Наследник ветра — Скорпион

      Такой тихой ночи не было уже давно. Обычно на улицах даже после полуночи можно встретить всяких гуляк или мотоциклистов, но сегодня стояла тишь да гладь. К сожалению, атмосфера не располагала к спокойствию. Люди просто боялись выйти из дома после случившегося в Мусутафу. Лишь иногда из окон выглядывали любопытные лица, но тут же скрывались за занавесками, заметив тень пробегающих котов или пролетающих мимо птиц.       Злодеи вместе с героиней вышли из портала за пару улиц от агентства Ястреба — максимально ближайшее расстояние, на которое смог перенести Курогири. Рюкью огляделась по сторонам и повела «гостей» в нужном направлении.       Члены Лиги также осматривали улицы. Было непривычно вот так спокойно ходить по ним без маскировки, еще и прямо по открытому тротуару. Иногда их провожали взглядом коты. Говорят, что простые животные тоже все понимают и чувствуют куда больше людей, так что, возможно, им тоже стала интересна столь необычная компания.       Агентство Ястреба было единственным зданием, в окнах которого горел свет. Он лился на темные улицы и ослеплял, если подойти ближе. Уже у двери, Рюкью увидела, что внутри работа шла полным ходом. За стеклом сновали туда-сюда офисные работники, иногда мелькали герои, которые не участвовали в битве с ному. А вот остальные, судя по всему, были в больнице.       Набрав побольше воздуха и подготовившись к взрыву голосов, героиня дернула ручку, сразу попадая в настоящий сыр бор, но через несколько секунд шум стих. Дверь глухо закрылась и на вошедших устремились десятки глаз, прожигая их насквозь.       — Рюкью… — дрожащим голосом, обратилась к героине Юмико. — Что происходит?       — Что они здесь делают?!       — Объяснитесь, Рюкью!       — Где Ястреб?!       — А ну тихо всем! — крикнула героиня и все смолкли. — Так-то лучше, спасибо. Итак, все же в курсе, что произошло в Мусутафу, учитывая вмешательство Лиги? — присутствующие переглянулись и Юмико кивнула за всех. — Отлично. Так вот, ваш босс сказал, что пока они поживут здесь в подвале. Вы его, вроде, переделали. Сам он у комиссии и советую ему пока не звонить.       Сотрудники молчали, окидывая злодеев недоверчивыми и угрюмыми взглядами. Воздух будто стал спертым. Рюко узнала расположение подвала и, не обращая внимания на окружающих, повела Лигу по коридору. За спинами послышались шаги и звуки возобновившейся работы, хоть и уже не такие резвые.       Дверь в подвал оказалась за лестницей. Открыв ее, героиня столкнулась с кромешной темнотой, но быстро нащупала сбоку выключатель. Щелкнув им, под потолком зажглись лампы, заливая комнату ярким светом.       — О! — изумилась Тога.       — Да уж, не такое ожидаешь увидеть, когда слышишь «подвал», — согласился с ней Компресс.       Сразу через порог была небольшая лестничная площадка с металлическим ограждением и справа шла лестница вдоль стены. На глаз не определить точно, но от пола до потолка было примерно четыре метра.       — Глубокий, однако, — озвучил мысли Мистер.       — Тут везде потолки высокие. Летать же Ястребу как-то надо, — объяснила Тацума, спускаясь вниз.       Место в целом не походило на подвал, какой его ожидаешь увидеть, скорее на просторную гостиную. В центре было два широких дивана и три кресла; на стене висел огромный плазменный телевизор; вдоль стены напротив двери тянулись книжные шкафы, а сбоку расположился кухонный гарнитур с холодильником и столом; у другой стены — по бокам телевизора — было еще две двери. Но больше всего привлекал внимание стол для пинг понга, стоявший возле шкафов с книгами.       — Милый интерьер, — прокомментировала Химико, вертя головой из стороны в сторону.       — Можете располагаться. Только не буяньте.       — Я прослежу за этим, — успокоил ее Курогири. — Можно спросить?       — М? Да, конечно, — удивилась героиня.       Остальные из Лиги тоже резко перевели взгляды на бармена.       — Я бы хотел кое с кем поговорить.       Рюкью терпеливо ждала, но туман тянул с ответом. Фиолетовые всполохи странно задергались, а желтые глаза исказились, словно это был глюк в компьютере. Тацума моргнула от неожиданности и с опаской прищурилась, делая короткий шаг назад.       — В последнее время у него так бывает, — произнес Компресс.       — В последнее время? — переспросила Рюкью.       — Ну, после тех фото.       — А, вот оно что. — Плечи девушки чуть опустились, говоря о спавшем напряжении. Она снова посмотрела на Курогири, который прислонил туманную руку к голове. — Все в порядке?       — Да, извиняюсь.       — Не страшно, — отмахнулась Рюко. — Если речь о Сотриголове и Сущем Мике, то тут я помочь не смогу, но, думаю, они сами захотят встретиться с тобой. Конечно, когда станут хоть чуть-чуть свободнее. Мик не пойдет один и точно будет ждать выздоровления Стерки, а когда того выпишут, не известно. Да и сам Мик завален работой в UA.       Курогири помолчал около минуты и спокойно ответил:       — Хорошо.       — Стерка? — Шигараки вопросительно приподнял бровь.       — Ага, его так частенько называют.       В дверь постучали и все взгляды устремились наверх. В проеме показалась голова молодой девушки, которую они видели у входа на ресепшене.       — Прошу прощения, если отвлекаю, — неуверенно и с легким заиканием сказала она.       — Ты не помешала. Юмико, да? — уточнила Рюкью.       — А? Да! Рюкью, я хотела сказать, что звонили из больницы. Жизни Хариэр ничего не угрожает и ее готовят к перевозке. Через пару часов будет в самой ближайшей к офису больнице.       — Хорошо, спасибо. Можешь идти.       Когда дверь захлопнулась, Тацума переплела пальцы и потянулась руками вверх. Сперва она нагнулась через один бок, затем через другой и снова потянулась вверх.       — Ужас, как тело то болит.       Злодеи стали странно переглядываться, глядя на то, как героиня разминает шею. То, как спокойно вела себя с ними Рюкью, казалось им сумасшедшим. Разве можно так расслабляться рядом с теми, кто еще недавно был готов перегрызть тебе глотку? Вот злодеи этого не понимали. В отделении полиции девушка, как и другие герои, была очень напряжена и лишний раз не сводили пристального взгляда с нерадивых союзников. Что же изменилось теперь?       — Вы простите, я присяду, — с этими словами она плюхнулась на кресло, закидывая ногу на ногу, и откинулась на спинку, запрокидывая голову. — Как же хорошо. Наконец-то что-то мягкое. Эй, если начну засыпать, потрясите, пожалуйста.       Рюко уперла правый локоть в ручку кресла и подперла кулаком щеку. Сейчас никто не видел в ней могучего и грозного дракона, скорее обычную девушку, которая устала после тяжелого рабочего дня. Впрочем, в этом тоже была доля истины.       — Не знаю, есть ли что-нибудь в холодильнике, но можете брать. Не стесняйтесь. Все равно еду для сотрудников оплачивает Ястреб, а у него денег куры не клюют.       Злодеи снова переглянулись, но решили все же занять места на диванах и хоть немного отдохнуть. Даби и Шигараки сели по краям дивана напротив телевизора; Тога и Твайс заняли соседний диван, а Спиннер и Компресс оставшиеся два кресла. Курогири встал позади Томуры, а Рюу присел на спинку дивана рядом с Мистером.       — Тебе нормально вообще? — заметив, что героиня начинает клевать носом, небрежно спросил Даби.       Рюкью проморгалась и потерла глаза.       — Ну, как тебе сказать, — вяло начала она, отгоняя дрему. — Сейчас единственное, что меня волнует — это гражданские и мои коллеги. Многие из них пострадали, некоторые и вовсе погибли, а я все еще не знаю, кого именно мы потеряли, — девушка выпрямилась, кладя руки на мягкие подлокотники, и крепко сжала кулаки. Ее взгляд сразу стал острым, но многие различили в нем тоску, хотя правильнее было бы назвать это трауром.       — А я думал, что ты скажешь «сон».       — Ха-ха, есть такое, — смех был с силой выдавлен, но через секунду выражение лица снова стало серьезным. — Но как можно думать о сне, когда такое творится? Я прекрасно знаю, что наша позиция злодеям непонятна, а многие и вовсе считают нас лицемерами, что гонятся за славой и деньгами. Что ж, как говорится, в каждой шутке есть доля правды. К сожалению, геройское общество не стало исключением.       — Выходит, ты признаешь, что это, как ты говоришь, «общество» прогнило? — не унимался Даби.       Рюкью сверкнула светлыми глазами.       — Не совсем. Скорее я не отрицаю, что даже среди героев есть подлецы, не достойные этого звания, но я предпочитаю смотреть на таких, как Всемогущий. Да и к тому же, — она слегка усмехнулась и ее губы тронула легкая улыбка. — Видя ребят нового поколения, которые сейчас только учатся быть героями, я могу и дальше верить в светлое будущее, в котором будет куда больше настоящих героев, чем сейчас.       