Мысли

Она смотрела на него не с тем удовольствием, которым так хотела сегодня сладкого. Ей принесли его в лучшем виде, но чувства счастья он не вызвал. Достав из пакета, аккуратно сняла обертку. Она начала кусать его с гладкой стороны, где было лишь покрытие из шоколада. Он так напоминал пирожное картошку, но в лучшем виде, покрытый шоколадом и наполовину красноватой мелкой посыпкой, она кусая старалась угадать, какую же марку шоколада ей так смутно вспоминается при укусе, неужели что то с орешками, возможно альпенгольд? Она не знала точно, ежесекундное желание выяснить это, не осталось надолго и вскоре позабыв про это и не старалась думать. После первого же укуса, он начал скользить по палочке, ведь крепления у края больше не было. С каждым укусом конец ощущался все явнее и ближе, и с тем больше её охватывал этот вкус. Когда она перешла к посыпке в её разуме не осталось мыслей, кроме оценки на сколько же долго он ещё сможет протянуть. Но в этом она лгала. Последний укус, и все остатки с хрустящими шариками скрылись за малиновыми воротами. Мысли не оставляли её даже в том коротком наслаждении, что она себе позволила. Но оно кончилось, а все то, что её так тяготило осталось. Она снова зашла в это место, ей снова хотелось видеть заполненность, но и в этот раз ничто её не обмануло, поэтому лишь удушающая пустота, так и сопутствовала ей. Она уже не знала, что делать, ей представлялось все так мелко и глупо, но она не могла этого сказать, она лишь судорожно хваталась за дыхание, чтобы не вывести эмоции. Она не думала. И снова ложь. Время перевалило ещё чуть за час с того момента, а ей казалось что дольше его она не существовала, она лишь ждала, ждала что вот её спасут, но кажется было слишком много камней, чтобы ей помогли. Сейчас она явственно злилась, грустила, и сдерживала слезу, но в душе в ней все ещё теплилась надежда, что ничего другого и не создасться, все пойдёт тем же чередом что раньше, ничего нового не произойдёт, ничего страшного... И снова уведомление, да, естественно, не то. Не то что хотелось видеть её глазам, не то что ей хотелось, она ничего уже не знала и просто спряталась туда, где ей места уже почти что не было. Этот "домик" был такой же маленький, каким она его выстроила, она будто и не пыталась сделать так, чтобы тяжёлые стены не сдавливали её, но те невидимые руки что исходили из них, запускались в её волосы, и шебурша, где то там, под покрытием головы, заставляли все снова и снова, прятаться и сжиматься. Хотелось выразить колкость, что-то настолько острое, что незаметно войдя в голову уже бы не вышло, но та часть её, что оставалась в благоразумии не позваляла заполниться падением. Она ругала себя, тратила все свои силы, она делала все чтобы предотвратить, и все ещё бежала к сообщениям, и так и не видев ничего, оставалась метаться меж двух огней.