Рисовый пирог с начинкой

Раннее солнце игривыми лучами шкодливо пробралось через кухонное окно, и длинные приветливые солнечные струйки отражались бликами на идеально чистой поверхности стола. Тэхён усердно взбивал венчиком тесто для блинчиков, одновременно слушая в наушниках музыку и смотря клип на планшете. Певец с псевдонимом V тоже делал тесто, пританцовывая и напевая, красивая молодая девушка сидела за столом в ожидании, от этой картинки веяло теплом, уютом и любовью. «Ну у нас тоже не хуже» — подумал Тэхён. Воздух, проникающий из открытой балконной двери, обдавал приятной прохладой с цветочными нотками луговых трав и солёным запахом моря. Идеальное утро. Своего любимого он будить не стал. После бурной ночи, полной нежности и страсти, хотелось дать ему выспаться и порадовать вкусным завтраком. Вот уже месяц как наследник главы рисового магната, контролирующего рынок Сеула — Ким Тэхён и его парень, талантливый программист — Чон Чонгук — скрывались в Италии. Под видом беспечных, но богатых туристов, они сняли небольшой домик в Пизе, так проще затеряться среди толпы, глазеющих на Пизанскую башню или студентов, приехавших с разных уголков мира. Чонгук сладко потянулся в мягкой постели, в комнате ещё витали отголоски ласкового шёпота и сладострастных стонов. Казалось, что вместо крови по венам течёт виноградное вино, которое дурманит голову и причина всему — Тэхён. Этот красавчик, так смело ворвавшийся в его размеренную жизнь, перевернул всё с ног на голову. В такое чудесное утро не хотелось думать о плохом, прочь Южная Корея, здравствуй, тёплая, солнечная Италия. Наскоро приняв душ и накинув, не застёгивая, рубашку с цветастым рисунком, коих Тэхён купил целую кучу, Чонгук зашёл на кухню, где допекался последний блинчик. — Приветики. — Чон чмокнул Тэ в плечо. — С добрым утром. Я тоже быстро в душ, а ты, пожалуйста, поставь чай или кофе свари. Тэхён вернул утренний поцелуй в милую нежную щёчку. За звуком кофемолки Чонгук не услышал, как дверь в квартиру открылась. Двое бандитов, выглядевших как члены настоящей итальянской каморры, молниеносно и профессионально заткнули кляпом рот Чону и грубо, заломив руку за спину, вытолкали из дома и впихнули на заднее сиденье, припаркованного Range Rover. Уже в машине ему завязали глаза, громилы сели по обеим сторонам и знатно прижали, не пошевелиться. — Ничего не бойся, мы тебя не тронем, только отвезём в одно место, — на плохом английском произнёс голос справа. Тэхён, за шумом воды ничего не слышавший и ничего не подозревавший, в приподнятом настроении вернулся на кухню. — Чонгук! Чонгук! Ты где? Вместо ответа ему покатилась под ноги небольшая кофемолка с треснутым стеклом, источая запах кофейных зёрен, оседая горечью на языке. Вмиг посеревший лицом, Ким безвольной тряпичной куклой опустился на пол. Схватив себя за волосы, он начал раскачиваться из стороны в сторону, подвывая. — Нашли, нашли, суки-и-и-и…

***

Годами ранее. Начало.

