Глава VII. Что угодно, но не стечение обстоятельств
23 ноября 2025 г., 20:16
Влад никогда не назвал бы это «стечение обстоятельств». Это было поспешно принятое решение. Это был необдуманный выбор, сделанный им словно наощупь и в темноте. Это было ошибкой, которую, был бы шанс вернуться и всё исправить, он совершил бы вновь.
Это было чем угодно, но только не стечением обстоятельств. Потому что стечение обстоятельств невозможно проконтролировать. Стечение обстоятельств – это что-то стихийное, накрывающее внезапно и неожиданно порывом ветра и срывающее крышу даже у тех, кто всегда умел мыслить логически и принимать решения здраво.
Влад и тогда плохо умел контролировать себя, свою голову и свой язык. Теперь уж и подавно.
Чернокнижник нашёл медиума на первой же скамейке у входа в парк. Тот сидел в одной – его же, Влада – толстовке и грел ладони, сложенные в лодочку, тёплым дыханием. А ещё едва заметно, но дрожал. Он напоминал брошенного, никем не признанного человека, который и сам давно забыл, кто он сейчас.
Владу вдруг стало смешно. А потом – невыносимо грустно. Как они оба оказались в этой точке? И какое из всех событий привело их сюда?
Куда это всё их приведёт в итоге?
Владу не нравилось, что неизменно их начинает объединять многое. Что многое, он пока плохо представлял, но чувствовал, что всё это однажды приведёт их куда-то, в одну точку, вместе.
Внезапно Олег обернулся, и на Влада резко обрушилось уже другое чувство, такое привычное для него раздражение. Все мысли, блуждавшие в голове, в одно мгновение покинули его, сменяясь на одну единственную, злую, почти отчаянную:
«почему я?»
Олег не мог ему ничего на это ответить, хотя казалось, что знал. И это злило ещё сильнее.
Олег был во всём этом виноват. В том, что они оба здесь, смотрят друг на друга как-то печально, ждут, что кто-то из них наконец подойдёт первым.
Олег был виноват во всём.
Но, как бы горько ни было это признавать, Влад виноват был во всём этом тоже.
Влад мотнул головой, прогоняя уничижительные мысли, и, наконец, сдвинулся с места, зашагав в сторону Олега. Тот закусил губу и спрятал взгляд, нахохлившись, словно воробей.
Признаться, Шепсу было немного стыдно за те сообщения, о которых он, если честно, почему-то совсем не жалел.
Колесо сансары сделало новый оборот.
Влад подошёл совсем близко. Олег чувствовал его взгляд и, спустя какое-то время, сдавшись, посмотрел на него тоже. Он вдруг ощутил, насколько сильно до этого момента чернокнижник его изучал, будто пытался его понять, хотел, наконец, сорвать эту скорлупу и узнать, что за ней кроется, но не мог, потому что медиум на него не смотрел.
А сейчас, когда их взгляды встретились, а душа почти обнажилась, где-то залаял чей-то пёс, разбив момент вдребезги.
Влад вздрогнул, отвëл глаза и, быстро стянув с себя куртку, всучил её в руки Олега.
– Надень, – почти приказал он.
Олег хотел возмутиться, вернуть вещь обратно и, взмахнув волосами, демонстративно уйти, но не стал. Посчитал уход из гостиницы достаточным проявлением детских решений на сегодня, и послушно куртку надел, вмиг расслабляясь. Она была тëплой и пахла Владом.
С недавнего времени запах Влада для Олега – это аромат безопасности и покоя, в который он, словно в кокон, заворачивадся каждый раз, когда становилось страшно.
– А ты?.. – тихо начал он, когда тепло достигло макушки.
Влад отмахнулся и заозирался по сторонам.
– Я посмотрел по карте, пока шëл: тут где-то рядом должна быть кофейня, – сказал он, смотря куда угодно, но только не на медиума, но вдруг резко вскинул на него глаза, чтобы спросить быстро, пока не передумал. – Позавтракаем?
