Контроль.

      Интересно, сколько прошло времени? Кажется, всё смешалось в кучу. Даты потеряли естественный ход, а ещё сильнее потерял смысл как-то с этим бороться. Денис решил лежал плашьмей на кровати, да в потолок смотрел. Желание погрузиться в воспоминания — не было абсолютно, но фантомные руки будто бы проникали под кожу, а следом под голову, не давая даже вздохнуть полной грудью.       Всё скатилось на дно слишком быстро, что никто бы не смог вытащить. А если бы и смог, то Денис испытал бы вину. Он как слабак, который не может справиться со своими проблемами, и остаётся наедине с этим. Он не может позволить не то, чтобы сказать друзьям: он сам себе не может признаться в этом. Он ощущает отвращение ко всему, что существует на этой земле, и злобу в свою сторону. Как он мог не проконтролировать такую простую ситуацию? Это слишком простая вещь. Но он не справился. Он упал на социальное (для себя) дно, и стал пустышкой. Он не знает, что в принципе дальше ему делать? Как это в принципе нужно решать? Друзья...       Они важны, они должны быть опорой, они всегда ей являлись друг для друга, но резко в голове всплывают фразы. Насмешливые, обидные, злобные. Хоть и понимает же, что этого не будет, но в глубине кроется страх: "а вдруг?"       Поэтому Денис молчит.       Молчит, терпит (как же теперь мерзко), да не желает хоть с кем-то контактировать из-за собственной слабости. Как же он омерзителен.

***

      Только друзья всё видели и не смеялись. Всё было слишком плачевно, как бы Денис не старался. Они втроём чуть ли не устроили детективную операцию, что могло произойти. Последнее событие: бар, в котором они выпивали. Он вернулся буквально другим человеком, после того, как пошел проблеваться. Он вышел с пустыми глазами, и смотрел в одну точку, содрогаясь каждый раз. Он говорил: "да я просто... Бухой..." и подсказывало же внутренне, что всё намного глубже, но трогать не стали. Думали, что не стоит. Ошибка.       Теперь Денис стал тише, а на вопросы отвечал лишь короткое: "я в порядке, просто устал."       Враньё чувствовалось, но как продавить — никто не понимал.       Вся эта история заключается в том, что Денис боится, а друзья просто не знают, как подойти. И чья же тут вина? Тут её и нет. В таких историях виноватых нет, кроме одного лица, которая всё и портит. Тут жертвы все, ибо никто не знает, как подступиться.       Страшно, когда всё выходит из-под контроля.

***

      — Ало, ты где? — голос Ильи уставший, немного грустный, но он старается держаться. Ксюша стала его опорой, ибо она лишнего не посоветует. Она говорила вроде простые вещи, но нужные. Как минимум....

Это не его вина.

      Наверное. Самое банальное, но важное, что хочется услышать. Что ты порой не можешь повлиять на ситуацию, иногда она выходит из-под твоих рук. Он чувствовал спокойствие рядом с ней, и теплилась надежда, что с Денисом всё станет лучше. Нужно чуть-чуть подождать, побыть рядом, и не давать ему повода усомниться, что они всегда будут рядом. Только или они где-то проебались, или в голове у Дениса что-то наебнулось.       Или сразу два варианта?       — Мы скоро подъедем. — отвечает Максим, что кажется через чур серьёзным. В его голове сразу возникли ужасные мысли, но тогда пьяный мозг не мог сформулировать это в цельное предложение и теорию. С Нелей они обсуждали это если не час, то чуть меньше или чуть больше точно.       Обсуждение было для них максимально неприятный, ибо Денис хоть и просто друг, но важнейшая часть, чуть ли не семья. А семью не бросают никогда, кровная она или нет, но если человек важен — то ты обязан бороться за его благополучие.       А Антон справлялся с этим чуть ли не один. Он справлялся с этим только или с друзьями или в пустой комнате, когда вместе со своими тревожными мыслями появилось странное поведение Дениса. Он понимал одно, что с его другом произошло что-то ужасное. Человек никогда резко не меняется просто потому, что "захотелось". Понимали все. Но Антон не хотел давить, ибо видел, что так лишь хуже. Только прийти домой к Денису была его идея. Он понимал, что если так будет продолжаться — так и до тяжёлого состояния недалеко, а какая вероятность, что Денис решит: "да справлюсь, всё нормально!" в том-то и дело, что огромная вероятность. Он не хочет, чтобы его близкий друг повторял то состояние, которое он пережил.       Он защитит. Даже, если сначала будет больно.       — Наконец-то. — голос Ильи чуть нервный, он кивает друзьям головой, пожимая им руки и приобнимая.       — Вот же пиздец будет, я чувствую.