Ким Намджун — само воплощение уверенности, власти, ума, богатства. Высокий, красивый, представительный мужчина, всегда с прямой спиной, открытый твёрдый взгляд, от которого хочется сразу подчиниться, одет с иголочки, массивные перстни подобраны в безупречном стиле. Таким видели его подчинённые, а в его ведомстве — самом крупном агрохолдинге по выращиванию и продаже риса — их было немало. Свой бизнес он вёл образцово, с каждым годом увеличивая производство и расширяя рынки сбыта, с партнёрами был вежлив, но неуступчив, осторожно обходя подводные камни. Кремень! Только одна слабость была у этого железного мужчины — любимый единственный сын — Тэхён. Жена, мама маленького Тэ, внезапно скончалась от пневмонии, когда сыну было всего три года. И с тех пор его окружали няни, слуги, гувернёры и преподаватели. В обычную школу он не ходил, проходил домашнее обучение у лучших учителей, поэтому со сверстниками общался мало, обычно это были дети партнёров отца. Вечерами, уставший отец непременно сажал себе маленького Тэ на колени, трепал каштановые мягкие волосы, целовал в макушку, сладко пахнущую шампунем. Детская комната была полна игрушек и книжек, удобная мебель, продуманный дизайн, но не хватало той особенной атмосферы, которую может создать только мама. Стены, шторы, обивка дивана — всё в мягких тонах, а веяло незаметной прохладцей, тихонько скребя сердце. Когда Тэхён подрос, Намджун просто садился рядом на диван и, обнимая, прижимая его к своей широкой груди, расспрашивал, как прошёл день. Мальчик был загружен по полной программе, кроме основных предметов, занимался фехтованием, верховой ездой, плаванием. Отец следил за его физическим и ментальным здоровьем. В редкие выходные они вместе выбирались на природу или на морскую прогулку на яхте. Это были драгоценные моменты, любящее сердце отца видело в сыне нежные черты любимой, рано ушедшей, жены, а иногда Намджун ловил упрямый взгляд с поджатыми губами, так похожий на свой. Тэхён унаследовал от родителей всё самое лучшее, что отражалось и в его внешности, и в характере. Уже подростком, отец неоднократно брал сына с собой на работу, внушая мысль, что в своё время огромный агрохолдинг перейдёт под его правление. Намджун не замечал, что сын рос не только любознательным и прилежным учеником, но и мечтательным юношей, нередко мог сидеть с раскрытой книгой и витать в облаках. Пришло время любить, но на тех немногочисленных знакомых вокруг, сердце не откликалось. По окончании учёбы было решено получить высшее образование в Оксфорде, это надёжно, престижно и могло дать возможность полноценно изучить английский язык, чтобы в дальнейшем общаться с иностранными партнёрами без переводчиков. Намджун сам полетел вместе с сыном в далёкую Англию. Помог адаптироваться в чужой стране на первых порах, убедился, что кампус для студентов удобен для проживания, а студенты сами выбирают дисциплины для обучения, всё на высшем уровне. Втайне от Тэхёна, попросил куратора за вознаграждение более внимательно присматривать за сыном. Последние наставления, объятия, и младший Ким остался грызть камень науки на туманном Альбионе. Тэхён быстро влился в студенческую среду, делая упор на учёбу, иногда посещая вечеринки, на одной из которых он познакомился с Патриком. Худенький, невысокого роста, со светлыми кудрями и голубыми глазами, на первый взгляд он напоминал ангелочка, его смех был подобен звону колокольчика. Студенты часто устраивали пикники прямо на полянах университетского сада. Сегодня парни взяли пиццу, напитки, фрукты и, насытившись и вдоволь насмеявшись над безобидными шутками, разбрелись по углам, Тэхён с Патриком. — Тэхён, ты считаешь меня красивым? — лёжа на спине и покусывая травинку, спросил Патрик. — Тебя все считают красивым, и я не исключение, — откликнулся Ким. — Спасибо. Но я всего лишь миловидный, а вот настоящей классической благородной красотой обладаешь ты. Она притягивает как магнит, разве ты не замечаешь этих заинтересованных взглядов? — Да для них это просто экзотика, здесь не так много