Глава IV. Остановись, ты бесишь
14 октября 2025 г., 19:00
В меру прохладный сентябрь сменяет дождливый октябрь. Олег приходит в себя неделю, спит по двенадцать часов в сутки и почти не встаёт с постели. Саша ходит вокруг него кругами, носится, как курица с яйцом, и в целом это немного бесит, но по большей части Олегу всё равно.
Влад больше не появляется. Олег не чувствует по этому поводу ничего, даже немного радуется тому, что не надоедает чернокнижку своими проблемами слишком сильно. Признаться честно, несмотря на то, что Влад получает от этого всего свою выгоду, Олегу всё равно было немного не по себе – ему казалось, что брал он от этой ситуации гораздо больше, чем отдавал сам, но ничего изменить был не в силах, потому что попросту не знал как.
Понедельник как обычно связывает их дороги вместе. Олег, укутавшись в чужую толстовку, проходит в гримёрку, ловя на себе несколько любопытных глаз. Медиум понимает прекрасно, не дурак, что именно вызывает вопросы, но не имеет желания на них отвечать.
Саша перетягивает внимание на себя, что-то бормоча, смеясь, втягивая всех в беседу, и испытующие взгляды коллег теряются в этом гомоне голосов. Саша спасает как всегда, словно ради этого и живёт.
Влад приезжает почти впритык. На Олега не смотрит словно принципиально, и это немного неприятно, но не настолько, чтобы обращать внимание.
Озвучивание оценок от зрителей подходит к концу слишком быстро. Олегу почти что скучно. Марат Башаров объявляет начало нового раунда, и только когда медиум слышит собственное имя, словно, наконец, приходит в себя.
В голове мгновенно становится пусто. Всё тело обдаёт дрожью. Олег был уверен, что у него есть минимум неделя. Ещё больше был убеждён в том, что Саша будет рядом. Но в итоге Олег останется один.
Готический зал он покидает в молчании. Саша идёт рядом, иногда касается его локтя, словно старается показать: «я здесь, рядом», вот только ни черта это не помогает. Олег почти чувствует, как внутри него что-то невыносимо ломается и причиняет настолько сильную боль, что единственный выход – закричать, показать, что он ощущает, да только не получается.
Влад пролетает мимо них, прыгает в такси и сматывает куда подальше. Олег смотрит автомобилю вслед.
– Я умру, – тихо говорит он вдруг, и Саша замирает на месте, оборачиваясь, смотря на него шоковыми глазами.
– Олег, что ты несёшь, блять? – шипит он, когда шок проходит, и на смену ему приходит злость, и подходит ближе, хватает за плечи, встряхивая. – Возьмёшь побольше его шмоток, и всё будет нормально.
– Не будет, – качает он головой. – Каждую водолазку или толстовку хватает на часа четыре при условии, что Влад носил их не так давно. Мы оба знаем, что он передал свои вещи курьером сегодня утром для того, чтобы я смог сюда прийти. Что я буду делать в Калининграде пять суток без его подпитки его же одежды? Эта тварь меня убьёт, Саш. Она меня убьёт.
Саша качает головой и встряхивает брата за плечи снова.
– Нет, Олег. Нет. Только через мой труп.
Олег горько усмехается и высвобождается из чужих рук.
– Я так устал, Саш, – шепчет он. – Пусть она меня уже убьёт. Я больше так не хочу.
