Вера.

      Звон серебряных украшений замысловатой мелодией разливался на берегу небольшого озера. Прозрачные волны блестели на солнце, слабо приливая на сушу и размывая золотистые крупинки песка, доставая до молодых пучков зелёной травы. Листья деревьев, что окружали тихое и спокойное место, обдувались теплым и приятным ветром.       Звон стих, оставляя после себя легкую тоску и желание прислушаться, да бы продлить удовольствие. Вместе с ним пропали и тихие, но с тем же уверенные шаги.       Божественная территория отличалась особой чистотой, которая буквально витала в воздухе. На душе с каждым вдохом и выдохом становилось легче. Казалось, что на спине вот-вот вырастут большие белые крылья, которые помогут обрести желанную легкость.       Демоническая тварь в этих местностях считалась редкостью. Обычно мелкие особи могли не устоять перед божественным ликом и скрывались во владениях, где сновала остальная нечисть. Но такого же нельзя было сказать про демонов, которые имеют ранг "свирепый" и выше. Демонам с такой ношей было крайне легко находится на священной территории.       В прозрачной воде отражалось ярко красное ханьфу. Шёлк переливался на солнце, создавая впечатление яркого пламени, что с лёгкостью бросалось в глаза. Серебряный ятаган висел на поясе, так же отражая солнечные лучи. Мужчина, что носил на себе красные одежды отличался высоким ростом и крепким телосложением. Единственный чёрный глаз смотрел на окружающую его природу с непоколебимым безразличием. Чёрные, цвета вороньего крыла, волосы рассыпались по спине, доходя до бёдер. — Не уж то на территорию божества наведался демон, не страдающий от света?       Шорох за спиной и мягкий голос, который, казалось, не упрекал, а наоборот, старался убаюкать. Таким тоном можно было излечить все душевные раны за пару раз, будь то возможным. Осторожные размеренные шаги. «Юноша. Лет 20-ти.» - Пронеслось в мыслях у незнакомца в красном.       Лёгкое движение. Разворот. И вот пред ним предстала картина, от которой сердце было готово начать стучать вновь, отбивая бешеный ритм.       Белые одеяния с яркими элементами и вышивкой. Полупрозрачные ленты, что красиво колыхались на ветру. Чистая белая кожа, на которой особенно выделялись янтарные глаза. А в них - спокойствие, чрезмерная нежность и уверенность. Тёмные волосы были собраны в высокий хвост и закреплены золотой узорчатой диадемой. — Не уж то божество нашло время, что бы спуститься в собственные владения?       Лёгкий сарказм, насмешка, но не упрёк. Скорее интерес. Желание понять и докопаться до сути.       Ярко красные одежды жалобно и тихо зашуршали от низкого почтительного поклона. Шутки шутками, а формальности ещё никто не собирался отменять. А формальность ли это была?       На лице божества появилось одобрение, а на губах расцвела улыбка. Ответный поклон.       И оба они были необязательны. — Достопочтенный Князь демонов Хуа Чэн. Вы очень тактичны. Почему же отреклись так далеко от своих владений?       Между ними повисла тишина и лишь шелест листьев и звуки волн нарушали её. — Можете считать, что просто появилась тяга к прогулкам в запретных местах. - прозвучал ответ немного погодя. — Тогда составьте мне компанию, Господин Хуа.       Хуа Чэн не мог отказать божеству. Но его не покидали сомнения. Стоит ли идти? Может то была небольшая ловушка, после попадания в которую он будет обезглавлен?       Что ж. Если это сделает именно он, то демон не будет сопротивляться. Под влиянием восхищения он не почувствует даже укола разочарования.       Божество шло по узкой тропинке по направлению к поляне спиной к мужчине в красном. — Я на вашем месте не доверял бы так тому, кого вижу в живую впервые.       Послышался тихий смешок. — Если бы вы хотели как то навредить мне, то давно сделали бы это. Верно?       Верно. Но вредить не хотелось. — Вы наблюдательны.       И вновь тишина. Но не нагнетающая. Скорее та, что хочет успокоить, зализать раны. Оставить отдыхать после долгого и сложного пути. Казалось, можно было увидеть, как комфорт витал между ними в воздухе, навевая желание провалиться в сон и насладиться прекрасными дарами природы.       