damned soul.

      Словно разряд тока по позвоночнику Даста пробежала острая боль, когда его, словно бабочку пригвоздили к сучатому широкому стволу. Сосна издала жалобный, трескающися стон, когда кость воткнулась в неё, а Даст вторил ей раздражённо-болезенным шипением, ёрзая, молотя ногами в попытках вырвать магический снаряд из плеча своей куртки, но это сложнее, когда твои ноги почти не касаются земли. А потом над ним нависла тень, и вдруг горячее дыхание обожгло его лицо, вызывая неприятные мурашки. Свап навис над ним, упираясь руками по обе стороны от его головы, с тяжёлым, усталым предыханием и капельками пота на поцарапаной скуле. И этой дурацкой, победой ухмылкой, будто он уже выиграл этот бой. — Хаха… хахаха… — он ещё и осмеливается смеяться прямо Дасту в лицо. Мардер от раздражения сцепляет зубы до скрипа… а потом со злым удовольствием резко пинает Свапа прямо в грудь и тот отлетает назад, едва сохраняя равновесие, но это не стирает его ухмылки, а кажется наоборот, лишь растягивает уголки рта шире. Воздух потрескивает от напряжения магии и в следующее мгновение ещё одна кость пришпиливает Даста к дереву, проникая между рёбер. — С-с-с-сука…       Свап снова смеётся, потирая грудь, на истёртой в битвах броне остался слабый след ботинка Даста.       Младший из звёздных снова приближается. Даст ещё раз, резче, агрессивные дёргается, пытаясь снять себя с чужих костей, но острая боль в рёбрах быстро останавливает его и гулкое разачарованное рычание вырывается из пробитой грудины Даста. — Кажется я всё таки поймал тебя! — чересчур гордым для всё ещё тяжело дышашего голоса заявляет Блу.       У Даста не находится того остроумного, язвительного ответа, который обычно всегда есть в его рукаве, но его упрямство всё равно не позволяет ему оставить последнее слово за Звёздным — он вдруг плюёт ему прямо в лицо. — Пошёл ты…       В этот момент Даст больше всего, неожиданно для себя, хочет увидеть хотя бы наглую шакалью морду Киллера, умеющего появляться как никогда невовремя, или хотя бы острую ухмылку и ещё более острый тесак Хоррора. Он невольно бегло ищет их глазами, но быстро приходит к выводу, что оба они скорее всего думают также: Хоррор всё дальше отступает от разлетающихся в стороны клякс Инка, лишённый своего тесака, Киллер как затравленный бешеный волк отбивает в обломках какого-то здания от Кросса, а Найтмер занят нескончаемыми дискуссиями со своим светлым близнецом и совершенно не обращает внимание на то, как его подчинённых подпёрли к стенке. Дасту остаётся лишь фыркнуть, выдавливая удовлетворённую ухмылку, пока Свап с чем-то похожим на отвращение стирает плевок со своей щеки медленным, тщательным движением тыльной стороной ладони. На мгновение воцаряется мрачная тишина, которая быстро разрывается оглушительным неожиданным для всех статистическим треском…       Даст снова дёргается, пытаясь заглянуть за спину Блу, чтобы увидеть что там чёрт возьми происходит, но он всё понимает ещё раньше, чем успевает действительно что-то разглядеть сквозь взлетевшие в воздух здания, деревья и целые куски земли. Раскатистый, но заедающий словно старое радио смех разносится по полю битвы. Инк с руганью сплёвывает на пол, а Найтмер очень тяжело, недовольно цыкает, морща носовую кость — третьему лицу здесь явно никто не рад. Но самого Эррор, довольного своим феерическим появлением, это мало заботило.       А потом произошло то, что происходит когда в одной вселенной собирается слишком много психов на один квадратный метр — мир затрещал по швам и начал разрушаться под умелыми пальцами Эррора, залезшего прямо в код.       По земле пошли длинные трещины, разверзаясь словно огромные пасти и поглощая в себе всё, что падало внутрь, а сваливалось туда… в общем-то всё. Мир стремительно расспадался на код как свитер, зацепившейся за гвоздь торчашей ниткой. — Вот блять!       Началась суета и Даст увидел как Звёздные и его собственные товарищи забегали, уклоняясь от распадающихся кусков пространства и от надоедливых, словно паутина, нитей Эррора. А потом Даст услышал наверное единственный приказ, который он всегда выполнял с удовольствием. — Отступаем, — мрачно объявил Босс. Ожидаемо, потому что жить этому миру оставалось недолго с прибытия Дестроя.       