Unbound

У Сокджина закончились силы, чтобы контролировать себя хотя бы как-то. Хосок позвонил неожиданно, после полуночи, когда хотелось просто расслабиться, забыть обо всём и получить уже то, от чего Сокджин раньше бежал. Юнги утянул его тогда на кровать, смотрел такими глубокими и голодными глазами, что сердце заходилось, и хотелось целовать его ещё и ещё. Дорвавшись после стольких лет их странной дружбы, Сокджин не мог успокоиться. К сожалению, Хосок был тем, на чей звонок нельзя было не ответить. Сокджин скосил тогда взгляд на лежавший рядом телефон и отстранился, перекатившись на матрасе в бок. Юнги флегматично покачал головой: – Я тебя нахер украду в глушь. Чтоб без связи и всяких навязчивых людей. Весь день обламывают. – Как поймём, что надо Хосоку, продолжим. – Ты хоть сам себе веришь? Я уверен, что после его новостей уже не встанет, – Юнги со вздохом растер ладонями лицо и махнул рукой. – Давай уже. Сокджин услышал одну фразу: «У тебя в мастерской крыса», – после чего остальное перестало иметь смысл. Он только выдохнул тихое «ага», когда Хосок предупредил, что позвонит позже. Юнги приблизился, явно почувствовал изменение настроения и просто обнял. Сокджин ощущал, как внутри начала бурлить злость. Яркая, болезненная. Он уволил всех, кто вызывал подозрения, кого замечали он или Хосок в не тех связях, и сейчас он доверял всем в команде как семье. И что в итоге? Кто-то из них оказался предателем, и Сокджин не знал, как смотреть в глаза остальным. Он устало потёр глаза. Из-за звонка Хосока он чувствовал себя разбитым и настолько потерянным, что ничего не хотелось. Хорошо ещё, что Юнги был рядом. Он одним своим присутствием умудрялся заземлять и давать ощущение, что любой пиздец можно было пережить. – Я ему яйца оторву, – Сокджин вздохнул, – когда пойму кто это. Юнги потянул его на кухню и хмуро оглядел. – Вряд ли у тебя есть что-то успокоительное. Поэтому могу предложить только кофе. – Выпить кофе для того, чтобы расслабиться? Отлично! – Сокджин нервно усмехнулся. У него уже бешено стучало сердце и начало подташнивать от того, сколько кофе он уже выпил, но отказываться не хотелось. Юнги снова делал это – был рядом, показывал, что решать проблемы они будут вместе, поддерживал, и Сокджину это было необходимо. Не дожидаясь ответа, он подошёл, со спины вжался в Юнги и носом провел по шее и выше на затылок. Как же хорошо. Юнги держался спокойно и уверенно, и это помогало лучше всего. – Хосок сказал, что кто-то из моих ребят работает на мафию. Им всем пиздец. – Завтра. А сейчас кофе, – Юнги развернулся и сначала поцеловал Сокджина, а потом закатил глаза и отпихнул. – Скажешь, что будешь со сливками, и я тебя уебу на месте. Меня такие подкаты не воодушевляют. – Я не мог не попробовать. Признайся, ты ещё в школе понял, насколько я охеренный со своими шутками. – Ага, как услышал, так и встало на твой юмор. Потом уже рассмотрел, что ты ещё и пиздец красивый. – Так я и думал, – Сокджин расслабленно выдохнул, зажмурился и снова обнял. Он почувствовал поглаживания по плечам, от которых становилось легче, и тихо вздохнул. – Хер с тобой. Давай просто кофе. – Садись. Будем решать проблемы по мере их поступления. – Да что уже там решать. Мне надо успокоиться и держаться подальше от разводного ключа. – Так тебе и сознаются, да? – Юнги мрачно хмыкнул. – Дождемся что скажет ещё Хосок. А пока ты будешь отдыхать и не париться. – Охеренный план. Поделишься, как? Юнги вместо ответа подошёл к нему, толкнул на стул и устроился верхом на бёдрах. Взгляд у