Олег кивнул быстрее, чем успел подумать.
Влад зачем-то кивнул тоже и, развернувшись на пятках, быстро зашагал в сторону яркой вывески. Она пестрила всеми оттенками розового, больно ударяя по глазам, но, если говорить честно, это было последним, что могло бы взволновать Влада сейчас.
Шаги Олега были слышны за спиной, хотя он как будто бы пытался быть тише, казаться ещё незаметнее, чем есть сейчас.
Влад бы хотел рассмеяться, но ему больше не смешно.
Колокольчик оповестил персонал о новых клиентах, но заставил скривиться чернокнижника от слишком громкого звука. Сейчас всё казалось слишком. Слишком ранее время, слишком многое остаётся за гранью осознания.
Олег выбрал столик в самом углу, подальше от любопытных глаз. Влад ушёл выбрать что-нибудь из выпечки и оплатить заказ.
Олег заплатить не пытался: на него вдруг накатила какая-то вселенская усталость. Ничего не хотелось – всё вдруг стало казаться серым и пресным, кроме кофе, которое совсем скоро притащил Влад. И булочка с маком тоже была ничего.
Они не говорили и смотрели куда угодно, только не друг на друга. Паршивая игра в негляделки, в которой обязательно не выиграет никто.
Олег сдался первым.
– Спасибо, – на грани слышимости сказал он, вскинув на Череватого взгляд. Тот обернулся, нахмурившись, словно не понимал, за что его благодарят. – За то, что нашёл меня. Спасибо.
Влад потерянно посмотрел на Олега, но всё же на автомате кивнул.
Кофе вдруг, горькое до невозможности, внезапно стало казаться сладким.
* * *
Владик (13:15): Я вернулся. Ангелина встретила Влада улыбкой, но за ухо подëргала всё равно. Для профилактики. Они сидели в знакомом ресторане, окружённые тишиной и покоем. На секунду Владу даже стало казаться, что ничего странного в его жизни не происходило и происходить не могло. Вот он: обычный человек, сын, муж и отец. И более – ничего. Ангелина же видела его наквозь. Ей хотелось спросить, что не так, но нужные слова никак не подбирались, от того и приходилось ходить вокруг да около, водить разговоры около одной темы, так и не поднимая её. Влад боялся заговорить о ней сам. Ангелина так и не спросила. Только уже покидая насиженные места, женщина вдруг едва ощутимо коснулась его плеча и сказала: – Не вини себя за то, что чувствуешь. Это всегда плохо заканчивается. Влад усмехнулся. Горечь засела глубоко в его глазах. – Всё уже становится итак хуже некуда. Ангелина мягко улыбнулась, смотря на него как на неразумное, но любимое дитя. – Поверь взрослой женщине, дорогой: ты глубоко заблуждаешься.* * *
Вернулся Влад домой поздно. Лëва уже спал в детской, завернувшись с головой в одеяло, и мужчине оставалось только смотреть на него, чтобы, если дотронется, вдруг не разбудить. Лена спала тоже. В какой-то степени Влад был даже рад этому: после встречи с Ангелиной сразу после посадки, говорить не хотелось совсем. Спать не хотелось тоже. Влад разместился в гостиной и включил первый попавшийся канал, но сфокусироваться на фильме не получалось. В голове то и дело прокручивалось всё, что произошло не так давно, и давило со всех сторон с какой-то особой силой. Больше Влад Олегу помогать не хотел, потому что этот его альтруизм снова и снова сталкивал их вместе. А сталкиваться с Олегом Влад совсем не желал. Это неизбежно тянуло его куда-то, куда ему было, он чувствовал, нельзя. Шепс-младший (23:17): Я её вижу. Она снова пришла. Шепс-младший (23:18): Стоит в углу комнаты, но не подходит. Влад вздрогнул, услышав звук входящих сообщений одно за другим. Все возможные матные слова едва не сорвались с языка, как только он увидел, от