азиатов. — засмущался Тэхён. — Пойдём на выходных в кино? — предложил Патрик. — Ты приглашаешь меня на свидание? — Да. Ты согласен? — белокурый парень заглядывал в глаза с затаённой надеждой. — Хорошо пойдём, — согласился Ким. Ему нравился этот приятный парень, который сейчас на фоне ярко-зелёной травы выглядел словно маленький принц из сказки Экзюпери. Их отношения были похожи на сладкое ванильное мороженое, которое вначале было очень вкусное и приятное, но постепенно таяло и таяло, растекаясь липкой лужицей. Их первый раз случился в отеле после двух месяцев нежных поцелуев украдкой, оба стеснялись, были неловки, неопытны, ярких ощущений не получилось. Но постепенно парни изучали друг друга, много общались, набирались сексуального опыта, научились доставлять и получать удовольствие. Они никогда не ссорились, в университете не выставляли напоказ свои отношения, интимные встречи проводили раз-два в месяц, по обстоятельствам. Так продолжалось в течение первого учебного года. На каникулы Тэхён вернулся в Корею. После радостных объятий и вкусного ужина вечером отец пригласил Тэхёна в свой кабинет. — Сын, до меня дошли слухи, что ты связался с каким-то парнем и вы даже встречались в каких-то отелях. Не могу поверить, что это правда, — голос Намджуна звучал одновременно строго и печально. — Я понимаю, что Англия — страна свободных отношений, ты молодой, хочется всё попробовать, испытать. Но парень? Надеюсь, ты удовлетворил своё любопытство. Вы больше не увидитесь. Во время всей речи Тэхён стоял напротив отца, не смея пошевелиться, эмоции одна за другой сменялись на его лице, от удивления и страха до беспокойства и горечи. — Ты что-то сделал с Патриком? Он ни в чём не виноват. Отец, прошу… — Стоп. Я не монстр, я просто забочусь о тебе. Ты мой единственный сын, мой наследник, и я хочу. Нет, я настаиваю, чтобы ты выкинул всякую дурь из головы, закончил образование и женился на достойной девушке. Твой …э… этот друг, он перешёл в другой университет. — Значит, всё-таки ты вмешался. — Закончим на этом. Хорошо отдохни на каникулах, всё забудется. Намджун обнял сына за плечи, но Тэхён стоял как деревянный, руки плетьми висели вниз. Оставшиеся три года учёбы можно уместить в три слова: учёба, экзамены, диплом. После отношений с Патриком, Тэхён так больше ни с кем и не сблизился. Утешало только одно: Патрик через год отправил ему очень доброе письмо, в котором говорил, что не обижается на отца Кима, наоборот, у него появились новые возможности для карьеры, и парень искренне желал Тэхёну счастья. Больше они не общались.

***

Сеул встречал Тэхёна разноцветными вечерними огнями, огромными экранами реклам с разными знаменитостями, манящими витринами мировых брендов и тёплым родным воздухом, пропитанным запахом вкусной корейской еды. Последующие два года можно было описать двумя словами: работа и дом. Работа — это офис с утра до позднего вечера, встречи, переговоры, отслеживание котировок продаж на рынке, маркетинг. И все многочисленные мероприятия, ужины, на которых отец пытался свести его с девушками, он тоже относил к работе. Дом — это долгожданная тишина, где, уединившись в своей комнате, можно быть просто собой, посмотреть хороший фильм или даже что-нибудь погорячее. Каждый год в сентябре в Корее отмечали Всемирный день риса. На праздник съезжались крупные поставщики, зарубежные партнёры, заключались сделки. Намджун вместе с сыном принимали важных гостей в своём офисе. Глава представлял Тэхёна как своего приемника. Все встречи проходили на высоком уровне, присутствовали министры, представители торговых палат и ассоциаций. За два года работы рядом с отцом младший Ким научился многому, вёл себя уверенно, выглядел не по годам солидно. Вечером намечался торжественный банкет. Отбыв основную часть, Тэхён незаметно ушёл. А на улицах была настоящая ярмарка, повсюду продавались блюда из риса и разная атрибутика, проводились конкурсы и мастер-классы по кулинарии, выступали уличные музыканты, было шумно и весело. Именно здесь и оказался Тэхён, сменив