Съесть любовь младшей сестры

Ужин №1

«Kill your sister»

      Эшли. Как много неприятного в этих четырёх буквах. Нечто склизким они вязнут на языке, встают поперёк горла, вызывая рвотные позывы. Навязчивым образом вырисовываются в голове девичьим силуэтом. Таким родным и прекрасным, но в то же время совершенно безобразным.       Лейли. Кошмар воплоти. Переливчатый весенний ручей, вышедший из берегов. Первые детские травмы, невольно полученные. Милые буквы складываются в облик маленького чертёнка. Да уж.. Ситуацию не скрасило.

Она никогда не изменится...

      Агония. Разрывающаяся плоть. Истошные крики. Сорванные голосовые связки. Алая кровь струйками по милым щекам, пухлым губам. Отчаянные попытки выжить. Слишком реальная боль.       Страх. Тесак в худых девичьих руках. Огонёк страсти в родных глазах. Нет. Она не может. Холодное лезвие прошлось поперёк горла. Нет. Ей не хватит смелости. Серия глубоких порезов по сухожилиям. Нет. Она слишком невинна. Хруст костей. Конечности вывернуты наизнанку.

Нет! Это невозможно!

      Глубокая ночь. Голова трещала по швам. Подрагивающее тело было сковано чем-то тяжёлым. Мягкая знакомая постель окутывала своим теплом. Реальность успела вытянуть сознание из кошмара, не дав случиться худшему.       Сбитое дыхание. Бешенный ритм сердца закладывал уши. Спутанные мысли проедали мозг. По стенам расплывались иллюстрации кошмара. Такие яркие. Живые. Будто это ещё не конец. Будто всё только впереди.       Леденящий изнутри страх. Непослушные руки в попытках нащупать в темноте неизведанное. Мягкие вьющиеся волосы. Хрупкая девичья фигура. Никакой опасности. Пока что... — «Пиздец.. Снова этот ебаный сон...» — Отрезвляюще пронеслость в голове, постепенно возвращая ощущение реальности.       Родная квартира. Настоящая клетка с наглухо замурованным выходом. Маленькая кровать. Два юных тела еле умещались в столь ограниченном пространстве. Сестренский плен. Эшли так сладко спала, что даже лишний раз было страшно тревожить. Всё как и всегда. Лишь смутное ощущение подвоха продолжало ебать мозги.

Забудь.. Хуже уже не станет.

      Хуже стало. В квартире закончилась еда. Даже мусор уже весь растрепан в поисках чего-нибудь съедобного. Замороженный труп становился всё привлекательнее, но оставшаяся частичка здравого разума не давала перейти черту.       Рассудок мутнел. Сил уже не хватало даже на то, чтобы тупо прожить очередной день. По новостям всё так же тихо, как и в телефонной трубке. Помощи нет. Есть только приставучая младшая сестра..       Кстати, о ней. Эшли совершенно не унывала. Ей будто бы даже нравилось нынешнее положение дел. Запах человечены заполнял квартиру ядовитым облаком, выворачивая наизнанку. Излишняя забота душила. От её пристального взгляда никуда не деться. Одиночество полностью пропало, как и остатки человечности в смоляной душе.       Любовь. Неестественная и излишне навязчивая. Горячие поцелуи плавили кожу. Крепкие объятия были готовы сломать рёбра. Вылетающие из гнилых уст слова выворачивали истину в угоду проклятой. На тонкой шее будто застегнули ошейник, заставляя быть её псом.

Энди. Мой милый Энди.

Нет.

Нет. Я Эндрю.

Энди.

Эндрю.

Энди..

Эндрю.

Энди. И только Энди.

Нет.

Я люблю тебя.

Кого именно?

Я люблю тебя, Энди ♡

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Приключения Энди и Лейли!

Серия под названием:

«СДОХНИ, ТУПАЯ СУКА!!!»

      Хватит! Руки впились в тонкую шею. Зелёные глаза горели ненавистью. Верный пëс сорвался с цепи. Эшли плачет, хрипит. Горячие слезы оставляли блестящие ручейки на милых щеках. Ногти царапали тонкую кожу. От чего натиск брата стал сильнее.       Оцепенение. Жизнь угасла в родных глазах. Тело с глухим стуком ударилось о пол. Руки тряслись. Адреналин приливал в кровь. Злоба не утихала. В сломленной душе столько накопилось, что сейчас вырвалось наружу жаждой крови. Это случилось...       Тесак. Тот самый, которым впервые убили и расчленили тело культиста. Его время пришло вновь. Холодное лезвие блеснуло в тусклом свете. Перевернув мёртвое тело на спину, Грейвс последний раз полюбовался младшей.

Сделай это.

Покажи на что способен Эндрю, на что Энди не хватило бы сил.