Даби угрюмо хмыкнул и устремил взгляд в потолок, сцепляя руки на животе в замок. Ему эти слова казались глупой отговоркой или безнадежными надеждами человека, который ходит в розовых очках.       А вот Шигараки продолжал смотреть на героиню с чуть бо́льшим интересом. Он вспомнил Нихрома и Мидорию. Оба его нервировали и постоянно надоедали, но, если подумать, они всегда кого-то спасали, вне зависимости от обстоятельств. Это ли имела в виду героиня?       — Что? — громче усмехнулась Рюкью, смотря на недовольное лицо Даби. — Считаешь меня больной оптимисткой?       — Скорее дурой в розовых очках, — грубо ответил он.       — Твое право. Но, поверь, я реалистка. Что вижу, то и говорю. Розовые очки спадают с каждого героя, когда они заступают на службу. Если нет, то в первом серьезном бою уж точно.       — Ц!       — Эх, нам еще далеко до взаимопонимания.       — Скорее уж никогда.       — Ну хватит тебе, Даби! — заворчала Тога.       — Имей хоть каплю такта, — осадил его Компресс.       Рюкью снова вздохнула на очередное цоканье Даби и покачала головой. Им предстоит долгий путь, чтобы научиться ладить друг с другом. Впрочем, сейчас эта компашка не казалась Тацуме той злой и ужасной Лигой Злодеев. Они предстали перед ней преданными, уставшими и запутавшимися людьми, которым нужна помощь.       В дверь постучали и в проеме снова показалась Юмико, щебеча своим тонким голоском:       — У меня несколько новостей. Во-первых, Хириэр уже везут. Во-вторых, по просьбе Ястреба я узнала о состоянии Мируко. Она быстро приходит в норму и ей обещали протез. В-третьих, Ястреб вышел от комиссии и скоро прибудет.       — Что решили комиссия? Он сказал?       — Да, просил сразу передать. Процитировать можно?       — Давай.       Юмико прочистила горло и попыталась повторить шутливую манеру речи своего начальника:       — Старые идиоты чуть меня не поджарили, но под конец сказали, что теперь я персональная нянька Лиги.       — Ха, в его духе так ответить.       — Было еще кое-что. С Ястребом ведь пошли Бест Джинс, Меткий Стрелок, Древесный Камуи и Леди Гора. Так вот, во время разбирательства их навестил кое-кто еще и выступил в поддержку их стороны. Это были Всемогущий, Старатель и директор UA.       Рюкью распахнула глаза и вскочила со своего места, переводя взгляд с девушки на Лигу, но больше всего смотрела на Даби. Нижняя челюсть злодея нервно заходила из стороны в сторону и он отстукивал быстрый ритм пальцем по колену, выдавая свою злость.       Остальные злодеи были поражены не меньше. Чтобы бывший и нынешний номер один вступились за них. Уму непостижимо! Еще и директор школы, чьих учеников они чуть было не убили несколько раз. Они бы скорее поверили в то, что Все-За-Одного пришел за ними, а все произошедшее шутка и недоразумение, чем в это.       — А плотная у нас крыша, — присвистнул Твайс, чтобы разбавить неловкую тишину.       — Твайс, заткнись, — хором сказали Даби и Томура.       — Интересно, — протянула Рюкью, постукивая пальцем по спинке кресла. — Получается, нам ждать гостей?       — Нет, Старателя из больницы еле отпустили и то господин Незу договорился. Да и Ястреб ничего не сказал.       — Ладно, тогда ждем его. Спасибо, Юмико, можешь отдохнуть.       — Ха-ха, отдых. Что это такое? — неловко посмеялась девушка, закрывая дверь.       Компресс даже через маску заметил темные круги под глазами и бледную кожу их «глашатая».       — Она спит вообще?       — Что такое сон? — вторила Юмико Рюко, а затем тихо посмеялась. — Простите, от усталости уже мозги поплыли. Честно, после штурма базы Все-За-Одного почти никто не спал. Многие прочесывали местность, другие в больнице, у третьих работы в городах полно, а потом нападение ному. Пока что мы можешь лишь мечтать о сне.       — Ужас, — коротко ответил Твайс. — Ну, мы в пещере прятались эти три дня. Жестко, но хотя бы спали.       Рюко снова коротко посмеялась, а затем зевнула, прикрыв рот рукой, и тут же извинилась. Она вернулась на место и разговор больше никто не начинал. Молчаливым и единогласным решением все стали набираться сил перед приходом номера два.

