Мысли глупого

Гусен — звезда кино. У него есть всё: большой особняк, машина, много денег и слава. Но… Это не то, что он хотел в своей жизни. Узнав, что железная дорога в Ромашковую долину, где живёт его дорогой друг Копатыч, открылась, актёр сразу собрал вещи и переехал туда. Такой неожиданный переезд заставил удивиться жителей долины, особенно детей, которые не понимали, как можно оставить роскошную жизнь ради всего этого. Но всё-таки дом Гусену они быстро остроили. Влился в компанию он достаточно быстро. Совунья пыталась откормить бедолагу, считая что брюнет похудел из-за городской не вкусной еды. С Пином актёр общался редко, но всё равно считал его своим хорошим товарищем. С Карычем Гусен обсуждал много из искусства и актёрской жизни. А Лосяш. Лосяш оказался тем самым лучшим другом с которым можно было и выпить, и поговорить о бессмысленной чепухе. С Копатычем Гусен был собой. Настоящим Гусеном, которого Копатыч знает больше всех. Он знал, что скрывается за видом мрачного деда. Поэтому брюнет очень часто проводил время с ним. Ему было комфортно как никогда. Вот она тишина которую он так искал. Вместе с Копатычем. Однажды, к Гусену в гости пришёл Лосяш, который не отказался обсудить что-то за бокалом красного сухого. За всё время учёный выпил только один бокал, пока актёр каким то образом опустошил всю бутылку и достал вторую, войдя в лёгкое опьянение. Оно как раз и вывело Гусена на разговор об отношениях. — Т-Ты ведь любшь своего немца? — поинтересовался Гусен, замечая как лицо Лосяша приобретает лёгкий румянец. — Да… А к чему вопросы? — учёный наконец то допил свой первый бокал и брюнет хотел ему налить ещё, но тот вежливо отказался. Актёр промолчал, принимая удобное положение на стуле. Задумчивый взгляд уставился на потолок, а отвечать на вопрос он не хотел. Брюнет закинул голову верх, а на его смертельно бледных щёках появился видный красный румянец, который редко можно было увидеть. — Копатыч… Он моя тишина, — Гусен тихо, но очень счастливо хихикнул. Ему никогда так хорошо не было на душе, — он заботливый… Милый… Лосяш спокойно слушал всё, что ему говорил и пытался понять: это просто алкоголь ударил ему в голову и теперь он высказывает свои глупые мысли или он говорит правду. Но слова друга звучали так искренне, без нотки его пьяного голоса. А учитывая поведение Гусена вокруг Копатыча, Лосяш понял одно. Это правда. Пока актёр отвлёкся на своего кота, учёный сидел и перебирал всё, что ему только что выволили. В голове чётко складывался пазл и тут его осенило. Надо свести Гусена с Копатычем. Только надо учесть факты и найти себе помощника в этом. Ну ничего, можно и подождать. — А вы ему говорили об этом, друг мой? — поинтересовался блондин, смотря как Гусен тискает своего кота и играет с ним, а тот в ответ мурлычит, — о своих чувствах. Гусен промолчал и глянул на Лосяша, а потом куда то на стену, обдумывая свой ответ. Спустя пару секунд брюнет махнул рукой, пробормотал что-то невнятное и продолжил гладить кота, избегая ответа. — Ну… Я тогда пожалуй пойду домой, — произнёс астроном, вставая из-за стола. Гусен не обратил никакого внимания на это, лишь прибывая в своих мыслях, — до встречи. *** Лосяш шёл медленно, раздумывая обо всём, что даже не заметил, как быстро оказался возле дома Копатыча. Неудивительно, они живут достаточно близко к друг другу. Пчеловод спокойно что-то копал в огороде и напевал себе под нос. Учёный немного поглядел на него и понял, что нужно и от него узнавать информацию. — Друг мой трудолюбивый, добрый вечер, — произнёс Лосяш, подойдя к забору. Он приветливо улыбнулся, смотря на трудягу, — трудитесь смотрю. — О Лосяш, здарова, а ты откуда это? — поинтересовался Копатыч, переключая