      Ядовитая ухмылка. Орудие скользнуло по горлу. Ровный разрез от уха до уха. Тонкие пальцы в мягких тёмных волосах. Прямо как в ту ночь.. Хруст, ласкающий уши. Проворот и голова уже отделена. Такая прелестная. Стеклянные глаза полные ужаса и сожаления. Вязкие капли алой крови звонко отбивали песнь скорби о пол.       Сладостная победа. Затав рукава, Грейв продолжил грязное дело. Одежда здесь уже явно лишняя. Избавившись от тряпок, на хрупком теле красовался новый надрез. Кожа действительно оказалась тонкой.. Оттягивая её одной рукой, второй продолжалось виртуозное владение тесаком. Лезвие скользило по линии мышц, подпуская к истинному мясу.       Блять.. Какой ужас. Лишняя кожа собралась в небольшую кучку на полу. Оголенная и смиренная Эшли заставляла испытывать жалость и возбуждение. Такой милой она ещё не представала никогда.. Её нутро наконец скоро будет вывернуто наизнанку.       Потрошение. Как долго этого пришлось ждать. И вот до него наконец добрались. Новый надрез на этот раз тянулся от центральной точки солнечного сплетения — в точке между центральной частью рёбер и животом — и практически до ануса. Было тяжко. Сложно не задеть кишечник и прочие внутренности. Отпилив лобковую кость, наконец удалось добраться до главного, ведь нижняя часть тела открыта.       Засучив рукава посильнее, с глубоким вздохом он покрепче схватился за тесак и с воодушевлением полез вовнутрь верхней части туловища. Для начала нужно осторожно разрезать диафрагму изнутри, так как она является мускульной мембраной, что делит брюшные впадины. Руки предательски подрагивают. Орудие послушно скользит по тканям. Дышать тяжело из-за удушающего возбуждения.       Далее шла грудная кость. Холодное лезвие аккуратно отрезало ребра по направлению от боков к ключицам. Теперь можно было добраться и до моторчика, гоняющего кровь по телу. Осторожно вырезав сердце, Грейвс отложил его к милой голове. Пригодится.. Всё же главный элемент, дарующий цветную любовь.       Тесак полоснул по глотке. Неуверенными движениями кое-как удалось вырезать трахею и гортань. Оставшиеся внутренние органы частично отправились на утилизацию. Более-менее съедобные куски отложены на стиральную машину. Остатки соединительной ткани так муторно удалять, но и выбора не было, кроме как всё же сделать это.       Наконец-то. Сложная работа позади. Осталось совсем немного. Внутри все также горел азарт. Предательского здравого разума практически не осталось. Теперь все мысли лишь о том, как бы более полезно распорядиться телом, а в особенности мясом, что нужно сейчас с него собрать.       Руки. Когда-то такие ласковые и тёплые. А сейчас это лишь кучка биоматериала. Печальное зрелище. Нож воткнулся чуть выше запястья. Расковыряв всё вокруг, он с трудом отделил ладонь. С неё не снята кожа.       Очередной разрез тянулся от подмышки к плечу. Картинка перед глазами искажалась. Колющие удары меж суставов были нечёткие. Отделяться рука никак не хотела. Потому всё вновь изуродовано жалкими попытками сделать всё правильно, граничащими с раздраженностью. Но в конце концов его ждал успех. Правда, после предстояло поступить ровно также и со второй рукой.       Очередной звёздный час ножовки. Хотя кто же знал, что будет сложно пилить тело по направлению позвоночника.. Мясо слишком плотно прилегает к кости. Из-за чего в голове сотый раз мелькали сомнения из-за того, что вообще он решил разделаться с погибшей от собственных рук ненаглядной таким образом. Однако, пути назад уже нет. Если начал, то доводи дело до конца.       Разделив туловище на две основные порции — ребра и плечо, таз и нога, — он принялся за следующие махинации. Пришло время удалить лопатку. Срезав маленькими кусочками мясо по контуру, успешно удалось её отделить. Чтобы удалить ключицу, пришлось сделать несколько надрезов вдоль кости, затем легким движением руки вырвав её. Готово!       Ребра также не остались в стороне. Натиск ножовки нельзя было остановить. Кости он распилил на двое и поочерёдно удалил их. Ничего особо интересно. Только вот тёплые воспоминания о пересчитывании проступающих сквозь кожу ребёр несколько отягощали..       Завершающим аккордом скучных махинаций стала разделка нижней части трупа, и по совместительству, самой мясистой. Для этого пришлось осторожно отделить ноги в верхней части ягодиц, а после неосторожно расковырять коленные чашечки вместе с частью мускульной массы вокруг неё.       Наконец всё закончилось. Осталось лишь срезать оставшееся мясо, убрать его в холодильник и прибраться в комнате.       Ужин выдался славным. Даже очень. Родная плоть приятно таяла во рту, переливаясь игривым вкусом. Сердце оказалось самым вкусным. Сколько же в ней теплилась вся любовь, тепло, привязанность. И вот оно наконец десертом лежало в тарелке.

Спасибо, Лейли. Спасибо тебе за всю твою любовь.

А теперь смотри и радуйся, как твой милый братик жадно съедает твоё тело.