≿━━━━༺ ❈ ༻━━━━≾

Некоторое время назад.

      В просторном кабинете был приглушен свет, что задавало более гнетущий настрой на и без того тяжелый разговор. Ястреб стоял в центре, чуть позади него — остальные герои, а напротив располагался длинный стол, за которым сидело семь человек: четверо мужчин и три женщины.       — Да вы все спятили!       Громкий крик и удар кулаком по столу заставил героев поморщиться. Все они были уставшие. Даже только что выписавшимся из больницы Стрелку и Джинсу сильно дало по ушам.       — Вы же понимаете, что нарушаете закон?!       — Что-то я не припомню пункт, в котором было бы прописано, что мы не можем принимать помощь от злодеев или, наоборот, помогать им, — парировал номер три.       — Джинс! Ни тебя, ни остальных вообще сюда не звали! — воскликнула сидящая с краю женщина.       — Разбирательство с фотографиями досье проходило в вашем присутствии, какие еще доказательства вам нужны? — с нажимом спросил Ястреб. — Да и есть ли у нас еще варианты? Почти половина героев либо в больнице, либо их причуды не боевого типа. Вы уже отдали распоряжение готовить к передовой школьников! Нам сейчас нужна любая помощь. К тому же, где еще вы найдете такой источник информации про Все-За-Одного?       Члены комиссии притихли, а их лица стали еще более хмурыми, чем до этого. Сидящие рядом перешептывались и через друг друга передавали слова мужчине, что сидел в центре стола. Слова Ястреба произвели нужный эффект и заставили их задуматься, в какой они на самом деле непростой, и это еще мягко сказано, ситуации.       Герои тем времен смогли насладиться тишиной, пусть и такой напряженной. Главное, чтобы никто из комиссии не потребовал привести сюда Лигу, а то это надолго затянется, а находиться здесь дольше, чем до конца разговора, никто не хотел.       Минуты тянулись медленно, а шепот сидящих иногда становился громче. В такие моменты тот или иной член комиссии бросал обеспокоенный взгляд на героев и говорил уже тише. Да уж, эти недомолвки изрядно выводили из себя. Ястреб был готов поклясться, что каждое перышко на его крыльев потяжелело от напряжения. Спина, вытянутая по струнке, болела. Хотелось лечь на что-нибудь мягкое и сомкнуть глаза хотя бы на часок.       Разговор комиссии был прерван настойчивым стуком в дверь. Все заинтересованно посмотрели на вход, гадая, кого могло принести в такой поздний час? После раздраженного «да», дверь отворилась и лица присутствующих вытянулись от удивления.       — Всемогущий? Старатель? Незу? Что вы здесь делаете? — перебегая взглядом с одного на другого, спросил самый молодой из комиссии.       — Заглянули на огонек, так сказать, — ответил директор, сидя на плече бывшего символа мира. — Нам доложили о случившемся и мы пришли высказать свое мнение. Лично я поддерживаю идею Ястреба.       Герои пораженно вздохнули, а затем заулыбались друг другу. Наконец они уйдут отсюда.       — Я тоже, — поддержал Всемогущий.       — И я, — сказал Старатель. — Если уж на то пошло, то Лига Злодеев — забота героев и нам решать, что с ними делать. Ястреб предложил единственное правильное решение в этой ситуации.       — У нас нет лишних сил противостоять еще и Лиге. Не лучше ли обратить их силу в нашу сторону? — взгляд Незу резко стал острым и более суровым. — К тому же я не намерен смотреть, как просто так льется кровь моих учеников.       Люди за столом снова стали переговариваться. Пришедшая троица тем временем поравнялась с другими героями и молча переглянулась. Всемогущий положил руку на плечо Ястреба и слегка сжал его в немой поддержке. Номер два кивнул в ответ и расслабил затекшие плечи. Как же ему хотелось сию же секунду взмахнуть крыльями и выпорхнуть из окна. Чтобы ветер обжигал лицо, развевал волосы и чувствовалась обожаемая им свобода, которая была ему доступна только в небе.       — Ястреб, — строго обратился к нему мужчина в центре стола. — Если они хоть что-нибудь учинят, я спрошу с тебя лично. Они на твоей совести. Надеюсь, мне не придется жалеть об этом решении.       — Не сомневайтесь.

