Когда семья становится чужой
13 сентября 2025 г., 23:32
Моя жизнь перевернулась с ног на голову в тот день, когда мама вышла замуж за Дмитрия Тейрора — самого богатого и влиятельного человека в городе. Я знала, что у него есть сын, Самир Тейрор. Хотя я видела его всего пару раз в жизни, этого хватило, чтобы понять — этот парень настоящий задира. И вот теперь он стал моим сводным братом! Конечно, я совсем этого не хотела, но пришлось смириться.
После свадьбы мамы и Дмитрия мы переехали в их дом. В первый же день я столкнулась с Самиром. Слово за слово — и наши крики разнеслись по всему особняку.
— Самоуверенный нахал! — крикнула я.
— Ох, малышка, мнение таких, как ты, меня не волнует, — нагло произнёс парень.
После этих слов я влепила ему пощёчину. Наши крики продолжали эхом разноситься по дому, пока нас не разнял Дмитрий.
В такой атмосфере я жила уже два месяца. Каждый день я сталкивалась с Самиром, и, конечно же, всё сопровождалось ссорами. Мы постоянно подкалывали друг друга, унижали, подставляли перед родителями, будто бы нам было не по 16–17 лет, а по пять.
Летом мама и Дмитрий уехали на море на полмесяца, оставив нас с Самиром одних в доме. Я умоляла маму отправить меня к бабушке в деревню, ведь я не вынесу жить с этим невыносимым человеком полмесяца. Но мать отказалась и оставила меня.
Первый день прошёл на удивление спокойно — впервые за два месяца мы не поссорились, хотя постоянно сталкивались. Но на второй день всё пошло наперекосяк. Этот тип явился домой в час ночи пьяный в стельку, и мы снова начали ссориться из-за какой-то ерунды.
— Да ты никому не нужна, даже собственной матери! Ей не до тебя — она с моим отцом, а ты ей безразлична, — крикнул парень.
Я прикусила губу, сдерживая слёзы, ведь в его словах была горькая правда. С момента, как мама вышла замуж за Дмитрия, она перестала обращать на меня внимание, стала намного холоднее и всячески показывала, что я ей не нужна. Молча развернувшись, я пошла к себе.
— Хах, маленькая девочка обиделась на правду, — усмехнулся он мне вслед.
Закрыв дверь своей комнаты, я проплакала до четырёх утра, осознавая, что Самир прав — я действительно не нужна собственной матери.