него был очень серьёзный и решительный. – Я тебе помогу. Любым образом. Только бы вот этой кислой мины не видеть. Мне это не нравится, понял? – Как скажешь, босс, – Сокджин усмехнулся, расслабляясь от ощущения веса тела на себе и того, как Юнги пальцами вплёлся ему в волосы, массируя кожу головы. Хотелось затеряться в этом моменте и забыть обо всех проблемах. – Повторишь, когда мы окажемся в постели, – Юнги заставил его запрокинуть голову и прошелся жаркими поцелуями по шее, прихватил ощутимо кадык, и от этого голова пошла кругом и моментально опустела. Сокджин сжал руки на его заднице и притянул ближе. Было очень хорошо и правильно ощущать его именно так, настолько близко и горячо. – Блядь, тебе надо было в психологи идти. – К моему счастью, с тобой не нужно быть знатоком психологии. У тебя любой стресс проходит через член. – То есть, ты собрался лечить меня через него? Юнги говорил очень серьёзно, и всё его желание выдавал только взгляд. Сокджин, хоть и рассмеялся, всё равно от него плавился, и когда тот опустил руку по животу Сокджина вниз и через ткань сжал его член, прерывисто выдохнул. Спорить больше не хотелось. Действительно, проще всего было забыть о всех нервах именно в сексе. Юнги явно было не слишком удобно, но он держал свою руку между ними, продолжал сжимать член Сокджина, и его желание и возбуждение, с которыми он на Сокджина смотрел, вместе с желанием позаботиться, как и всегда, вытаскивали наружу то, что так долго хотелось держать внутри и никому не показывать. Юнги вёл себя нагло, заявлял права, и Сокджину бы разозлиться, но злости не было. Он наслаждался каждым прикосновением, поцелуем и укусом, тем, как Юнги его всего будто собой хотел пометить, показать, что теперь это его. Он позволил Юнги расстегнуть штаны, с трудом, ругаясь, что только последние уёбки носят такие узкие и плотные джинсы, и что нужно быть извращенцем, ведь нихуя неудобно и давит, стащил хоть как-то ниже с Юнги, лишь бы добраться до него, сминать руками задницу уже не через ткань, гладить по бёдрам и обхватить член ладонью. Юнги в какой-то момент с шипением шлёпнул по его руке, заставил отстраниться, а потом облизнул ладонь и, вжавшись ближе, обхватил оба их члена, медленно двинув. – А ты будто против? – Юнги шепнул ему в шею, отчего по коже пробежали мурашки. – Если б ты ещё строил из себя самодовольного говнюка поменьше, – Сокджин тяжело выдохнул, стиснул талию Юнги и уткнулся лбом в его плечо. Тот дрочил им грубо, резко, в одежде было душно и жарко, и воздух между ними раскалился, что дышать было больно. Сокджина так хорошо и правильно коротило, так хотелось ещё ближе и теснее, чтобы уже почувствовать кожей к коже, чтобы распробовать всего Юнги, но он понимал, что в таком состоянии на что-то большее его не хватило бы. Во всяком случае, так сразу. И просто наслаждался моментом, таким правильным способом получить разрядку. – Зато тебе нравится, – Юнги выдохнул резко, со стонами. Настолько неожиданно, что Сокджин не сразу понял, к чему это было. И говорил так отрывисто, срываясь на невнятные звуки, что Сокджин только ближе притирался к нему, не сдержался и стал толкаться бёдрами, уже сгорая от того, как сильно его пекло и хотелось кончить. Юнги застонал ему куда-то на ухо так томно, мурчаще и при этом коротко, что Сокджина прошибло. Он хотел бы побольше, заставить того стонать с собой, потому что такого Юнги, раскрасневшегося, открытого, совсем искреннего и разнеженного, он ещё не видел. – И не поспоришь. У Сокджина плавились мозги и он сам не мог