строгий пиджак на удобные джинсы и свитер, подхватывая чувство всеобщего веселья. Пройдясь по рядам со всякой снедью, он купил вкусный онигири, потом рисовый пирожок с фасолевой начинкой, потом сладкие рисовые шарики в сиропе и чувствовал от происходящего мальчишеский восторг, набивая полный желудок. На соседней улице, где также было ярко и празднично, находились различные аттракционы. Возле одного — стрельбы из лука — он остановился, засмотревшись на молодого парня, который ловко натягивал тетиву, напрягая мышцы на загорелых руках. Выстрел и стрела попала точно в цель, раздались аплодисменты наблюдающих. Последующие четыре стрелы ложатся рядом, немного не добирая до максимального количества очков. Организатор вручил парню приз — большого плюшевого медведя. Все вокруг улыбались и поздравляли. — Есть среди вас ещё смельчаки? Кто готов побить рекорд этого меткого красавчика? — громким голосом кричал зазывала. — Я попробую, — Тэхён сделал шаг вперёд. Толпа приветственно откликнулась возгласами поддержки. Ким сосредоточенно взял в руки лук и быстро отстрелял все пять стрел в яблочко. — Невероятно! Вы можете выбирать любой приз. Правда, у нас тут только мягкие игрушки, но зато какие красивые! Тэхён обернулся на парня, стоящего рядом с плюшевым мишкой подмышкой, и, неожиданно для себя, подмигнул. Подойдя к стенду с призами, он выбрал большого розового зайца с забавной мордочкой и длинными ушами. — Где так классно стрелять научился? — поинтересовался парень у Кима. — Да в школьные годы много чего пробовал. А тут увидел, как ты красиво стреляешь, и вот решил вспомнить. — Тэхён тоже зажал свою игрушку подмышкой. Не сговариваясь, они вместе пошли дальше по улице. — Познакомимся? Меня зовут Чон Чонгук, — протягивая руку, сообщил парень. — Ким Тэхён. И вложил свою ладонь в широкую, крепкую и по-мужски сильную ладонь Чонгука. Рукопожатие немного затянулось, словно руки сами отдельно знакомились друг с другом, с мягким нажатием, ощущая кожу. — Может, отметим наши выигрыши? — кивнув на игрушки, предложил Чонгук. — Не против. Раз сегодня праздник риса, тогда, может, макколи? — Ой, не, это напиток для старичков. Давай соджу, тоже из риса. Кстати, тебе сколько лет? — По корейскому возрасту — двадцать пять. — Мне тоже. Тогда никто из нас не хён, или будем месяцами мериться? — Не будем. — широко улыбнулся Тэхён. Ему было приятно и уютно с новым знакомым, общение не вызывало излишнего напряжения, как бывало на светских вечеринках. Они сели в кафе за столик возле окна, заказали бутылочку соджу и пибимпап, к которому принесли множество разных закусок. Мягкие игрушки пристроили рядом на стульях. Непринуждённый разговор бежал как чистый свежий ручеёк, обсудили любимые фильмы, спорт, вкусовые предпочтения. Через окно Ким увидел, что подъехала его служебная машина с водителем. Похоже, вычислили и, не привлекая внимания Чонгука, Тэхён начал спешно прощаться. — Может, обменяемся номерами телефонов? — проявил инициативу Чон. — Давай. — Тэхён взял телефон Чонгука и быстро вбил свой номер. — Пиши первым, я отвечу. Пока. Спасибо за приятную беседу. Быстрым шагом Ким покинул заведение и сел в машину. Чонгук наблюдал за ним и знатно удивился машине представительского класса с личным водителем. На ярмарке Чон украдкой сфотографировал Тэхёна во время стрельбы и теперь пристально рассматривал профиль, руки, фигуру. Ему очень хотелось поискать информацию в соцсетях, но Чонгук держался, о личном они ещё не говорили. С приближением выходных он решился написать Тэхёну. «Привет. Как рабочая неделя? Есть планы на выходные?» Отправив сообщение, он сильно заволновался, потом вспомнил, что свой-то номер Тэхёну не оставил. Ответ пришёл незамедлительно. «Привет. Думал, что не напишешь уже. Планов нет. У тебя есть предложения?» «Ура, ура!» — сердце Чонгука ликовало, всю неделю он вынашивал план, как поближе узнать Тэхёна и провести больше времени с ним, этот парень не выходил у него из головы и, кажется, он всё придумал, только бы Ким не отказался. «Да, предлагаю подняться