№2

ㅤ ㅤ ㅤИдя по длинному коридору, Киллиан то и дело проходил взглядом по картинам, которые украшали каждую из стен. В детстве он мог часами рассматривать их, представляя жизнь людей, смотрящих на него своими блестящими глазами. Разговаривал, иногда пугался, когда очередной прапрадед с застывшим грозным выражением лица будто бы осуждал его ребяческие порывы. Тогда он мечтал быть как его отец. Когда каждый на званном вечере склонял перед ним голову. Когда Лукиан садил его на свои колени и он, робко улыбаясь, тянул пальчики к золотой короне. Как ворона, желая стащить хотя бы парочку блестящих камушков. Когда мама читала сказки о благородных королях, красивых принцессах и храбрых принцах. Киллиан думал, что нет ничего лучше, чем стать как его отец. Великим императором. Впрочем, это было давно. ㅤПарень фыркнул и остановился возле огромной светлой двери с позолоченными ручками и сделал глубокий вдох. Поправляя на себе расшитый узорами жилет и нервно оттягивая манжеты белоснежной рубашки. Нацепив наиболее непринуждённый вид, принц постучался и, подождав пять секунд, что требовали правила приличия, заглянул в кабинет. ㅤ— Киллиан, сын, проходи. — Лукиан улыбнулся, отрываясь от стопки бумаг, и кивнул на кресло перед своим столом. Принц, прикрыв за собой дверь, неспешно прошествовал и опустился на обитый бархатом стул. ㅤВ воздухе витал запах чернил, бумаги и гортензий. Мама очень любила цветы, поэтому по всему поместью стояли вазы, украшенные благоухающими букетами. Выглядели они всегда свежими, и Киллиан не удивился бы, если узнал, что меняют их не один раз на дню. Один из таких букетов стоял прямо на столе, и если бы парень протянул руку, мог бы огладить пальцами бархатные лепестки. ㅤКабинет отца заставлял его чувствовать себя словно в клетке каждый раз, как ему приходилось находиться здесь. Что было довольно часто, учитывая его буйный нрав. В последний раз его отчитывали за сквернословие пару дней назад, и Киллиан не чувствовал себя виноватым. А вот злым на учителей, которые не могли удержаться от постоянных докладов, как и чем он дышит, вполне. Император не смог удержать тихого разочарованного вздоха, отклоняясь на спинку стула. Он часто так делал, редко злился, но всем видом показывал, насколько расстроен. Киллиан не любил это гораздо больше. Чувство вины, казалось, только усиливалось. Будто нутром чувствуя недосказанность, насколько он не оправдывает ожиданий семьи. В этом, наверное, и был основной смысл, но, пожалуй, он не ребёнок, чтобы проворачивать с ним подобное снова и снова. ㅤ— Киллиан, ты же не ввязался ни во что опасное? — Лукиан скользнул по нему взглядом и сложил руки замком на столе. Принцу действительно хотелось сказать «нет», но он пока сам не понимал, во что медленно впутывался, находясь рядом со Скэриэлом. То, что он видел в Запретных землях, то, что скрывал его отец. Всё это уже стало частью чего-то большего, и Киллиан не готов был всё так просто оставить. Разве не он и его семья должны позаботиться о своём народе, как может он просто закрыть глаза на это? Но сейчас принц просто строит невинную мордашку и удивлённо моргает. Не время кидаться, пока он не знает всего наверняка. ㅤ— Нет, отец, почему вы вообще так подумали? ㅤ— Ты снял крупную сумму со своего счёта. — Конечно, он знал, о чём пойдёт речь, и старался быть абсолютно спокойным, но что-то всё равно куснуло его за рёбра. Потому что Киллиан в действительности впервые проворачивал подобные дельца, и он боялся не соврать, а скорее того, что отец узнает причину его лжи. Как бы безобидно ни выглядел человек перед ним, Лукиан Бёрко не зря был императором, и он мог многое, если не всё. Отец мог спустить такие мелочи его поведения ему с рук, а мог перевернуть Октавию вверх дном, чтобы разузнать всё о его действиях. Или даже проще, надавить на Люмьера, но это крайние меры, Лукиан всё же уважал границы сына. Правда, менее нервно от этого Киллиану не стало. ㅤ— Потратил на благотворительность. ㅤ— Неужели? — Лука приподнял светлые брови и усмехнулся. Сын явно что-то не договаривал, но