Наследник ветра — Скорпион

      Отряд, что был у особняка Гунга, объединился с остальными в лесной чаще, и с помощью Курогири армия смогла переместиться ближе к месту новой битвы. По координатам они были в десяти минутах ходьбы от нужной поляны, но никаких звуков боя не было слышно. Хариэр, уже пришедшая в себя, взлетела вверх, увлекая за собой Аоки, Мидорию, Токоями и Неджире. Рюкью снова приняла облик дракона и взмыла вслед за ними. Остальным пришлось ускориться, чтобы нагнать товарищей.       Впереди и вправду ничего не было. С высоты уже виднелись очертания поляны и более редкие деревья, но ни перьев Ястреба, ни огня Старателя и в помине не было. Может, они успели уйти отсюда? Так подумали многие, но вдруг со стороны поляны пронеслась ударная волна. Она была настолько мощной, что деревья с треском ломались пополам и ветер сдувал летящую команду назад. Если бы не Рюкью, которая подхватила группу, их бы унесло за несколько километров отсюда.       Их тела покрылись мурашками. Рюкью хлопнула крыльями и прибавила скорости, за считанные секунды долетая до поляны. Они все широко раскрыли глаза. Старатель — весь окровавленный, с потухшим огнем на лице и костюме — опирался на дерево и пытался встать, а из ноги у него торчала заостренная длинная ветка. Это даже выглядело больно и представлять ощущения Старателя было ужасно до дрожи в коленях.       В центре стоял Все-За-Одного, а перед ним на коленях сидел Ястреб. Из-за его спины торчали лишь основания крыльев, а все перья — изодранные и еще более багряные — заполонили все поле. Злодей держал руку на голове номера два и медленно обернулся на Рюкью.       — Нет! — яростно вскрикнул Нихром.       Он спрыгнул с дракона и, летя вниз, создал крылья и катану. Подлетая ближе, он замахнулся, намереваясь ударить Все-За-Одного прямо по рукам и отрубить их заодно. В его глазах стояли слезы, которые Нихром не мог контролировать, но и не замечал при этом вовсе. Поняли другие или нет, что злодей делал с Ястребом, но Аоки точно понял.       «Только бы успеть.»       Все-За-Одного отскочил в сторону за секунду до столкновения с лезвием. Ястреб, поднимая брызги из луж, упал на спину. Аоки подскочил к нему, аккуратно поворачивая на бок. Тяжело дыша, он всматривался в его спину, с ужасом замечая еле заметные основания крыльев.       — Не парься, — прохрипел Кейго. Его лицо было все в крови и он с трудом открывал глаза. — У меня не успел. Спасибо.       — Потом поблагодаришь. И в смысле «у меня»? — краем глаза Фурю зацепился за Старателя. — Погоди. Ты же не хочешь сказать, что…       — Нет времени.       Нихром стиснул зубы. Он приложил палец к наушнику и проговорил:       — Курогири, перенеси Старателя и Ястреба к медикам. — Затем обратился уже к Таками: — Помирать не вздумай.       — Ты тоже.       Нихром опустил его на землю и под Ястребом тут же открылся портал, засасывая героя вниз. Номер один также бесследно скрылся с поля брани, но вид, с которым Энджи проваливался в туман, Аоки запомнил навсегда.       Стоило Все-За-Одного отскочить, как его тут же окружила небольшая группа. Вокруг его тела обвились черные путы и самого злодея оторвало от земли, закружив в воздухе. Темная тень также обвилась вокруг, будто намеревалась задушить собой злодея.       Мышцы на крупном теле напряглись и из-за спины Все-За-Одного вырвались острые лезвия. Он разорвал путы, а с помощью лезвий пробрался сквозь темную тень и ветер. Вырвавшись наружу, за его спиной раздался лязг металла. Противный скрежет бил по ушам даже через маску. Обернувшись, он увидел Нихрома, что пытался разрубить своей жалкой катаной причуду. Все-За-Одного усмехнулся.       Нихрома откинуло в сторону. Лезвия разрослись и теперь напоминали изогнутые ветки деревьев. Они ранили, царапали и протыкали героев, разбрызгивая их кровь во все стороны и еще больше окрашивая некогда зеленую траву в алый. Аоки чуть не лишился руки, но чудом смог увернуться, однако его настигло острие с другой стороны, оставляя рваный след на боку. Он вскрикнул и, прокатившись по земле, врезался в ствол, ударяясь позвоночником. Боль была дикой и, несмотря на то, что сама рана затягивалась мгновенно, все равно не проходила.       