* * *
Саша нервно оглядывается по сторонам, не переставая сжимать в руках пятисотрублевую купюру. Хочется уже кинуть её на стол и уйти, чтобы перестать слышать гомон чужих голосов и больше не ловить на себе заинтересованные взгляды официанки, которая периодически заходит в отдельную кабинку, которую он забронировал для разговора, и спрятаться в тишине такси. Но он ждёт. Кто бы знал, что однажды он будет сидеть до последнего в пропитанном табаком месте, ожидая бесноватого чернокнижника. Влад опаздывает ровно на сорок минут. Он проходит за столик, плюхается на место напротив и заказывает какой-то стейк. Саша сидит молча, бросает, наконец, купюру на стол, и, следуя примеру оппонента, откидывается на спинку диванчика. Влад отдает меню, ждёт, когда девушка скроется с глаз и, долго не церемонясь, почти выплёвывает: – Зачем звал? Саша хочет ему врезать. Признаться, он головой понимает, что Владу они с Олегом никто. У него своя семья, свои родные, за которых у него болит сердце, и моральных сил он тратить на чужих людей не обязан. Но, чёрт побери, его брат сегодня сказал, что больше не хочет жить. И, если понадобится, Саша будет у Влада в ногах валяться, на что угодно согласится, лишь бы Влад помог. И плевать он хотел, кто и что об этом подумает и как воспримет. Главное – Олег. Остальное он переживёт. – Из-за Олега. – Да я понял, – отмахивается чернокнижник. – Нахер нам с тобой ещё вдвоём хороводы водить. Чё стряслось? Саша закатывает глаза. – Он не может ехать в Калининград без тебя. Влад давится водой, кашляет и хрипит: – Чего? В смысле? Причём тут я? Ещё один вопрос, и Шепс точно ему врежет. – Тварь. Она становится слишком агрессивной. – Я дам ему свои шмотки. – На пять дней их не хватит, – качает головой медиум. – Что ж. Кто сдох, тот лох, – пожимает плечами Влад. Саша втягивает через плотно сжатые зубы воздух и, всё-таки не сдержавшись, бьёт ладонью, но не по его роже, к сожалению, а по беззащитному столу. – Ублюдок! А если он реально умрёт?! Взгляд Влада темнеет. Черты лица заостряются, и он больше не кажется безобидным. Если говорить честно, чернокнижник никогда не выглядел безобидным, но именно в такие моменты начинает казаться, насколько опасным он действительно может быть. Любое его слово сейчас убьёт незамедлительно, изрежет на куски и ничего от себя не оставит. Саше почти плевать. – Следи за языком, – рычит Влад. – Ты следи за своим тоже. Они, как опасные звери, сцепляются взглядами, готовые уничтожить. Саша понимает: Влад в выигрыше при любом раскладе. Он может согласиться, а может просто встать и уйти – его решение изменит судьбу кого угодно в этой истории, но только не судьбу его самого. Саша сдаётся и первым отводит взгляд. – Ладно, всё. Я понял. – Нет, ни черта ты не понял. – Влад... – Плевать я хотел на тебя и твоего брата. Ты чё думаешь, я, как собачёнка, буду по городам за ним бегать только потому, что он решил на последних раундах в дурачка поиграть? Да я бы всё равно выиграл, моя это рука, ясно? Моя. – Владу срывает почти все тормоза. – Я согласился ему помочь, потому что мне его жалко стало. Но на этом всё, Шепс. Ебитесь с этим сами. Влад поднимается и уходит. Саша не смотрит ему вслед, бросая взгляд на наручные часы. Семнадцать ноль три. Самолёт вылетает завтра в пять утра. Что ж, у него ещё есть время всё исправить.* * *