понять, было ли это ответом на слова Юнги, или он просто протянул что-то невпопад. Сокджин зажмурился. Его размазало от оргазма, стало так хорошо и лениво, что шевелиться не хотелось. Ему нравилось гладить Юнги по спине, ощущать его губы на шее, чувствовать дыхание и просто расслабляясь в моменте. Его после звонка Хосока только отпустило, и можно было бы посмеяться, что он не такой приземлённый, но Юнги его знал хорошо. Секс действительно помогал забыться и откинуть проблемы хотя бы ненадолго. – Тогда готов теперь дождаться кофе без всяких тупых подкатов и рассказов про сливки? – А тебе не хватило? Сокджин перехватил ладонь Юнги, перепачканную их спермой, и с самой самодовольной усмешкой провел языком. Тот закатил глаза, высвободился и, пробурчав «ты отвратителен», слез с него. Сокджин засмеялся и не мог успокоиться, наблюдая за тем, как Юнги с всё ещё спущенными штанами дошёл до раковины, тщательно вымыл руки и только после этого подтянул джинсы и застегнулся. – Блядь, знал бы ты, как я тебя люблю, что готов это слушать, – Юнги ухмыльнулся, а потом обернулся и окинул Сокджина очень внимательным взглядом. – Пялиться на мою задницу будешь потом. А пока приведи себя в порядок. Я подумаю, чем тебя ещё накормить, а то выглядишь не очень. – И это ты говоришь тому, кого любишь, после того, как отдрочил ему? – Сокджин возмущенно повысил голос, но при этом у него внутри жаром обдало и так хорошо и приятно потянуло за рёбрами от этих слов. Юнги признавался своеобразно, но ему это нравилось. Он поднялся попытался оправиться, но прежде чем ушёл в ванную, всё же сграбастал Юнги, получив несколько очень волнующих поцелуев. И через них попытался передать все свои эмоции. И благодарность, и тепло, и то, что сам в себе не ожидал увидеть, а теперь таял, и от собственной дурной влюбленности и ревности ко всему миру.

***

Тэхён проснулся разбитым, с гудящей головой и неприятной слабостью в теле. Видимо, переохладился. Его трясло от холода и хотелось закутаться в одеяло, и при этом кожа горела и он чувствовал себя вспотевшим и неприятно липким. Глаза открывать не хотелось, и Тэхён завозился, попытался забраться глубже под одеяло, когда почувствовал на лбу прохладную ладонь. Он тихо выдохнул, приластился и уже начал проваливаться в сон, когда навалилось осознание и воспоминания вечера, ночи и утра. Он резко распахнул глаза и сразу же увидел лежавшего рядом Хосока. – Привет? – Тэхён сипло выдохнул и тут же закашлялся. Горло драло. – Ты весь горишь, – Хосок только вздохнул, а потом подался ближе, будто хотел убедиться, и губами коснулся лба, виска и щеки. Так нежно и мягко, что в глазах защипало. Тэхён слишком хорошо помнил ощущение стыда и отчаяния, когда Хосок поймал его у машины. И собственную обиду, что тот оказался не тем, за кого себя выдавал. Но обида быстро прошла, и Тэхёну просто было паршиво из-за того, в каком свете он себя выставил и в какую ситуацию их загнал. – Это просто ты рядом, – Тэхён криво улыбнулся, но заметив, как тот сначала хмыкнул, а потом нахмурился, затих. Он не знал, как лучше было начать разговор теперь, когда они оба выспались и эмоции немного притупились, давая возможность взглянуть на ситуацию более здраво. – Кажется, тебя перегрело больше, чем я подумал, – Хосок покачал головой, а потом обеспокоенно потянулся ближе, пытаясь заставить посмотреть себе в глаза очень внимательно. – У тебя дома есть лекарства? – Я же недавно переехал и ещё не обзавёлся ничем и… Куда ты? Он вцепился Хосоку в руку, не выпуская из кровати и не давая