Следом за ним послышались крики товарищей. Лезвия пронзили Мидорию и Токоями в бедра. Хариэр полностью изрезала руки и ее майка порвалась в некоторых местах, оголяя участки окровавленной кожи. Неджире содрогалась в воздухе от боли — два лезвия вонзились в ее ладони, держа на весу, и еще одно прошло безумно близко к шее, оставляя маленькую царапину.       Но больше всего досталось Рюкью. На дракониху обрушился шквал железных ударов, пронзая все тело и крылья. Когда силы иссякли, она издала пронзительный рев и рухнула на землю, принимая человеческий облик.       Герои и злодеи, подоспевшие на поляну, потеряли дар речи. Все замерли, смотря на товарищей с распахнутыми глазами. Даже у Даби и Шигараки перехватило дыхание от увиденного, в добавок, у Томуры дико зачесалась шея и он не удержался, впиваясь в кожу ногтями. Заметив новых членов пиршества, Все-За-Одного отозвал лезвия и висевшие в воздухе с грохотом упали вниз, пачкаясь в грязи, лужах и собственной крови.       Злодей повернулся к прибывшим и сладко проговорил:       — Как же долго я вас ждал.

≿━━━━༺ ❈ ༻━━━━≾

      Откидывая очередного героя в сторону, князь тьмы торжествовал. Он улыбался под маской, скаля зубы и смеясь. Будь у него не такой грубый голос, был бы вылитая гиена. Все-За-Одного расправился с каждым, а у многих успел забрать причуды и даже убить. Конечно, большинство еще их сохранили, но это ненадолго.       Курогири вывели из строя одним из первых. Отыскав в тени деревьев, Все-За-Одного усыпил его причудой, которую уже использовал на ному в лаборатории перед побегом Лиги. Оставшаяся без мгновенной эвакуации армия тут же съежилась от страха.       Прямо сейчас под его ногами расстилался весь хваленый геройский мир. Ему было даже жаль — это было довольно легко. Львиная часть этих героев оказались слабаками, а некоторые и вовсе трусами. Прикрывались товарищами, надеясь спасти, совершенно не понимая, что злодей достанет их где угодно. Не успокоится, пока не будет убит последний герой.       Проходя близ деревьев, он почувствовал укол в ногу. Будь у него глаза, он бы проморгался от неожиданности. Вместо руки от локтя Аоки тянулся скорпионий хвост и кончик жала вонзился в кожу врага, разрывая одежду.       «Недостаточно. Блять, этого мало.»       Еле держа глаза открытыми, Нихром исподлобья глядел на отца со жгучей ненавистью во взгляде. Его тело регенерировало с бешеной скоростью, но боль и слабость никуда при этом не делись. На нем не было ни царапины — лишь запекшаяся кровь на лице и одежде, — однако не было сил лишний раз пошевелиться.       — Я недостаточно сильно тебя избил? — с издевкой спросил Все-За-Одного, отдергивая ногу. Жало с легкостью выскользнуло и рука Аоки приняла обычную форму. — И не стыдно тебе использовать мой подарок против меня же?       — Ублюдок, — прохрипел Нихром.       Все-За-Одного открыл было рот, но позади раздался свист. Он обернулся чуть медленее, чем раньше, и, заметив несущегося врага, успел отпрыгнуть, но не достаточно быстро. Взрывная волна снесла его в сторону и злодей взмыл вверх, паря в нескольких метрах над землей. Мидория, тяжело дыша и с перебинтованной ногой, сидел в образовавшейся от удара яме. Где он успел подлататься, Нихром так и не понял, хотя, учитывая масштабы погрома, не исключено, что Момо спрятала его за каким-нибудь упавшим деревом.       Деку поднялся и сделал шаг в сторону злодея, заметно хромая. Его глаза так и искрили зелеными молниями, а по телу пробегали того же цвета разряды, напоминающие причуду Денки. Его плечи и грудь тяжело поднимались и пар шел изо рта, при этом глаза горели неистовой яростью.       — Ты, — злобно проговорил он, смотря на Все-За-Одного. — Как ты посмел сделать подобное с Каччаном?!       