Mafia: consequences

Попытка №1...       Три нажатия на грудную клетку, проверка дыхания, затем нужно дать воздух через ротовую полость, закрыв ноздри носа и чуть опрокинув голову тела, только недавно вытянутого из воды. Попытка №2...       Человек продолжает нажатия по грудной клетке. Вновь проверяет дыхание и вновь проводит воздух через ротовую полость. Пока никаких признаков жизни. Попытка №3...       Тут уже было достаточно нескольких нажатий на грудную клетку, как девушка начала откашливаться, выплюнув воду, которая успела проскочить в легкие, и чуть повернуться на бок. Это помогает не захлебнуться, и она сама знает это. Но в какой-то степени это был рефлекс.       Пак Розанна очнулась. Она оказалась жива. Полностью откашлявшись и открыв глаза, девушка увидела перед собой Джессику Купер. Ту, которая почти год назад вела себя пренебрежительно с пациенткой, ту, которую она недавно посещала в колонии для особо опасных людей. Таков был план.... Пак Розанна достаточно быстро очнулась, понимая, что времени в обрез, поэтому тут же встала.       — Вот одежда, — но надменности в голосе бывшей медсестры все равно было предостаточно. Встав и выпрямившись, она сложила руки на груди и ногой подопнула достаточно объемную черную сумку, показывая свое нежелание помогать и пренебрежение девушкой младше её.       Розэ молча подошла к сумке, понимая, что сейчас нет времени на разборки, и тут же открыла. Все, что нужно было, там присутствовало, все, что Розэ обговаривала изначально. Хотя это она клала все необходимые вещи в сумку, а задачей заключенной было просто не забыть про эту сумку и принести ее на это место. Хотя самой главной задачей является спасение Пак Розанны. Спасение до того, как полиция предпримет масштабные работы.       — Меняемся одеждой, — тут же скомандовала студентка и встала. Взгляд ее был томный. А вот Джессика безмолвно возмутилась, хотя никак не смогла не выразить свое недовольство без слов.       — Это не обговаривалось!       — Если ты хочешь получить свободу, то ты должна обеспечить меня всем необходимым для того, чтобы я спокойно покинула границу и передала тебе эту свободу, — дерзкий командный голос Розэ. В нем чувствуется нетерпение, ведь время на исходе.       Оттого бывшая медсестра может лишь цокнуть и подавить свое недовольство, а также передать свои вещи бывшей ее пациентке. Тем временем Розэ сняла и передала Джессике свои вещи. Без сомнения по поводу своего решения не обошлось, однако заключенная больше не имеет выбора в принципе, поэтому вопреки своим сомнениям она все равно переодевается. И пока она переодевается, Пак Розанна сидит около сумки и неторопливо что-то ищет. Найдя нужную вещицу, студентка не может скрыть свою довольную ухмылку.       — От тебя пока ничего более не требуется, — все же она скрывает свою радость, встает и подходит к девушке вплотную. — И попытайся не выделяться, — Розэ тут же подняла перед глазами той помаду, взглядом указывая на губы. Они были бледны, слишком, что выделяется из толпы. Бывшая заключенная приняла помаду и тут же накрасила губы, ни о чем не задумываясь. А Розанна, зная ход будущих событий, спокойно прошла к сумке.       Проходит пара секунд, а может и минута, как заключенная падает, а Розэ усмехается, явно довольная своим результатом.       — Ну хоть где-то пригодились люди из прошлого, — она достала из сумки маску лица, — она была подготовлена на заказ — быстро встала, подошла к девушке и плотно прижала эту маску к лицу заключенной. — Не волнуйся, от этого порошка в помаде ты не умерла. Ты умрешь в воде. Вместо меня, — Розанна радостно и даже как-то хитро ухмыльнулась, затем встала и так же, как девушка ранее сумку, подопнула тело заключенной к воде.       