держался достойно. Напоминая старшему о своих былых молодых годах. Что он только не творил со своими друзьями, правда, во всём нужна мера, и он не мог не испытывать беспокойства. — Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью. ㅤ— Конечно, отец. ㅤРасправив плечи, император удовлетворительно кивнул. Пока дело касалось его земель, он мог разрешить всё, особенно если это касалось его семьи. К сожалению, совет всё сильнее за последние годы стал ограничивать его действия, желая вытеснить его. Но сдаваться Лукиан был совершенно не намерен. ㅤ— Хорошо, но прежде чем ты уйдёшь, я хочу попросить тебя постараться всё же наладить контакт с ребятами. Ты же понимаешь, о ком я? ㅤ— Да, я постараюсь. — Не по манерам, на эмоциях Киллиан вскочил со стула. Конечно он понимал, о ком идёт речь. Леон, близнецы Брум и Дарсериан. Эти четверо были представлены ему, но виделись они до какого-то момента мало. И парень не горел желанием общаться с ними больше нужного, напрочь игнорируя их взгляды и присутствие, пока это возможно. Может он и ведёт себя по-детски, но он не желал общаться с кем-то только из-за статуса. А эти, как их обозначал принц, вежливо щебетали сладко, приторно и учтиво. Если он скажет им ходить за ним хвостиком, они будут. Если скажет, что на улице дождь, но там светит солнце, они резво начнут поддерживать его. Вряд ли они сами хотели быть такими, но родители желали их сближения. ㅤКиллиан не понимал, что им всего лишь нужно было поговорить об этом возникшем и укрепившемся в разуме недопонимании. Что уж там, иногда нам всем сложно принимать реальность иной, отличной от сложившихся мнений. Но всё ещё было впереди. ㅤ— Но я слышал, ты хорошо поладил с младшим сыном Хитклифов. — От мужчины не ускользнуло, как быстро разглядилось и смягчилось лицо сына, стоило сменить тему в другое русло. Лукиан с интересом прищурился. ㅤ— Да, мы с ним хорошо общаемся. ㅤ— Рад это слышать, я обязательно скажу об этом Уильяму. Что же, не смею тебя больше задерживать. Ступай, Киллиан. ㅤ ㅤКивнув, парень, стараясь не спешить и всё же довольно стремительно, покинул ставший слишком душным для него кабинет. Как только дверь за спиной закрылась, Киллиан выдохнул. Кажется, всё прошло не так плохо, хотя он и не сомневался в том, что отец почувствовал неладное в его отговорке. Пока дело не зашло дальше обычного разговора, всё было в порядке. Успев пройти лишь с десяток шагов, слух резанул знакомый голос, и настроение опять начало стремительно портиться. ㅤ— Киллиан, неужели ты опять что-то натворил? — Паскаль, подойдя ближе, смерил брата оценивающе и весьма холодно. Чем старше они становились, тем меньше ладили друг с другом. Старший хотел занять место отца в будущем, младшего это не интересовало, и, быть может, это или что-то иное выводило наследника из себя. На что Киллиан отвечал тем же. Не терпеть же ему молча, не тот совершенно характер. Расправив плечи, принц малодушно улыбнулся и похлопал Паскаля по плечу. ㅤ— Ничего такого, о чём бы тебе стоило волноваться. ㅤ— Киллиан, ты позоришь нашу семью своим ребяческим поведением. — Хмуро скосив брови, отчеканил парень, на что Килли улыбнулся только ещё более лучезарнее и невинно похлопал глазками. ㅤ— Спасибо за твоё мнение, брат. А как там у тебя дела с твоей невесткой, ты же должен был увидеться с ней? Она всё ещё игнорирует тебя? Не переживай, братец, уверен, она ещё сполна оценит тебя по достоинству. — Он тоже умел делать больно, и исказившееся лицо Паскаля явно намекало, что попал он туда, куда нужно. Невеста брата была холодна к своему будущему мужу и не питала к нему тёплых чувств. Хоть они и были знакомы уже года четыре, если не больше. Не сказать, что и брак их был по любви. Точный расчёт и ничего более. Паскаль надеялся, что Ваэль сможет его принять со временем, но она не желала подпускать его ближе. Киллиан её не осуждал. Паскаль просто пришёл к отцу, указал на кандидатку, и их познакомили вместе. Отец девушки буквально продал её за связи. А ей ничего не оставалось, кроме как сказать «да». Даже у него с ней отношения