувством юмора, разве нет?       Девушка покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. — Я не знаю, что мне делать. — Просто будь собой, — подмигнула женщина. — А остальное… Ну, это Баки. Он разберётся.       Китти глубоко вздохнула и попыталась усмирить внутреннюю панику. Она знала одно: теперь всё стало слишком реальным, и никакие «правила» на этот раз не помогут. А Барнс словно решил вогнать последний гвоздь в крышку её гроба. За грилем он слишком близко наклонился к ней, показывая, как правильно переворачивать сосиски. — Вот так, — улыбнулся он, — а если хочешь, могу показывать лично тебе, сколько угодно раз.       Китти покраснела, отводя взгляд. Потом, когда Стив бросил мяч Баки, тот сделал вид, что не может поймать, и мяч полетел прямо к ней. — Только для тебя, — подмигивая, Барнс вытер пот со лба.       Кэтрин поймала мяч, чуть ли не падая, и в ответ только робко улыбнулась, хотя уже была на грани. На кухне Баки помогал раскладывать закуски. Он снова наклонился слишком близко к Харт, чтобы поставить блюдо рядом, и тихо сказал: — Ты всегда так хорошо выглядишь в солнечном свете, Китти?       Девушка почти уронила тарелку. На диване мужчина сел рядом, едва касаясь её плеча. — Ты выглядишь так, будто весь вечер думаешь обо мне, — шутливо произнёс Барнс, и Китти скептически приподняла бровь.       Вечер постепенно подходил к концу. Гости расходились, смех и звон бокалов стихали, а барбекю постепенно превращалось в тихие уютные посиделки с остатками еды и ароматом дыма. — Ну что, — сказал Стив, вытягиваясь, — это было здорово, да?       Барнс тут же посмотрел на Китти, пытаясь сдержать улыбку, на что девушка лишь фыркнула. Джеймс поймал себя на мысли, что уже почти привык к этому. — Стив… — начала Харт, но Роджерс махнул рукой. — Расслабься, я шучу. Хотя, — он кивнул на Баки, — может, вам стоит остаться здесь на ночь? Просто… Знаете, никто не запрещает хорошо провести время.       Наташа, сидящая рядом, хищно улыбнулась. — Да, детка, не делай вид, что тебе нужно возвращаться домой прямо сейчас. Барнс, ты тоже не против, правда?       Мужчина поднял бровь и искренне улыбнулся, глядя на Китти, которая делала вид, что её это всё мало интересует. — Я? О, нет, мне нравится здесь быть, — сказал мужчина, — особенно если рядом остаётся кто-то, с кем можно продолжить разговор или… — Джеймс прищурился, — возможно, ещё что-то.       Кэтрин почувствовала, как лицо горячо заливает румянец, но внутри что-то странно щёлкнуло. Девушка взглянула на Наташу, которая подмигнула, будто говоря: «Ну что, детка, всё по плану». — Ладно… — тихо выдохнула Китти.       Стив и Наташа только радостно засмеялись, довольные результатом своей маленькой «операции по сватовству». Когда Китти устроилась рядом с Баки на диванчике, пытаясь усмирить внутреннее волнение, мужчина спокойно потягивал лимонад, глядя на неё с лёгкой улыбкой. — Знаешь, — начал он, наклоняясь к ней, — тем утром ты разбила мне сердце.       Девушка замерла, и её зелёные глаза округлились. — Что? — выдохнула она, смеясь одновременно от удивления и неловкости. — Ну, — Барнс тихо усмехнулся, — может, и не разбила. Но, если честно, я даже не успел понять, что происходит, а ты уже исчезла. Сразу стало грустно, Китти.       Харт фыркнула и толкнула его плечо. — Это ведь шутка? — Вполне возможно, — сказал Барнс с улыбкой, — но не могу ручаться, что сердце не пострадало хотя бы немного.       Девушка хихикнула, чувствуя, как в груди потеплело. С одной стороны, она смущалась, с другой — Барнсу удавалось быть одновременно милым и смешным, как будто он намеренно разыгрывал её. Его лёгкая шутка про разбитое сердце и мягкий взгляд заставляли сердце биться быстрее. И с каждой секундой ей приходила в голову мысль, которую она пыталась заглушить всю сознательную жизнь: не стоит начинать отношения с военными.       Харт вспомнила отца. Всю её жизнь он был строгим, отдалённым, с холодной дисциплиной, которая порой казалась непостижимой. Служба, командировки, ночные тревоги… Китти научилась держать чувства при себе, привыкла к отсутствию постоянства и к тому, что сильные мужчины в её жизни часто оказываются слишком занятыми… или слишком недоступными. Но Баки Барнс сидел рядом, улыбаясь, разговаривая с ней легко и непринуждённо, и каждая его шутка заставляла её сердце подпрыгивать. И всё равно Кэтрин знала, что правила, которые она выстраивала долгие годы, кричат: «Осторожно, не подходи слишком близко».       Баки посмотрел на девушку с очаровательной улыбкой, прежде чем сказать: — Слушай, — начал он, — тебе стоит переночевать в гостевой спальне. Спать на диване в зале не слишком уютно, а я вполне могу справиться с этим.       