Из-за того что они находились на берегу, это не составило труда. Тело спокойно вошло в реку и поддалось его течению. Розэ же еще некоторое время оставалась на этом месте. Стоило убедиться, что тело точно где-то в глубинах подальше от этого берега. Затем же вздохнула, надела черную кепку, забрала сумку и быстрым шагом направилась к лесу. Никто не должен увидеть разницу, вычислить подмену. Конечно, это все фортуна, но Розэ была уверена в том, что ни у кого даже не возникнет мысли, что ее смерть — ложь, что это не она и пытаться как-то вычислить всю лживость этой истории. Розэ была уверена, что все спокойно примут это тело и похоронят его, ведь оно совпадает с ее телом. Волосы такие же, как и у нее, как длина, так и цвет. Да и маска ее лица должна оставить за собой хоть какой-то эффект.       Уверенная в своих силах, в своем плане девушка в черной кепке и черной одежде поднималась по корням лесных деревьев, шла по тропинкам, которые видела. Волосы ее заплетены в низкий хвостик. Временами было трудно подниматься, из-за чего девушка останавливалась отдохнуть, пила воду, но оставалась не надолго, ведь ей столько еще нужно сделать. Она продолжала идти. И шла до тех пор, пока не увидела дорогу. У леса стояла машина. Эту машину приказала подотовить Розэ. Поэтому сейчас запыханная дорогой девушка подошла к машине и поставила на нее сумку. В сумке находится множество вещей, но столь мелкое находилось в отдельной коробке. Открыв ее, Розанна увидела ключи от машины. Это первый экземпляр. Второй находился у Джессики, но сейчас это не важно.       Розанна села в машину, завела ее и отправилась в путь. В машине она все еще сидела в той кепке, в той одежде. И она знает, куда нужно ехать, она детально все продумала. И это хорошо, что ею продуманный план осуществляется. Машина остановилась на заправке. Стоило и заправить машину, и купить перекусить, но главное — переодеться. Пак Розанна вышла совершенно освеженная после туалета, так как она подготовила нужную ей одежду в машине. Одежду и парики. Поэтому Пак Розанна, выйдя из туалета, уже перестала быть Пак Розанной. Сев в машину, девушка тут же поменяла документы, которые также находились в сумке.       — Ну а теперь в аэропорт.       Нет смысла оставаться в Нью-Йорке, нет смысла оставаться в США. У Чеен другие планы, у нее новые цели и задачи, потому весь этот ход и придуман. Но кое-что у нее останется навсегда. Кое-что она никогда не снимет. Это был браслет. Ранее четыре девушки купили одни и те же серебряные браслеты, что символизирует их дружбу, их взаимопомощь. Не важно, вернется ли Розанна когда-нибудь в Нью-Йорк или в свою страну, в свой город, браслет останется на ее руке как напоминание. Уверенно ведя машину, Розанна смотрит то вперед, на дорогу, то по сторонам, как бы запоминая этот город, эти леса, эти пейзажи. Правда, уже закат. Затем город становиться темным.       — Город засыпает, — спокойно произнесла Розанна, а затем усмехнулась, посмотрев вперед, но смотрела то на дорогу, то на здания впереди. Горели огоньки, что делало этот город таким светящимся и таким красивым, — просыпается Мафия, — девушка не могла не рассмеяться, хотя к ее глазам собирались слезы, которые все же потекли по щекам. Ведь она все бросает. Все — значит воспоминания, друзей, жизнь Пак Розэ.       Никто, даже Сехун, не знает, что с нами произошло тогда внутри.        Розанна вышла из машины, забрала чемоданы, все нужные вещи и отправилась внутрь здания. Хотя перед тем как зайти, девушка обернулась и в последний раз посмотрела на город, вздохнув.        Я всё вспомнила. Теперь я сама все помню.       Уверенная походка, улыбка на лице. Это как будто бы было знаком нового начала. Она помнит прошлое, она помнит все, что сделал Лиам, который сейчас сидит на допросе в участке. Розэ представляла это, его эмоции и чувства и улыбка на ее лице становится шире.       Это всего лишь начало, Лиам, М, Лукас. Я раскрою тебя. Я раскрою эту занавесу прошлого.       Пройдя паспортный контроль, девушка уверенной походкой прошла на посадку. Она покидает и это место. Она покидает людей, которые ей дороги, которых придется ранить. Она чувствует вину перед ними, но это вынужденная мера. Она должна покинуть их, чтобы найти все ответы.        Тот, кто изменился сильнее всего, — это я, ребят. И я должна была измениться. Я должна решить эту проблему.       