«Теперь вы — моя семья? (Моя семья не совсем обычная, но я всё равно люблю их.)»

Астре не нравилось то, куда они идут с мамой. Ему вообще сейчас ничего не нравилось. Он так тяжело работал, чтобы достать деньги на еду и откладывать на одежду и всё, что нужно на холодный сезон. Единственное, чего он хотел — это отдохнуть от всего этого. А не идти в какую-то церковь со своей мамой. И что-то подсказывало ему сердцем, что мама снова взялась за старое… и это было самое худшее. Его мама снова подсела на наркотики. И если это так, то ему снова придётся прятать деньги, чтобы она их не нашла и не потратила на тот чёртов порошок или в чем ей там дадут эту мерзость. Или убирать дом после того, как её вырвет, потому что её организм уже не может это терпеть. Или снова искать её где только возможно, чтобы найти рядом со своими дружками, которые тоже были под наркотой и творили всякую дрянь. Как-то уводить оттуда маму, которая не хотела идти домой, а хотела развлекаться с этими придурками и дальше употреблять и продавать своё тело. Потому что ей нужно получить дозу. А если денег нет — то раздвигай ноги… Прийти потом как-то с ней домой по дороге и дома слушать, какой ты неблагодарный сын, и вообще лучше бы я тебя не рожала… получить может какой-то удар от неё — такое бывало редко, потому что у неё уже не оставалось сил на сильные удары, но бывало, что ударит. А потом, либо после того как придёт в себя, либо даже сразу после того как ударила, начнёт плакать, обнимать и говорить: «О мой сынок, о мой бедный Астре… прости свою маму. Я больше так не буду…» — и так очень много раз. Если это всё начнётся снова… он не выдержит. У него просто не хватит сил снова через это проходить. Сколько раз он слышал эти мерзкие и ни к чему не ведущие обещания? Много, очень много раз. В первые разы он ей верил. Ну а как? Не верить своей маме, которая вроде как делает всё, чтобы у тебя было всё. Но чем больше таких обещаний было и чем старше он становился, тем больше понимал одно — всё это надо пропускать мимо ушей. Потому что эти обещания ему надоели. Мама думала, что он не видел, что он не знает, что она понемногу употребляет, когда его нет дома или когда она идёт типа на работу… он знал всё. И это его очень выматывало… Если эта церковь с наркоманами — он убежит оттуда. Без разницы, ранят ли его или что-то ещё. Он убежит. Даже если за это придётся отдать глаз, но это будет значить жить без всего этого. Потому что он не хочет снова быть рядом с этими наркоманами… ему хватило одного раза, когда её типа друзья, которые были под наркотиками, решили, вместо того чтобы расплачиваться телом, взять не его маму — а его. И спасибо тому, что он как-то тогда сбежал… да, он тогда винил себя, что оставил маму там. Но сейчас понимает, что для него это был лучшим выбором. Поэтому Астре решил, что в этот раз он уйдёт от своей мамы. Как бы это ни звучало. Пусть говорят, что он ублюдок, монстр, оставивший свою маму одну. Но для него самого это будет лучше. Если бы не эти наркотики, его мама могла бы где-то работать — она много чего умела, хотя ему казалось, что она уже потеряла эти навыки из-за употребления и того, что он сам работал. У них уже была еда, и потихоньку они ремонтировали дом, и одежда была. Но нет — ничего этого не было. Поэтому он лучше уйдёт. Он уже нашёл много домов и заброшенных квартир, где мог бы жить один. Так что да. После этой церкви, когда мама будет спать, он заберёт всё своё и убежит. «Астре, милый, давай быстрее, иди, мы отстаём от остальных». «Иду, мам…» Астре выдохнул и ускорился, чтобы догнать остальных людей в такой же одежде, как у них. Он видел, что мужчины были одеты так же, как и он, а женщины — как его мама. И эта одежда… она его душила. Не по-настоящему. Но было чувство, что он не должен был её носить. Она так идеально сидела на его теле, что это его даже пугало. Он бы должен радоваться тому, что у него есть такая одежда, которой у него никогда не было. Он мог о такой только мечтать. Ткань мягкая, нигде не натирает и не мешает. Даже эти маленькие нашивки на одежде были качественные. Всё было таким идеальным… И это пугало. Вся эта идеальность его пугала, почти душила. Он хотел снять эту одежду и больше никогда её не надевать — даже сжечь её. А люди здесь… они явно были под чем-то. Все так улыбались друг другу. Все такие вежливые, очень вежливые… всё это настолько фальшиво, что тошнило. Его сейчас не радовало ничего. Даже если там будут давать еду — он не возьмёт. Потому что кто знает, что там? Из чего эта еда? Может, туда