уйти. Ему было так морально плохо и тяжело, что выть хотелось. Казалось, что Хосок просто искал повод, чтобы свалить и оставить его одного. Тэхён этого не пережил бы. У него в глубине души такой ужас расползался, что он зажмурился, уткнувшись в руку Хосока лбом. Так хорошо, прохладно, и он вздрогнул, когда тот обнял и коснулся губами лба. – Куплю жаропонижающее и какой-нибудь еды. И вернусь к тебе. Я до завтрашнего дня никуда не уйду. Извини, потом я не смогу прохлаждаться. Надо работать. Я… – Понимаю, – Тэхён тихо выдохнул и накрылся одеялом с головой. – Извини. Я не слишком в себе сейчас. – Поэтому лежи. Я скоро вернусь. Возьму твои ключи? Хосок говорил что-то ещё, пока собирался, а Тэхён лишь кивал, но очень вяло соглашался в ответ на все его слова, лишь бы только не думать. Его жарило, голова гудела, и хотелось провалиться в это густое марево и перестать существовать. Он моргнул и осознал, что оказался один в квартире. Без Хосока стало так одиноко и пусто, что Тэхён зажмурился. Собственная слабость бесила, как и непроходящее чувство, что Хосок уехал и ждать его было глупо. Тэхён промаялся, доводя себя, пока нервы не сдали. Он мысленно выругался, понимая, что лежать дальше уже не мог. Да и организм требовал хотя бы дойти до туалета. От слабости и температуры Тэхёна пошатывало, и выйдя из комнаты, он замер. Никаких разбросанных вещей и следов их борьбы. В квартире было на удивление чисто, будто все события последнего дня или ночи, точнее Тэхён не знал, запутавшись во времени, были только его бредом. Думать об этом не хотелось. И Тэхён стиснул зубы, чтобы собрать силы и дойти до туалета. Пока он был там, от двери раздался скрежет замка, и он столкнулся с Хосоком уже в коридоре. У того в руках были подозрительно объёмные пакеты, да и выглядел он настороженным. – Тебе в кровати надо лежать, – тот выдохнул. Устало и обеспокоенно, и Тэхён почувствовал себя уязвлённым. – И ссать туда же? – он огрызнулся, и едва сдержался, чтобы не засмеяться от того как изменилось выражение лица Хосока. И он добавил совсем тихо, беспомощно: – Я подумал, что у меня галлюцинации и тебя не было здесь. Хосок тут же скинул обувь, оставил пакеты на полу и подошёл к нему. Тэхён вздохнул проще, когда тот обнял и потянул его ближе к себе. – Сейчас поешь, выпьешь жаропонижающее и снова в кровать. – С тобой? – Тэхён вцепился в него моментально. И плевать уже на то, как он показывал свою зависимость от него. Тэхён помнил всё, что говорил раньше, как признавался и до секса, и во время, что теперь уже было плевать на всё. – Со мной. Но завтра мне нужно будет уехать на полдня. Обещаю, вечером я вернусь… – Прекращай быть идеальным, – Тэхён тихо засмеялся, уткнувшись в его шею и почти не держась на ногах самостоятельно. Он знал, что Хосоку было тяжело, но у него закончились силы. Тэхёна накрыло от восторга. Совместный ужин, нежности перед сном, и Тэхён почувствовал себя более живым после лекарств. Он только старался не говорить с Хосоком про его работу и что тому нужно было делать дальше. Хосок сказал, что защитит его и от мафии, и от тюрьмы, чтобы никто не узнал, во что он влез. И Тэхён позволил себе поверить, решив, что, если даже это окажется ложью, ему уже будет всё равно. И поэтому, когда к утру он чувствовал себя бодрее, выпил ещё лекарств и проводил Хосока, то быстро написал сообщение и вернулся в комнату. Нужно было лежать и набираться сил. Как бы ему не хотелось, нужно было экономить энергию. И Тэхён почти уснул снова, когда пришло сообщение: «Приезжай к Сокджину».