были лучше, а вот брат проигрывал раз за разом. ㅤКогда ты уверен, что ты лучший во всём, тяжело, наверное, терпеть поражения. Готье ухмыльнулся и отступил, продолжая свой путь. Больше сейчас им говорить было нечего. ㅤ— Поганец... — Прошипел Паскаль и гордо удалился. ㅤ ㅤ ㅤ ㅤ ㅤ ㅤГотье спустился в сад. Погода располагала, хотя деревья уже с месяц были окрашены в красновато-оранжевые цвета, а листья медленно опадали, засыпая землю пёстрым ковром. Солнце грело не так сильно, как раньше. Кожу обдавало прохладой, но в этом было что-то приятное. Вытянув носом воздух, парень улыбнулся. Тонкие нотки яблока дразнили его. ㅤ— Нужно попросить приготовить на ужин яблочный пирог. — Он обогнул не работающий сейчас фонтан с резными каменными фигурами толстобрюхих рыб и углубился в заросли кустов и деревьев по тонкой протоптанной дорожке. Он надеялся немного побыть в тишине и подумать о грядущем. Разговор со Скэриэлом он временно отложил, но к нему нужно было вернуться. Оружие, бандиты, секреты. Было бы не так жутко, смотри он на всё это в кино. А не встречаясь в реальной жизни. Запретные земли. Там что-то происходило и, возможно, более ужасно, чем он мог сейчас себе представить. Связан ли как-то с этим его отец? Если нет, то кто тогда заставляет гибнуть те дальние от центра районы? Что он вообще знает о его родной Октавии и Ромусе? ㅤГолова шла кругом. Заставить себя просто забыть Готье не мог. Вспоминая разруху, которую он успел увидеть, и задумываясь, что было там дальше в глубине этой неожиданной для него находки. Всё же он был слишком эмпатичен. Потерев пальцами переносицу, Готье вздохнул и на очередном шаге замер, прислушиваясь. Кроме него здесь кто-то был, и по правилу он должен был обозначить своё присутствие, но вместо этого, приблизившись чуть ближе, затаился в кустах. С одной стороны, боясь побеспокоить незримых ему, с другой — испытывая колкое любопытство. Слух уловил знакомый голос. ㅤ— Неужели ты всё ещё обижен... — Это точно был Люмьер, он не мог спутать его ни с кем другим. Особенно эти бархатистые нотки, но с кем он разговаривает? ㅤ— Нет, но ты мог бы появляться и почаще. — Возникла небольшая пауза, и Готье затаил дыхание, пытаясь рассмотреть что-то сквозь сухие ветви и листья. Второй голос был явно мужской, но определить, кому он принадлежит, Готье не смог. Прокручивая в своей голове все возможные варианты. ㅤ— Прости, ты же знаешь, я бы с радостью, но не могу. Я очень по тебе скучал... — Глаза парня уловили движение, он прищурился и ох... ㅤЩёки принца залились румянцем. Неужели он лицезреет поцелуй его верного охранника и... Не может быть. Это что, старший сын Хитклифов? Откуда он здесь взялся? Хотя не это важно. Кончики ушей горели огнём, ему стало стыдно смотреть на эту картину проявления любви, и отвернул голову. Он оказался немного неловким, и тихий треск всё же донёсся с его стороны. Послышался тихий шёпот, и затем всё смолкло. Нервно оглянувшись, Готье едва не взвизгнул, когда перед ним появилась привычная ему фигура Люмьера с хитрой улыбкой на губах. ㅤ— Мой принц, что вы здесь делаете? — Ему стало стыдно вдвойне, но он с невозмутимым видом распрямился и сложил руки на груди. Будто ничего предосудительного и не было в его поведении. ㅤ— Я гулял. ㅤ— Вот как... — Уолдин не злился, но осматривал его внимательно, а затем сделал шаг ближе, снимая несколько маленьких веточек и листьев с его волос. Готье неловко поджал губы и затем тихонько произнёс: «Я никому не скажу», на что Люмьер тепло взлохматил его волосы. — Ты всегда был очень любопытным. Отец не ругал вас при встрече. ㅤОни вышли из кустов на тропинку, и принц заметил, что сейчас они остались только вдвоём. Хитклиф уже успел уйти. Может, не стоило ему им мешать, как-то неудобно получилось. Но, судя по Люмьеру, он не сердился на него, впрочем, как и всегда. ㅤ— Нет, и спасибо, что ничего не доложил ему. Отец всё хочет, чтобы я подружился со своей свитой... ㅤ— А ты не хочешь. — Утвердительно поинтересовался Уолдин, провожая принца обратно в тепло. ㅤ— Не хочу быть тем, кого используют.