пешком на гору Намсан, торопиться не будем. Если согласен, то завтра в 10 утра у станции Мёндон, 4 линия.» «Хорошо. До завтра.» Тэхён двадцать раз пожалел, что не взял номер Чонгука. Наверное, он бы написал ему сам уже на следующий день. То немногое время, проведённое рядом с ним, он испытывал чувство надёжности, словно подставили родное плечо. Ему до боли в сердце не хватало близкого друга. В последние дни сентября днём было ещё по-летнему жарко. Живописный лес представлял собой царство ярких красок, вечнозелёные деревья перемешивались с листовой разных цветов: красных, жёлтых, багряных. Под ногами — целый ковёр из опавших листьев. Воздух насыщен запахами влажной земли и прелой листвы. Отказавшись от канатной дороги, парни не спеша поднимались по оборудованной тропе. — Я работаю обычным программистом, правда, в солидной фирме, окончил Сеульский универ, у родителей небольшой бизнес в Пусане, есть сестра младшая. В общем, ничем примечательным не выделяюсь. — Чонгук делился рассказом о себе. — Теперь моя очередь? — Тэхён, если ты не хочешь, можешь ничего не рассказывать. — Наоборот, не хочу недосказанностей с самого начала. Мой отец — Ким Намджун. — И-и-и… — присвистнул Чон. — Дальше сам всё понимаешь, частные преподаватели, Оксфорд, работаю с отцом, близких друзей нет. — Что сегодня сказал, куда идёшь? — Почти правду, сказал, что иду гулять в парк, хочу насладиться природой, только про тебя умолчал. Парни прошли уже половину пути, чувствовалась небольшая усталость, дыхание стало жестковатым. — Давай присядем, попьём воды, — предложил Тэхён. Присев на скамейку, Ким достал из рюкзака бутылку воды и стал жадно пить, вода стекала с подбородка и капала прямо на одежду. Отпив почти половину, протянул Чонгуку. — Будешь? — У меня тоже есть, но твоя, наверное, вкуснее. Чон взял бутылку и присосался к горлышку, громко сглатывая. Тэхён рассматривал под ногами листья, взяв из кучи самый яркий, багряный лист, начал крутить его в руке, явно обдумывая какую-то мысль. — Может и хорошо, что мы начали сразу с откровений, не сделаем глупых ошибок. В Англии у меня был близкий друг, партнёр… у нас были… э… интимные отношения. Да и когда отец узнал, он предложил Патрику перейти в другой университет и, скорее всего, ещё и заплатил. Как-то так… Плечи Тэхёна опустились, в голосе просачивалась грусть, он поднялся и резко пошёл наверх. Чонгук быстро догнал и положил руку на плечо. — Не делай поспешных выводов, Тэхён. Тебя контролируют? Следят? — Вроде пока нет, но я и поводов не давал. — Ладно, поднимаемся до смотровой площадки, купим вредного фастфуда и будем наслаждаться видом на Сеул. Вид столицы сверху поражал своим размером и красотой; исчезала суетность, думалось о вечном, о красоте природы и архитектуры; мир меняется, но суть человеческих чувств остаётся неизменной.

***

В конце следующей недели намечалось благотворительное мероприятие, где обязательно присутствовали бизнесмены, политики, артисты. Как ни пытался Тэхён отвертеться, чтобы не идти, но отец был непреклонен. — Тэхён, тебе по статусу положено посещать такие значимые события. И смокинг тебе пошили на заказ. Как-то ты скис в последнее время, взбодрись. Намджун сегодня был неотразим. Небольшая седина придавала импозантности, ухоженная кожа подчёркивала природную красоту лица, тёмно-синий смокинг сидел как влитой, выделяя идеальную фигуру, кожаная обувь тоже пошита на заказ у лучших мастеров. Он любил такие выходы в свет, когда можно показать себя во всей красе и не думать ежеминутно о выгодных сделках. От своего агрохолдинга Ким всегда жертвовал приличную сумму на благотворительность. Тэхёна же сейчас беспокоило совсем другое, Чонгук предложил встретиться на любых условиях Кима, предлагая самому выбрать место. А тут эта акция. Он так ничего и не ответил Чону, из-за этого нервничая ещё больше. Отец беседовал с банкирами в своём кругу, а Тэхён с бокалом шампанского пошёл прогуляться по залу, ожидая удобного случая, чтобы уйти. Его остановила молодая, очень приятная женщина и представилась