***

– Ты уверен, что следует помочь, а не послать нахуй? – Сокджин вытянулся на кровати и прожигал Юнги взглядом. Он вымотался за день, проведя его в мастерской, где до обеда сначала возился в своём отдельном боксе, а потом вышел к остальным поговорить. Сокджин ненавидел такие моменты. Он говорил долго, очень много, разбирая, насколько же это оскорбительно лично для него и при всей ситуации, а когда Чимин признался, не выдержал, сорвавшись на крик. Он никого не уволил, но честно сказал под конец, что ему плевать на последствия, и он защищать Чимина не будет, после чего ушёл к себе. Юнги всё это время был там, ждал его, и почти сразу, несмотря на протесты, утащил обедать в один из любимых ресторанчиков Сокджина, а оттуда домой, рявкнув, что тому нужен был отдых. Сокджин не возражал. У него была ещё одна обида, которая никуда не девалась и не давала теперь покоя. Пусть они не так давно были знакомы, но он понять не мог, как во всё это влез Тэхён, и почему теперь они должны были делать хоть что-то для него. – Ты сам просил быть с ним добрее и помогать, – Юнги подошёл ближе, присев рядом на корточки, и Сокджин снова засмотрелся. Он пытался найти внутри себя хоть что-то, какой-то подвох, раздражение, усталость, но нет. Сейчас работало иначе, и чем больше он видел Юнги, зная, что тот его, чем больше касался, целовал или позволял что-то ещё, тем только больше хотел. Это было непривычно, но Сокджин радовался. Он не хотел разбивать ему сердце и ломать дружбу, боясь, что его влечение могло быть обычным, когда через пару раз становилось скучно и пресно. – Это было, пока он не расстроил меня. Просто долбоёб и… – Сокджин оборвал себя, поморщившись и закатив глаза. – Считай, что я слишком зол, чтобы рассуждать о нём спокойно. Это просто возмутительно! – Эй… – Юнги коснулся пальцами щеки Сокджина, и весь порыв затих. Хотелось насладиться близостью, теплом и этой лаской. – Я уверен, он не понимал, во что лезет. – Я тоже в этом уверен. И это бесит. Он показался разумнее. – И ты это понял в тот момент, когда его трахал? – Юнги насмешливо закатил глаза. – Перестань. Он достаточно наивный и безрассудный. – А тебе, чтобы понять это, хватило пососаться с ним? – Сокджин засмеялся. – Звучит ужасно. Я не привык, что у нас общие любовники или… почти любовники. – Сам же считаешь Тэхёна особенным, – Юнги вскинул бровь, – к тому же, он не для себя сейчас просит. Если он хочет помочь Хосоку, не знаю только как, то я участвую. Благодаря ему я ещё ни разу не попался. – Ты когда стал таким болтливым? – Сокджин недовольно поджал губы и тут же потянул Юнги к себе. – И когда научился так меня убеждать? – Не считай себя слишком непреклонным, тебя всегда можно было уговорить на что-то, – Юнги полез к нему на кровать и, устроившись верхом на бёдрах, наклонился за поцелуем. – Если ты так и продолжишь грузиться, меня не хватит. Может, я и знаю подход к тебе, но я не железный столько трахаться. – Не драматизируй, – Сокджин заулыбался, огладил его от коленей по бёдрам вверх и вздохнул. Очень хорошо и комфортно, что действительно хотелось наплевать на всё и поверить, что Тэхён просто идиот. Но Сокджину хватило проблем в мастерской, и он злился просто потому, что уже не мог оставаться равнодушным. – Какое тут. Я не в том возрасте, чтобы шутить про секс, – Юнги фыркнул и наклонился ближе, носом провел по щеке Сокджина и быстро прижался лбом ко лбу, замирая и давая заземлиться. – Полегчало? – Ага. Пусть этот засранец приезжает. Я не буду злиться слишком сильно. – Твоя доброта невероятно поражает, – Юнги уже хотел было сдвинуться, но Сокджин удержал, посмотрев на него очень внимательно. – Подожди. Мне волноваться, откуда ты вообще можешь такие вещи найти? – Тебе отключить паранойю. Простенькие маячки даже в рыболовном отделе можно взять. Но у меня есть пара человек, которые такие вещи возят из Китая. И на нужды копов, и на нужды мафии. Я покупал. Решил повыёбываться и раскидать по машинам, чтобы в случае чего знать, где какая. – Ты опасный человек, оказывается, – Сокджин насмешливо протянул, но тут же посерьезнел. Все считали его таким упрямым моралистом, который через любого ради принципов перешагнёт, а он просто до чёртиков боялся всего, что было связано с мафией. – Надо же соответствовать, – Юнги оставил быстрый поцелуй на скуле и встал. – Напишу Тэхёну, чтобы заезжал к тебе. И заодно подумаю про еду. Жрать хочется. – Моя очередь! Я тоже готовить умею. – Ага, я в курсе, – Юнги махнул рукой, – я всё ещё помню, что с тобой нельзя спорить с мастерской и на кухне. И на кухне даже опаснее. Разводной ключ я ещё смогу пережить, а вот нож – сомнительно. – Ты за кого меня принимаешь? Эй! Юнги, а ну остановись и посмотри мне в глаза!