взгляд с грядки на друга, — да я вот решил помидоры пересадить. — В гостях у Гусена был, — ответил Лосев, замечая, как Копатыч становится более заинтересованым в диалоге, — выпили с ним, поболтали. Огородник лишь пару секунд помолчал, обдумывая что сказать. Он одним лёгких движением ноги вставил лопату в землю и подошёл ближе к забору. — А как там поживает Гусечка? А то я в последнее время его не вижу, — произнёс Копатыч с некой тревогой и заботой о своём лучшем друге. — Гусеч- что. А, Гусен хорошо, — произнёс Лосяш, обращая внимание как Копатыч называет Гусена. Конечно, он всех называет ласково, но актёра как-то по особенному, — а к чему такая тревога? — Да я… Эта… Беспокоюсь о нём, — огородник почесал свой затылок, отводя взгляд куда-то в сторону, — давно он не заходил ко мне. — А что беспокоится то? Боитесь что с ним что-то случится? — и тут повисла неловкая тишина. Взгляд Копатыча выглядел ещё более тревожнее, а лицо его смутилось. — Это же Гусен. Я его больше 30 лет знаю… — ответил Пчёлов, более тихим голос, — если шо-то случилось, то я узнаю об этом, когда будет слишком поздно и… — опять тишина. — Да не беспокойтесь, друг мой! Всё с ним хорошо! — Лосяш сразу же попытался прибодрить друга, чтобы тот напрасно не переживал, — я уверен, что даже будь ему плохо, он обязательно пришёл к вам! — Понимаешь, я просто хочу шобы он был ближе, видеть больше и окружить заботой, я… Ой. — Копатыч заметно покраснел и начал немного нервчинать, боясь что он сказал что-то лишнее, — а вообще забудь, пойду-ка я спать пожалуй, — произнёс пчеловод, поворачиваясь спиною к учёному и медленно идя к крыльцу дома. — В каком смысле ближе, друг мой? — на лице блондина появилась хитрая улыбка, а Копатыч резко остановился, — неужто вы… — Д-Да я ничего такого не имел в виду! — произнёс рыжий, поворачиваясь обратно к Лосяшу лицом и складывая руки на груди, — и вообще, он мой л-лучший друг! — после этого Копатыч сильно покраснел и вновь отвёл взгляд. — Вы уже разлили чай, друг мой, признавайтесь, — Лосяш наблюдал за реакцией Копатыча, который уже не знал, куда себя деть. — Ядрён батон, Лосяш, шо пристал?! — огородник опять отвернулся и пошёл к себе домой, избегая диалога. — Да не обижайтесь, любезный! — крикнул Лосяш в ответ, наблюдая за тем как голубоглазый входит в дом и закрывает дверь. Он тихо хихикнул и пошёл домой. *** — Пин, Пин! Ты где?! — произнёс Лосяш, быстро снимая обувь, — сейчас я тебе расскажу кое-что, взорвёшься как звезда от удивления! — учёный нашёл любовника, который вновь что-то чертил. — Как у Гусена побыл? — поинтересовался Пин, не отводя взгляд он бумаги. Он почувствовал как Лосяш обнимает его и кладёт голову на его плечо. — Не до этого, Пин! — произнёс учёный, делая голос тише, — милый, я думаю, что наши Гусен с Копатычем любят друг друга, но признавать этого не хотят. — Was… Ты пьян? — поинтересовался Пин, удивляясь и отвлекаясь от чертежа. — Хочешь не верь, но я мне Гусен сам сказал! Да и поведение Копатыча выдаёт всё! — И что ты хотеть чтобы я сделайт? Машину любви? — поинтересовался немец, поднимая бровь, — я не маг и ничего не сделайт. — Какая машина любви, милый?! — Лосяш закатил глаза и цокнул, — свести их надо. — И как это сделайт? — Я не знаю… — Иди спать, säufer, — Пин хихикнул, смотря как Лосяш удивляется и злится, — на свежий голова лучше думается. — Сам пьяница! — Лосев не больно стукнул изобретателя по плечу и, поцеловав любовника в лоб, ушёл спать, — дурак. — Сам такой… *** Гусен лежал на диване, лишь о чем призадумываясь. Вдруг он резко принял полу-сидячее положение и осмотрелся по сторонам, будто выискивая кого-то. — А где Лосяш? — поинтересовался актёр, замечая только через два часа, как его друг исчез.