Харт покраснела, слегка удивлённая его вниманием. — Ты уверен? — Абсолютно, — ответил Джеймс с лёгкой ухмылкой. — Я прекрасно умею спать на диване. А тебе нужен нормальный отдых, чтобы не валяться тут среди подушек и пледов.       Она только улыбнулась, почувствовав странное тепло от его заботы. — Спасибо, — тихо сказала Харт, поправляя волосы, — это очень мило с твоей стороны.       Баки кивнул, бросив на девушку такой взгляд, как будто говорил без слов: «Спокойной ночи, а завтра будем разбираться с последствиями той случайной ночи». Она направилась к гостевой спальне, чувствуя, как сердце то и дело подпрыгивает. А Барнс, устроившись на диване, тихо усмехнулся, думая о том, что всё это было похоже на фильм из двухтысячных. Мужчина едва устроился на диване, его плечи расслабились, но мысли совсем не хотели отпускать его. Он закрыл глаза и позволил себе вспомнить их единственную ночь. «Эта девушка…» — подумал Баки, ощущая лёгкую улыбку на губах. Каждый её взгляд, каждое слово, каждый смех — всё было неожиданно живым и трогательным. И та ночь была одновременно сумбурной и удивительно настоящей. Он вспомнил, как глаза Кэтрин округлились, когда они впервые оказались наедине. Как она смеялась над его шутками, краснела при его легких прикосновениях, пыталась сохранить контроль, хотя было видно, что ей тоже тяжело. Баки снова улыбнулся про себя. «Чёрт возьми, — подумал он, — я хочу узнать её. Понять». Джеймс перевернулся на спину и посмотрел в потолок. Дом спал, но в сердце Барнса была настоящая буря — смесь любопытства, волнения и лёгкой дрожи предвкушения. И хотя он прекрасно понимал, что в жизни нет никаких гарантий, внутри мужчина уже знал одно: та ночь оставила на нём отпечаток.       Утро в доме Роджерса началось тихо. Солнечный свет пробивался через занавески, а запах свежего кофе наполнял кухню. Баки ещё спал на диване, раскинувшись, когда услышал тихий скрип напольных досок. Он приподнял голову и едва успел заметить силуэт Кэтрин, осторожно ступающей к выходу. Девушка выглядела почти спокойно. — Китти? — его голос был сонным, но с ноткой надежды.       Харт слегка дёрнулась, словно испугалась, но быстро улыбнулась. — Доброе утро, Баки. — Ты уже уходишь? — шатен сел, немного расстраиваясь, но пытался не показывать этого. — Не останешься хотя бы на завтрак?       Девушка покачала головой, поправила сумочку на плече и открыла дверь. Джеймс тяжело выдохнул, потирая виски. Он смотрел, как Кэтрин исчезает за дверью, и не мог избавиться от ощущения лёгкого разочарования.

***

      Тележка Китти была наполовину пуста: пачка макарон, соус, бутылка красного вина и несколько яблок. Она катала её по проходам, стараясь выглядеть как человек, у которого всё под контролем, хотя мысли всё ещё возвращались ко вчерашнему барбекю и к Баки. «Ты же сама решила держать дистанцию, — напомнила девушка себе. — Всё под контролем, разве нет?» Харт повернула за угол и буквально врезалась в чью-то тележку. — О, чёрт! Извините, я не… — начала она, но голос, который ответил, заставил её замереть. — Похоже, ты просто не можешь перестать врываться в мою жизнь, — произнёс знакомый бархатный голос.       Кэтрин подняла глаза и увидела Баки. На нём была простая тёмно-синяя футболка и джинсы, а волосы забавно растрепались. Он выглядел слишком хорошо для обычного похода в магазин, и девушка почувствовала, как щёки предательски покраснели. — Джеймс… — пробормотала она, а потом быстро исправилась: — Баки.       Он улыбнулся, заглядывая в её тележку. — Для друзей я действительно Баки, но для девушек, которые исчезают по утрам — Джеймс.       Она фыркнула, но не смогла сдержать игривую улыбку. — Ты так это будешь припоминать каждый раз, да? — Абсолютно, — сказал мужчина, подмигнув. — И каждый раз надеяться, что ты перестанешь сбегать.       И вдруг привычный мир продуктового магазина — шумные тележки, запах свежеиспечённого хлеба — перестал существовать. Был только Баки, его улыбка и её бешено стучащее сердце. — Может, — наконец сказала Харт, — но только если ты перестанешь так эффектно появляться в моей жизни.       Барнс ухмыльнулся, подкатил тележку ближе и сказал почти шёпотом: — Боюсь, это уже не в моих силах, Кэтрин, — мужчина провёл пальцем по краю своей тележки и взглянул на её продукты. — У тебя тут немало всего, — сказал он так легко, как будто у них никогда не было секса. — Давай помогу донести до машины.       Китти почувствовала, как внутри всё сжалось. Его предложение было простым, вежливым, но опасным. — О, нет, — поспешно ответила она, — я справлюсь. Правда. Тележка почти пустая, — девушка указала рукой на действительно полупустую тележку, пытаясь найти выход. — Я серьёзно, — не отставал Баки, улыбаясь, — не хочу снова упустить шанс быть джентльменом.       Харт хмыкнула, не поднимая глаз. — Джеймс, ты слишком настойчив.       