Сборник зарисовок по экстаймерам

Илья захлопнул дверь, не обращая внимания на звон ключей, и, прислонившись к ней, сжал кулаки. В голове прокручивались слова кастинг-директора: "Не подходишь, не твой типаж, не твой уровень". Он закусил губу, сдерживая крик, который рвался наружу. В комнату он вошёл, как в клетку, и, опустившись на кровать, закрыл лицо руками. Пальцы вцепились в волосы, как когти. — Почему? Почему опять? — шептал он, но это переросло в тихий, но яростный крик, который он заглушил ладонью. Слёзы текли по щекам, как ручьи после ливня, оставляя солёные тропинки на коже. Саша стоял за дверью, прислушиваясь. Он знал, что это не его дело, но равнодушно пройти мимо не мог. У него самого была своя доля неудач, и он понимал, каково это — чувствовать себя раздавленным. Осторожно постучав, он открыл дверь без приглашения. — Илья? — произнёт он мягко, шагая в комнату. Илья резко повернулся, его лицо было искажено болью и стыдом. — Чего тебе? Уходи, — выдохнул он, но голос дрожал. Саша сел на край кровати, не обращая внимания на протесты. — Ты не один, понимаешь? Все через это проходят, — Его голос был тёплым, успокаивающим, как плед в холодную ночь, — Может, расскажешь, что случилось? Я слушаю. Илья сжал зубы, но через мгновение его плечи дрогнули, и он, наконец, позволил себе расслабиться. — Меня опять не взяли, — прошептал он, опуская голову. Саша кивнул, его глаза были полны сочувствия. — Ты сильнее этого, Илья. Ты просто ещё не нашёл свой проект. Но обязательно ты получишь свою роль, я уверен. Илья посмотрел на него, и в его взгляде промелькнула искра надежды. В комнате повисла тишина, но она была уютной, как объятия старого друга. Саша осторожно положил руку на плечо Ильи, и тот не отстранился. После чего парень притянул Яцкевича в свои объятия.