Лёгкая поступь божества чуть замедлилась, а плечи его понуро опустились. — Думаю, вам кажется, что это всё неспроста. Я прав?       В голосе четко слышалось напряжение, но тон всё ещё яро старался не терять своего спокойствия и доброжелательности.       Конечно, Хуа Чэн так думал. Ведь не будет дитя божье просто так выходить на контакт с тем, кто представляет большую угрозу как его землям, так и их обитателям. Но вновь вопрос. Собирался ли он вредить? Нет. Не хотел. Не видел смысла. Боялся увидеть разочарование в глазах бога. — Не имею права вас в чём то обвинять, но не поймите меня неправильно. Всё это кажется несколько абсурдным.       На губах демона расцвела усмешка, будто подтверждая собственные слова. — Я не собираюсь вам вредить. И вы, наверное, тоже. - в голосе бога пропало былое напряжение. — Вы слишком хорошего мнения обо мне. — А вы слишком плохого о себе.       На это было нечего ответить. С ранних лет Собиратель Цветов под Кровавым Дождем не отличался высокой самооценкой. Из за его физиологических особенностей он не имел людей, с которыми он мог бы разделить горе и радость. Но он старался не жаловаться. Позже, вместо чувства одиночества и разочарования в людях, появилось желание крови и мести. Может, многие и считали, что месть - признак слабости. Но к тому времени маленький Хуа Чэн настолько привык к унижению и отвращению к себе со стороны других людей, а жажда стала настолько велика, что он просто не обращал внимания и яро шел к своей цели, желая воплотить её во что бы то ни стало. — Нельзя разглядеть свет во тьме, тем более если душа уже давно мертва. Поздно и нет смысла, Ваше Высочество.       Ответ явно не пришелся божеству по нраву. — Свет есть в каждой душе. Она не может быть мертва.       Князь демонов спорить не стал. Но вот только ни кто иной, как Его Высочество Наследный принц Сяньлэ продолжил. — Если ты самостоятельно не можешь разглядеть его в своём сердце и сознании, то дай это сделать другим.       Ещё один шаг и остановка. Разворот. И янтарные глаза уже смотрят в единственный чёрный глаз демона. От этого взгляда в животе очнулись бабочки от беспробудного сна. Хотелось вечно смотреть в эти глаза. Тонуть и вязнуть в них. — Вы не боитесь что свет попадет на вас. Вы боитесь, что кто то сумеет разглядеть его в вашей душе.       И вновь четкое попадание, которое пришлось в самый центр системы и донельзя ровно и крепко вонзилось, будто стрела в плоть животного. — Готов с вами поспорить. В моей душе этого света уже нет.       Наследный принц развернулся на носочках и последовал дальше. Шли они не больше 10-ти минут и всё это время Се Лянь сохранял молчание. Хуа Чэн даже начал думать, что сказал что то не то. Теперь перед ними расстилалась широкая поляна. Если присмотреться, то можно заметить большое количество мелких полевых цветов, что усыпали траву до самых деревьев.       Наследный принц прошел чуть дальше по мягкой траве и остановился, повернувшись к Хуа Чэну, который последовал за ним. На губах Се Ляня была легкая улыбка. — Ваше Высочество. Вы действительно думаете, что во мне ещё можно что то спасти? - взгляд потемнел. Глупо было надеяться на то, что уже давным-давно потеряно. - На моей совести хоронены более десятка тысяч невинных и грешных душ. Мои руки запятнаны кровью. Так есть ли смысл в надежде? — Тебя уже не спасти. - легкомысленно отозвался принц, будто даже не задумавшись о смысле этих слов прежде, чем они слетели с его языка. - Но вот душа в тебе всё ещё человеческая. Не важно кто ты сейчас. Человек, демон, мифические создание. Стоит лишь потянуть за нужную нить и дать ей верный путь, как все медленно начнет возвращаться в нужное русло. Конечно, это будет невозможно сделать с желанием только одной стороны. Необходимо желание основной, которая как раз и будет полностью ответственна за процесс.       Демон молча покачал головой. Сяньлэ продолжил. — Человеком ты уже не станешь, да. Но душа и сердце, хоть и мертвое, будут служить тебе до самого конца. Думаю, над этим стоит задуматься. — И всё же.. - но демон не договорил. Его перебили, предотвращая вопрос. — Твоя душа не должна излучать свет. Начни с меньшего. Попробуй чувствовать его. Божество мягко повернулось к демону спиной. — Стань тем, кем я могу гордиться до самого изгнания.