Отчеты как способ любви

      Всю оставшуюся ночь Ло не мог заснуть. Мысли крутились словно в вихре, и непонятно было, за что хвататься.       Он меня снова сотрет. Снова сотрет, а может, и ликвидирует...       Ло волновался. Почему желание обычной свободы так обернулось? Он не хотел никому зла, не причинял неудобств. Разве он достоин наказания? Даже если он нарушил правило, это не делает его опасным.       Арчи, словно чувствуя беспокойство хозяина, лежал у Ло в ногах и тихо поскуливал. Начинало светать.       Ло поднялся с кровати под будильник. Сейчас он звучал словно набат. Неспешно, нехотя переодевшись, Ло пошел к лифту. Сообщение от Войда пришло на середине пути. В кабинет.       Лошка чуть замедлил шаг. Не очень хотелось идти к злющему до чертиков Войду. Но пришлось.       Лифт тихо и плавно поднимался вверх. Лололошка вжался в стену у входа, косясь на счетчик этажей как на отчет до взрыва бомбы.       Наконец прогремел этот взрыв — лифт прозвенел, показывая, что достиг нужного этажа.       Ло прошел вперед. Он волновался, но всячески старался этого не показывать. Сжал руки за спиной до побеления, уверенный взгляд посмотрел на стол инспектора. В глаза Войду Ло посмотреть не осмелился. Казалось, инспектор готов сожрать мироходца одним только взглядом.       Сам же Войд сидел в кресле, откинувшись на спинку. Он смотрел, нет — просверливал дыру в бедном Лошке.       На поверхности покрытого лаком стола были видны отчетливые царапины, будто кто-то с нечеловеческой силой сжимал его       Войд тяжело вздохнул. — Объяснись, — громкий, гневный, но не настолько, насколько вчера, голос пронесся по кабинету. — Я покинул стены этого здания и самовольно вышел за пределы города, — как можно более уверенно произнес Ло. — Если ты не смог продумать речь, то я сделаю это за тебя. Кто дал тебе поддельные браслеты, когда и зачем? — инспектор постучал пальцами по поверхности стола. — Примерно на третий день моего пребывания здесь... Я обменял их на одну вещь, — пробормотал Ло, теребя пальцами кофту. — Ты забыл про первый вопрос, — прорычал Войд. — Кто? — ответом инспектору было молчание. Воздержавшись от удара кулаком по уже почти разломанному столу, инспектор выдохнул. — Лололошка, империя заботится о вас. И я забочусь о вашей безопасности. Я вижу, что вы сильны, но ответьте: если выбежит ночью в лес кто-то из наблюдателей без оружия и такой регенерации, как у вас, у него будет шанс быть атакованным диким зверем или шанс заблудиться? — начал Войд чуть слащаво. — Будет... — еле слышно проговорил Ло. — В таком случае будет правильно сделать так, чтобы никто не мог дать такие браслеты, не правда ли? — Правда... — Ло выдохнул. А ведь и в правду — если пострадают другие!? — Лололошка, я... ценю вашу жажду свободы. Правда, это многого стоит, — взгляд мироходца мгновенно переметнулся на инспектора. В нем была какая-то надежда. — Но вы ведь понимаете, что уже дважды подрываете мое доверие. Сначала вы бездумно прыгнули в портал, после сбежали. Мы ведь могли просто договориться, — взгляд Ло вновь упал, но уже от стыда. Он ведь и в правду подводил инспектора. — Простите... — Я понимаю. Но сейчас ты должен сказать — ради безопасности других. Кто дал тебе браслеты? — наконец додавил Войд. — Кавински. — Благодарю за честность, Лололошка. Я понимаю, что это решение далось вам не просто... — чуть оскалился в улыбке Войд. Руки быстро открыли планшет и набрали сообщение наблюдателю...       Ло виновато сел в сторонку на диван. Он разрывался между виной перед Войдом за свои уходы и виной перед Кавински за то, что сдал его.       Но Ло ведь все сделал правильно... Или нет? Он должен был сдать Кавински сразу или не должен был сдавать вовсе? Или сказать, что это был левый наблюдатель? Или сказать, что сам его создал?       Утопая в мыслях о том, как должен был поступить, Ло и не заметил, как заякнул лифт.       Кавински в своей манере, чуть горделиво, зашел в кабинет. — Здравствуйте, инспектор, вызывали?       И тут Лололошку схватил холодный пот. Кавински сотрут или убьют. Или и то, и другое. Ло в панике посмотрел на Винсента.       Наблюдатель, заприметив взгляд подопечного на себе, спешно сделал шаг назад. — Кавински, не объясните, почему вы дали Лололошке браслеты, блокирующие импланты? — Кавински, поняв, что дело пахнет жареным, сделал еще шаг назад. Ответом на вопрос инспектора стало молчание. — Ну раз вам нечего сказать, — ящик стола открылся, и Войд взял в руки пистолет, лежавший в нем. — Тогда вы обвиняетесь в нарушении третьей статьи Книги Света. Наказание — ликвидация.       Палец инспектора нажал на курок.       Пуля отлетела в угол комнаты. Ло успел отвести руку Войда за секунду до выстрела и не переставал держать.       Войд хотел бы оттолкнуть несносного мальчишку, но сколько бы импланты ни напрягались, а механизмы ни двигались — Ло был словно металлическая стена. Непробиваемый.       Он смог остановить силу всех имплантов, оставаясь неподвижным. В его глазах мелькало отчаяние и вместе с тем — надежда. — Лололошка, отойдите, — процедил Войд с гневом, глядя на помешавшего ему мироходца. — Нет! Я сделал, как вы просили, все рассказал, не убивайте его! Он больше не станет так делать! — Ло задрожал. Рука Войда больно впивалась в кожу своими механизмами. — Это закон Книги Света. А законы нарушать нельзя, — рыкнул инспектор, резко дергаясь. — Третья глава Книги Света. Приказы вышестоящих по статусу людей не должны нарушаться и/или обсуждаться, и/или оспариваться, и/или не выполняться. Нарушение грозит ликвидацией. Кавински выдал мне браслеты и не нарушил ваших требований! — ухватился за последнюю соломинку Лошка, тараторя словно не в себя.       Войд чуть расслабился, чуть не заставив Ло упасть.       Пистолет щелкнул предохранителем и отлетел на пол. — В первый и последний раз, — буркнул Войд, садясь в кресло. — Обойдемся наказанием полегче — увольнение и невозможность далее вступить в ряды наблюдателей. Это не обсуждается, — Войд с выдохом развернулся в кресле к окну.       Ло тихо, словно на цыпочках, вышел из кабинета вместе с Кавински. — Спасибо, — вскоре послышалось от уже бывшего наблюдателя. — За что? Я же тебя сдал, и тебя чуть Войд не убил, — с недоумением в голосе спросил мироходец. — Ты не представляешь, какого это — быть наблюдателем долгое время. Убивать, стирать, видеть страх в глазах окружающих. И даже уволиться нельзя — в любой момент призовут обратно. А теперь... теперь я свободен! И все благодаря тебе. Буду должен, комиссаришка... — загадочно протянул Винсент и покинул лифт на первом этаже.       Ло остался в ступоре от своего прозвища. Кажется, ему еще многое стоит узнать.