Тогда Барнс наклонился ещё ближе, и сказал с хитрой полуулыбкой то, что буквально выдернуло всегда уверенную в себе Китти Харт: — Или просто слишком очарован.       Эти слова ударили прямо в её сердце. Она почувствовала, как дыхание перехватило, и тут же сделала шаг назад. — Спасибо, но, правда, не нужно, — девушка неловко улыбнулась, крепче взялась за тележку и развернулась. — До встречи, Баки.       Мужчина так и остался стоять посреди прохода, глядя на её удаляющуюся фигуру. Он медленно выдохнул, покачав головой. — Опять сбежала, — пробормотал шатен, но уголки его губ всё же тронула улыбка. — Ладно, Китти, посмотрим, как долго ты сможешь бегать.       Вечером Баки зашёл к Стиву и Наташе. На столе уже стояла чашка кофе, а Романофф, развалившись на диване, лениво листала журнал. — Ты выглядишь так, будто только что проиграл битву, — заметил Роджерс, приподняв бровь.       Барнс фыркнул и сел в кресло. — В каком-то смысле, если честно, так и есть…       Наташа сразу же оторвалась от журнала и хитро улыбнулась. — О, дай угадаю. Это связано с Китти Харт? — шатен закатил глаза. — Ну, моя лучшая подруга, та самая девушка, с которой я и Стив хотели тебя познакомить, и по совместительству та самая таинственная незнакомка, которая убежала после секса с тобой?       Баки бросил на неё косой взгляд, пока Роджерс еле сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. — Могла хотя бы попытаться звучать менее язвительно, Романофф. — Не могу, — спокойно ответила рыжая. — Ну?       Мужчина провёл рукой по волосам, едва заметно усмехнувшись из-за своей неловкости. — Встретил Кэтрин в продуктовом. Врезалась в мою тележку — это был идеальный шанс… Я предложил донести её покупки. И знаете что? — Барнс развёл руками. — Она снова сбежала.       Стив тихо рассмеялся, качая головой. — Ну, по крайней мере, теперь ты знаешь, что судьба явно работает сверхурочно.       Наташа захлопнула журнал и прищурилась. — Она тебе нравится, — просто сказала женщина, словно констатировала обычный факт. — Конечно, нравится, — легко признался Баки и криво улыбнулся. — Но, кажется, я не нравлюсь ей. Может, она думает, что я «плохая идея». — Ох, Баки, — протянула Наташа, покачав головой, — если бы я каждый раз убегала от «плохих идей», моя жизнь была бы ужасно скучной.       Стив рассмеялся уже громче, а Джеймс, несмотря на своё притворное недовольство, не смог скрыть улыбку. Где-то глубоко внутри он понимал: бегство Кэтрин только разжигает его интерес. — Ладно, — сказал он, допивая кофе. — Посмотрим, кто из нас сдастся первым.       Судьба явно работала сверхурочно. Сначала он увидел её на светофоре. Китти стояла на углу и ждала зелёный, когда Баки пробегал мимо. Он поднял бровь и помахал рукой, а девушка сделала вид, что изучает своё отражение в витрине магазина. В кофейне она протянула руку за последней булочкой с корицей, и чья-то красивая мужская рука тянулась к ней же. Харт подняла глаза и встретила уже знакомый взгляд серо-голубых глаз Барнса: — Похоже, судьба снова играет с нами.       Кэтрин сказала бы, что это просто случайность, но потом они оказались в одном вагоне. Баки прислонился к двери и мягко улыбнулся, а Харт притворилась, что читает книгу, хотя её глаза упрямо возвращались к Барнсу. Но в этот день, наверное, судьба решила хорошенько отыграться на Китти. Девушка вышла из небольшого магазина в Сохо, крепко прижимая к себе скромный бумажный пакет. Она огляделась, надеясь, что никто её не заметит, и сделала пару быстрых шагов по тротуару. И в тот же момент уже знакомый насмешливый голос раздался позади: — Китти?       Харт замерла, а после медленно обернулась, и, конечно же, это был Баки. — Джеймс… — выдохнула она, пряча пакет за спину. — Что ты тут делаешь? — Шёл за кофе, а теперь… думаю, это лучший поворот моего дня, — поддразнил мужчина, скользнув пытливым взглядом по её смущённому лицу. — Не знал, что у тебя такой… интересный вкус в магазинах.       Китти закатила глаза, чувствуя, как горит лицо. — Это не то, что ты думаешь. — Я ничего не думаю, — ответил Баки, но его ухмылка говорила обратное. — Но, знаешь, теперь моё воображение работает на полную катушку.       Джеймс прикусил нижнюю губу и Кэтрин уже знала, о чём именно будет думать этой ночью. — Боже, ты невозможен, — простонала девушка, проходя мимо него.       Баки пошёл рядом, притворяясь абсолютно невинным. — Просто совпадение, Китти. Нью-Йорк — огромный город. Правда, иногда он любит сводить вместе одних и тех же людей.       Она старалась не улыбаться, но уголки её губ предательски дрогнули. В глубине души Кэтрин знала: каким бы неловким ни был момент, ей льстило, что Джеймс не прекращал свои попытки. А потом возникал резонный вопрос: «Попытки чего, Китти?»