главой какого-то очередного благотворительного фонда. Младший Ким старательно поддерживал беседу, не вникая в суть, мило улыбался, кивал в знак согласия и вдруг почувствовал на себе пристальный взгляд отца. Тэхён вопросительно поднял брови, однако Намджун приветливо салютовал бокалом шампанского, выказывая своё одобрение. Тэхён осмелел и бережно взял за локоток новую знакомую и повёл подальше от глаз. — Сонхо, я правильно запомнил Ваше имя? Не могли бы Вы мне немного помочь? Я опаздываю на важную встречу, Вы можете не сразу возвращаться в зал и потом, если отец спросит, скажите, что я где-то здесь. — О, да, конечно. Но и Вы обещайте заехать лично в наш фонд помощи животным. — Договорились. Спасибо. Через минуту Тэхён уже был на улице и набирал номер Чонгука. — Алло? Чонгук? — Тэхён, как я рад, что ты позвонил. Ты где? Я слышу шум улицы. — Я только что смог освободиться и не придумал заранее, куда нам пойти. Извини, пожалуйста. — Ты на служебной машине или сам за рулём? — Нет, я возьму такси. — Ты можешь приехать ко мне? Или это слишком для тебя? — Диктуй адрес. Я буду. Подъезжая к жилому комплексу, где снимал квартиру Чонгук, Тэхён начал осознавать, как нелепо будет выглядеть в смокинге, и в момент, когда он уже был готов просить таксиста развернуться, ему пришло сообщение с кодом от замка подъезда и квартиры. Шагнув в квартиру, Тэхён совсем оробел. В прихожей горел тусклый свет. Ким облокотился спиной на входную дверь и не двигался. — Ты что там шуршишь и не проходишь. — Чонгук показался в дверном проёме в домашней одежде с влажными волосами. — Я был в душе. Тэ, что с тобой? Чонгук приблизился и включил верхний яркий свет. — Боже мой, ты в смокинге! Как же он тебе идёт. Настоящий аристократ. Ты видел себя в зеркало? Как тебя там ещё не украли, на твоём мероприятии? Чонгук подошёл совсем вплотную, провёл рукой по щеке, спускаясь к подбородку. — Что-то случилось? — Я сам не знаю, — голос Кима звучал тихо и хрипло. — Хотел увидеть тебя. — Иди ко мне. Чон прижал парня к своей груди, немного постояв, он обнял голову Тэхёна двумя руками, наклонился ближе и поцеловал мягкие губы. Сначала словно на пробу нежно и невесомо, затем сильнее и напористее. Разорвав поцелуй, Чонгук склонился к его ногам и стал развязывать шнурки на туфлях, аккуратно те снимая. — Проходи. Осторожно ступая, будто боясь кого-то потревожить, Тэхён прошёл в комнату и остановился. Сзади подошёл Чонгук и обнял со спины, уткнувшись в волосы на затылке, ероша их носом. — У тебя обалденный шикарный парфюм. Чон поцеловал шею, отодвигая воротник смокинга, руками нащупывая пуговицы спереди. — Давай снимем твой фешенебельный наряд. И отправил смокинг на ближайший стул. Продолжая своё дело, взялся за рубашку, сначала выправив её из брюк, затем расстёгивая по одной пуговке и не останавливая поцелуи, которые уже гуляли по плечам, обратно возвращаясь к шее. — Ты не представляешь, насколько ты красив. Руки орудовали с ремнём на брюках и добрались до ширинки. Тэхён нервно дёрнулся, пытаясь остановить руку Чонгука. — Расслабься, пожалуйста, всё будет хорошо. Интимный шёпот в совокупности с поцелуями действовал возбуждающе, Киму казалось, что он сейчас начнёт постанывать. Чонгук развернул Тэхёна к себе лицом и стянул штаны, подталкивая того спиной к креслу и аккуратно усадил, поддерживая за спину. Брюки тоже полетели на стул. В расстёгнутой белой рубашке, сидя в кресле с раздвинутыми ногами, Тэхён выглядел сексуально до головокружения. — Это лучшая картина в моей жизни. Чонгук выцеловывал грудь, живот, спускаясь всё ниже, поглаживая и раздвигая бёдра ещё шире, добираясь до заветного места. Припустив трусы, он губами сразу поймал влажную головку. Не сдерживаясь, Тэхён застонал в голос. Рука заскользила вверх-вниз, второй рукой Чон добрался до яичек и начал их нежно сминать, вбирая член полностью в рот. — Не надо Чонгук, мне стыдно. Как будто не слыша, Чонгук наращивал темп, стараясь доставить удовольствие по максимуму. — Чонгук, Чонгук, Чонгук, — как заведённая пластинка повторял