Повесть об Отделе.

Огненный вихрь поглотил комнату В9. Морфей схватил Селин за руку, таща её к аварийному выходу, но она вырвалась. — Веласкес! — её крик потонул в грохоте рушащихся перекрытий. Донн, настоящий, изуродованный, живой, стоял на коленях перед кукольным домиком, что-то шепча в пустое место, где должна была быть его кукла. — «Они не дали мне даже тени…» Веласкес подошёл к нему, шатаясь. В одной руке — пустой пистолет. В другой — последний документ, вырванный из архива. — Знаешь, что самое смешное? — он кашлял кровью. — Ты мог бы просто уйти. Но ты остался. Как и я. 15:09:30. Последний диалог. Донн поднял на него глаза: — «Ты… тоже его слышишь?» — Кого? — «Смех. Он сейчас здесь.» Потолок треснул. Огненная балка рухнула между ними. 15:09:45. Выбор Селин. Она увидела: Морфея у выхода (кричащего её имя); Донна, тянущего к ней руки; Веласкеса, который улыбался сквозь кровь, И выбрала третье. 15:09:50. Последний жест. Веласкес сунул ей в руку флешку: — Это не побег. Это перезагрузка. А затем толкнул её в сторону Морфея. 15:10:00. Взрыв. Огненная волна вышвырнула Селин и Морфея в коридор. Дверь в B9 захлопнулась навсегда. Последнее, что она увидела, это Веласкеса, поправляющего галстук в огненном аду. Эпилог. 30 дней спустя. Селин сидела на крыше новой корпорации (той же, просто перекрашенной). В руках — птичка из обломков Старой птицы. — Он выжил, — сказал за её спиной Морфей. — Не смог бы не выжить. Это же он. Она отпустила птичку в небо. Та взлетела, сделала круг, и вернулась, сев ей на плечо. Из крошечного динамика донёсся знакомый голос: — «И вновь на связи… В этот будний день я готов выразить мои мнения…» Селин засмеялась. Внизу, в тени арки, мужчина в зелёных очках закурил, глядя на них. Конец.