Розанна не хочет жертвовать своими друзьями, потому и оставляет их. Она надеется, что со своей смертью она унесет все эти невзгоды и ее друзья смогут жизнь хорошо дальше. С одной стороны, глупо так поступать, иначе когда все раскроется, то ее друзья не простят за такое решение. С одной стороны, можно решить все проблемы вместе, без каких-то одиночных жертв. Но с другой — такое чувство, будто они будут вечность бороться с этим. С другой стороны, лучше и вправду разъехаться, оставить друг друга и прошлое и жить в свое удовольствие. Розэ не смеет решать за своих друзей. Она обязательно поймет, если ее будут считать виноватой, если ее будут ненавидеть и избегать. Розанна просто решила поступить таким образом.  2 года спустя. Штат Нью-Йорк, США       — Откройте уже глаза, ребят, — произнес один из этих накаченных мужчин и усмехнулся. Происходящее радовало его глаза, поэтому на его лице присутствуеь самодовольная улыбка. — Поймите, кто вы и что должны делать. Уверен, у вас уже появились воспоминания. Так чего же вы сидите сложа руки? — и звонко рассмеялся.        Ничего не понимающий Чанель вопросительно посмотрел на свою подругу.       — Как знакомо, — тихо произнесла девушка, смотря куда-то вниз, но держась за локоть друга. А затем, вспомнив тот самый момент, резко посмотрела на этого мужчину. — Это вы приходили ко мне еще до смерти Розэ.       Мужчины радовались, смеялись, видя шокированные от понимания лица двух молодых людей.       — Вы не собираетесь нас убивать, — но Чанель не мог понять, чего они добиваются. И они это понимали. Из-за этого им становится веселее. А оба чувствуют себя отвратительно, находясь в центре насмешек.       — У нас нет цели убить вас, — честно признал один из мужчин и с коварной улыбкой сделал шаг вперед. — У нас есть цель заставить вас все вспомнить, — он продолжает смотреть на парня и девушку с коварной улыбкой. Но спустя минуту разворачивается со словами: — Пошли, ребят!        Для Чанеля и Дженни все это стало шоком. «Кто они? Что вспомнить? Зачем вспоминать?» — все эти вопросы крутились у них в голове все время. После осмысления всего Дженни рухнула на землю. Ее выражение лица прямо таки выражает удивление. Удивление от все большего понимания всей ситуации. Из-за этого она не может не поправлять волосы, а затем и вовсе их шелохнуть. Взгляды обоих были потерянные. Именно такими их увидели их друзья, когда прибежали к месту. Однако они опоздали. Никого уже не было, защищать уже некого. Дженни подняла заплаканный взгляд и встретилась со встревоженными взглядами друзей. И, увидев друзей, девушке хотелось плакать еще больше, еще сильнее. Сейчас она не могла казаться сильнее, оттого начала с новой силой плакать, а Джису и Лиса тут же подбежали к подруге и заключили в объятия, начиная гладить по спине, голове, дабы успокоить.        — Это не конец, — отрешенно произнес Чанель и поднял свой взор на друзей. Те мигом посмотрели на него также обеспокоенно.       — Кто это был? — тут же разъяренно начал свой допрос Чимин. — Что они от вас хотели? Что они от нас хотят? — его глаза также были на мокром месте. Как из-за волнения о друзьях, так и из-за всего этого происходящего. То есть из-за того, что прошлое никак не отпускает их.       — Они хотят, чтобы мы все вспомнили, — заговорила Дженни, посмотрев на Чимина. Глаза ее на мокром месте, щеки из-за слез тоже, но ей было все равно на эти слезы, на эту пелену во взгляде. Она грубо оттолкнула от себя подруг и быстрым шагом направилась к Чимину, после чего взяла его за шиворот и смотрела своим злостным взглядом. Чимин, да и вообще остальные, не понял, за что и почему. — Ты же создавал наркотики. Ты! Создавал! Наркотики! — истерика, вновь слезы, текущие по щекам, девушка продолжала смотреть на друга злостно и трясла его. Чимин не останавливал, понимая, что это последствия нападения на нее. — Ты связан с М больше всего! Так расскажи мне, что произошло! — она продолжала кричать и дергать парня, а затем принялась бить кулаком по груди парня. Она не могла подавлять всхлипы, стоны. А Чимин не мог подавить подступающие к глазам слезы. — А знаете, — но неожиданно отошла от Чимина, посмотрев на друзей и даже указав на них пальцем, а затем последовал смех, — я встречалась и спала с тем, кто также был членом Мафии. Я любила того, кто также убивал и был готов убить Розэ и свою девушку! — вновь слезы, вновь стоны, вновь громкий плач.       