Деку вкладывал всю накопившуюся желчь в голос. Он напряг ноги и резко оттолкнулся, несясь на злодея. Занося кулак, Изуку закричал. От холодного воздуха болело горло, но он не замолкал, будто пытался выпустить наружу всю свою мощь с этим криком.       Герои продолжали попытки подняться. Те, кто был в состоянии хотя бы стоять, оттаскивали тяжело раненных ближе к деревьям. Лишившиеся причуд напоминали мертвецов. Многие из них были в сознании, но их лица побледнели, а глаза утратили всякий блеск и теперь они напоминали пустые и холодные статуи.       К Деку начали присоединяться товарищи и постоянные бездумные атаки на Все-За-Одного возобновились. Злодею уже начинали надоедать их попытки. Он планировал найти Томуру в этом месиве, а затем забрать Один-За-Всех, что не удалось во время битвы из-за остальных надоедливых мошек, однако эти самые насекомые снова и снова мешали его планам.       Все-За-Одного увернулся от очередного удара, отправляя героя в полет к ближайшему дереву, и вновь выпустил лезвия. Троих пронзило насквозь и их тела, несколько секунд корчащиеся от боли, обмякли и повисли, словно одежда на вешалках. Он скинул их также небрежно, как пыль со своего пиджака.       Внезапно его руки прижали к туловищу. Черные путы стянули живот и Деку потянул на себя злодея, но тот твердо стоял на ногах. В этот момент выскочили двое. Томура протянул руку, но споткнулся о чье-то тело. Его тут же перекрыло синим пламенем, которое устремилось за Все-За-Одного. Пусть руки его были скованы, ладонями он еще мог двигать, чем и воспользовался. Из двух ладоней повалило красное пламя, сталкиваясь с синим.       — Откуда? — захлопал глазами Даби.       — Не часто увидишь на твоем лице удивление, Тойя, — ровно проговорил Все-За-Одного. — Хочешь знать, чей это огонь? Хотя, ты уже, наверное, догадался. Твой отец любезно одолжил мне свою причуду.       Глаза Даби мгновенно расширились. Он должен чувствовать облегчение, но вместо этого просто замер, смотря на злодея, как последний дурак. Его звал Шигараки, но Даби не реагировал. Он не слышал ни его криков, ни других звуков и Все-За-Одного перед собой тоже не видел. Его поглотили злость, неверие и странное опустошение.       «Я же не этого хотел… Это я должен был… — думал Даби. — Я должен был отправить его на покой. Как этот посмел лезть? Как он вообще посмел забирать его причуду?»       Из забытия его вывело алое пламя. Оно заполнило пространство между ним и злодеем, слегка лаская лицо Даби своими языками. Все тело напряглось и защипало, будто находилось внутри этого адского жара. Следом за огнем последовал лед. Мидория отозвал путы, но Все-За-Одного даже пошевелиться не смог — его сковало льдом по самое горло.       — Ты! — Тодороки тяжело дышал, выдыхая пар. Его белые волосы покрылись инеем, а правый рукав тонким слоем льда.       Шото, знающий на собственной шкуре, что для отца значил огонь, даже представить не мог, что тот чувствовал. Недолго Старатель пробыл номером один.       Отвлеченные этой новостью парни потеряли бдительность и Все-За-Одного не упустил этого момента, чтобы выбраться на волю, что он и сделал. Осколки льда больно бились о ноги и руки, которыми прикрывали лица, наверняка оставляя синяки.       С разных сторон на князя тьмы выскочили отдохнувшие герои. Хотя не назвать лежание в полуобморочном состоянии отдыхом, но что им оставалось?       И вот случилось нечто странное — злодей замедлился. Всего на секунду, но герои успели привыкнуть к его бешеной скорости и малейшее изменение в ней они считывали, как датчики. Была это уловка или нет, они не знали, но атакующий Каминари сумел задеть Все-За-Одного. Его молнии оставили заметный след на левой руке злодея. — Какой же ты все таки проблемный, — в спокойном голосе прорезались нотки раздражения.       Денки отбросило взрывной волной, как и его помощников по атаке, но новая группа — с еще большей численностью — не заставила себя долго ждать. Все-За-Одного отвлекся на Мика, который оглушил его, и не заметил стоящего в тени деревьев человека.       «Замедлился.»       Свист разрезал воздух, но звук растворился в крике Сущего Мика. Левую руку Все-За-Одного пронзила острая боль. Очередной «укол» пришелся в правую ногу. Все это дико раздражало. А еще раздражала недоработка Гараки. Использовать клетки ному для поддержания тела было хорошей идеей, но не идеальной в подобных условиях. Доктор решил, что, раз на его сыне все сработало более чем превосходно, то должно и на нем, только Кюдай не учел, что в таких битвах Нихром ни разу не принимал участия. Да и сам Нихром выглядел не очень хорошо, чтобы зарекаться про чудодейственные свойства препарата. Впрочем, это Все-За-Одного не сильно волновало. Сыворотка дала дополнительные регенерацию и выносливость, пусть и, как и выяснилось на практике, не самые качественные. Скорее бы закончить здесь и забрать наконец тело Томуры. Он все равно уже готовился к пересадке разума, так что осталось немного доработать. Уж с этим Гараки справится лучше.       Вырвавшись из этого оглушительного шквала и взлетев высоко в небо, Все-За-Одного наконец заметил стрелу, что насквозь пронзила его ладонь. Недолго думая, он резко вынул ее, отбрасывая в сторону. Уколом в ногу оказалось жало скорпиона, чему он не сильно удивился. Нихром валялся недалеко и хвост вполне мог вытянуться на такое расстояние.       Сильный ветер закружил его, но и из этого он смог выпутаться. Хариэр кружила вокруг него, посылая то небольшие ураганы, то потоки ветра, то ветряные иглы.       — Что ты сделал с Ястребом, тварь?!       Ветер пришел в неистовство, когда природный смешался с тем, что создавала героиня, превращая небо в убийственную стихийную площадку.       Внезапно воздух нагрелся. С двух сторон на злодея повалил красный и синий огонь. Заключенный в адское пламя Все-За-Одного начал дымиться и одежда его, уже потерявшая презентабельный вид, превратилась в настоящие лохмотья. Но когда огонь рассеялся, а ветры успокоились, все увидели целого и невредимого злодея. На его левой руки не было и следа от стрелы — только тонкие полосы, оставленные атакой Денки, — а на дымящемся теле быстро затягивались ожоги.       — И это все? — с издевкой бросил он. — Я надеялся на нечто большее.       Словно дожидаясь этих слов, в небо взмыл Мидория и принялся наносить нещадные удары по врагу прямо в воздухе. Даже Все-За-Одного не ожидал подобного. Каждая рана затягивалась за мгновения, но тело — и без того разрушающееся — постепенно переставало выдерживать мгновенную регенерацию. Шрамы, следы и открытые раны ему не грозили, но организм просто не успевал восстанавливаться с той же скоростью, что и тело.       В момент очередного удара Все-За-Одного выставил руку вперед и почти коснулся лица Деку, как Мидория отлетел от него в сторону. Его схватил Нихром, обхватив за живот, и оттащил на пару метров от злодея.       — Спасибо.       — Не за что.       — Как мило, — снова издевался князь тьмы. — Друзья заботятся друг о друге. Но где же еще один ваш друг? Как вы могли допустить его — слепого — к такой страшной войне?       — Заткнись, — сквозь зубы сказал Нихром, стискивая кулаки.       — Зная характер Бакуго, я уверен, что никто не знал, но ты, Нихром, ничуть не был удивлен его слепоте. Ты знал, так ведь? Знал и все равно допустил это. Да уж, ты очень хороший друг.       — Замолчи! — рявкнул Изуку. Нихром вздрогнул и повернул голову. Впервые он видел Мидорию настолько злым. — Ты не имеешь права так говорить! Ты не знаешь Каччана и никогда не знал!       В наушниках зашипело.       Парни бросились в рассыпную. Позади Все-За-Одно по-прежнему кружила Хариэр, а рядом с ней с помощью огня летали браться Тодороки. Деку и Фурю видели, как они шептали о чем-то, а затем Кора закружилась вокруг своей оси, собирая потоки ветра. Тодороки мигом отлетели от нее на приличное расстояние.       