Свобода жизни

Как и ожидалось, они доехали быстрее, чем остальные. Наверное, из-за того, что Эдисон проезжал между машинами, когда те были в пробке. Выключив мотор, два парня встали с мотоцикла. – Слушай, у меня вопрос есть один. – проговорил Аарон. Эдисон взглянул на него с вопросом, вешая шлем на мотоцикл. – Чего? – спросил Эдисон. – Почему ты боишься прикосновений? Если что, ты можешь не отвечать. – сразу предупредил он Эда. Но младший замер с ключами в руках, которые в ту же секунду выпали из рук на асфальт. Почему после этого вопроса он всегда вспомнил те дни, проведённые в психиатрии. Простояв так несколько секунд ещё, он отмер: – Я не хочу на это отвечать. Какие угодно вопросы, но не эти. Я пошёл. – взяв валяющиеся на асфальте ключи, Эдисон ушёл в сторону входа в общежитие. Поднимаясь на свой этаж. Между вторым и третьим этажом у Эдисона закружилась голова. «Господи, как башка трещит...» пронеслось в голове Эдисона, схватившись за свою голову, и упёрся на стену. В глазах поплыло. «Ненавижу это состояние», но Эдисон вдруг вздрогнул, поняв, что с ним. Он сразу же посмотрел на своё запястье. Только вот ничего Эд не было видно из-за расплывчатого зрения. Но, проморгавшись, он заметил, как какое-то черное пятно выпирает за митенками. «Чёрт, мне пиздец. Нужна инъекция». Еле как дойдя до своего этажа и комнаты, Эдисон прошёл внутрь, везде был включён свет. Снимая обувь, Гибадулин услышал, как к нему кто-то подходит. – Эд! Ты как в порядке? Нил с тобой? С вами всё хорошо? Я могу чем-то... – это оказался Мэтт, который оказался слишком громким сейчас, его голова будто сейчас разорвёт. Эдисон решил перебить его, он всё равно ничего не понял из того, что он спросил, только про Нила услышал. – Мэтт, нет, я ни хера не знаю. У меня пиздец как болит башка. И я хочу спать. Ещё Нил не со мной. И больше не спрашивай меня ни о чём. – ответил ему Эд, но, кажется, Мэтту было плевать, что ему ответили так грубо. Бойд лишь кивнул. Эдисон ушёл к себе, слегка покачиваясь. Он прошёл мимо Дэн, которая тоже что-то говорила ему, но младший решил её проигнорировать и прошёл к себе. Если честно, Гибадулин очень сомневался, что сможет залезть на свою кровать. Он уже успел проклять всех людей на этой земле.  Еле забрались на второй этаж кровати, Гибадулин уткнулся в свою подушку. И попытался заснуть, но его руку пронзила острая боль. Он зашипел от боли. «Чёрт, ну всё, пизда моей руке», — сразу понял Эдисон. Понял то, что придётся прятать свои руки и не только руки от других, пока не добудет инъекции. Его прошлая закончилась, а очень жаль. «Почему это всё началось именно сейчас?» Эдисон привстал на локтях и вытащил свой телефон из кармана, пытаясь позвонить Илье. Но как-то не получалось нажать на нужную кнопку, бросив это дело, Эд просто лёг обратно на кровать. «Если я сегодня сдохну, интересно, увижусь ли с бабушкой? Хотя, наверное, нет, всё же в ад попаду, в раю не место. Если, конечно, это». Как раз в комнату зашла Дэн. Вроде забрать свой телефон с зарядки. Эдисон понял то, что это его шанс. – Дэн, позвонил Эбби, срочно, такое чувство, будто я прям сейчас сдохну. – пробормотал Эдисон. Дэн обеспокоенно посмотрела на него и увидела только опустошённость, поэтому, как и попросил Эдисон, она сразу же позвонила Эбби. Эдисон не слышал их разговора. – Эй, Эбби скоро будет, держись. Что с тобой? – решила всё же спросить капитан. – Я просто ужасно себя... – не успел он договорить, как закашлялся, так что думал, что задохнётся. Дэн не знала, что делать в такой ситуации, поэтому