Смотря на свою подругу, никто не мог не почувствовать эту боль, из-за чего слезы подходили ко всем, но кто как держался. Дженни раньше не могла выговориться, она лишь тихо плакала в своей квартире из-за этого понимания бессилия. Но теперь она также не может держаться. Из-за этого она вновь опустилась на землю, все продолжая плакать.        — Я ничего не помню, — спокойно произнес Минхо, смотря куда-то в сторону и пытаясь сдержать слезы. — Правда, — продолжил он тихо, а затем посмотрел на Дженни, уверенно подошел к ней, присел на колени и взял за плечи, заставляя посмотреть на него.       Его действия повторила Лиса. Она смотрела на подругу уверенно, смело, сдерживая слезы.       — Я помню, как нашла Чимина полумертвым, — Чимин не мог не дрогнуть после услышанного. Поэтому он тут же подошел к друзьям и сел на корточки.       — Что ты сказала? — он не может поверить своим ушам, что и вправду был в шаге от смерти.       — Мы все были в шаге от смерти, — проговорила Лиса, смотря на своего шокированного друга. Тут же к четверым подсели и Джису с Минхо.       — Я помню, как Кельвин особенно хотел убить нас, — произнесла Джису достаточно твердо. Возможно, это из-за того, что она давно приняла этот факт. — Я вспомнила, как он преследовал меня, но не мог оставить в живых, когда мы попали в их логово.       — Вероятно, есть то, что тебе особенно нужно вспомнить, Чимин, — сочувствующе произнес и посмотрел на друга Минхо.       — Мы вспомнили почти все, — произнесла уже более-менее успокоившаяся Дженни, — но мы никогда не узнаем, что происходило с тобой и Розэ до нашего прихода, — и всхлипнула.        — Мы обязаны докопаться до сути, — уверенно произнес Чанель, и все друзья на него посмотрели. — Мы обязаны узнать, что это за люди и кто за всем этим стоит, — Чанель протянул руку вперед, а затем посмотрел на каждого из друзей, пока они смотрели на него. Чимин вздохнул, уверенно кивнул и поставил руку на руку друга, за ними последовала рука Лисы, затем Джису, Минхо и самая последняя Дженни, которая до этого засомневалась на секунду, но затем собрала силы в кулак и уверенно кивнула.       — Мы обещаем друг другу докопаться до сути все вместе, — твердо произнесла Дженни и всхлипнула. Она смотрела на своих друзей, и каждый дал уверенный кивок. Никто не поднимал руки, они оставались на месте, разве что каждый сильнее сжимал руку другого, что свидетельствовало об обещании, об этой сильной связи друг с другом. Манхэттен, Нью-Йорк, США       Дверь давно запустевшей квартиры открывается. Сразу на виду мебель, покрытая белой тканью, и запах сырости. Однако старые друзья были полны энергии и решимости докопаться до сути, потому вся белая ткань тут же полетела на пол, правда, и пыль вместе с ней. Послышался кашель, все тут же начали отмахиваться, закрыв глаза.       Несмотря на заброшенность данного места, шестеро все равно продолжили работу. Были открыты коробки, которые два года назад сами шестеро ребят и закрывали, как бы закрыть от своих глаз все, что напоминает об умершей подруге. Правда, они не все коробки открыли и не для того, чтобы достать и расставить предметы подруги. Они это сделали, чтобы точно обыскать все и, возможно, увидеть то, что они не сумели увидеть тогда, ещё два года назад.       Квартира была убрана, ведь теперь она не будет всегда пустовать. Это место вновь стало местом встреч друзей. Местом встреч и создания плана. Дженни вытирает стекло в ванной от пара, смотрит чуть вверх, на шкафчик, и открывает две дверцы. Сразу она увидела множество различных лекарств. Неожиданно она принялась брать в руки все эти баночки и читать, что это и для чего.       