Эвтаназия для Айви Девис

Живот вновь примерзко схватывает и дико сводит неистовая боль. Королева личинок дышит в ее костлявую спину. Окружающая дейтсвительность прекратила свое существование, но лишь на мгновение, пока она не откроет впалые глаза вновь. Айви не знает сколько находилась в своей маленькой коме. Очнувшись она ощущает ледяной кафель кожным покровом внутренней части своих ладоней. Той частью что используется человеком для того что бы схватить и отправить в рот очередной сочащийся жиром кусок. Той частью что раз за разом оказывалась в ее глотке что бы помочь ей снова стать чистой и легкой, помочь ей возвыситься. Тонкие, истощенные голодовками, молочного цвета косточки. Вымытый из них кальций, магний и прочее дерьмо, обязанное делать ее скелет крепким. Айви плевать. Плевать на свое разлагающееся сердце и легкие, плевать на разъедаемый желчью желудок, плевать на всю пищеварительную систему, что больше не в состоянии расщеплять даже самые легко усваимые продукты. Она даже рада что та окончательно отрафировалась, давно пора было избавиться от этого мусора, заставить этот вредный ей механизм заглохнуть. Она лежит здесь, на полу ванной комнаты уже...уже...чёрт. Попытка вспомнить не увенчалась успехом. Копошится в воспоминаниях оказывается непосильной для нее задачей. Неважно. Сейчас ей нужно приподнять тело над полом, направив силу в руки, а после встать, но... У нее ничего не выходит. Необходимо передохнуть и попытаться вновь, потому что больше ничего не остаётся. никто не поможет ей дойти до кровати. Никто ей не поможет. Он не появлялся в их квартире с момента их последней ссоры. Его терпение, кажется, окончательно лопнуло в тот день. Мозг Айви услужливо подкинул относительно свежее воспоминание. Джо... Дрожащий от переполнявшей его изнутри смеси гнева и разочарования. Он изо всех сил старался не дать злобе волю, но фильтр слетел и он высказал ей все. Все о чем молчал эти годы, а после ушел в неизвестном направлении хлопнув дверью. Она знала что в этом виновата лишь она сама. Что она не должна была вести себя как слетевшая с катушек дура каждый раз когда он упоминал еду или просил ее хоть что нибудь поесть. Знала что кто угодно другой на его месте давно послал ее куда подальше. Такую толстую... Страшную... Уродливую суку с отвратительно выпирающим животом и скоплениями жира у бедер... Здесь ей и место. Во мраке, среди плесневелой сырости и вони. В мертвой тишине нарушаемой лишь надоедливым жужжанием мух. Вдали от людских глаз. Вдали от единственного человека что каждый день говорил ей о том как она прекрасна. Все это произошло по ее вине. Здесь ей и место. Она не имеет права на то что бы существовать даже в этом отвратительно тусклом и сером мире, что был давно оставлен не то что богом, но и дьяволом. В давно минувшие времена, старцы, понимавшие что уже отжили свое, ложились на пол с намерением оставить земной мир позади. Ложились на пол и медленно умирали от истощения. Принимали решение уйти. Принимали смерть. Звучит чисто и... так желанно. Ситуация Айви отличается. Она знает что обязана уйти. Что это произойдёт. Она закроет глаза, уснет и проснется через несколько часов. Закроет глаза, уснет и проснется через несколько часов.Закроет глаза, уснет и проснется через несколько часов. Закроет глаза, уснет и... Больше не проснется...