Ты можешь довериться мне

      Астрочел был, если честно, первым землянином, который согласился выйти на хоть какой-то контакт с планетами, что не могло не радовать Землю. Однако наседать на беднягу он не решался, позволяя тому держаться подальше и изредка подходя поболтать, стараясь при этом не сильно акцентировать внимание на его шуганности.       Но после ситуации с Венерой мужчина даже его пугался так, словно он был раскалённым камнем со вспыльчивым характером, так и желающим найти повод уронить на свою поверхность. Это… заставляло грустить. Действительно грустить, ведь Земля правда хотел быть ближе со своим жителем. С Астрочелом стоило поговорить, надеясь на понимание, а не просто послушное кивание и псевдо-незаметную попытку сбежать.       Стоило разговаривать наедине, не беря с собой Луну, чтобы не нервировать мужчину двумя космическими телами сразу. Сможет же он недолго сохранять свою ось самостоятельно, верно?

***

      — Эй, Астрочел, — как можно дружелюбнее позвал он космонавта из ракеты, удерживаясь от того, чтобы приобнять ту гравитацией.       Землянин внутри сжался, нервно зыркнув на свою планету и тут же отведя взгляд.       — Да? — неуверенно ответил он, и Земля заметил, как тот сжимает пальцами рукава.       — Я хотел поговорить с тобой, — мягко улыбнулся третий, твёрдо решив, что добьётся спокойствия для мужчины.       Астрочел, сглотнув, перевёл на него выжидательный взгляд.       — Ты как будто начал бояться нас сильнее, чем раньше, — не стал тянуть планета, стараясь звучать не сильно обвиняюще.       Космонавт тут же встрепенулся, пытаясь отрицать очевидное.       — Н-нет, ты что! — воскликнул он, нервно улыбнувшись и замахав руками. — Я-я просто не д-до конца привык, н-наверное… — и пустил смешок, пытаясь как-то себя защитить.       Земля смотрел на него с грустью и сочувствием. Он плохо помнил своё появление, но, увидев гигантов в первый раз, обступивших его с Луной, мягко говоря, охренел. Так что хоть какое-то понимание к человеку у него было. Такой крохотный, сейчас пытающийся доказать, что не боится, хотя всё видно, даже не приглядываясь. Его, по сути-то, ребёнок. А страха от своего детища планете не хотелось.       — Астрочел, — мягко прервал он оправдания, — это заметно.       Мужчина замолчал, сжимаясь и, будто, начиная казаться ещё меньше. Боясь следующих слов своей планеты и заставляя ядро того неприятно колоть от странной горечи. Его собственные дети боятся его! Ну что за абсурд. Хотя, понять их действительно можно.       — Это после ситуации с Венерой? — спросил Земля, незаметно подлетая чуть ближе.       Тот неуверенно забегал глазами, сглатывая и немного стыдливо пряча взгляд.       — Слушай, он просто очень вспыльчивый, — успокаивающе улыбнулся третий, всё же позволяя себе осторожно взять ракету в свою гравитацию. — Венера переживал за тебя, когда понял, что натворил. Позволил даже бомбардировать себя астероидами, чтобы мы помогли тебе справиться с роботами! — на этих словах мужчина боязливо поёжился, видимо, вспоминая те пару часов, о которых предпочёл бы забыть. — Да и мы с Марсом и Луной уж точно вредить тебе не планируем. Хочешь интересный факт? — Астрочел немного вопросительно выгнул бровь. — Ты первый из всех космонавтов, кто решился хотя бы заговорить с нами! Так что не думай, что мы как-то пытаемся… ну… — тут он сдулся, забывая слово и не зная, как сформулировать итог своей поддерживающей речи. — В общем, тебе не стоит нас бояться, правда, — нашёлся он, с некой нежностью улыбнувшись и посмотрев в чужие глаза.       А землянин смотрел неуверенно, но с явным желанием всё же довериться и перестать шугаться одного лишь чужого голоса.       — Я люблю каждого своего землянина, поэтому тебе правда не стоит шарахаться хотя бы меня, как чумы какой-нибудь, — усмехнулся планета, по-доброму улыбаясь и крепче обнимая ракету.       — Я… — мужчина сглотнул, пустив немного нервный смешок и почесав затылок. — Спасибо, Земля. Правда, я просто… очень сложно привыкнуть к… подобному.       — Я понимаю, — кивнул третий. — Не представляешь, как я испугался тех же гигантов, когда только их увидел.       Астрочел немного посмеялся, видимо, представив эту картину. Он сам боялся только подумать о том, чтобы приблизиться к тому же Луне, а тут Земля и… о боже, это он ещё про Солнце не вспомнил.       А сам Земля мысленно радовался, что космонавт позволил себе искренне посмеяться, пусть и совсем немного. Хотелось бы услышать чужой смех ещё раз, мысленно осознавая раскованность своего "ребёнка" рядом с собой, но без повода хоть какой-либо позитивной эмоции он явно не увидит. Значит у него ещё много работы, чтобы помочь Астрочелу привыкнуть. И он был к ней готов.