делала то, что могла, разговаривала с ним, чтобы тот не ушёл в себя, этому Эдисон очень благодарен. Он услышал, как к ним в комнату зашёл Мэтт. Бойд хотел было что-то сказать, но услышал, как к ним стучались. Дэн прошептала: «Хоть бы это была Эбби, а не монстры». Эдисон услышал ещё чей-то голос, но точно не Эбби. – Хочу встать. – хрипло пробормотал он, вставая. Дэн сказала ему этого не делать в таком-то ужасном состоянии, но кто её послушал? Вот именно никто. Поэтому Эдисон и слез с кровати, его руку пронзило острой болью. Он схватился за ту самую руку, где до этого видел черные пятна. Дэн что-то сказала ему о том, что следует меньше двигаться, поэтому пока что сказала сесть на кровать Мэтта, так как она была ближе всего. Кажется, прошло пару минут, но будто вечность. Всё это время Эдисон наблюдал именно за своей рукой. Она будто становилась чернее. Услышав приближающиеся шаги, в комнату зашла Эбби с Мэттом и, на удивление Эдисона, Аарон. «А этот черт что тут делает?» – Господи, Эд, что с тобой случилось? Что у тебя болит? – сразу начала Эбби. – Пусть остальные выйдут. – прохрипел Эдисон, остальных он имел в виду всех, кто тут находится, кроме Эбби выйти. Эбби повернулась к другим и попросила их выйти, Мэтт с Дэн вышли сразу, но вот Аарон отказывался выходить. – Я не уйду. Я хочу помочь ему. – говорил Аарон. – Он хочет, чтобы ты ушёл. – сказала Эбби с спокойствием. Хотя смотря на неё, он не выглядел такой спокойной, как говорила. – Ладно, пусть остаётся. – также прохрипел Эдисон. Эбби лишь кивнула на это и спросила ещё раз. – Скажи, что у тебя болит. - потребовала она. Эдисон же решил от неё ничего не утаивать. – Голова и правая рука. И такое чувство, будто я сдохну. – прохрипел Эдисон. Эбби сразу отмела болезнь. Так как до сегодняшнего дня с ним было всё хорошо, здоров, можно сказать. Эбби пощупала руку, но перед этим, конечно, спросив разрешения. Нажимая на руку, боли не было, но она была. И она была такой сильной, что Эдисон иногда шипел от боли. Эбби никак не могла понять, что с ним, поэтому подумала, что лучше сделать рентген и вызвать скорую, но Гибадулин отказывался от этой идеи. Сказав, что будет только хуже. Не любит он эти больницы и не доверяет их врачам. Эбби что-то сказала на этот отказ, то, что это необходимо для него, так как сама она не знает, что с ним, так как нету с собой ничего практически. Поэтому, раз уж Эд не хочет ехать в больницу, то они поедут в кабинет к Эбигейл. На это Эдисон согласился. Аарон же постоянно был рядом, поддерживал его словами. А когда пришлось тащить Эдуарда вниз, то чуть ли не на себе его таскал. В этом младший очень благодарен ему. Доезжая до стадиона. В этот раз Аарон просто поднял Эда на руки. Эдисон конечно не был против, но это всё равно немного смущало. Но не в этот раз. Эбби открывала им дверь, чтобы они прошли. Дойдя до  кабинета, Эбби открыла его и сказала ложить его на кушетку. Почему-то это место теперь напоминало психиатрическую больницу. Вроде бы смотрит только в потолок, но всё равно напоминает его худшие года жизни. – Эдисон, тебе придется снять свои повязки, мне нужно осмотреть твою руку.  – попросила она. Шатен лишь кивнул, давя разрешение. Но всё же она сняла митенки. Теперь-то на его обоих руках были эти черные пятна. – Господи, Эд, что с твоими руками? – ошарашенно наблюдала она за его руками. Аарона, кстати, оставили за дверью. – Эбби, у тебя есть инъекции? – вдруг спросил Эдисон. – Да, должны быть, а что? – У тебя есть инъекция под номером M76YK? – Я посмотрю, подожди только. – она направилась к каким-то стеллажам с чем-то. А Эдисон осталось лишь ждать. У Эбби и вправду была эта инъекция, поэтому, Эдисон ввёл её самостоятельно, хоть и с дрожащими руками. Эбби предлагала ему помочь, но он отказался. Инъекция должна сработать через полчаса, примерно. Поэтому Эдисон решил, что лучше поспит. «Конечно же, всё придётся рассказать Эбби, чтобы в следующий раз она была, можно сказать, наготове. » Улёгшись на кушетку, Эдисон моментально уснул, этот день его вымотал, ну хоть Эдисон смерти не боится, а то бы он себе все нервы истратил. ❗Не прошло и секунды, как Эдисон проснулся. Открыв глаза, Эда встретил тот же потолок, поднявшись на локтях, он не почувствовал никакой боли. Она прошла. Минус одна проблема. Только вот появилась ещё одна. Эдуард Гибадулин оказался в своей палате. В. Своей. Грёбаной. Палате. «Какого чёрта я тут? Неужели это просто сон, и со мной просто хотел поговорить Ник. Но кажется, это было не так, так как попытавшись открыть дверь, она была закрыта. «А? Почему дверь не открывается, обычно, когда я тут, все двери открыты.» Подергав за ручку ещё немного, он перестал, поняв, что бесполезно что-либо делать, поэтому осталось только ждать. Эдисон решил осмотреться, его это не так сильно беспокоило, так как он думал, что сейчас появится Ник и они вместе поговорят. Услышав щелчок двери, и Эдисон сразу же повернул голову в сторону двери. Дверь открыл не кто иной, как Михаил Пиявкович. Мужчина лет сорока, с темновато цветом кожи, зелёные глаза. Черные волосы и сильное телосложение. Он выглядел добрым, но на самом деле он тот ещё урод и мудак, который ставит эксперименты и опыты над людьми, превращая их в монстров. Это тот человек устроил слишком много херни в жизни Эдуарда. – Ну, здравствуй, дружок. Пора на уколы. – сказал Михаил Пиявкович, довольно низким голосом. Эдисон не мог понять, что тут, чёрт возьми, творится. – Что? Я никуда не пойду! Я уже всё прошёл! Всё лечение. – чуть ли не кричал он, не верил, что это реальность. – Ох, мальчик мой, у тебя, наверное, что-то снова с памятью? Ты ничего не проходил. Ты здесь ещё на полтора года. Ты не долечился, остался таким же психом. А теперь нам пора. Пойдём. – сказал мужчина, но Эдисон даже не шелохнулся, а просто замер, и никуда не хотел идти. Это поведение не понравилось Михаилу Пиявковичу, и он схватил его за руку и поднял. – Смеешь меня ослушиваться? Дрянной мальчишка, ты просто ничтожество. Ты должен быть послушнее. Не смей добавлять мне ещё проблем, ясно? И если я ещё раз узнаю, то, что ты сбегаешь, получишь наказание. – мужчина стоял над ним, он был в два раза выше, чем сам Эдисон. Михаил Пиявкович сильнее сжал его руку. И Эдисон кивнул ему. На что Михаил усмехнулся и потащил его за запястье в кабинет, где обычно они делают уколы. «Нет, этого не может быть. Я не мог всё это... Не смогу выдержать это снова. Не хочу. Не хочу становится монстром. Не хочу...» – Мелкий, только посмей сбежать. Снова в клетке запру. – проговорил главврач. – Но почему я здесь? Я же уже выписался отсюда, я закончил школу и поступил в университет, вступил в команду. Почему я тут? – всё же решился спросить Эдисон, вопрос, терзающий всё это время его сердце, если, конечно, оно осталось. – Ты это всё выдумал. Ты тут ещё до своих восемнадцати лет. Ты хочешь такое будущее. Ты просто шизик, который хочет хорошей жизни, но ты её не получишь. Тебя никто никогда не примет. Такого психа. Тем более ты убил человека. Ты должен быть в тюрьме. С тобой никто не будет рядом. – уж слишком много