***

      Антон был прав. Пиздец наступил. Он наступил в тот момент. Но мы чутьчтуь забегаем вперёд.       Денис впускает своих друзей с улыбкой, а по его лицу читалось такое удивление, будто он их впервые видит. Но счастье тяжело не разглядеть. Он был будто бы самым счастливым на земле.       — Привет, вы что так резко? — А Денис-то понимает, но надежда, что они не за расспросами. Только вероятность этому большая. Он не надеется ни на что абсолютно. Благоприятного исхода не будет.       — Да так. Навестить друга. — Максим улыбается, а они проходят в дом.       Всё кажется как и раньше, но атмосфера стала давящей на психику, будто бы что-то не так. То ли освещение, то ли вещи, которые были разбросаны, то ли сам вид Дениса — но квартира резко стала неуютной.       На кухне они садятся, а Денис наливает гостям по чаю. Пауза неловкая, давящая, ибо никто не знает как начать.       — Что произошло? — разбавляет все Максим резкой фразой, когда Денис долил кипяток.       — Что ты имеешь ввиду?       — Денис. — голос Ильи строже, но в нём чувствовалась уязвимость. — Мы не слепые, и мы хотим помочь. Чтобы помочь — мы должны понимать причину.       — ... — Денис молчит, делая глоток чая.       — Денис, — Антон выдыхает тяжело, но смотреть на Дениса не может. Что-то не дает. — Ты же знаешь, что всё хорошо.       Денис дрожит. Это видят все.       — Мы же не осудим тебя.       — Блять... — Денис ставит кружку, да в волосы зарывается пальцами. Будто бы на мозг резко начали давить, отчего появилась сильная боль. — Я не готов это обсуждать, пацаны...       — Мы понимаем, типа... Всякое может случиться. Но мы твои друзья, мы хотим помочь тебе, а ты выглядишь неважно... — Илья говорит это с нежностью, только для Дениса это как удар током. Сильный удар.       Он будто бы надеялся, что это не видно. Надеялся, что они верят, что с ним всё в порядке, но по итогу сам же и ошибся. Они всё видят, и его образ попросту разрушен. Но какой был образ? Чему разочаровываться?       Денис просто напуган. Он ощущает себя кроликом, которого вот-вот схватят и потянут за уши.       — Я. Не. Готов. — Денис говорит это громче, будто пытаясь убедить и себя тоже. Он ведь хочет сказать, но страх уничтожает его изнутри. Это самое ужасное.       — Но как нам тебе помочь?       — Вы не поможете, Максим...       — Но мы и не можем стоять в стороне, пока нашему другу так хуево. — Илья парирует, и чуть наклоняется, чтобы видеть лицо Дениса. — Ден...       — Что?! — он одергивает руку, которую хотели взять. — Всё в порядке, что вам нужно услышать?! Что?! Да, мне плохо, но всё в порядке!       — Денчик, родной, — Антон встаёт, стараясь успокоить своим голосом. Но делает будто бы хуже. — ты противоречишь сам себе сейчас немного...       — Я не знаю, что вы хотите от меня услышать!       — Правду. — Максим отрезает резко. — Мы хотим знать, что с тобой. — добавляет уже мягче, увидев, в каком состоянии друг. Глаза бегают, дыхание учащается.       Илья воду наливает холодную, подавая в руки Денису: — Выпей, тише. Всё хорошо.       Только Денис выронил моментально из рук стакан, вжимаясь в столешницу. Он весь дрожал, осматриваясь будто бы желая найти спасение. Но выхода тут не было из ситуации.

Беспомощность.

Простая беспомощность.

      — Меня... — он затыкается. Он заикается, и то самое слово он произносит почти безмолвно как будто это что-то настолько сокровенное, что мухи не имели право услышать.       Хотя, да. Оно таким и являлось.       Илья замолк, когда услышал. Он посмотрел на своих друзей, и прошептал Максиму сначало, а он уже Антону.       Денис буквально сел на корточки, становясь маленьким в сравнении со всеми. Впервые он меньше всех, и ощущает такую слабость перед ним. Полностью обнажен душой, и ощущающий опасность.       Это пугало всех в комнате.       — Аккуратнее...       Только Илья не кидает осуждающий взгляд, он убирает осколки, желая защитить своего друга от лишних ранений, пока Антон смотрит не с жалостью, а буквально без каких-либо эмоций. Они отключились в моменте всех в этой комнате кроме Дениса, которого эмоции переполняли.       Денис встаёт медленно, и с этим помогает Илья, что успешно убрал преграду перед тем, как ступить к ним.       — Извини. — фраза Ильи была тихая. — Мы не должны были так давить, но... Блять. — слова никто не мог подобрать за этим столом. — Хочешь, можешь идти спать. Мы не заставляем нам всё рассказывать.       — Но просто знай, Денис. Ты наш друг, и мы приложим все усилия, чтобы выслушать.       — И по возможности, найти эту мразь, которая посмела так поступить.       — Просто... Пожалуйста, побудь с нами. Может, так станет легче? И Денис садится к ним.       Вечер запомнится надолго. Это было несколько часов до самого утра. Гле под конец они смеялись и чувствали себя лучше. Где Денис чувствовал себя лучше.       Илья, Антон и Максим остались рядом, и всегда будут рядом. В этом Денис теперь уверен.