В какой-то момент ей показалось, что она дотронулась до чего-то сокровенного, до того, что их подруга скрывала все это время, ведь начала встречать незнакомые названия. Интрес захватывал девушку, потому она стояла задумчивая перед этим зеркалом и смотрит на все эти баночки. Все же Дженни покинула помещение, однако с собой взяла неизвестные и подозрительные лекарства, из-за чего все ее друзья вопросительно посмотрели на нее.       — Что-то ещё странное нашли? — сразу спросила она и поместила все эти баночки на барный стол.       Друзья ее просто вздохнули и вновь посмотрели в точку, в которую смотрели ранее, будто бы Дженни не принесла эти неизвестные лекарства и будто бы их они не интересовали. Хотя то, что они не так сильно их интересовали, — это правда.       — Есть пару моментов, — после вздоха произнес Чимин и взял несколько фотографий, которые лежали перед ним на маленьком столе, в руки. — Например, вот это, — и при этом вновь откинул их на стол. Но теперь его подруги обратили на это внимание.       — Что это? — ничего не понимая, задала вопрос Джису. Она пригнулась, чтобы лучше увидеть содержимое.       — Это то, что мы нашли в каком-то чертовом тоннеле, — в голосе Чимина присутствовала некая неприязнь. А ведь троим и вправду было противно вспоминать то, что происходило три года назад. Да и то, что два года назад происходило также отвратительно вспоминать.       — Откуда они у нее и зачем она их хранила? — задалась вопросом Джису. Но никто не мог дать точного ответа, только бесчисленные предположения.       Конечно, помимо этого всего находились и другие интересные предметы. Причем, девушки их уже встречали, но не знали о том, что они теперь именно в этой квартире. Это были как пистолеты, так и книги из дома, который им подарил М.       — Все это так странно, — отрешенно произнесла Джису, а Лиса сидела рядом, задумавшись.       А странно было то, что все то время эти вещи они не видели. Странно то, что вещи из дома М оказались тут.       — Розэ точно многое узнала, — уверенно произнес Чанель и сам себе кивнул.       — Она не просто узнала, — также отрешенно произнес Чимин, все глядя на все эти предметы на столе, — она что-то вспомнила. И точно не просто так собирала все эти вещи.       — Думаешь, это и есть компромат на М? — с удивлением спросила Джису, и Чимин посмотрел на нее.       — Он бы здесь не прохлаждался все это время, — отметил Чанёль с таким тоном, будто бы то, что сказала его подруга, было весьма глупым. На это Джису закатила глаза.       — Вот лично я, — наконец-то начал говорить Минхо, обращая на себя внимание всех друзей, и тем самым прерывая Чимина, который только приоткрыл рот, уже собираясь что-то сказать, — думаю, что она нашла какую-то связь. А с ее статусом — а мы не забываем, — он поднял указательный палец вверх и оглядел всех друзей по кругу и так внимательно, — что она была гендиректором компании, а наш босс был ее прислугой и, скорее всего, личным информатором.       — Такое чувство, будто развернуть всю эту идею следовало ещё года так два назад, — проговорила недовольная Лиса и вздохнула. А идея — это не прятать все вещи в коробки, а внимательно все осмотреть. Может быть, они бы уже давно раскрыли это дело. Но этого мы никогда не узнаем, а они особенно.       Что еще мы не знаем о тебе, Пак Чеен?       И не только у нее присутствует такая мысль. Многие могут задаться этим вопросом.       — Ладно, ребят, — тут же попыталась изменить настроения и мысли друзей самая младшая, — сейчас наша задача постараться все вспомнить. Лукас в тюрьме, но, как мне кажется, лучше не терять бдительность. Все мы знаем эти места, — она так думает, вспоминая подобные под их прошлую жизнь фильмы. Ни полиция, ни тюрьма никогда не остагавливаеь таких ребят.       — Зато теперь мы можем быть уверены, что мы были ненужным дерьмом в жизни благородной Розанны, — с сарказмом Чимин развел руки в стороны и встал.       