***

      Харт сидела на диване у Наташи, обнимая кружку чая и пытаясь сделать вид, что обсуждает работу, но Романофф уже уловила её неловкие жесты и странное поведение. — Так, стоп, — сказала женщина, откладывая телефон. — Ты ведёшь себя так, как будто спрятала труп. Колись, Харт.       Китти застонала, откинувшись на диване. — Нет, это бред. — Бред? — Наташа хитро прищурилась. — Обычно «бред» — это как раз самое интересное, Китти. Я жду, — рыжая повела бровью и сложила руки на груди.       Сдавшись, Кэтрин вздохнула и тихо пробормотала: — Я вышла из… ну… магазина. — Магазина? — Наташа подалась вперёд. — Ну-ка, конкретнее.       Китти закрыла глаза, уже представляя, какой будет реакция Романофф. — Из секс-шопа.       Тишина длилась всего лишь секунду. Потом Наташа расхохоталась так громко, что, казалось, даже стены задрожали. — О, нет! — Нат еле отдышалась. — Не говори мне, что Баки тебя там застукал!       Харт кивнула, пряча лицо. — Да. Он проходил мимо. И, конечно, увидел, из какого именно магазина я выходила.       В этот момент дверь открылась, и вошёл Стив с пакетом продуктов. Он успел услышать последние слова. — Из какого именно магазина ты выходила, Китти? — Ты не поверишь, Стив, — всё ещё смеясь, сказала женщина. — Китти вышла из секс-шопа, а Барнс случайно оказался там же.       Блондин замер, а потом тоже начал смеяться, но попытался прикрыть это кашлем. — Ох… Это даже для Баки чересчур удачное совпадение. — Перестаньте! — Китти закатила глаза и спрятала лицо в подушку. — Это не смешно, вы не понимаете! — Это очень смешно, — спокойно возразила Наташа, подмигнув своему парню. — И теперь я абсолютно уверена, что судьба прямо кричит: «Кэтрин Харт, немедленно перестань убегать от этого мужчины!»       Стив, всё ещё усмехаясь, добавил: — Честно, Китти, если Нью-Йорк умудряется сводить вас даже у секс-шопа… может, пора перестать спорить хотя бы с городом?       Харт простонала что-то нечленораздельное, но где-то глубоко внутри понимала: их подколы — лишь отражение правды, которую она сама боится признать. Позже Наташа задумчиво вертела в руках бокал вина. Кэтрин сидела рядом, уверяя, что всё под контролем, но подруга её почти не слушала — в голове Романофф уже складывался идеальный план. — Ладно, — протянула рыжая, делая вид, что размышляет вслух. — Стив послезавтра устраивает небольшую коктейль-вечеринку. Ты ведь обещала помочь мне выбрать платье, помнишь? — Обещала, — ответила Китти, подозрительно прищурившись. — Почему у тебя такой вид, будто ты только что подписала кого-то на участие в афере века?       Женщина улыбнулась с самым невинным выражением лица, на какое только была способна. — Просто думаю, что вечеринки — лучший способ перестать нервничать. Ну, и расширить круг общения, конечно.       Тогда до Харт дошло. — Нат, — Китти скрестила руки. — Баки там будет? — Возможно, — протянула Наташа. — Но послушай, это же не свидание. Это просто тусовка. Много людей. Музыка. Коктейли. Ты в красивом платье. Разве не идеально? — Ага, — только пробурчала шатенка. — «Просто тусовка». Как и прошлое барбекю.       Кэтрин не понимала, почему злится на Романофф и на её жгучее стремление устроить её личную жизнь с Барнсом. Ведь, может, у них могло бы что-то выйти. «Правила, дорогуша». Или не могло? — Ну а что я могу сделать? — Наташа подняла руки, изображая невинность. — Я же не виновата, что Стив всегда приглашает Баки. Они лучшие друзья, мы с тобой тоже. Никаких проблем, детка.       Китти фыркнула, говоря что-то о том, что Нат издевается над ней, а Романофф, тем временем, мысленно добавила ещё один пункт в свой список дел на ближайшее время: «Свести этих двоих любой ценой».

***

      Квартира Стива была залита мягким светом гирлянд, играла негромкая музыка, а гости перемещались между кухней и гостиной с бокалами в руках. Китти стояла у стола с закусками, притворяясь увлечённой выбором сыра, хотя чувствовала, что он где-то рядом. И точно — через минуту Баки появился, как по сценарию, держа стакан виски и ослепительно улыбаясь. — Ну надо же, — сказал мужчина, — я начинаю подозревать, что ты ходишь только на те вечеринки, где есть я.       На это девушка лишь фыркнула. — Или это ты появляешься на всех вечеринках, где есть я. — О, так это гонка? — Барнс сделал вид, что задумался. — Тогда считай, что я уже выиграл, — мужчина подался ближе, словно невзначай, но его взгляд был слишком внимательным, чтобы быть случайным. — Кстати, платье у тебя потрясающее. Хотя, кажется, на тебе всё сидит идеально.       Кэтрин фыркнула и взяла кусочек сыра. — Ты всегда такой прямолинейный? — Только когда есть повод, — ответил он, не отводя глаз.       Она снова закатила глаза, но на губах промелькнула улыбка, которую она пыталась скрыть, откусывая сыр. Позже, когда Харт направлялась к дивану, Баки снова оказался рядом, будто совершенно случайно. — Ты избегаешь меня? — спросил шатен с притворной обидой. — Нет, — ответила она. — Просто перемещаюсь по квартире. Это запрещено? — возразила девушка, приподняв брови. — Хорошо, — мужчина улыбнулся. — Просто проверяю. Потому что если ты снова сбежишь, как после той ночи… или как в прошлые разы… то я начну думать, что ты, Китти, нарочно делаешь нашу историю интереснее.       