Шепс-младший (03:14): Спасибо за всё. Увидимся на кладбище. Можешь забрать бинты, когда всё закончится. Влад вылетает из такси, кажется сунув водителю пятитысячную купюру вместо двух. В аэропорту, несмотря на раннее утро, было людно. Шум, как обычно, заглушал нужные голоса, но неизменно был тише голоса совести. Влад ненавидел быть в чём-то виноватым. Чаще всего он старался это чувство отпускать. Мол: надо было думать раньше. Ну извините, сами к зеркалу подошли да посмотрели. Согласен, порчу сделал, но не знал, что на вас. В этой ситуации совесть орала как умалишённая, а сердце стучало где-то в самой глотке. Впервые в жизни Влад ощущал такой дикий страх. Левина он находит первым. Тот смотрит на него как на припадашного, пытается что-то понять из сбивчивой речи, искренне хочет помочь и даже что-то спрашивает, но Владу становится глубоко насрать, когда он видит его. Олег. Живой. И тёплый. Влад убеждается в этом, когда сжимает его в объятиях и вдыхает собственный запах со своей же футболки, смешанный с ароматом Олега. Тот стоит прямо, словно натянутая струна, и пытается понять, что происходит. – Живой, – шепчет Череватый как мантру. – Да, – соглашается Олег. – Но это только до тех пор, пока ты меня не задушишь. Влад нервно смеётся и немного отстраняется, но продолжает держать его в своих руках. Однако счастье длится недолго: с радостной мины лицо чернокнижника меняется на что-то враждебное и опасное, и Олег шипит, когда плечи пронзает боль от слишком крепкого сжатия. – Совсем придурок?! Ты чё мне написал?! – шипит Череватый ему в лицо. – Я тебя сейчас сам убью, понял?! – Ты о чём? – хмурится Олег, не понимая. – Твоё СМС дурацкое! – вскрикивает Влад и тут же замолкает, оглядываясь, и продолжает уже тише. – С ума что ли сошёл такое писать? Мог просто позвонить и попросить поехать с тобой. Да, вспылил, признаю. Но ты тоже хорош: отправил брата. Знаешь же, я его терпеть не могу, особенно, когда он хуйню морозит. Но ты-то какого фига хуйню творишь? – Да о чём ты?! – всё ещё не понимает медиум. – О твоём СМС! – О каком ещё СМС?! Влад психует окончательно, отталкивает Олега и тянется к заднему карману джинс. Перед глазами медиума мелькает их почти несуществующая переписка лишь по рабочим вопросам, но это не интересует его совсем. То, что выводит из равновесия, красуется в самом низу. Олег едва держится на ногах, читая. – Я этого не писал! – А кто это писал? Я сам себе написал, чтобы с ума себя же свести?! Влад искренне злится. Олег начинает злиться тоже. – Я тебе говорю: я этого не писал. – А кто тогда?! – Не знаю! Влад собирается закричать что-то ещё, но замолкает, выдыхает, хватает Олега за запястье и собирается уже куда-то утащить подальше от любопытных глаз, но почти врезается в Вику. Та вскидывает брови и смотрит почти изумлённо. – Отойди. Шок сходит с её лица мгновенно. – Сам отойди, – бросает она и наклоняется, выцепляя взглядом Олега за его спиной. – Олег, посадка началась, пойдём. Олег кивает ей и дёргает рукой, но Влад не отпускает. – Идите с Максимом, – говорит он и кивает Вике куда-то в сторону. – Мы прилетим с Олегом завтра. – Влад, ты в своём уме вообще... – Съёмки всё равно только в четверг. – И они не имеют к тебе никакого отношения. Влад нервно передёргивает плечами. Смотрит зло. – Виктория, по-хорошему Вас прошу... – А ты можешь и по-плохому? – вскидывает бровь ведьма. Олег чувствует, как его запястье сжимают сильнее. – Могу. Левин появляется будто из ниоткуда, растаскивает ведьму и чернокнижника подальше друг от друга, чтобы те друг друга не поубивали, и что-то быстро объясняет Вике. Влад тем временем утаскивает Олега подальше от них обоих, выводит на улицу и почти силой запихивает в первое попавшееся такси. – Ты рехнулся! – рычит Шепс. – У меня испытание, Влад! Что ты, чёрт возьми, вытворяешь?! – Что вытворяю?! – снова срывается тот в ответ. – Спасаю твою грёбаную жизнь! – Ей ничего не угрожает! – Смешная шутка, – наигранно посмеивается Влад, отворачиваясь к окну. – Я не шучу! – Ну вот, я же говорю: смешная. Олег шокировано смотрит на него ещё с секунду, а после отворачивается тоже и до самого приезда к знакомому подъезду не говорит ни слова. Этому человеку ему больше нечего сказать.* * *
