ENTERTAIN MY FAITH

поддержишь ли ты

мою веру? ведь это

в последний раз,

когда я попытаюсь. 

с восходом луны, освещая слабым светом все темные места города, спящие дома, приходит и поглощающая пустота во все закрома души, оставляя за собой желание сдаться. по каким причинам мы все еще продолжаем что-то делать? что нами движет? какие цели у нас поставлены и есть ли они вообще? каждую ночь тебя окутывают одни и те же вопросы бытия — зачем? для чего? почему? быть может, уже нет никаких сил бороться со всем угнетением этого мира. пустить на самотек… позволить этому разрастаться по всему телу, как смертельный вирус. а быть может… мы банально не умеем справляться в одиночку и нам нужен кто-то, кто готов с каждым разом, с каждыми попытками освещать наш путь ярким факелом.  юмину не спалось. в комнате было сплошняком темно, лишь из окна падали слабые лучи луны и еле горящий светильник рядом. ночью по-особенному становилось тяжело с чем-то существовать и на это по сей день не находилось ответов. будто все монстры, все существа, вылезали из-под кровати и направляли свои когти и клыки на уставшего до опустошения на душе юмина. сейчас парень мог только сонно что-то рисовать в скетчбуке, совершенно не размышляя о том, что именно рисуется. какие-то линии, там карандашом мазню пальцем сделает, здесь подотрет, сдует. и вишней на торте оказалась сильная больная голова — по ощущениям, будто ее делили на две части. беспощадно, жестоко, словно с головой и самого парня делят на две половины… так почему же так больно? почему от этого нельзя убежать? потому что даже в самых темных и заброшенных местах тебя найдут, заставляя проходить все заново. это цикл жизни.  юмин обессилено отложил скетчбук и, отвернувшись к стене, почувствовал его присутствие. он снова здесь, вновь придя замучать его и к утру оставить совсем бессильным к продолжению своей борьбы. каждый раз одно и то же на протяжении всей жизни — он словно проникал в мозг юмина и начинал своими мерзкими пальцами нагло расковыривать, копошиться, медленно забирая все. и от этого невозможно избавиться, от этого нет действующих медикаментов, микстур. остается лишь… жить с этим, раз за разом наблюдая этот беспощадный цикл, раз за разом возвращаясь в эту точку. больше не было сил, юмин согнулся калачиком и зажмурил глаза. так сильно, что появились искры, почувствовалась слабая боль в голове и глазах. 

мне интересно, где же ты?

я хотел, чтобы ты показал мне

путь в обход городских стен

стоило юмину закрыть глаза… он снова оказался в этом месте, откуда и приходится каждый раз начинать сначала. пустынное шоссе, вокруг один сплошной лес, а сзади него — горящая машина. и он. немой, прожигающий взглядом спину парня, совсем не думая его отпускать. юмин обернулся, от бессилия и усталости к горлу подступил ком. чо больше не хотел снова и снова проходить через это, но малейшая оплошность приводит его сюда. в это блядское безлюдное место, которое уже тошно было видеть. юмин побежал изо всех сил, что оставались. парень знал, что это будет бесполезно, но все равно побежал. все это… все эти попытки были уже бесполезными. все вещи, люди, занятия, чувства — все терялось в этой бездонной пустоте. а он… всегда его настигал и толкал в пропасть.  юмин резко вскочил, открыв глаза. он прекрасно знал, что это дурной кошмар, но он мучал парня уже половину его сознательной жизни. он даже не понял, как начал безмолвно плакать, словно кто-то подкрутил кран с водой. юмин прикрыл глаза руками, вытирая горькие слезы с щек и шмыгая носом. парень устал… устал бороться и пытаться. зачем он вечно убегает, если все равно будет пойман? чо хотел уже начать рыдать в голос. нет никаких сомнений, что это приход настоящей и истощенной истерики, чистой воды нервный срыв. но кто-то вовремя постучался… стук приземлил юмина от накатывающей истерики. опухший, еде дышавший, он подошел к двери и открыл ее. перед ним стоял джейден.  — я отходил на кухню воды попить, услышал всхлипы, — дже по привычке убрал руки в карманы своих пижамных штанов, — у тебя все хорошо? юмин не знал, что ответить. все, что он смог — аккуратно подойти ближе и обнять его, еле сдерживаясь от очередного наплыва эмоций. джейден от удивления вскинул брови, в какой-то степени встал в ступор, но не оттолкнул парня, поглаживая по спине. юмин неимоверно нуждался в таком кадре — это утихомирило его шторм на душе, а пустота начала заполняться чем-то теплым, светлым, дающим надежду и силы продолжать пытаться. тот самый его путеводитель с ярким факелом находился перед ним, прямо сейчас.  — даже если мне придется каждый раз начинать сначала, — юмин поднял свой зареванный взгляд на дже, — ты останешься рядом? джейден соврет, если скажет, что его не напугали эти слова. какую-то липкую тревогу они принесли, но парень кивнул моментально. не задумывайся ни на секунду.  — да. я останусь.