***

Тэхёну потребовалось ещё два дня на то, чтобы оклематься и собрать себя, и выйти из дома. Его как-то слишком сильно накрыло жаром, и он вообще не мог восстановиться. Видимо, сыграли ещё и нервы, и поэтому он послушно лежал в кровати, когда Хосока не было дома, и ненавидел всё вокруг. Тем более, когда стало больше сил, он начал ругаться и огрызаться на то, что Хосок отказывался с ним обсуждать, что происходило, говорил про тайну следствия. И Тэхён понимал это, но его от тревоги и волнения перекрывало, и он ненавидел себя до тошноты за слабость и глупость. И он просто ждал момента, когда уже смог бы уже что-то сделать. Юнги скинул адрес, и Тэхён едва удержался от колкости, что доехал бы без напоминаний адреса. Впрочем, ссориться с Юнги ему не хотелось, да и не было смысла – Тэхён вообще ни на что не претендовал и ему хватало того, что было теперь в его личной жизни настолько, что иногда он снова впадал в уныние и тоску из-за того, что вообще в отношения полез и мог себе же хуже сделать. Хосок вообще вёл себя так, будто Тэхён был для него всем, но при этом держал дистанцию между этим и своей работой. И когда стали появляться силы, Тэхёна это начало раздражать. Особенно после фразы: «Если потребуется, я найду того, кто сможет побыть водителем, но тобой я рисковать не собираюсь. Лучше даже в гонках пока не участвуй и затаись». Последнее возмутило больше всего, и Тэхён уже начал было огрызаться, когда Хосок напомнил, что там его вычислить было проще всего. Тем более, он сам пока ничего не собирался устраивать и не мог поддерживать видимость своего прикрытия. Слишком много всего нужно было делать, и Хосок просто не выдержал бы физически. Тэхён тут же скис и снова уполз под одеяло. Это стало его способом справляться с эмоциями, когда хотелось или ругаться, или обижаться. – По-твоему, мне весело вот так просто ждать? – он вяло ругнулся, а потом поджал губы. – Ладно. Забудь. Не хочу, чтобы ты опаздывал. – Я постараюсь вернуться сегодня до полуночи. Всё же, ты ещё нездоров. Да и… Нам бы поговорить как следует, – Хосок потёр пальцами переносицу, а Тэхён вяло кивнул. Не в его интересах было сейчас хоть как-то спорить. У него был единственный шанс провернуть всё, что он собирался, и это был самый подходящий день. Правда, после того, как Хосок уехал, Тэхён доспал ещё три часа, и только после этого лениво собрался и вышел из дома. От свежего воздуха кружилась голова, и он щурился на яркое солнце. После нескольких дней в четырёх стенах всё казалось совершенно непривычным и иным. Тэхён откинул лишние мысли и добежал до машины. Его уже должны были ждать. Тэхён подошел ближе, наклонился к переднему колесу и тут же выругался в голос, ударив ладонью по капоту. На колесе был зафиксирован ярко-жёлтый блокировщик, как издевка. И несложно было догадаться, кому такое могло прийти в голову. Тэхён стиснул зубы, сделал фото и отправил в чат с комментарием: «Какого хера?» И сразу же вызвал такси, чтобы не тратить время на разбирательства. Ответ пришёл, только когда он уже подъезжал к дому Сокджина. Лаконично и раздражающе: «Чтобы не привлекать внимания. Твои тачки в мафии знают. А ты куда собрался?» Тэхён тихо выдохнул. «Хотел пообедать и развеяться». Теперь ответ пришёл сразу, и после него Тэхён закатил глаза и убрал телефон. «Лучше просто погуляй недалеко от дома. А вечером поужинаем вместе». Тэхён стиснул зубы. Если сначала ему было неловко за то, что он собирался сделать, считал это показателем