тоже что-то добавляют? Нет. Астре не идиот, чтобы брать еду или что-то ещё от таких странных людей. Да, он пошёл тогда за тем незнакомцем, который был с Уэйнами. Но! Семья Уэйн не берёт под своё крыло кого попало. Тем более тех, кто может как-то навредить детям или слабым. И тот незнакомец выглядел нормальным. Так что выбирать между этими странными людьми и незнакомцем — он выберет незнакомца. Он прям чувствовал, что тот нормальный. Он не мог это объяснить, но ощущал, что незнакомец лучше этих придурков в странной одежде. Пока он думал, он врезался в спину своей мамы. Потерев лицо, он увидел, что все остановились и чего-то ждут. Он как раз хотел всё рассмотреть, но тут все двинулись внутрь церкви. Настоящей церкви. Заброшенной церкви. Он думал, что мама просто так сказала, что они идут в церковь. Но нет. Вот перед ним настоящая церковь. И это явно делало ситуацию хуже… потому что редко когда в церквях было что-то хорошее. Тем более если это церковь возле Готэма. Когда они зашли внутрь, как и ожидалось, всё было заброшено: стены в трещинах, витражи — либо разбиты, либо в трещинах, либо с них отпали куски. Но места, где должны были сидеть люди, были новыми. И место священника — тоже чистым. Астре стало ещё хуже. Здесь была неприятная атмосфера, словно всё это было грешным… Он выдохнул, посмотрел на себя в зеркало возле входа, просто улыбнулся себе и мысленно пожелал себе удачи. Когда все сели и ждали начала, его мама только и делала, что поправляла его волосы, которые за долгое время успели отрасти и делали его сзади похожим на девушку. Самому Астре было всё равно, как они выглядят. Хотя от белого в них только название — они были такими грязными, что он удивлялся, как вообще их отмывает. Его вырвал из мыслей голос — но не приятный, а очень режущий слух. «Наши дорогие звёзды, как старые, так и молодые. Я рад видеть вас всех в эту прекрасную ночь. Но также знаю, что вас всех волнует один вопрос. Почему я собрал вас здесь? Ведь день службы только завтра. И это не просто так, моя любимая звёздная семья. Сегодня я расскажу вам новость, которая введёт вас в чистый, но радостный шок». Астре пришлось закрыть уши, потому что голос священника буквально резал их. Боже, что случилось с голосом у этого священника? Он посмотрел, кто это — и когда понял, что тот выглядел как священник, то да, это точно он. Только вот с таким голосом… что же произошло с этим человеком? Но у него была какая-то новость. И это немного заинтересовало Астре. Что за новости в такой церкви? Пока священник говорил, люди ходили и раздавали всем стаканы с водой. Когда Астре дали свой стакан, он почувствовал запах мяты. Он её ненавидел… поэтому сделал вид, что что-то отпил, и быстро передал стакан человеку рядом. Кто знает, что там было кроме мяты… Когда все снова сели, священник заговорил с улыбкой, которая будто доходила до ушей. «Сегодня этот день станет точкой нашего начала в плане банкета. Потому что именно сегодня! Я встретил его… нашего Бога Света и Тьмы!» Сначала был чистый шок на лицах людей. Потом раздались радостные крики. Все были невероятно счастливы. Астре лишь делал вид радости и хлопал руками. Потому что какого чёрта Бог Света и Тьмы!? Он никогда такого не слышал. Это что, выдумка? Скорее всего. Секта же странная, люди ненормальные. Ну да — культисты. Священник поднял руку, все замолчали. Лицо стало грустным. «Я вижу и чувствую, что вы так же счастливы, как и я. Мы все рады, что наш Бог появился в этом грязном и грешном месте, как Готэм. Но за хорошей новостью идёт и плохая новость о нашем Боге». Все замолчали, ожидая. Священник вздохнул, сложил руки как в молитве: «Я встретил нашего Бога… но не одного. Он был в компании. И я бы не был таким злым и печальным от этого, если бы с ним были достойные люди, которые смогли увидеть его красоту и силу. Но всё было не так. А хуже…» Его лицо стало злым. «А хуже всего, моя звёздная семья! Что нашего Бога окутали ложью! И те, кто это сделал, — самые грешные люди, какие только могут быть. Эта семья, которую вы все знаете. Семья Уэйн! Эти грешники забрали нашего Бога себе, обманули его словами и действиями, а возможно, даже запугали!» После этих слов начались крики недоверия и злости. Людей бесило, что их Бог мог попасть в руки такой "грязной" семьи. Мысли о том, что его могли запугать, ещё больше усиливали злобу. Астре моргнул от шока, пытаясь осознать, какую фигню он только что услышал. Что это за бред? Да, он знал, что семья Уэйн не самые святые люди, но это не значит, что они не помогают Готэму. Они