≿━━━━༺ ❈ ༻━━━━≾

      — Когда он там уже? — Даби нервно постукивал ногой по полу.       — Черт его знает, — спокойно ответила Рюкью.       Стоило ей ответить, как дверь резко распахнулась и на пороге стоял номер два. Быстро пробежавшись по всем глазами, он стал спускаться, засунув руки в карманы и ссутулившись. Рюкью пождала губы. Впервые она видела, чтобы этот парень не держал спину прямо.       — Выглядишь, как ощипанная курица, — бросил огненный.       — Спасибо за замечание, — с легкой усмешкой ответил герой. — С вами кое-кто хотел встретиться.       Ястреб остановился возле дивана Рюкью, наваливаясь на спинку. В следующую секунду на пороге появился щуплый человек в темном костюме и с растрепанными светлыми волосами.       — Да ну?! — воскликнул Твайс.       Всемогущий быстро спустился вниз, не сводя пристального взгляда с Шигараки. Томура также смотрел в ответ и не знал, что ему делать в присутствии этого человека. Почти всю свою жизнь он ненавидел героя больше всех на свете, а сейчас понимал, что вся ярость к нему была такой же частью плана Все-За-Одного, как и все остальное, связанное с Томурой.       — Вот мы снова встретились, Всемогущий, — без каких-либо эмоций произнес парень. — Забавно вышло. Я столько раз пытался тебя убить. Что же ты сейчас хочешь сделать? Накричать? Ударить меня? Может, еще что похуже…       — Прости меня.       Глаза Томуры распахнулись, как и остальных присутствующих. Вдох застряли в горле, а два слова повторялись из раза в раз в голове злодея. Голос Всемогущего был полон грусти и сожаления, но почему?       — И вы все, простите. Я не помог, когда это было нужно.       Злодеи, ошеломленные его словами, не знали, что сказать. Ощущение недосказанности повисло в воздухе. Нужно было что-то сказать, но никто не мог подобрать ничего нужного. Герой извинялся перед злодеями за то, что не помог. Было похоже на абсурдный сон, который при пробуждение забывается, оставляя в памяти лишь самые яркие обрывки и Всемогущий был бы этим самым обрывком. Только вот все это было реальностью.       — Я думал, что выполняю свою работу идеально и безукоризненно, но, — Яги снова посмотрел на голубоволосого парня. — Узнав, что ты внук Наны Шимуры — моей наставницы, — понял, как же сильно ошибался.       Герой стиснул зубы и сжал кулаки, натягивая дряблую кожу. Помедлив пару секунд, Всемогущий слегка поклонился. Раньше он видел в Лиге угрозу, но теперь перед ним были дети, которых он не смог защитить от ужасов мира и вселенского зла в лице князя тьмы. Горечь встала в груди тяжелым комом, мешая глубоко вздохнуть.       — И толку от твоих извинений? — так же пусто спросил Шигараки. — Прошлого не вернуть словами.       Всемогущий выдохнул с дрожью и выровнялся, смотря сочувствующим взглядом на парня.       — Я знаю, — ответил он. — Но это единственное, что я могу сейчас сделать.       — Ты уже помог, выступив перед вашей этой комиссией. — Томура замолчал. Пренебрежение в голосе было слишком хорошо слышно, но оно вырывалось больше из-за привычки. Сам Шигараки не мог подобрать нужную интонацию для общения с мужчиной. Он опустил глаза в пол, чтобы лишний раз не пересекаться взглядами с Тошинори и прикусил губу. Слово, которое он пытался произнести, застряло в горле. Как же, оказывается, сложно это говорить.       