говорил он. Хотя так было всегда. Эдисон отказывался верить в это. Не могли же Лисы быть лишь его воображением, и тот поцелуй с Аароном тоже он придумал, нет, быть того не может. Они же были все реальны. Но врач продолжил говорить. – Они такая же выдумка, как и твой друг. Помнишь? Ты постоянно говорил, что он рядом с тобой. «Что? А он тут при чём? И почему этот мудак сказал, что они выдумка? Но как он узнал, то, что я говорю о людях?» Не успел Эдисон нормально поразмышлять над этим, как перед ними открылась дверь, и Михаил Пиявкович кинул того в кабинет. Эдисон довольно больно ударился спиной и копчиком. Потерев больное место, Эдисон решил осмотреться. В кабинете было ещё два человека. Это была вроде медсестра и вроде как стажёр? Он был не уверен насчёт второго. Но у того в руках был шприц с какой-то жидкостью цвета крови. Бордово-красная. – Привет, мелкий. – тот стажёр стоял с уж слишком большой улыбкой, чтобы считать его добрым. Та же медсестра стояла с скальпелем в руках. Михаил Пиявкович зашел в кабинет вслед за Эдом. Стажёр сразу же подошёл к нему, передавая шприц с кровавой жидкостью в ней. – Держите его. – приказал Михаил Пиявкович. Те двое кивнули и сразу же подошли к Эду. Ребёнок хотел было сопротивляться, но это не выходило, его схватили за обе руки и уронили на колени. Эдисон пытался вырваться из их хватки, но ничего не получалось. Он не мог это сделать. «Почему я так жалок?..» Медсестра начала хихикать и воткнула скальпель в ногу Эду. Крик ребёнка был слышен всей больнице. Ему зажали рот рукой. И медсестра, её красные волосы падали на его лицо. Она прошептала ему на ухо. «Ты должен страдать. Всегда». Эдисон вздрогнул. Но девушка прокрутила скальпель прям в его ноге, на что Эдисон снова хотел закричать, но не получилось, рот-то закрыли. – Мерзкая шлюха. – пробормотал Эдисон отдышавшись, нога пульсировала, будто сейчас взорвётся. – Оу, я от тебя это так приятно слышать. Я, конечно, насладилась бы тобой. Наверное, твоё мясо вкусное... Жаль, что кое-кто мешает это сделать. – её губы растянулись в улыбке. Она провела своей рукой по ноге Эда. «А я уже и забыл, что она каннибаллка. И почему меня окружают каннибалы?» – Мисс Локи, прекратите нести такую чушь. Этот человек мой. Я никому не отдам его. – проговорил Михал Пиявкович, подходя к парню, и вколол шприц в ногу которая кровоточила. И спустя несколько секунд рана начала заживать. – Всё работает. Ты станешь лучшим моим творением. Мальчик, ты мне всё больше и больше нравишься. Эдисон только нахмурил лицо на его слова. Он до сих пор не верил, что это всё правда. Надеялся, что это всё сон. Но разве во сне можно почувствовать боль? Разве он бы не проснулся бы? Почему всё это происходит с ним, почему он должен снова проходить через это? Почему? Почему? Он не понимает. Главврач приказал другим отвести в его палату. Его снова закрыли тут. Он вышел из неё, прошёл лечение, он был здоров. «Разве здоровому человеку прописали бы пить таблетки? Я не выздоровел, я просто шизофреник, я не... Не хочу верить. Но почему, всё так правдоподобно? С кем мне поговорить?» Ложась на кровать, которая была очень скрипучей. Эдисон попытался уснуть, но не получалось. Эд попытался ещё раз, а потом ещё. И в итоге, спустя ещё несколько раз, всё же получилось. Уснув, ему ничего не снилось. Хотя нет, снилось. Это был черный туннель. Эдисон шагал в нём, ища что-то. Но не находил, везде было пусто, прямо как в его душе. Но вдруг он услышал чей-то слишком знакомый голос. Ему он был очень рад. «Просыпайся, принцесса»