своего недоверия, то теперь совесть отпустила. Можно было посчитать, что Хосок сам себя подвёл под это, и Тэхён не был виноват, что переживал за него. Тэхён так и решил воспринимать, поэтому отбросил все сомнения и чувство стыда за то, что хотел за ним следить. – Ты опоздал. Я думал, для тебя это невозможно, – дверь ему открыл Юнги. Непривычно домашний, в огромной футболке, которая явно принадлежала не ему, и Тэхён пожал плечами, с досадой цокнув языком. – Знаешь какой отстой, когда связался с копом? – он с досадой поморщился, и когда Юнги вскинул бровь, махнул рукой. – Хосок поставил блокировку на колёса. Я остался без тачек, блядь. – И ты хочешь получить маячок, чтобы следить за ним? – Юнги усмехнулся, пробормотав себе под нос: – Сокджин оценит такие высокие отношения. Вы с ним друг друга стоите. Тэхён неожиданно смутился. Даже не самих слов, а что про них говорили в контексте друг друга. И для него всё это про отношения и влюбленность пока воспринималось как то, от чего следовало открещиваться хотя бы прилюдно. И одновременно с этим слова застряли поперёк горла, и он устало опустил голову. – Он сейчас рискует, помог и спас меня и… Я не могу просто сидеть сложа руки. – Думать надо было раньше! Блядь, Тэхён, ты должен радоваться, что слишком красивый. Иначе я бы подпортил тебе мордашку, но такое лицо бить нельзя. Сокджин появился очень тихо, и когда заговорил, Тэхён вздрогнул. Перед ним было почему-то также стыдно, как и перед Хосоком. Да и… Тэхён столько молчал, сам обманывал его, когда шушукался с Чимином, зная, как тот относился к подобной работе. И он попытался найти, как оправдаться, но вместо этого задушено выдохнул «прости», и тут же воздух выбило из лёгких, когда Сокджин крепко обнял его, стиснув так, что дышать стало нечем. Тэхён вцепился в него и зажмурился, давая себе момент слабости, прежде чем Сокджин отстранился. Даже несмотря на этот порыв, он хмурился, а потом закатил глаза. – Пойдём. Кофе, чай и расскажешь уже, что у тебя за херня в голове, раз ты вообще влез в это. И какого хера ты теперь решил следить за Хосоком. Не то, чтобы я был в восторге от того, что он коп, но что-то мне подсказывает, что это лучше, чем твои временные друзья, а? – Сокджин, – Тэхён сглотнул, а потом ухватился за его руку, боясь выпустить, – подожди пожалуйста. Я должен… прежде, чем мы куда-то пойдём и будем нормально говорить, я… – Я поставлю кофе, – Юнги вмешался и, бросив на Тэхёна сочувствующий взгляд, скрылся на кухне. Сокджин тут же перестал улыбаться и устало закатил глаза. – Вот нахуя? – Сокджин покачал головой. – Знаешь, я многое могу понять, но не это. Тем более, как долго вы с Чимином врали, глядя мне в глаза, а? – Две недели, – Тэхён выдавил едва слышно. – Сокджин. Я понимаю, что не могу просить, но... Прости меня. Я такой дурак. Мне было страшно признавать, что я не вывожу, что здесь всё иначе и что-то нужно будет менять в жизни. И из-за этого врал семье и делал вид, что у меня всё под контролем. А потом им потребовались деньги, и я не смог сказать правду, что я всего лишь неудачник. У меня ведь даже никто не знает, чем я живу, что я нарушаю закон и… Тэхён замолчал. У него сдавило горло. До этого он говорил о таком лишь Хосоку, но они за то время, что он валялся в бреду, чего только не обсудили. И после всего этого Тэхён чувствовал себя невероятно уставшим, уязвимым и виноватым во всём. Он был готов что угодно уже признать, потому что чувствовал, что подвёл