Кто именно решил подшутить над его совестью, Владу догадаться несложно. Олег не стал бы отпираться от собственных действий, не в его характере, с которым чернокнижник не особо сильно, но всё равно знаком. Ответ лежит на поверхности, как бывает обычно. Если честно, всё было довольно прозрачно изначально. Влад, шокированный, не смог сразу сложить картинку целиком, хотя стоило бы этим заняться, а не мчаться сломя голову в аэропорт, закатывать скандал на глазах у коллег и сцепляться с Викторией. Но, признаться честно, о последнем он не сильно жалел. В квартире привычно пахнет бесовщиной. Но теперь та смешана с каким-то ещё запахом, которому Влад не стремится дать название. Череватый вообще мало на что обращает внимание, широкими шагами пересекая коридор и находя виновника торжества на кухне, готовящего что-то. На это Влад тоже не обращает внимания. Саша оборачивается, вскидывает бровь и ждёт. Получает почти сразу: Влад со всей дури бьёт его в скулу кулаком. – Сука! Влад зол, он замахивается для ещё одного удара, намереваясь врезать Саше в затылок, чтобы тот больше не посмел даже встать, но внезапно сзади его обхватывают сильные руки и тянут назад. – Отпусти меня, чёртов!.. – рычит Влад. – Я сейчас его убью! Олег не отпускает, наоборот – усиливает хватку, держит крепче. – Отпусти, блять, я сказал! – Влад, хватит! – Я убью эту мразь! Отпусти! Олег замолкает и, не слушая чужие крики, прижимает к себе ближе и тянет назад. Выпускает из захвата уже в комнате, подпирая спиной дверь, чтобы Влад не сбежал. – Отойди, – рычит Череватый. – Нет, – упрямо мотает головой Олег. Влад матерится и начинает мерить шагами спальную, напоминая загнанного в ловушку зверя. Олег наблюдает за ним, хочет уйти, чтобы проверить Сашу, но не решается. Олег никогда не думал, что однажды те действительно физически сцепятся. Влад в целом не очень похож на человека, решающего проблемы кулаками. Он обычно убивает словами, унижает ими же, доводит человека до края. А теперь он отчётливо видит – Влад может и так. Вопрос видимо лишь в том, насколько сильно он доведён до предела, чтобы, не раздумывая, броситься в подобный омут. Влад тормозит на месте, шумно выдыхает и снова вскидывает взгляд на Олега. – Я в норме, – говорит он. – Отойди. Олег сжимает губы, думает секунду, но всё же принимает решение отступить. Влад проходит мимо, идёт в сторону ванной, откуда слышен плеск воды. Медиум следует за ним. Саша стоит у раковины и смывает ватным диском кровь. Из носа капает алая жидкость, и Шепс-старший периодически им шмыгает, но упрямо не обращает на это внимания. На скуле расцветает синяк. – Не жди, что я буду извиняться, – выплёвывает Череватый. – Я и не жду, – говоря в нос, отвечает тот. Влад хмыкает, оборачивается и снова смотрит на Олега. – Пусть этот урод сам звонит съемочной группе и объясняет, почему ты не улетел сегодня, – говорит он. – Я куплю нам билеты и... – Не надо ничего покупать, – отрезает Олег. – Я сам куплю себе билет. – Окей, Ромашка, – на удивление легко соглашается Влад. – Тогда бери два и напиши, когда мне за тобой заехать. Влад обходит его, скрываясь в коридоре. Олег стоит в шоке с секунду, а после почти бежит за ним. – Влад, ты не понял! Я поеду один. – Нет, это ты не понял, Олег, – выплёвывает чернокнижник. – И у меня нет времени тебе ничего объяснять. Когда будешь помогать брату, спроси у него, чё это за херня. А я пошёл. Давай, до завтра. Спишемся. Влад выходит за дверь. Олег стоит и смотрит ему вслед, не понимая абсолютно ничего. Вода в ванной перестаёт шуметь. Саша выходит, останавливается у него за спиной и тихо говорит: – Я всё объясню. – Будь добр, – цедит Олег в ответ.
