Глава 9
20 сентября 2025 г., 12:05
На второй день дождь прекратился, и под лучами солнца Коноха наполнилась жизненной силой. Над деревней раскинулась радуга, вызывая невинные, радостные улыбки на лицах жителей и детей. Даже проходящие мимо шиноби не могли не улыбнуться при виде этого зрелища.
«Поздравляю, Микото. Ты скоро станешь особым джонином», - улыбаясь, сказал Широ, вернувшись в деревню и узнав новости от Микото. Однако, услышав это, в глазах Микото появилась грусть и тяжесть.
«Здоровье моего деда ухудшается. Хотя мой Шаринган достиг только двух томоэ, я должна начать брать на себя ответственность за клан». Одним предложением она раскрыла очень многое: Учиха Сецуна, старейшина клана, близился к концу своих дней. Учиха Микото, как его единственный потомок по кровной линии, должен был унаследовать его наследие.
«Старейшина...?»
На лице Широ отразилось беспокойство, хотя внутри он чувствовал скрытое волнение. Микото самодовольно улыбнулась его словам.
«Все в порядке. Будет лучше, если этот старик уйдет поскорее. Это принесет клану покой».
Они шли бок о бок по направлению к территории клана Учиха, а в голове Широ бушевали мысли о последствиях того, что рассказала Микото. Хотя ее повышение до Особого джонина было несколько вынужденным, Микото, с ее Шаринганом два томоэ и юным возрастом, все еще была нужна как наследница ястребиной фракции старейшины Сецуны. Это казалось... возможностью.
Внезапно Микото повернулась к нему, ее тонкие руки обхватили его лицо, и она глубоко заглянула в его темные глаза.
«Широ, - начала она, выражение ее лица стало сложным и торжественным.
«У нас мало времени. Твой Чунин скоро будет назначен, но ты должен пробудить свой Шаринган как можно скорее. Ты будешь нужен мне в будущем!»
Широ решительно кивнул.
«Сестра Микото, не волнуйся. Я помогу тебе».
Не желая ее подводить, он понимал, что с ухудшением здоровья старейшины Сецуны только Микото может унаследовать его силу. Но с ее нынешними ограниченными силами ей срочно требовалась его поддержка. Этим и объяснялось ее желание, чтобы он пробудил свой Шаринган после того, как она разблокировала свой в результате эмоциональной борьбы.
Как только они достигли территории клана, до них дошли шокирующие новости.
«С внуком Первого Хокаге, Наваки, случилось несчастье!»
Микото и Широ были ошеломлены.
Микото была ошеломлена тем, что Наваки был последним прямым потомком Первого Хокаге по мужской линии, а Широ был потрясен тем, что даже при знании Цунаде такая трагедия все равно могла произойти.
Перед Мемориальным камнем стояли ряды каменных знаков, а Цунаде молча стояла, одетая в синий плащ. Ее лицо, сжимавшее в руке ожерелье, было полно скорби, а по щекам текли две струйки слез. В тишине витала ощутимая аура убийственного намерения.
«Наваки!»
Позади нее послышались шаги. Широ, только что вернувшийся с задания, прибыл на место происшествия в поношенной дорожной одежде и с букетом белых цветов. Он подошел к надгробию Наваки, склонил голову и тихо произнес.
«Я только сегодня утром вернулся и услышал новости. Капитан Цунаде, разве это уже не...»
Бум!
Широ не успел договорить, как Цунаде взмахнула кулаком, отправив его в полет на расстояние более десяти метров. Белые цветы рассыпались по небу, а Цунаде с полным ярости лицом смотрела на него.
«Кашель, кашель!»
Широ медленно поднялся, вытирая кровь со рта. Он молчал, осторожно собирая рассыпанные цветы.
«Капитан Цунаде, это, должно быть, попытка посеять раздор между вами и деревней!»
Широ с недоверием посмотрел на убитую горем Цунаде.
Могла ли смерть Наваки ослепить клан Сенджу? Хотя он уже передал информацию, Наваки все равно погиб! Правда это или нет, но Широ должен был отнестись к этому серьезно.
«Заткнись!»
Цунаде, понимая, что Широ - всего лишь пешка, тем не менее продолжала обманывать всех скрытых врагов.
«Эта информация поступила непосредственно от старейшины вашего клана Сецуны!»
Широ опустил лицо, глаза его вспыхнули решимостью.
«Капитан Цунаде!» - заявил он с решительным выражением лица. Это заставило Цунаде насторожиться: неужели этот парень действительно так серьезно относится к делу?
И вдруг Широ провозгласил: «Капитан Цунаде, как генин клана Учиха, я лично уничтожу предателей деревни!»
«Заткнись!»
Свирепый взгляд Цунаде прошелся по нему, заставив замолчать разгоряченного Широ, прежде чем он успел сказать что-то более опасное. Убийство старейшины Учихи Сецуны? Этот парень действительно смел!
Обстоятельства фальшивой смерти Наваки были известны только ей и бабушке Мито, но присутствие этого парня добавляло новую головную боль. Тем не менее Цунаде не могла легкомысленно раскрывать правду.
«Помните о правилах конспирации для шиноби!»
холодным эхом прозвучало предупреждение Цунаде, когда Широ опустил голову.
Подул легкий ветерок, и Цунаде, все еще холодная и отстраненная, повернулась к надгробию Наваки. Широ, склонив голову, подошел к нему и положил белые цветы.
Цунаде почувствовала сожаление о нем. Смерть Наваки имела огромное значение, и у нее были связаны руки в том, что она могла рассказать. Наконец она хрипло проговорила: «Это дело рук вражеских шпионов».
Из ее слов Широ стало ясно, что инцидент засекречен, а информация о нем закрыта. Он кивнул, на его лице появилось скорбное выражение.
«Значит, из-за войны», - пробормотал он, полагая, что секретность этого дела предотвратит беспорядки в Конохе.
Так и не оплакав Наваки, Широ наконец отвернулся от Цунаде, решительно сжав кулаки. К удивлению Цунаде, он внезапно обернулся, его глаза были полны решимости.
«Капитан Цунаде, я прошу вас отправиться на поле боя в Страну Дождя!»
В этот момент Широ решительно направился на поле боя, готовый, если понадобится, навсегда похоронить это знание.
Цунаде в досаде сжала кулаки. Этот упрямый Учиха! Но в следующее мгновение лицо Широ исказилось от боли, а его тело начало дрожать.
«Широ!»
Цунаде, как опытный джонин, сразу почувствовала, что с ним что-то не так.
Нехорошо!