Шото подключился к связи, веля никому не подниматься и держаться крепче. Когда до героев дошло, что они собираются сделать, все тут же бросились наутек, поднимая товарищей, что не справились бы самостоятельно. Тела погибших пришлось оставить на месте с тяжестью на сердце, ведь не известно, останется ли от них что-нибудь, когда все закончится.       — Бесполезно! — воскликнул Все-За-Одного и кинулся на Мидорию.       Перед ним выскочил Нихром, преграждая дорогу. В его руках твердо лежали две катаны, скрещенные перед лицом, а вместо ног были скорпионьи хвосты, с жал которых сочились капли яда.       Парить в воздухе становилось все труднее — ветер постоянно засасывал в торнадо — и пришлось очень постараться, чтобы удержаться на месте. Мидория сосредоточил силу в согнутом пальце и быстро выставил его, будто через рогатку, послал поток воздуха в спину Аоки. Лезвия катан будто затачивались из-за скорости. Оказавшись перед отцом, он перелетел через его голову и со всей силы ударил оружием по маске. Ничего не произошло и, выругавшись, Нихром отлетел назад, но через несколько мгновений маска покрылась трещинами и раскололась на части.       Изуродованное безглазое лицо обернулось на Нихрома. Со спины Все-За-Одного стремительно выросли лезвия, несясь во все стороны. Некоторые впились в землю, держа его в воздухе более прочно, и теперь какое-то время он мог не беспокоиться из-за растущего торнадо.       Лезвия заполонили собой пространство. Хариэр задело в бок и бедро, из-за чего ветер стих, но героиня стойко терпела, прикусив губы. Даби схватил ее за локоть, когда Кора начала терять равновесие. Шото и Деку успели увернуться и взлететь повыше, а вот на Фурю обрушился настоящий железный дождь. Лезвия свистели со всех сторон и, в конечном итоге, его пронзила острая боль во всем теле. Острие торчало из его спины, проходя сквозь грудь, обе ноги приняли прежний вид и штаны костюма пропитались кровью, руки раскинуло в стороны. Пронзенные конечности свело судорогой, причиняя еще бо́льшую боль. Изо рта Нихрома хлынула кровь.       — Жалкое зрелище, — равнодушно произнес злодей.       Он услышал свист за спиной и успел выставить руку, создавая прозрачную преграду перед собой и Деку, который пытался проломить ее кулаком.       — Отпусти его!       — Иначе что? — усмехнулся Все-За-Одного и мощным рывком откинул парня в сторону, ударом в живот.       На лету его поймал Тодороки, помогая удержаться и не рухнуть вниз. Деку жадно хватал воздух, но каждый вдох приносил ужасную боль в горле и легких.       В наушниках героев снова зашумело.       Внезапно Все-За-Одного что-то почувствовал. Будто что-то рассыпалось прямо за его спиной. Шигараки парил в воздухе, держась за плечо Нихрома, и лезвия медленно превращались в прах. Все-За-Одного призвал новые, отрубая старые, чтобы распад не добрался до него.       — Никогда не думал, что скажу это, но не смей его трогать, — проговорил Томура.       Он перекинул руку Нихрома через плечо и поддерживал свободной рукой за талию. Бумажные крылья начинали разваливаться и с трудом удерживали хозяина в воздухе.       — Как интересно. Ты его защищаешь? — злодей улыбался, чуть наклонив голову в бок.       Томура смотрел на него холодными глазами, в которых не осталось даже праха от былого благоговения. В голове крутилось лишь омерзение, что он почти всю жизнь лебезил перед этой сволочью. Все-За-Одного перестал быть его Богом. Удивительно, но Шигараки не испытывал к нему ненависти. Он думал, что разорвется от ярости, когда снова увидит бывшего учителя, но на деле была пустота. Сплошное равнодушие к этому человеку заполонило его душу и впервые Томура понял, что даже это лучше слепой ненависти.       — Ты что тут… — Нихром хотел спросить, как он тут оказался, но закашлял.       — Девчонка с гравитацией подсобила, — коротко отозвался он, снова возвращаясь к злодею. — Ты ведь забрал мою настоящую причуду? Я знаю, как была у Наны Шимуры. Скажи, если бы не «Распад», я бы мог свободно парить в воздухе?       