Всемогущий, решив что разговор окончен, попрощался и направился к выходу. Ястреб и Рюкью двинулись за ним. Номер два сказал, что заглянет завтра и попросил всех поднапрячь память и вспомнить все, что смогут. В их нынешнем положении полезна будет даже мелочь.       Томура повернул голову, смотря на удаляющегося Всемогущего из-под челки. Слегка сутулая и маленькая спина уже не внушала того волнения, которое чувствовал каждый злодей при виде Яги. Некогда могучий герой стал обычным человеком, сродни беспричудным, и все, что он мог сделать, лишь помогать за кулисами этого представления. Из первой линии авангарда так быстро ушел в тыл. Даже грустно это осознавать как-то.       Шигараки вглядывался в спину героя, как вдруг его глаза распахнулись, а дыхание перехватило. На ходу Тошинори распрямил плечи, выпрямляясь, и в этот миг перед глазами парня возник не дряхлый мужчина, а Всемогущий. Могучая спина, широкие плечи и мускулы, а также неизменный синий плащ.       «Герой», — пронеслось в голове злодея, когда спало это наваждение, представляя взору все ту же истощенную фигуру, но теперь она не казалась такой слабой.       — Спасибо, — прошептал Шигараки, заставляя героев остановиться и обернуться.       Он не смотрел на них, но было понятно, что обращался парень к Всемогущему. Губы Яги тронула легкая и теплая улыбка.       — Не стоит благодарности. Я делаю лишь то, что должен делать герой.       — Даже не являясь им?       — Верно. Официально я не герой, но герой — это не просто звание. Полиция, врачи, пожарные являются героями не меньше, чем любой из нас. Плащи да костюмы не сделают тебя героем, лишь твои действия, — он перевел взгляд на тихо сидящего блондина. — Мне передали, что ты сказал в отделении полиции, юный Араси. Слова настоящего героя.       Рюу подавился воздухом от неожиданности и спрыгнул с подлокотника. Его руки затряслись, пальцы начало покалывать, будто он снова использовал причуду, но сказать ничего не мог. Стоял с приоткрытым ртом и смотрел на добрую улыбку символа мира. Было непривычно видеть его в этой форме, но даже так он оставался тем самым Всемогущим, который вселял надежды в сердца людей.       — Я… Я не герой.       Тошинори покачал головой, не меняясь в лице, и ответил:       — Ты рискнул жизнью ради товарищей. Причем дважды: когда пришел к Ястребу и когда не сбежал с остальными. Ты извинился перед теми, с кем поступил, мягко говоря, некрасиво. Признать ошибку и попросить прощения требует огромной смелости. К тому же, все тебя простили.       — Ну, как сказать.       — Понимаю. Заслужить прощение тех, кому было больнее всего, непростая задача. Особенно у таких людей, как юный Бакуго. Но, знаешь что, Араси? Я тебя прощаю и даю второй шанс. А теперь не забивай голову и отдыхай, ты хорошо постарался!       На последних словах Тошинори повысил голос и поднял большой палец вверх, широко улыбаясь парню. В желтых глазах сверкнули молнии, а сердце забилось быстрее.       Герои уже собирались выйти, как их окликнул Твайс:       — Эм, мы, типа, тоже второй шанс получили или что?       — Ты идиот, — прошипел Даби.       — Скажу так, — ответил Яги. — Настоящего героя отличает умение давать шансы тем, кто хочет измениться. Спокойно ночи.       Герои ушли, оставив после разговора странное послевкусие сожаления и чего-то теплого. Словно обволакивающие тело лучи солнца в жаркий летний день. Одно они знали точно: уснуть сегодня им вряд ли удасться.