Спаситель Учиха

Угол ​тренировочного ​поля ​ ​«Держаться ​подальше ​от ​Микото?» ​ ​Широ ​с ​ухмылкой ​посмотрел ​на ​Кушину. ​ ​«На ​самом ​деле, ​Кушина, ​это ​ты ​должна ​оставаться ​рациональной. ​Ведь ​ты ​- ​следующий ​Джинчурики ​Девятихвостого!» ​ ​От ​такого ​прямолинейного ​заявления ​Широ ​зрачки ​Кушины ​сжались. ​Перед ​ней ​открылось ​то, ​с ​чем ​она ​меньше ​всего ​хотела ​столкнуться. ​ ​Заметив, ​как ​в ​глазах ​Кушины ​мелькнуло ​одиночество, ​Широ ​улыбнулся ​и ​успокоился. ​ ​«Не ​волнуйся. ​Учиха ​обладают ​сильнейшей ​силой. ​Нам ​не ​нужно ​полагаться ​на ​кого-то ​вроде ​тебя». ​ ​В ​его ​взгляде ​сквозило ​высокомерие ​- ​типично ​Учиха. ​Однако ​в ​глубине ​души ​Широ ​пробормотал ​про ​себя. ​Он ​вел ​себя ​так, ​чтобы ​осуществить ​свои ​планы. ​Ведь ​подобраться ​к ​такому ​охраннику, ​как ​Кушина, ​было ​непросто. ​ ​Не ​у ​всех ​была ​такая ​возможность, ​как ​у ​Намикадзе ​Минато, ​для ​которого ​вся ​Коноха ​стала ​сценой ​для ​его ​грандиозного ​спектакля. ​ ​В ​оригинальной ​истории ​всего ​несколько ​шиноби ​из ​Скрытого ​Облака ​сумели ​проникнуть ​в ​Коноху, ​ускользнув ​от ​полиции, ​АНБУ, ​Корня ​и ​разведывательного ​управления. ​Они ​даже ​проникли ​в ​лагерь ​Сенджу ​и ​успешно ​захватили ​заложника. ​ ​Нелепо! ​ ​Еще ​более ​нелепо ​то, ​что ​эти ​шиноби ​Облака ​незамеченными ​вышли ​из ​деревни, ​совершенно ​не ​обращая ​внимания ​на ​разбросанные ​по ​их ​пути ​волосы. ​И, ​конечно ​же, ​в ​итоге ​их ​победил ​Намикадзе ​Минато ​- ​в ​то ​время ​чунин, ​- ​который ​еще ​не ​овладел ​техникой ​Летящего ​Бога ​Грома. ​ ​«Ты!» ​ ​Глаза ​Кушины ​покраснели, ​и ​она ​уставилась ​на ​Широ, ​пылая ​от ​гнева, ​как ​щит ​от ​своей ​внутренней ​уязвимости. ​ ​Широ, ​однако, ​остался ​невозмутим. ​ ​«Кушина, ​твоя ​роль, ​возможно, ​и ​важна, ​но ​сестра ​Микото ​может ​передать ​добрую ​волю ​клана ​Учиха ​через ​тебя. ​Не ​нужно ​слишком ​много ​думать». ​ ​«Наоборот, ​тебе ​следует ​быть ​более ​осторожной. ​Как ​будущий ​Джинчурики ​Девятихвостого, ​ты ​привлечешь ​многих, ​кто ​жаждет ​твоей ​власти ​или ​пытается ​ею ​манипулировать. ​Не ​дай ​себя ​использовать ​- ​или, ​что ​еще ​хуже, ​не ​дай ​Микото ​пострадать ​из-за ​этого». ​ ​Широ ​тонко ​перевел ​разговор ​на ​Кушину, ​призывая ​ее ​не ​терять ​бдительности. ​ ​Если ​я ​не ​могу ​получить ​это, ​то ​почему ​ты ​должна? ​ ​Кроме ​того, ​он ​был ​уверен, ​что ​его ​усилия ​заставят ​даже ​такую ​настороженную ​Цунаде ​более ​осторожно ​относиться ​к ​возможным ​манипуляциям ​Кушины. ​ ​«Хм! ​Мне ​не ​нужно, ​чтобы ​ты ​мне ​это ​говорил!» ​ ​Кушина ​фыркнула, ​быстро ​сформировав ​ручную ​печать. ​Ее ​теневой ​клон ​рассеялся, ​и ​одновременно ​с ​этим ​настоящая ​Кушина, ​болтающая ​с ​Микото ​вдалеке, ​на ​мгновение ​замерла. ​ ​«Кушина? ​Что ​случилось?» ​ ​Забота ​Микото ​привела ​Кушину ​в ​чувство. ​Она ​улыбнулась. ​ ​«Ничего ​страшного». ​ ​Их ​смех ​эхом ​разнесся ​по ​тренировочному ​полю, ​а ​Широ, ​наблюдая ​издалека, ​решил ​отступить. ​ ​... ​ ​Месяц ​спустя ​ ​Время ​летело ​незаметно. ​Прошло ​больше ​месяца ​с ​тех ​пор, ​как ​Широ ​вернулся ​с ​передовой ​Амегакурена. ​ ​Над ​Конохой ​опустилась ​ночь, ​но ​кабинет ​Хокаге ​по-прежнему ​был ​ярко ​освещен. ​ ​В ​зале ​заседаний ​во ​главе ​стола ​сидел ​Третий ​Хокаге ​Хирузен ​Сарутоби, ​а ​рядом ​с ​ним ​- ​Хомура ​Митокадо ​и ​Кохару ​Утатане. ​Их ​властные ​взгляды ​задавали ​тон ​заседанию ​совета ​джонинов. ​ ​«Ситуация ​на ​поле ​боя ​в ​Амегакуре ​становится ​все ​более ​тяжелой», ​- ​начал ​Хирузен. ​ ​«Хотя ​на ​первый ​взгляд ​это ​война ​между ​Амегакуре, ​Сунагакуре ​и ​нами, ​на ​самом ​деле ​в ​ней ​участвуют ​все ​пять ​великих ​деревень ​шиноби». ​ ​«Кумогакуре, ​Ивагакуре ​и ​Киригакуре ​тайно ​поддерживают ​Амегакуре, ​посылая ​туда ​элитные ​отряды. ​А ​теперь ​Сунагакуре ​официально ​объявила ​нам ​войну...» ​ ​Повелительный ​тон ​Третьего ​Хокаге ​наполнил ​комнату, ​а ​его ​острые ​глаза ​просканировали ​присутствующих ​джонинов. ​ ​Все ​джонины ​имели ​мрачные ​выражения. ​Хотя ​Сунагакуре ​была ​единственной ​деревней, ​объявившей ​открытую ​войну, ​все ​они ​знали ​правду: ​мировая ​война ​шиноби ​началась. ​ ​После ​трагедии ​с ​Наваки ​прошел ​месяц. ​Цунаде, ​казалось, ​смирилась ​с ​потерей. ​Стоя ​на ​заседании ​совета, ​она ​бросила ​взгляд ​на ​Джирайю, ​после ​чего ​обратилась ​к ​залу. ​ ​«Что ​касается ​миссий, ​требующих ​отрядов ​из ​четырех ​человек, ​действующих ​в ​тылу ​врага ​в ​течение ​длительного ​времени, ​то ​выживаемость ​и ​успех ​миссии ​значительно ​повысятся, ​если ​один ​из ​четверых ​будет ​нин-медиком...» ​ ​Голос ​Цунаде ​был ​тверд, ​когда ​она ​излагала ​свое ​предложение. ​Многие ​джонины ​кивнули ​в ​знак ​согласия. ​Наличие ​медицинского ​нина ​в ​каждом ​отряде ​меняло ​ситуацию. ​ ​Ее ​стратегия ​была ​не ​нова, ​она ​давно ​выступала ​за ​нее. ​Но ​впервые ​она ​представила ​Совету ​полностью ​разработанную ​систему, ​включающую ​в ​себя ​медицинские ​учреждения ​и ​программы ​подготовки ​медицинских ​нин. ​ ​По ​мере ​того, ​как ​разворачивалось ​ее ​видение, ​джонины ​роптали ​в ​знак ​одобрения. ​ ​Хомура ​Митокадо ​и ​Кохару ​Утатане ​обменялись ​взглядами, ​а ​затем ​посмотрели ​на ​Хирузена, ​который ​глубоко ​вздохнул ​и ​обратился ​к ​Цунаде. ​ ​«Ты ​права, ​Цунаде, ​но ​мы ​находимся ​в ​самом ​разгаре ​войны. ​Создание ​медицинской ​системы ​требует ​времени ​и ​ресурсов, ​которых ​у ​нас ​просто ​нет». ​ ​Несмотря ​на ​отказ, ​Цунаде ​сохранила ​спокойствие, ​удивив ​даже ​Джираю. ​Орочимару ​тоже ​приподнял ​бровь, ​удивляясь ​ее ​необычному ​спокойствию. ​ ​Однако ​внутри ​Цунаде ​зародилось ​подозрение. ​ ​У ​деревни ​нет ​недостатка ​в ​средствах, ​так ​почему ​же ​они ​не ​поддержат ​это? ​Неужели ​потому, ​что ​нельзя ​допустить, ​чтобы ​Сенджу ​снова ​восстали? ​ ​«Я ​поддерживаю ​предложение ​Цунаде». ​ ​Спокойный, ​твердый ​голос ​нарушил ​напряжение. ​Это ​был ​Като ​Дэн, ​его ​светло-голубые ​волосы ​переливались ​на ​свету, ​когда ​он ​решительно ​стоял ​на ​ногах. ​ ​«Я ​не ​хочу, ​чтобы ​жертвы ​шиноби ​до ​сих ​пор ​были ​напрасными. ​Мы ​должны ​извлечь ​уроки ​из ​этих ​потерь». ​ ​Решительный ​тон ​Дэна ​разнесся ​по ​комнате, ​оставив ​Джирайю ​в ​изумлении. ​Еще ​больше ​его ​удивила ​опасная ​улыбка, ​появившаяся ​на ​лице ​Цунаде ​после ​получения ​его ​поддержки. ​ ​«Цунаде, ​старик ​вовсе ​не ​против, ​просто ​это ​связано ​с ​текущей ​ситуацией ​на ​поле ​боя», ​- ​сказал ​Джирайя, ​думая, ​что ​ее ​гнев ​направлен ​на ​Третьего ​Хокаге. ​ ​Однако ​Цунаде ​знала ​лучше. ​Когда ​Дэн ​высказался ​в ​его ​поддержку, ​ее ​гнев ​усилился. ​ ​Отлично, ​значит, ​таков ​план? ​Сначала ​Наваки, ​а ​теперь ​эта ​откровенно ​инсценированная ​поддержка ​со ​стороны ​джонина? ​Слой ​за ​слоем ​ловушки, ​направленные ​против ​меня ​и ​клана ​Сенджу. ​ ​Смерть ​Наваки, ​которую ​можно ​было ​списать ​на ​несчастный ​случай, ​не ​вызывала ​у ​нее ​никаких ​вопросов. ​Но ​теперь, ​с ​Дэном? ​ ​«Заткнись!» ​- ​огрызнулась ​она ​на ​Джирайю, ​который ​с ​нервным ​смешком ​отпрянул ​назад, ​зная, ​что ​лучше ​не ​провоцировать ​ее ​дальше. ​ ​Подавив ​ярость, ​Цунаде ​почувствовала ​облегчение. ​По ​крайней ​мере, ​Джирайя ​и ​Орочимару ​не ​участвовали ​в ​этой ​затее. ​ ​«Дзёнин ​Като, ​то, ​что ​вы ​сказали, ​очень ​разумно. ​Однако ​деревня...» ​ ​Третий ​Хокаге ​редко ​выказывал ​такую ​признательность, ​хваля ​страсть ​Дэна ​к ​деревне. ​Однако ​он ​также ​объяснил, ​с ​какими ​проблемами ​сталкивается ​деревня, ​четко ​обозначив ​свою ​позицию. ​ ​Для ​Цунаде ​это ​было ​еще ​одним ​подтверждением ​истинной ​роли ​Дэна. ​ ​В ​этот ​момент ​она ​посмотрела ​на ​троих, ​сидящих ​во ​главе ​- ​бывших ​учеников ​ее ​деда, ​- ​и ​увидела, ​что ​их ​праведный ​вид ​вызывает ​глубокую ​иронию. ​ ​Техника ​призыва! ​ ​Джирайя, ​почувствовав ​ее ​движения, ​посмотрел ​на ​нее ​с ​подозрением. ​Зачем ​Цунаде ​использовать ​технику ​призыва ​именно ​сейчас? ​Если ​бы ​это ​был ​кто-то ​другой, ​его ​действия ​потребовали ​бы ​расследования, ​но, ​как ​член ​клана ​Сенджу-основателя, ​преданность ​Цунаде ​Конохе ​не ​вызывала ​сомнений.