окружающих. А ведь он ещё с Ушиком не обсуждал, и тот вообще не был в курсе, во что Тэхён умудрился влезть. – Идиот, – Сокджин выдохнул. Тэхён так и не решился на него посмотреть, и вздрогнул, когда тот подошёл ближе и снова обнял. – Знаешь, тебе очень повезло, что я хорошо к тебе отношусь. Очень хорошо. Считай, что наработал репутацию. – Задницей? – Тэхён тихо и нервно засмеялся, и тут же сам крепко обнял Сокджина. – Спасибо тебе. Я так виноват, и я не заслужил такого отношения от тебя. – Не заслужил, – Сокджин очень серьёзно хмыкнул, и от его взгляда стало не по себе, – но если уж Юнги решился за тебя впрягаться, то я не могу стоять в стороне. Давай, снимай обувь, здесь чисто. Тэхён растерялся. У него не сопоставлялся такой тон с тем, как заботливо Сокджин обнимал его, и смотрел при этом не только с раздражением, но и с сочувствием. Тэхён попытался побороть в себе чувство стыда и желание сбежать, потому что он ведь приехал не просто так, и у него была важная цель. Он осторожно прошёл следом за Сокджином на кухню, и тут же поймал взгляд Юнги. Тот молча кивнул в сторону стола, а сам отвернулся, продолжив заниматься кофе. Тэхён не собирался лезть, что-то расспрашивать и… Всё же, его пекло, и, опустившись на стул, он не удержался, моментально протараторив, даже не задумываясь: – Вы оба знали, кто такой Хосок, да? – Конечно, – Юнги пожал плечами, не оборачиваясь, и Тэхёну послышалось, что у него в голосе было веселье. И Сокджин фыркнул, закатив глаза. – Я не мог не знать. У нас была договорённость. Я задолбался отказывать мафии, что я не хочу на них работать. А сделка с копами давала мне безопасность и определённую свободу. До тех пор, пока этот засранец не решил так подставить меня, – он снова завёлся и, ударив ладонью по столешнице, поджал губы. – Поверить не могу, что ты не просто промолчал, но и полез в это. Чонгук хотя бы просто молчал. Приличная жопа. Сокджин поджал губы, постучал по столу, а потом выдохнул. Тэхён снова пристыженно опустил голову и попытался собраться с мыслями, но Сокджин продолжил. – Юнги сказал, что тебе нужен жучок. Что ты собираешься с ним делать? Ты хоть понимаешь, что это не игра? – Конечно, понимаю! – Тэхён вздохнул. – И я не хочу просто сидеть и ждать. Он сказал мне не высовываться… – И это пиздец какой правильный совет, – Юнги хмыкнул, улыбка у него была совсем неприятной в этот момент. – Но ты так не можешь, да? Ладно, я бы на твоём месте тоже на жопе ровно не сидел. Не осуждаю. – Юнги! Какого хера ты несешь? – Сокджин возмущенно взвился, а потом с досадой поморщился. – Блядь, ты сейчас только хуже сделал. Ладно, похеру на вас, поехавших. Должен был догадаться, что вам скоростью и тачками мозги вышибло. Я так понимаю, у Юнги есть то, что тебе нужно. Но… Это не всё, да? – Мне нужна ещё твоя помощь. Чем я могу срезать с колеса блокировку? Не пойми меня неправильно, я ценю его волнение, но оказаться без колёс сейчас, когда ему может потребоваться помощь... – Я тебе дам инструменты. Но при одном условии, – Сокджин ухмыльнулся. – При каком? – Когда всё закончится, я скажу Хосоку, что он сам виноват и надо было думать, прежде чем иметь дело с поехавшими, – он хохотнул, чуть более расслабленно. – Ладно, если тебе потребуется что-то ещё, или поймёшь, что дело дрянь, обращайся. Мы что-нибудь придумаем. Нихуя не представляю, что делать против мафии, но я со всем этим дерьмом из-за Чимина и тебя слишком глубоко в это влез. А ведь я этого как раз и избегал.