многое сделали для плохих районов города. Он не мог назвать их мерзавцами — но и святыми тоже. Но тот бред, который он услышал, был смешным. Чтобы Уэйны держали Бога? Он скорее поверит в демона, чем в бога. Но если вспомнить — Уэйны никого просто так к себе не принимают. А тот незнакомец с детьми Уэйн сегодня… нигде не было новостей о новом члене их семьи. Священник сказал, что их Бог был с Уэйнами. Сегодня он видел Уэйнов с незнакомцем. Если так — то этот незнакомец был богом секты. Но священник сказал, что он его встретил… может, незнакомец сам не знает о секте? Астре стало интересно — не попало ли ему в рот пару капель той воды? Может, из-за неё у него весь этот бред в голове? Он тёр глаза, надеясь на конец всего этого. Когда все успокоились, священник продолжил: «Я понимаю ваш гнев и страх за нашего Бога. Но поймите — мы ничего не можем сделать сейчас. Уэйны сильно охраняют его, и один из них даже посмел ударить меня. Поэтому нам нужно придумать план, как оставить нашего Бога наедине, подальше от этих грешников. Я уже думаю над планом, вам не нужно переживать. Просто ждите». Все слушали и кивали. Астре делал вид, что тоже согласен, но внутри понимал — бред полнейший. Может, рассказать Уэйнам? Или какому-то герою? Он не знал всех героев, но Красного Колпака он мог бы найти. И если подумать — это серьёзная проблема. Лучше предупредить. Его взгляд перешёл на мать — и теория о наркотиках получила подтверждение. В воде были наркотики. Поэтому другие такие странные и улыбающиеся. А остальным, возможно, так промыли мозги, что им наркотики уже не нужны. Но его план рассказать героям был крепким. Он не любил быть там, где не должен быть. Но эта секта — проблема. Поэтому избавиться… Но мысли прервались. «А теперь отбросим всё это! Моя семья! В этот день, когда мы узнали, что наш Бог теперь здесь, наши три маленькие звезды решили сделать подарок на будущий пир! С их стороны это очень сильный и смелый поступок! Встречайте их!» Астре видел, как священник отходит назад, чтобы не мешать тому, что сейчас будет. И вышли дети… возможно, они были на год-два старше него. Но мальчику, который стоял по центру, явно было где-то пятнадцать. Или он просто из-за роста выглядел таким высоким. И он ничего такого не ожидал, но почему-то его тело сейчас было как на иголках. И не даром… к двум детям, которые стояли по бокам, подошли мужчины и встали так, чтобы всем было видно. А к мальчику, что по центру, подошла женщина и стала позади. В руках мужчин появились кинжалы. И чем больше он смотрел на это, тем ему становилось хуже, а тело начинало дрожать, и тошнота тоже появилась… Он наблюдал, как мужчины одновременно подняли кинжалы и… и засунули их в глаза детей… они вытащили детям глаза, а те даже не кричали, ничего — они позволяли это делать. Когда глаза были вырваны, они перешли к их ртам и отрезали им языки. Астре просто застыл и наблюдал за этим, даже сам не зная, что сейчас чувствовал, но единственное, что он мог почувствовать — как его трясёт… Он смотрел, как женщина достала маску, внутри которой были шипы. И она надела маску на лицо последнего мальчика. И началось — шипы прорвались в лицо парня, но тот ничего не говорил, не кричал. Они все трое были как куклы… «Эти молодые звёзды отдали свои тела для того, чтобы наш Бог Света и Тьмы дал им новую жизнь или использовал, как пожелает». Тела мальчиков начали уносить, а священник снова встал на своё место, пока все радостно хлопали и радовались. Кроме Астре, который всё ещё был в трансе после этой сцены — ведь им вырвали глаза, вырезали языки, надели маску с шипами. И им было всё равно… а другим это нравилось… нравилось… а если и с ним так будет? Он вздрогнул от этой мысли, а то, как его тело трясло в жидком страхе, было просто ужасным — всё кружилось от ужаса. Он, наверное, был в трансе долго, пока не почувствовал руку на своём плече. Но это была не рука матери… это была рука священника. Тот улыбался ему, но в глазах у него был дикий блеск, словно он что-то в нём увидел. Астре хотел встать и убежать, но священник очень сильно потянул его к себе. Как у такого человека могла быть такая сила? Ему стало ещё хуже, а когда священник заговорил — стало совсем плохо. «Моя семья! То, что с нами нет нашего Бога, действительно печально. Но Он сделал нам подарок в виде этого мальчика! Ведь именно так выглядел тот демон, которому я поклонялся! Этот мальчик будет тем, кого принесёт в жертву сам наш Бог для начала пира!» Тогда Астре за всю свою жизнь хотел быть где угодно, только не здесь…