Конечно, этот факт того, что подруга знала какую-то информацию и не поделилась ею с ними, обижал ребят. Но сейчас они повзрослели, потому не давали обидам вырваться наружу и на долгое время. Ребята пропустили эти слова и почти сразу же и забыли об этом разговоре, намечаясь разговаривать о другом.       — Квартира свободна, — Лиса встала следом за другом и, положив ладони в задние карманы, принялась подходить к нему, — можем приходить когда захочется.       Следом встал и Минхо, хлопнув по своим ляжкам. Две девушки и парень лишь проводили его взглядом.       — Меня беспокоит тот факт, — начал парень и вздохнул, — что эти люди, которые только недавно почти не убили Дженни и Чанеля, так влият на нас, что мы про них забыли.       — Не забыли мы про них, — тут же строго произнес Чимин, серьезно взглянув на подошедшего. — Я как раз таки хотел разобраться с этим вопросом.       — Сейчас нас ждёт тяжёлая работа, — Лиса глянула в сторону непонятных лекарств и вздохнула. Они и вправду ее волнуют, и она не собирается упускать это из вида. — И я даже не знаю, что предложить.       — Стоит ли навестить Лукаса? — все тут же посмотрели на слегка выглядывающего Чанеля, причем смотрели вопросительно, пока сам Чанель смотрел на всех с улыбкой.       Но затем все посмотрели друг на друга, и у каждого на лице медленно расплылась улыбка. Это кажется хорошей затеей. Но еще никто не знает, какова она будет в исполнении.       — Стоит вспомнить нашего старого друга.       И хотя Чимин ухмылялся, он знал, что это не он отправится к нему, ведь у него уже есть другая задача. А к старому другу, который ему вовсе не друг и никто близкий, отправился самый спокойный и уравновешенный из трёх парней — Пак Чанель.       — Давай, брат, мы в тебя верим! — внушал силу и стойкость своей уверенностью Чимин, а Минхо его пародировал.       Потому Пак Чанель весть такой элегантный в классическом черном костюме, в белой рубашке и галстуке, который по дороге он не раз поправлял, ведь это якобы круто выглядит. Прическа также хорошо улажена, на лице присутствуют очки, но даже так можно увидеть такой уверенный и спокойный взгляд юноши. На левой руке присутствую часы, а на некоторых пальцах золотые кольца.       Видя такого статустно властного парня охрана тюрьмы открывала рты и спокойно, даже не спрашивая, все железные двери, которые на специальных замках.       — Лукас...Вонг? — такой спокойный басовый голос, далее последовавшая усмешка, будто бы этому человеку было в какой-то мере плевать на заключённого, да и на этих людей тоже.       Но охранники всё поняли и, воспринимая Чанеля сотрудником суда, без вопросов повели по нужному направлению. Это самая дальняя камера, закрытая от лиц других преступников. Можно подумать, что заключённый в кандалах, но это вовсе не так. Лукас спокойно лежит на кровати, подперев к затылку руку, и смотрел телевизор. Показывали футбол, — любимый спорт этого парня — и он наслаждался поеданием чипсов и других вкусностей.       Неожиданно железная дверь последней камеры открывается, обращая внимание парня. Лукас не мог скрыть своего удивления, ведь в такое время обычно к нему не заходят.       — К тебе гости, — только раздался недовольный грубый голос, как Лукас тут же приподнялся.       Замешательство, раздумие — все это присутствует на лице заключённого, чьи руки в наручниках. Охранник держит его за локоть и ведёт по коридору прямо. Лукас не сопротивляется, да и ни к чему такое поведение. Дверь в нужное помещение открывается, и охранник вместе с заключённым заходят внутрь.       — Оу, какие люди, — несмотря на данные слова и тон, замешательство на лице все ещё присутствует. Ведь заключённый не может понять, что за человек за стеклом и для чего он здесь. Потому и сразу оглядел весь прикид.       Ни охранник, ни сам парень на это ничего не ответили. Мужчина лишь посадил заключённого на стул, а затем отошёл в угол комнаты. Чанёля и Лиама отделяло лишь одно окно с дырочками, то самое стекло. Оба прекрасно видели друг друга, считывали настроения и замыслы друг друга. И юноша видит замешательство на лице заключённого.       — Кто я? — а вот Чанёль выглядит совершенно спокойным. Ему даже нравится видеть замешательство на лице Лукаса. В какой-то мере нравится.       — Кто ты? — вопросительный взгляд, приподнятая бровь, скривившиеся губы. — Чувак, откуда мне знать?       Чанель тут же усмехнулся. Ведь как его невозможно знать, особенно такому человеку, как М в виде Лукаса.       — Не стоит лгать.       — Господи, — теперь усмехнулся Лукас, при этом закатил глаза и посмотрел в сторону. — Я тебя впервые вижу и уже должен отгадать, кто ты? — заключённый пододвинул грудь ближе к стеклу. — Я уже как два года под стражей. О чем вы? — чуть тише, с присутствием сарказма, говорящим, что пришедший парень дебил со своими вопросами.       — Не важно, сколько лет пройдет, ты прекрасно все помнишь, — этот низкий спокойный голос не выдает замешательство и непонимание юноши. — А даже если нет, может мне так легче, — и усмехнулся, хотя на душе было неспокойно.       Несмотря на приход названного гостя, Лиам был совершенно спокоен. Он откинулся на спинку стула, что его руки в наручниках спокойно лежат на ногах. Выражение лица, как и тело, расслабленно. Ни одна мышца не была напряжена, что говорило Чанелю о том, что заключённый вовсе не боится того, что он может сказать или сделать. Лукасу все равно, возможно, даже интересно.       Взгляд Чанёля неожиданно метнулся к охраннику. Тот смотрел сугубо вперёд, ни на заключённого, ни на пришедшего, но уши были в напряжении. Это говорит о том, что охранник притворяется невидимым, но совсем не упускает обоих из вида, даже не смотря в их сторону.       Возможно, это просто его работа. Но нельзя исключать возможности, что он имеет несколько иную работу насчёт М или меня, или вообще нас обоих.       Тогда уже юноша вздохнул и выпрямился. Правда, не надолго. Он лишь подправил свой пиджак, а затем слегка прислонился, что его руки находились на этом узком столе, а после и вовсе сцепил их в замок. Взгляд уверенный, спокойный, но в то же время будто что-то искавший. Также смотрел и заключённый. Только казалось, что он более расслаблен, чем пришедший гость.       — И что вы хотели узнать, мистер? — прозвучало чуть тише, чем он говорил ранее. — Зачем проделали такой путь, если просто смотрите на меня?       — Я не просто смотрю на тебя, Лиам, — взгляд уже двадцати семилетнего мужчины оскалился, скулы напряжены. — Я убедился.       — И в чём же вы убедились, мистер? — тут же перебил пришедшего заключённый. Чанёль мог на это лишь усмехнуться и краем губ улыбнуться.       — Просто убедился, — также почти шепотом произнес Пак, а затем тут же отодвинул стул назад и встал к мужчине боком.       Несмотря на пожирающую внутренности ярость, Лукас держался ровно. Но вот Чанель все никак не мог насладиться этим состоянием своего противника. Он вновь усмехнулся, поправил свой пиджак и галстук, а затем, так ничего и не молвив, покинул помещение. Желание кинуть что-то в ту сторону присутствовало, но Лукас понимал все меры, потому мог только сжать руку в кулак.       Странно это все. Он определенно игрался с нами и до сих пор играется. Но для чего? Всё-таки тюрьма не сдерживает его? Или нельзя исключать возможность того, что он и вправду меня не знает. Да, он навряд ли видел моё лицо, но голос точно знает. Почему тогда он не узнал по голосу? Или притворился, будто бы не узнал.       Это сложный вопрос. Чанель, задумчиво и быстро шагающий по коридору, понимает это. Но пока он шёл, он сделал один вывод — Лиам — не простой человек, его словам не стоит верить. И не то, что словам, даже эмоциям, жестикуляции нельзя верить.       Он вырос в этой среде. Он многому научился, особенно управлять людьми, управлять своей мимикой при них так, чтобы никто не догадался об его истинных намерений.       Хотя цель этого посещения не столько узнать правду от Лиама, сколько убедиться в том, как он тут поживает. Потому, можно считать, что на эту ситуацию всё равно, даже несмотря на подозрительность, ведь они убеждены, что он в этих оковах. Хотя бы частично.