кого те пришли, но застряли глубоко в глотке. Влад (23:20): Не подходит же. Значит, всё нормально. Череватый даже не успел убрать смартфон, как тот тут же оповестил о новом сообщении. Шепс-младший (23:20): Теперь она стоит ещё ближе. Этот, казалось бы, бесмысленный диалог практически в одни ворота начинал Влада злить. Что, блять, он должен был сделать? Влад (23:22): Зачем ты пишешь мне? Проси помощи у Саши. Шепс-младший (23:23): Ты же знаешь, что он тут бессилен. Откровенно говоря, Влад знал, ему же рассказали всю историю изначально. Второе откровение – ему было плевать. Шепс-младший (23:23): Мне страшно, Влад. Влад (23:25): Сочувствую, но ничем помочь не могу. Иди спать. Влад отбросил телефон в сторону, ожидая, что через минуту тот разразится звуком от новых входящих сообщений вновь. Но тот молчал. И через десять минут, и через пятнадцать. В груди неприятно зажгло. Влад схватил смартфон и написал: Влад (23:41): Ты в порядке? Шепс-младший (23:45): Нет. – Да блять! Влад поднялся, вырубил телевизор и, поспешно натягивая куртку, выбежал на улицу. Машина приветственно помигала фарами, когда он запрыгнул внутрь и рванул в свою квартиру, сам не зная зачем. Влад это ненавидел. Сильно и яростно ненавидел своё желание Олега спасать. Протягивать ему руку даже тогда, когда следует развернуться и уйти как можно дальше, не оглядываясь, не смотря назад. Но всё равно продолжал оборачиваться и возвращаться. Квартира встретила его тишиной и темнотой. Свет горел где-то в глубине, в спальной, противно разрезая сгущающуюся мглу. Олег сидел на кровати, обхватив колени руками и с силой стискивая в руке телефон. Тварь стряла рядом, смотрела на него, но касаться не смела, словно не имела в этом месте на это прав. Только смотреть – руками не трогать, или эта, Владова, чернуха тебя заберёт. Влад сглотнул и медленно подошёл к Олегу. Сел на постель и позвал его тихонько, на грани шëпота: – Олег... Медиум неспешно, словно в замедленной съëмке, повернул голову, неверящими глазами уставившись на него. – Влад? Череватый кивнул. – Ты в порядке? Олег качнул головой. Влад шумно выдохнул. – Давай, иди сюда, – сказал он почти обречённо. – Сейчас она уйдёт. Олег кивнул и нырнул в приготовленное для него объятие. Влад осторожно прижал его к себе и зашептал начитку. Тварь злобно зыркнула на чернокнижника, неестественно выгнулась и заорала. Олег всхлипнул и прижался к Владу ещё ближе, спрятав лицо у него на груди. Начитка становилась громче. Тварь орала и орала, выгибалась как бесноватые во время экзорцизма, но спустя тридцать минут всё же растворилась в ночной темноте, словно её и не было, напоследок зарычав на Влада подобно зверю. Влад шумно выдохнул, вдруг обессилев, и откинулся на спинку кровати, прикрыв глаза. Олег, на которого наконец обрушилась тишина, наоброт медленно открыл их и посмотрел вверх на Влада. Тот, казалось, был уже далеко не здесь и будто бы давно спал. Его лицо казалось одновременно и усталым, и таким умиротворенным, что разрушить всю эту его безмятежность казалось каким-то страшным преступлением. Олег решил ему не мешать и снова положил голову на чужое плечо. Покидать чужие объятия было, как бы ни хотелось это признавать, до дрожи страшно. Олег, медиум со стажем, наконец встретил ту самую нечисть, которая пугала его и не позволяла полноценно жить. Это было стыдно, а ещё это было печально. Полгода. Полгода она сводит его с ума. И, вероятно, уже давно свела бы окончательно, утопив в море безумия, если бы не один милосердный чернокнижник, который вот уже второй раз бросал ради него всё.