Звёздные отступать явно не собирались: Инк бросился противостоять Эррору, Дрим и Кросс стали искать жителей этой вселенной, выживших и спрятавшихся от Найтмера и огня битвы.       Блу хотел броситься на помощь своим, явно уже забыв о своей добыче, прибитой к сосне, но очередной раскол, возникший прямо под их ногами заставил его притормозить.       В этот момент Даст был почти благодарен появлению Эррора, с уже более довольной ухмылкой наблюдая за всем тем хаосом, который принёс с собой Разрушитель. Трещина в земле расползлась и по дереву, на которое был наколот Даст, ровно по месту, в которое была воткнута кость. Но Мардер быстро передумал, когда наконец вырвавшись из плена чужих костей он понял что падает назад, ровно в ту бездонную пустоту, разверзшуюся под его ногами, куда уже свалилась половинка той несчастной сосны. На мгновение искренний ужас заставил всё в груди Даста похолодеть, душу судорожно забиться в панике, но вдруг из этой пучины его за шкирку выхватывает крепкая рука, выбрасывая на пока ещё твёрдый и целый участок земли. Даст приземляется на колени, кашляя от пыли нецензурщину о всём его отношении к профессии Эррора. В ушных впадина неприятно звенит от продолжающегося грохота новой битвы и распада пространства, казалось Эррор мог уничтожать сам воздух. Где-то за его спиной послышался обеспокоенный крик Свапа. — Ты в порядке!? — какая трогательная, а главное своевременная забота после того как Блу сам лично нашпилил его к дереву, спасибо. — Кха, катись к чёрту… — сухо огрызнулся он в ответ, уже спешно поднимаясь на ноги.       От мира осталось всего около трети, Инк борется с нитями Эррора, почти метая красные лазеры из глаз под действием своей краски, Дрим судорожно, уже не так заботливо как полагается хранителю запихивал паникующих жителей в созданный портал, скорее всего в Омегу. Кросс героически защищал эту спасательную процессию от Киллера, который видимо уже вопспрял после того как его самого ещё недавно прижимали к земле. Хоррор уже прыгал в портал Найтмера, сам Найтмер взбешённый и нетерпеливый стучал векторами по земле, бросая очень выразительные взгляды, намекающие на то, что неуспевшие остаются жить прямо здесь.       Воздух наполняли крики, гул сражения, а для Мардера ещё и вопли его Папайруса, требуюшего помочь Киллеру. К чёрту. У Даста уже разболелся череп от всего этого вселенского бардака, он даже уже не вслушивался в какие-то дразнящие выкрики Киллера в сторону Дрима и Кросса, смех Эррора, проклятия Инка, причитания выживших… — Хахахахаха, в чём дело, мудак нарисованный, краска кончились?! — Бьёшь как девчонка, Крис-Кросс~ — Пошёл ты! — Двигайтесь, придурки! Я не собираюсь ждать вас, если вы решили сдохнуть здесь. — Чтоб создатели тебя побрали!       Даст пытается сосредоточиться только на подторопливающем голосе Босса… — Киллер, Даст, я сказал отступаем.       Киллер наконец оставляет Кросса в покое. Дрим кричит Инку, в попытках тоже отозвать его, ведь мир в конце концов уже невозможно спасти… Даст наконец собирается достаточно, чтобы открыть короткий путь к порталу Найтмера. — Пока-пока, Кросси~ — В этот раз победа за мной, мудак! — Киллер! — Блу, хватай его!       Резкая боль пронзает рёбра Даста, заставляя его почти согнуться пополам, когда ему не удаётся перенестись из-за чужой синей магии вдруг схватившей его душу. Его собственная магия прерывается. Он успевает лишь обернуться на Свапа с возмушённым и растерянный взглядом, прежде чем его вдруг с силой прижимаю к земле, словно несколько тон железо-бетона. — Даст, чтоб тебя! — где-то снова слышится голос Босса на грани ярости и разочарования. Но отчётливее теперь этот противный голос. — Прости, Даст…       И последнее что он помнит, это чувство, будто он чёртов мячик для гольфа, когда кость Свапа словно клюшка наносит удар по его левому виску. Его сознание моментально вылетает через правый висок и Даст больше не видит растворяющееся небо, окутанное синими нитями, сиротливо парящие куски земли, воды, прочих обломов мира и виноватое, но серьёзное лицо Блу перед собой. Только резкая вспышка, за которой настала темнота.