Девушка закатила глаза в третий раз за вечер, но на этот раз уже не могла сдержать смех. — Может, я просто люблю держать тебя в тонусе, Барнс. Не думал об этом в этом ключе?       Баки усмехнулся, аккуратно касаясь её локтя. — Тогда знай: в этом деле ты настоящая профессионалка.       И Китти вдруг поймала себя на мысли, что всё меньше хочет бежать. Но голос в голове повторял: «Мы не забываем правила, верно?» Музыка в гостиной стала громче, кто-то сменил плейлист на более ритмичный. Кэтрин смеялась над шуткой высокого парня в светлой рубашке, который явно наслаждался её вниманием. Она наклонилась к нему, и Баки, проходя мимо с новым стаканом, невольно остановился. Барнс не собирался подслушивать, но смех девушки был заразительным, а взгляд зелёных глаз слишком тёплым. Парень наклонился ближе, что-то шепнул ей на ухо, и Китти невесомо коснулась его руки, смеясь ещё громче.       Баки тут же почувствовал лёгкий укол ревности — неожиданный и почти раздражающий. «Ты же не её парень, — напомнил он себе. — И вообще, это Нью-Йорк. Она может делать то, что хочет». Но что-то внутри него зашевелилось. Шатен отвёл взгляд, сделал глоток виски и попытался переключиться на разговор с каким-то знакомым.       Не получилось.       Через несколько минут он снова взглянул в её сторону, и уловил момент, когда Китти тоже искоса посмотрела на него. На секунду их взгляды встретились, и Барнс почувствовал, как ревность сменяется тёплым и каким-то притягательным чувством. Харт улыбнулась едва заметно, будто проверяла, смотрит ли он. Баки ухмыльнулся про себя. «Хорошо, Барнс, — подумал он, — игра началась». Он подошёл к ней, когда парень ушёл за новым напитком. — Вижу, ты нашла себе отличную компанию, — произнёс шатен с лёгкой усмешкой.       Китти на это лениво подняла бровь. — Ты ревнуешь? — Кто, я? — Баки сделал вид, что удивлён. — Нет, просто проверяю, чтобы никто не украл у меня шанс снова услышать твой смех.       В очередной раз за вечер Кэтрин закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Твой флирт, Баки, слишком предсказуем. — Может быть, — ответил он, наклоняясь ближе, — но, признаюсь, мне нравится флиртовать с тобой.       И хотя Китти делала вид, словно ничего не замечала, она замечала всё. Баки был везде. Буквально. Балкон Роджерса утопал в огнях ночного Нью-Йорка. Девушка опёрлась на перила, зажгла сигарету и глубоко вдохнула, наслаждаясь тишиной после шума вечеринки. Прохладный воздух приятно холодил кожу, а внизу город жил своей жизнью. — Я думал, что леди не курят, — раздался за её спиной низкий голос.       Кэтрин вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Она сделала затяжку, выпустила дым и только тогда посмотрела через плечо. Джеймс стоял в дверях балкона, освещённый мягким светом квартиры, и выглядел чертовски довольным собой. — А ещё, — ответила девушка, прищурившись, — леди не отвечают на звонки бывших, не занимаются сексом на первом свидании и не ходят в секс-шопы. Так что, похоже, я безнадёжный случай.       Баки усмехнулся и вышел на балкон, прислоняясь к перилам рядом с ней. — Ну, по крайней мере, ты честна, Китти.       Девушка быстро затушила сигарету в пепельнице и повернулась к нему лицом. — Скажи честно, Баки, почему ты меня преследуешь?       Мужчина сделал вид, что удивлён. И, может, так и было на самом деле. — Преследую? Это так ты называешь серию совершенно случайных совпадений? — Барнс видел, как на лице Кэтрин играют эмоции, и не мог до конца понять, что именно это было. — Совпадений? — Харт скрестила руки, будто бы защищалась. — Барбекю, магазин, вечеринка… даже у секс-шопа ты «случайно» оказался.       Баки наклонил голову, и его взгляд стал мягче. — Барбекю и вечеринка, конечно, не случайны — меня на них пригласили. Как и тебя, Кэтрин, — шатен снова улыбнулся, и Харт чувствовала, что уже почти забыла, что вообще они обсуждают. — Остальное? Может, это и не совпадения. Может, мир просто намекает, что ты зря бежишь.       Её сердце предательски сжалось, но она подняла подбородок, стараясь выглядеть невозмутимо. — А может, мир просто издевается. — Или играет в сводника, — парировал Джеймс, улыбаясь только уголками губ. — Но я не против, — мужчина посмотрел на неё с таким спокойным и уверенным интересом, что Китти пришлось отвернуться, чтобы скрыть свою смущённую улыбку.       В воздухе между ними повисло чувство, что эта игра давно вышла за пределы случайностей. Тишина между ними вдруг стала плотной и почти осязаемой. Баки сделал шаг ближе, и его взгляд задержался на губах девушки. Китти почувствовала, как сердце предательски ускорилось, и на секунду ей показалось, что весь город исчез. Тогда Барнс наклонился вперёд так медленно, словно давая ей время отстраниться, если она захочет. Его рука уже почти коснулась её щеки. — Баки… — голос Кэтрин прозвучал шёпотом, и девушка сделала шаг назад. — Между нами ничего не может быть.       Он замер, всё ещё близко к ней, но не касаясь. В его светлых глазах мелькнуло удивление и лёгкая тень разочарования. — Почему? — тихо спросил Джеймс, нахмурившись.       Китти отвела взгляд, сжимая руки, словно искала опору. — Потому что… — она замолчала, подбирая слова. — Я уже проходила через это. Военные, их привычки, их раны… Это сложно. Слишком сложно. И я… — Харт выдохнула так, будто решала судьбу. — Я обещала себе больше не идти по этому пути.       