Отчеты как способ любви

      Скальпель медленно скользил по телу. Мышцы расступались, обнажая органы и проливая кровь.       Ло был без сознания, накачанный наркозом. Будь у него выбор — он бы отказался. Но выбора нет. Войд сказал — надо. Значит, этого требует империя, а империя не желает зла.       Ветерок из вентиляции прошелся по операционной. Наконец скальпель прорезал ткани до ребер. Марля в ране уже переставала держать кровь, и ее заменили.       Небольшой орган, тот, которого нет у обычных людей, — вот что привлекло врачей. Неизвестны ни свойства, ни важность для жизни. Возможность осложнений максимальна, смерть также возможна. Но сказали резать — значит, режем.       Небольшой кусочек ткани быстро отрезали от основной части. Желтоватый, внутри покрытый непонятными золотыми кристаллами. Тончайшие нитки в дуэте с иголкой зашили образовавшуюся пустоту. Врачи медленно скрепили ткани, обработали рану и завершили операцию.       Ло очнулся после операции. Все тело ломило, словно после недели беспрерывных тренировок. Зрение словно решило отключиться.       Лошка с трудом, опершись на руки, поднялся. Свет солнца из окна ударил в лицо, словно кувалда. Вмиг захотелось спрятаться, скрыться, сбежать от этого света. Мироходец лег обратно, закрываясь одеялом, и застыл. Боль в теле не уходила, а лишь усиливалась. — Лололошка. Рад, что вы проснулись, — голос Войда прозвучал по комнате громко и четко. Ло нехотя высунул голову из-под одеяла. — Как вы себя чувствуете?       Ло что-то невнятно промычал, с явным усилием садясь. — Больно, — вздохнул мироходец, — и устал... — В таком случае сейчас я позову врача, и вам вколют обезболивающее, — Войд поднялся со стула и вышел из комнаты.       Ло откинулся на кровать, глядя затуманенным взглядом в потолок. Дверь вновь отворилась.       Ло даже не перевел взгляд. Он словно погрузился в сон, лишь изредка моргая.       Врач взял его руку. Конечность была словно ватная, Ло не напрягался, не пытался положить руку поудобнее. Как только обезбол подействовал — Ло провалился в сон. Не было ни сил, ни желания быть в сознании при такой слабости.       Следующее пробуждение далось легче. Ло поднялся с небольшими усилиями. Войд все так же сидел рядом с кроватью, копошась в своем планшете. — Как себя чувствуете? — спросил Войд чуть уставшим голосом. — Слабость, легкое подташнивание, и руки словно не слушаются... — вздохнул Ло, чуть сжимая одеяло. — Понятно. Сейчас принесут таблетки от тошноты. Если она пройдет — запрошу еду, — выдохнул Войд, копошась в планшете. — А вы уже поели? — Нет, — Войд отложил планшет и откинулся на стуле.       Взгляд Лололошки скользнул по стене. Часы показывали 9 часов вечера. — Стоило бы поесть...       Войд вздохнул. За те пару недель он уже привык к тому, что Ло так надоедлив с этим, но к тому, что мироходец, испытывая дискомфорт, про это вспомнит, он не был готов.       Вдох.       Войд очень хочет прямо сейчас высказать все, что думает. Что он взрослый, что выше по статусу, что его жизнь и вовсе не дело Лололошки. Он сам справится, сам решит.       Но, в очередной раз смотря на Лошку, у которого слипаются глаза, а кожа бледная, как мел, он выдыхает. Не сейчас. Не сегодня. Потом, когда мироходец отдохнет и придет в более-менее осознанное состояние. — Поем чуть позже, — лишь сказал он, отходя.       Ло сонно пожал плечами, утыкаясь взглядом в стену. — Настолько плохо? — буркнул Войд. — Да... живот крутит...       В палату зашел врач, быстро передал таблетки Лололошке и спешно вышел. Ло посмотрел на таблетку и стакан воды. Взгляд на секунду остекленел. — Лололошка?       Ло слегка встрепенулся, будто вновь включившийся компьютер после перезагрузки.       Таблетка успешно проглочена. Вода выпита почти до дна.       Ло выдохнул, медленно лег в позу эмбриона и закрыл глаза в надежде уснуть. Но сон все не шел, а боль в животе усиливалась. Ло сжался, пытаясь это пересилить, но в итоге поднялся. Войда не было. Видимо, ушел ужинать, а Ло даже и не увидел.       Лошка попытался встать. Лишь чуть поднявшись на ноги, он упал. Боль прошлась по всему телу, отдаваясь темнотой в глазах. Мироходец оперся о стену, осторожно поднимаясь.       Дверь скрипнула, впуская холод больницы. Ло поежился.       Шаги раздались по коридору. Спотыкаясь, неуклюже, Ло шел, стараясь найти что-то, что может помочь. Коридор сменялся другим коридором, кабинеты проносились мимо. Однообразные и стерильные.       Ло не знал, сколько времени ходил кругами. Но за очередным поворотом он увидел знакомый силуэт. — Лололошка, почему вы вышли из палаты!?       Войд явно недоволен. Он быстрыми, резкими шагами пошел навстречу.       Ло медленно продолжил идти.       От инспектора послышался вздох. Вскоре пришли врачи и почти под руку, под присмотром Войда, довели Лололошку до палаты. Ло дали обезболивающее, и наконец мироходец смог заснуть.