Все-За-Одного не понял, к чему был этот вопрос. Само появление воспитанника его поразило, а помощь его нерадивому сыну удивила еще больше. Томура всегда ненавидел Нихрома, был готов расцарапать ему лицо, стоило младшему оказаться в поле его зрения.       — Да, мог бы, — честно ответил злодей. — Томура, ты все еще можешь получить ее назад. И не только ее. Ты сможешь сделать все, что душа пожелает и стать, кем захочешь. Томура, я дам тебе любую причуду, какую пожелаешь. Может, ветер придется тебе по душе?       Нихром вздрогнул и приподнял опущенную голову. Его зубы заскрипели друг о друга. Все это почувствовал и услышал Шигараки.       — Вы правы, учитель. — Сказанное повергло всех в шок. — Правы в том, что я могу стать кем захочу. Только не по твоей указке, мразь. — Он приложил руку к наушнику. — И зовут меня Шимура Тенко. Сейчас!       Часть леса заполонили взрывы, идя по одной полосе и приближаясь все быстрее. Дым повалил во все стороны.       Шигараки снова зажал наушник:       — Вторая!       Со всех сторон на поляну стали выходить Твайсы. Клоны подбирали погибших и переносили вглубь леса, аккуратно выкладывая их в ряд, и помогали тяжело раненным. Воспользовавшись тем, что Все-За-Одного отвлекся, им уже начали оказывать первую помощь, но до этого рук катастрофически не хватало.       Взрывы становились все громче, а запах гари сильнее ударял в нос. Когда последний прошел слишком близко, из серого облака выскочил человек. Яркая вспышка неслась по небу, огибая пространство и целясь в злодея. Все-За-Одного установил защиту, но взрывы стали бить с разных сторон от него и очень близко. Он то и дело уворачивался, но из-за грохота заложило уши.       Кто-то пролетел над его головой и волна, полная дикого жара, откинула его в сторону. За секунду до этого он все же смог расслышать грубый смешок.       — Получи, сволочь! — знакомый голос огласил округу.       Хариэр за пару мгновений разогнала дым, открывая вид на поле боя, и пришла в настоящий восторг. Поддерживая себя короткими взрывами, Бакуго замер в самом центре воздушной битвы.       — Хорошая работа, сопляк, — крикнул ему Томура.       — И без тебя знаю! — не поворачивая головы, рявкнул Кацуки.       — Как? — только и смог произнести Нихром.       — Вся аппаратура, походу, полетела. По крайней мере, основная часть. Пока я валялся, у меня постоянно шумел наушник, а потом стали пробиваться голоса этих сумасшедших. Хорошо, что вы додумались сделать канал личной связи. Получилось связаться, чтобы никто не узнал.       — И зачем эти шпионские замашки? — усмехнулся Нихром и тут же шикнул. В боку будто пробежали разряды.       — Чтобы Все-За-Одного не заметил подозрительных копошений.       — Ладно, умно. — Он снова скрючился. — Блять.       — Ты как? — Томура бегло оглядел его. — Вроде живой.       — Раны-то затянулись, а вот внутри будто все переворачивается. Чувствую, что начинает заживать, но в следующую секунду снова разрывается.       Шигараки хотел опустить его на землю, но внезапно замер. Все-За-Одного взорвался. Его злость и ярость сочилась отовсюду, будто въелись в воздух, и на героев обрушились причуды. За раз он использовал несколько, стреляя во все стороны без разбора.       Снизу тоже все зашевелились. Полночь раздавала команды, приказывая укрывать смертельно раненных. Ничем другим помочь она больше не могла. Сущий Мик побежал на другой край, откуда будет лучше прицелиться в злодея, а следом за ним бежали Джиро и Каминари. Урарака бегала от дерева к дереву, вырывая те с корнем и укрывала товарищей от нападок Все-За-Одного. Киришима с Тецу-Тецу смело встречали атаки, прикрывая собой остальных.       Уворачиваясь, Деку остановился рядом с Бакуго. Сперва Мидория решил, что у него галлюцинации, поэтому не удержался и ткнул пальцем ему в щеку.       — Ты совсем охренел?! — крикнул Кацуки. — Думаешь, раз не вижу, и тыкать можно?!       