Баки молчал несколько секунд, а потом едва заметно кивнул и неловко улыбнулся. — Понял, — сказал он спокойно, но в его глазах мелькнула такая тень, будто слова Кэтрин задели его глубже, чем он хотел показать. — Но, Китти… — шатен взглянул на девушку снова. — Может, я не тот же самый путь, что ты уже знаешь.       Кэтрин посмотрела на Джеймса, не зная, что ответить. Ночной город мерцал позади них, а напряжение между ними стало ещё ощутимее. Девушка отвернулась, притворившись, что её взгляд прикован к огням улицы, но внутри она чувствовала, что обманывала сама себя.       Китти зашла домой, захлопнула дверь и опёрлась спиной о холодную поверхность. Голос Баки всё ещё звучал в её голове, мягкий, уверенный и словно дразнящий. «Почему я так реагирую? — думала она, закрыв глаза. — Я же сама себе обещала: не встречаться с военными… даже бывшими. Не позволять себе слишком быстро доверять и уж точно не поддаваться на эти трюки». Харт провела рукой по тёмным волосам, ощущая, как мысли путаются. Каждое лёгкое прикосновение Барнса, каждый его взгляд на вечеринке, их разговор на балконе — всё это нарушало её собственные правила. И она сама шла на это, словно забыла, что у неё есть границы. Китти открыла глаза, глядя на потолок. «Что я делаю? Почему он так влияет на меня? — её сердце сжалось, а разум пытался найти оправдание. — Это же просто флирт, просто совпадения, но почему мне хочется поддаться?» Тогда Харт глубоко вздохнула, осознавая: она редко позволяла себе такую близость. Слишком много раз правила помогали ей держать сердце в безопасности, но с Баки всё казалось другим: он был вызовом, нарушением всех её внутренних запретов и, к её ужасу, она хотела принять этот вызов.       Баки сел на край дивана в своей небольшой квартире. В комнате было тихо, лишь слабый шум кондиционера и далёкие огни Нью-Йорка за окном. Он держал в руках пустую чашку, но мысли были вовсе не о чае. Барнс вспоминал балкон и Кэтрин Харт: её взгляд зелёных глаз, который одновременно отталкивал и манил, лёгкую дрожь в её голосе, когда она сказала «между нами ничего не может быть», и как девушка отвернулась, стараясь скрыть свои эмоции. «Почему она так поступает? — думал шатен, немного улыбаясь. — Как будто боится того, чего сама хочет». Мужчина провёл рукой по отросшим волосам, ощущая странное напряжение в груди. Он понимал, что Китти умна и осторожна, и в этом было что-то невероятно притягательное. Джеймс вспомнил, как её глаза мельком встретились с его взглядом на вечеринке, как Харт смеялась над шуткой другого, и что-то внутри него обожгло ревностью, а потом потеплело. «Чёрт… — снова подумал Баки. — Китти смешная, упрямая и раздражающая, но это абсолютно не отталкивает».       Барнс решил, что оставит всё Нью-Йорку.

***

      Квартира Наташи была украшена гирляндами и воздушными шарами, а на столе стояли пироги, закуски и несколько бутылок вина. Гости смеялись, поздравляли именинницу, а сама Романофф блистала в центре внимания, принимая комплименты. Китти держала бокал в руках и осматривала комнату, когда заметила Баки. Он стоял возле дивана, улыбаясь нескольким гостям и поддерживая разговор. Харт нахмурилась, слегка озадаченная. — Ты заметила что-то странное? — шепнула Романофф, прикладывая бокал с вином к губам. — Что? — тихо спросила Китти, не отводя взгляда от Барнса. — Баки, — женщина усмехнулась, — он ведёт себя слишком спокойно, да?       Шатенка кивнула, всё ещё изучая его. Джеймс смеялся над шуткой Стива, помогал другой гостье с тортом, а когда их взгляды встретились на секунду, он просто приветливо улыбнулся. Не более того. Китти ощутила лёгкое смущение и одновременно облегчение. С одной стороны, отсутствие флирта делало встречу менее напряжённой, с другой — это заставляло её понять, что её собственные чувства к нему куда глубже, чем она хотела бы признать.       Весь вечер девушка следила за ним, стараясь не выдавать своих эмоций. Баки же вёл себя дружелюбно, почти заботливо, и это только усиливало её внутренний конфликт. Позже, когда Харт стояла с бокалом вина у окна, наблюдая за гостями, её взгляд снова случайно остановился на Барнсе. Он смеялся с какой-то девушкой, чуть наклонившись к ней. Что-то внутри Китти мгновенно закипело. Сердце забилось быстрее, а в груди появилось странное ощущение раздражения. Она старалась успокоиться, отводила взгляд, но не могла — каждое его движение, каждый смех девушки рядом с ним действовали на неё как провокация. Злость и ревность смешались с удивительным чувством притяжения. Её руки задрожали, а губы непроизвольно сжались. Джеймс казался таким лёгким, естественным, открытым, как всегда, только теперь его внимание было направлено на кого-то другого. И Китти не могла понять, почему это задело её так сильно. «Чёрт… — сказала девушка про себя, ощущая, как в груди сжалось сердце. — Что со мной не так?»       