Отчего то он был уверен, что всем уже известно про его зрение.       — Прости-прости! — Деку быстро замахал руками перед собой, что было уже, скорее, на нервной почве. — Каччан.       Бакуго слегка повернул голову. Его глаза были блеклыми, а лицо спокойным, из-за чего Изуку слегка растерялся.       — Ну… Это… Я тебя не виню. И никто из наших.       — Завались, дурень! Нашел время!       Мидория улыбнулся, а затем его лицо снова приняло серьезное выражение. По его телу забегали зеленые молнии, ноги напряглись в приседе.       — Давай разберемся с этой проблемой и вместе сходим в больницу.       — Сам сходи! — рявкнул Бакуго, но в следующую секунду взрывы из ладоней стали чуть больше. — Ладно, хрен со всем. Погнали, Деку!       Парни одновременно сорвались с мест и молниеносно понеслись к Все-За-Одного. Изуку смог вырваться чуть вперед и разрушал любые преграды перед Кацуки.       — Я к ним. — Аоки оттолкнул Шимуру, укрепляя свои крылья.       — Совсем идиот?!       — А что мне еще делать? Я не уйду, даже если умру, потому что так поступают герои!       Шимура остолбенел. На долю секунды он увидел перед собой пятилетнего мальчика в больничной одежде и с колбой в руке, которые так любил швырять в него. Он тихо усмехнулся и уголки губ поползли вверх.       — Тогда и меня подбрось. Какой бы сильной ни была регенерация, она ничто перед распадом. И он это понимает.       Теперь пришла очередь Нихрома удивляться. С его телом все еще творилось что-то странное и он не был уверен, что сможет удержать Тенко. Все тело ломило, при этом ощущалась мощь, будто он мог сдвинуть Фудзияму. Его мутило, как в лихорадке, но он все равно протянул руку.       — Тогда хватайся, только транспорт из меня не очень. Можешь спросить Бакуго или Денки.       Громкий смешок сорвался с губ бывшего злодея и он схватился за раскрытую ладонь.       Хариэр кивнула Даби и он наконец отпустил ее. Девушка подлетела ближе к Все-За-Одного, собирая вокруг себя ветер. Бесконечные атаки злодея только усилили природные потоки, что явно была ей на руку. На ее лице мелькнула хищная улыбка. Она закружила вокруг себя, создавая торнадо. По ощущениям, оно было сильнее тех, куда она засасывала ному. Используя прошлую уловку, Кора взмыла вверх по потокам, высовываясь по пояс и направила торнадо на Все-За-Одного.       Заметив ее, злодей тут же атаковал, но героиню прикрыла стена синего пламени. Бакуго и Мидория подлетели со спины. Секундное промедление стоило злодею потери позиции и его отшвырнуло в сторону торнадо. В полете он смог скооперироваться и перестроиться, меняя направление в бок. Теперь слева от него была бушующая стихия, которая разрасталась и затягивала все сильнее, а справа — двое проблемных школьников, у которых он хотел забрать причуды. Особенно у самого надоедливого из их дуэта.       — Я рад снова видеть тебя в строю, Бакуго, — слащаво протянул Все-За-Одного. — Ума не приложу, как ты смог вернуться после того, что произошло?       — Пасть захлопни! — он хотел кинуться на злодея, но Мидория крепко схватил его за плечо. Опасно было отпускать его одного.       — Почему же? — не унимался князь тьмы. — Ты всех их защищаешь, но знают ли они, что ты сделал?       — Знают, — ответил Изуку. — Все знают, что ты это подстроил! Каччан здесь ни при чем!       — Конечно-конечно. Он всего лишь запустил взрывной луч, пронзая того бедолагу в самое сердце.       Бакуго скинул руку друга и ускорился. За ним тянулся яркий хвост, ослепляя оставшегося позади Деку. Он кричал, чтобы Бакуго остановился, но слова Все-За-Одного задели и без того кровоточащую рану в сердце и остановиться теперь было крайне сложно, почти невозможно, скорее.       Не успел Бакуго взорвать врага, как Все-За-Одного возник перед ним в одно мгновение, возвышаясь высокой скалой, и положил ладонь на лицо опешевшего парня. Вдох застрял в горле Бакуго.       «Нет.»       