Харт отвела взгляд, пытаясь вернуть себе спокойствие, но мысль о том, что Барнс может быть с кем-то ещё, грызла её изнутри. И, вопреки её рациональным доводам, Кэтрин поняла, что устала бояться. Внезапно эмоции переполнили её. Она решительно подошла к Баки, схватила за руку и потянула в сторону более уединённой комнаты. Мужчина лишь удивлённо поднял бровь, но не сопротивлялся, когда они оказались наедине. Девушка остановилась, посмотрела ему в глаза и без слов начала целовать его, сливаясь в страстном и почти отчаянном порыве. Барнс сначала оторопел, но когда горячий и влажный язык Китти ворвался в его рот, исследуя каждый сантиметр, мужчина сдавил её талию, так же страстно отвечая на внезапный порыв чувств.       Баки отстранился на мгновение, чтобы перевести дыхание, и тут кое-что осознал: он уже снял футболку, а объект его восхищения стояла рядом только в одних джинсах и кружевном бюстгальтере с совершенно неприкрытым волнением в глазах. — Китти… — прошептал шатен, встречаясь с её взглядом, полным решимости и желания. Она улыбнулась ему, и Барнс почувствовал, как напряжение между ними достигло предела. — Китти… — так же тихо произнёс мужчина. — Нам нужно остановиться.       Девушка моргнула, удивлённо взглянув на него. — Но… я…       Он тепло улыбнулся и поднял руку, чтобы коснуться её щеки. — Я знаю, чего ты хочешь. Но помнишь, что ты сама сказала тогда на балконе? Что между нами «ничего не может быть»?       Кэтрин закрыла глаза, почувствовав, как слова Джеймса доходят до неё. Он был прав — она сама установила эти правила, чтобы защитить себя. И теперь, когда она почти забыла о них в порыве эмоций, Барнс аккуратно напомнил, что границы всё ещё существуют. — Я идиотка… — прошептала Харт, улыбаясь. — Вовсе нет, Китти, — Джеймс мягко улыбнулся, касаясь её щеки большим пальцем.       Она открыла глаза и посмотрела на него, чувствуя, как смесь разочарования и притяжения пронизывает её. Он был рядом, но одновременно давал пространство — и это заставляло её чувствовать ещё большее желание быть с ним, но уже осознанно, а не в порыве импульса. Они сели на край кровати, чуть развалившись, но с дистанцией, чтобы это не было слишком интимно. Атмосфера была одновременно напряжённой и смешной: они только что почти переступили черту, но теперь снова оказались «на границе». Кэтрин пробормотала, краснея: — Знаешь… у нас был… классный секс.       Баки поднял бровь, а затем усмехнулся. — Да, мне тоже понравилось.       Китти только усмехнулась. — Ну, — сказала шатенка, откидывая волосы назад, — мне нравится, как ты говоришь, когда пытаешься быть серьёзным. Совсем не похоже на флирт, правда? — Совсем не похоже… — повторил мужчина, ухмыляясь. — Хотя, если честно, твой смех и взгляд делают меня совершенно беспомощным.       Они оба тихо рассмеялись, осознавая всю абсурдность ситуации: почти что пересекли границу, а теперь сидят, перебрасываясь неловкими комплиментами. Харт посмотрела на Барнса и заметила, что внутри всё ещё чувствует притяжение, смешанное с раздражением на себя за то, что снова нарушает свои правила. Баки, в свою очередь, понимал: даже играя в «друзей», он не собирается терять это напряжение между ними. Он откинулся на локтях, наблюдая за девушкой, а потом сделал глубокий вдох и тихо сказал: — Знаешь, мне действительно понравилось, как в прошлый раз ты взяла всё в свои руки, — Харт на секунду замерла. — И как классно ты выглядела на мне сверху.       Девушка покраснела, но решила, что в эту игру могут играть двое. Кэтрин подвинулась ближе и улыбнулась так, что у Барнса почти затряслись коленки. — О, правда? Ну, мне тоже многое понравилось… Например, твои длинные пальцы — они удивительно умелые. И… волосы у тебя очень красивые. — Длинные пальцы, да? Ну, я всегда считал их полезными, — ухмыльнувшись, прокомментировал Джеймс. — А волосы… — он провёл рукой по затылку, — спасибо, я стараюсь держать их в порядке.       Китти на это лишь громко фыркнула. — Похоже, ты умеешь быть обаятельным даже в неловких моментах. — А ты умеешь делать комплименты так, что мне хочется сразу улыбаться и краснеть одновременно, — парировал Баки, наклоняясь к Харт.       Они снова встретились взглядами, и на мгновение между ними повисла тишина, насыщенная эмоциями, притяжением и осознанием того, что границы вновь размылись. — Смешно, правда? — тихо сказала Кэтрин, улыбнувшись. — Мы сидим здесь и перебрасываемся комплиментами, хотя ещё совсем недавно почти потеряли голову. — Смешно, — согласился мужчина, — но приятно, — Барнс вздохнул, сместив взгляд на руки, переплетённые на коленях. — Слушай, — начал он осторожно, — я знаю, что ты говорила раньше о… о том, что у тебя был опыт с военными.       Девушка сразу же замерла. — Да… было пару раз. Неважно… это не имеет значения, — она попыталась улыбнуться, но в голосе прозвучала лёгкая ностальгия и тень боли.       Баки покачал головой и улыбнулся, стараясь не давить на девушку. — Мне важно знать, если ты захочешь поделиться. Не потому, что я любопытен. Просто… чтобы понять тебя лучше, Китти.       Она глубоко вздохнула, прежде чем начать: — Я выросла в семье военного, — сказала Харт еле слышно. — И это было сложно. Строгие правила, дисциплина, а потом отношения с военными, которые оставили шрамы… Так что я решила, что больше не буду впутываться в это.       Барнс кивнул, не перебивая, слушая каждое слово. Его голос был мягким и почти нежным: — Я понимаю… и я не собираюсь быть ещё одним человеком, который нарушает твои правила или оставляет шрамы.       Кэтрин прищурилась и посмотрела на Джеймса, ощущая искренность в каждом его слове. Несмотря на всё притяжение и напряжение между ними, Харт впервые почувствовала, что может довериться хотя бы частично, и что мужчина не будет использовать её прошлое против неё. — Спасибо, — сказала она тихо, улыбаясь. — Это важно для меня.       Мужчина лишь кивнул, и его улыбка была мягкой, но полной намерения: Баки Барнс не собирался останавливаться, но теперь понимал, что придётся действовать осторожно, чтобы завоевать её доверие, а не разрушить его. — Я веду группу поддержки для ветеранов, — внезапно начал Барнс. — Помогаю ребятам, которые вернулись домой и пытаются снова найти свой путь. Это тяжело, но важно.       Китти медленно кивнула, осознавая, что за улыбкой и лёгкой шутливостью Джеймса действительно скрывается гораздо больше. — Это впечатляет, — поправляя волосы, прошептала девушка. — Ты действительно помогаешь людям, Баки.       Кэтрин почувствовала, как её сердце немного смягчилось. Этот мужчина был не только привлекательным и остроумным, но так же ответственным и заботливым. И именно это заставляло её одновременно хотеть быть рядом с ним и бояться нарушить свои собственные правила.       Баки глубоко вздохнул, смотря на Харт, и она задержала дыхание. — Слушай, — начал он с лёгкой улыбкой, — я хотел бы пригласить тебя на свидание. — Но… — девушка хотела что-то сказать, но Барнс торопливо добавил: — Я всё понимаю. Если что-то будет тебя смущать, если тебе что-то не понравится — больше я не побеспокою. Ты скажешь «стоп», и я остановлюсь, Кэтрин.       Китти немного расслабилась, и лёгкая улыбка промелькнула на её губах. — Это очень уважительно, — сказала она. — Но что если я скажу «да», Баки?       Мужчина только ухмыльнулся, покачав головой. — Тогда я обещаю, что это будет просто приятно. — Ладно, — Харт пожала плечами, ощущая лёгкую прохладу. — Я согласна, Баки.

***

      Солнце уже клонилось к закату, когда во дворе у Роджерса раздавались смех и запах жареного мяса. Стив с Наташей готовили стол, а гости уже потихоньку собирались. В этот момент подъехала машина Барнса. — Баки, это всё твои вещи? — спросила Китти, пытаясь удержать несколько пакетов одновременно. — Мои? — буркнул он, уже с трудом удерживая пакет с напитками. — Это же… Зачем ты взяла половину продуктового магазина? — Я думала, нам пригодится всё! — парировала Харт, чуть краснея. — И кстати, меня укачало в машине… так что, если меня сейчас стошнит, это твоя вина.       Баки только глубоко вздохнул, тяжело опираясь на дверцу машины. — Да, конечно, если тебя стошнит прямо на мои новые кеды, то я только буду рад.       Кэтрин громко фыркнула, пытаясь не упасть, взяв ещё один пакет. — Ты такой ворчливый, Баки… Не могу поверить, что ты ругаешься из-за еды. — Ворчливый? — пробурчал шатен, ставя пакеты на землю. — Я просто говорю факты, Китти.       В это время Стив и Наташа наблюдали за ними с террасы. Романофф едва сдерживала смех. — Смотри на них, — шепнула она своему парню. — Как два котёнка, таскающие игрушки. — Помогать мы им, конечно, не будем, — кивнул Роджерс, ухмыляясь. — Нет, конечно, — рыжая громко рассмеялась, продолжая наблюдать за новоиспечённой парочкой.       Наташа и Стив уже знали: эти двое — источник нескончаемых комичных сцен. Китти стояла возле стола с напитками, когда Баки подошёл с бокалом лимонада. Он ухмыльнулся и сказал: — Моя девушка не может определиться с напитком?       Китти мгновенно ударила Барнса по плечу. — Баки! — пролепетала она, отступая на шаг. — Что ты только что сказал?       Джеймс только удивлённо поднял бровь, как будто только что произнёс что-то странное. — Я назвал тебя своей девушкой, — шатен ухмыльнулся и покачал головой. — Ну, после того, что мы делали прошлой ночью…       Харт в ужасе подняла ладонь и буквально закрыла ему рот. — Тшш! — шипнула она, слегка смеясь, но с оттенком паники.       Баки поймал её ладонь, всё ещё закрывающую ему рот, и медленно опустил её, не сводя взгляда с шатенки. Его серо-голубые глаза сверкнули озорным огоньком. — Ладно, — прошептал мужчина, едва заметно улыбаясь, — обещаю молчать… но только если ты признаешься, что тебе нравится быть моей девушкой.       Харт прикусила губу, чувствуя, как где-то под рёбрами предательски потеплело. Она сделала вид, что закатывает глаза, но уголки её губ уже подрагивали от улыбки. — Может быть… — тихо сказала шатенка и шагнула ближе.       Барнс чуть наклонил голову, и их взгляды встретились. В этой короткой, наполненной электричеством тишине мир вокруг словно растворился. Где-то за их спинами Наташа едва сдерживала смех, а Роджерс уже готовил очередную шутку. — Так а что вы делали прошлой ночью?       Романофф нарочито громко откашлялась, прикрывая улыбку, а Стив с самым невинным видом поднял брови. Баки и Китти замерли, как два школьника, застуканные за чем-то запретным. Но Джеймс, не растерявшись, расправил плечи и ухмыльнулся. — Собирали пазл. Очень сложный. На тысячу деталей. — Да-да, — подхватила Кэтрин, мигом включившись в игру, — и мы, кстати, не потеряли ни одной детали! В отличие от некоторых, кто теряет даже носки после стирки.       Китти думала, что это была просто серия совершенно случайных совпадений, но Баки Барнс добавил бы, что это была серия очень приятных случайных совпадений.