Что-то тонкое обвилось вокруг его талии и дернуло назад, выбивая весь воздух из легких. Бакуго врезался в кого-то спиной и громко закашлял, но с его ладоней все еще срывались искры.       — Ты как? — прозвучал над ухом голос Изуку.       — Порядок.       Ветер усилился. Хариэр наконец закончила со своим ураганом и погнала его в сторону злодея. Он был невозможно огромным и как героев все еще в него не засосало поражало даже их самих. Пугающе черный из-за грязи и земли, что летала внутри, и, в какой-то степени, из-за мрачного неба сверху, он напоминал портал в преисподнюю.       Как и все, Все-За-Одного тоже отвлекся на усилившийся ветер и в этот момент вокруг него снова обвился хлыст. Через секунду его ноги также прижали друг к другу какой-то веревкой — Аоки с Шимурой появились как из ниоткуда за его спиной. Бакуго снова метнулся к нему, взрывая тому грудь. Застывшего на мгновение злодея со всей силы забросило в торнадо. Его закружило в разные стороны, а затем повалил огонь. Красный обдал жаром, а синий обжигал до невыносимой боли.       Он точно знал, что где-то над ним парила девчонка и стоит ранить ее достаточно сильно, как это прекратится. Тогда-то уж у этих героев не останется и шанса! Самым лучшим вариантом было просто проткнуть ее парочкой лезвий и дело с концом.       В него снова что-то впилось. Две невыносимые иглы вонзились, как клыки змеи, в шею с двух сторон.       — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы так просто оставить жариться здесь, — проговорил Нихром.       Скорпионий хвост не смог бы вырасти до такого размера, чтобы он оставался в безопасном месте, а, значит, мальчишка сам прыгнул в это пекло. В подтверждение этих мыслей Все-За-Одного услышал кашель.       — Ты прав, — согласился он. — Слишком хорошо и все же…       Злодей, преодолевая мощные порывы, смог приблизиться к сыну, когда тот зашелся сильным кашлем. Он схватил его за тонкую ткань, притягивая к себе, и безумно заулыбался.       — Ты все равно умрешь раньше, — прохрипел он Нихрому в лицо.       Все-За-Одного схватил сына за горло свободной рукой и крепко сжал, с наслаждением слушая его кряхтение. Он чувствовал, как тело содрогалось в его руках, и это приносило небывалую радость. Несколько лезвий все же вышли из-за его спины, вонзаясь в разные части тела.       Нихром не мог крикнуть, даже заплакать из-за стоящего жара не мог. Улыбающееся лицо перед глазами расплывалось. На его горле слегка ослабла хватка и лезвия покинули тело, но лишь для того, чтобы вонзиться снова. На этот раз он смог закричать.       Рука с шеи плавно перешла на лоб. Аоки невыносимо хотелось вдохнуть, но его горло и легкие обжигало огнем. Раны затягивались, стоило лезвиям выйти из плоти, но на их месте появлялись новые, а некоторые мечи немного двигались, задевая внутренние органы. Скорпионьи хвосты давно исчезли, а теперь еще и крылья сгорели. Нихром не понимал почему. Если он укрепил их ядом, то на какое-то время им не страшны ни вода, ни огонь, но почему сейчас его подвел этот прием?       Он уже давно должен был умереть и только клетки ному поддерживали в нем жизнь. Он не чувствовал причуд, не чувствовал конечностей и тела в целом. Ничего не осталось, кроме невыносимой боли, которая заполонила все внутри, но и она постепенно притуплялась, а веки с тем тяжелели и дышать становилось невозможно.       — Руки убрал!       На голову Все-За-Одного опустилась холодная ладонь. Он тут же отпустил Нихрома и тот рухнул бы камнем вниз, если бы не ужасный ветер, подхвативший его. Тенко смотрел с равнодушным взглядом, как тело бывшего учителя начало рассыпаться в прах. Все-За-Одного даже не успел осознать произошедшее, как распад добрался до мозга.       Томура дернул на себя черный хлыст, обвившийся вокруг талии, и, схватив пролетавшего мимо брата, его вытянуло наружу. Стоило им показаться, как Хариэр тоже выпрыгнула из торнадо. Бакуго сменил ее сверху запуская яркий луч в остатки тела Все-За-Одного.       Оглушительный взрыв пронесся по округе, обжигая всех, кто находился рядом.