Ким. — Остановись, я сейчас кончу. А-а-а… Тугая струя спермы выстрелила прямо в рот. — Прости, я не успел вытащить. Тебе сильно противно, да? — слезинки одна за другой скатывались по щекам. Чонгук поднял довольное лицо, не совсем понимая, что происходит. — Тэ, успокойся. Мне очень хорошо, я сам этого хотел. Ты чего? Тебе никогда не делали минет? Тэхён кивнул, утирая продолжавшиеся катиться слёзы. Чонгук сел сбоку на кресло, насколько позволяло место и прижал голову Тэ, начиная его покачивать и поглаживать как ребёнка. — Так ты у меня совсем неопытный, оказывается, почти девственник. Значит, будем познавать искусство любви вместе. Тэхёну было хорошо и спокойно на душе и физически, но через какое-то время вернулось беспокойство. — Мне надо идти, отец, наверное, уже дома. Прости, я постараюсь в следующий раз для тебя. — Звучит обнадеживающе. Я про следующий раз. Тэхён начал одеваться и заметил мягкие игрушки, медведя и зайца, которые лежали рядом на полке. — Это наши? Так мило. — Ты так быстро исчез в тот раз, мне пришлось забрать их себе. — Хорошо. Пусть я буду твой медвежонок. — Ким с довольной улыбкой попрощался. — Я напишу тебе, заяц! Дома, не встретив отца, он быстро пробрался в свою комнату, где перебирал в мыслях последние часы этого вечера, Чонгук был невероятный, но надо усыпить бдительность старшего Кима. На неделе, Тэхён, как и обещал Сонхо, заехал в благотворительный центр. Обсудив ситуацию по привлечению внимания к проблеме по защите животных, он предложил разместить рекламу на пачках с рисом у одного из производителей. — Мне только надо всё согласовать с отцом. О результатах сообщу. Сонхо не уставала его благодарить за хорошую идею. Отец тоже был не против. Вечером дома Намджун завёл разговор о Сонхо. — Я поинтересовался её фондом, она молодец, делает много полезного. Вижу, что она тебе нравится, Тэхён. Репутация у неё хорошая, только вот она старше тебя на четыре года. Может пригласить её на ужин? Узнать получше. — Я подумаю, отец. На субботу Тэхён планировал встретиться с Чонгуком, и чтобы было проще избежать вопросов от отца, на обед он пригласил Сонхо в ресторан, освободив таким образом вечер. Ким настроился на важный откровенный разговор. Уютный зал ресторана создавал тёплую атмосферу, Тэхён выбрал столик, скрытый от посторонних глаз. Сделав предварительный заказ, он ожидал девушку. Сонхо появилась в элегантном брючном костюме, с лёгким макияжем, длинные прямые чёрные волосы были собраны в высокий хвост. Ким тоже выбрал неофициальный стиль одежды, бежевые брюки и светлую рубашку без галстука. Поприветствовав друг друга, сначала они болтали о пустяках. — Сонхо, я не хочу ничего скрывать, так же как и использовать наше знакомство. Скажу прямо: мой отец подумал, что я проявляю к тебе интерес как к женщине. Ради бога, не обижайся, ты хороша во всех смыслах, но у меня другие предпочтения. У меня есть друг, парень, если ты понимаешь, о чём я… — Пожалуйста, не переживай. Я поняла ещё в тот вечер, что у тебя кто-то есть, ты так спешил. И откровенность за откровенность, мне нравятся мужчины постарше, — девушка мило улыбнулась, — я бы лучше предпочла твоего отца. — О, могу поспособствовать, ему бы точно не помешало иногда отвлечься от работы. — Посмотрим по обстоятельствам. А ты по возможности можешь сослаться на меня для прикрытия, только предупреди заранее. После обеда Тэхён подвёз Сонхо к подруге, а сам на всех парах помчался к реке Хан, где они договорились встретиться с Чонгуком. Возле воды было прохладно, Тэхён надел кожаную куртку и грел руки в карманах. — Замёрз? Рука Чонгука легла на плечо и слегка прижала. — Может, поедем ко мне? — Давай немного пройдёмся. Аллея вдоль реки навевала грустную нотку своим октябрьским видом, половина листвы уже опала, обнажая голые тёмные ветки, речной ветерок пытался сорвать оставшиеся и бросить под ноги немногочисленным пешеходам. Влажный воздух оседал редкими капельками на одежде и волосах. — Чонгук, я боюсь, — подал голос Тэхён. — Чего именно? — встревожился Чон. — Боюсь влюбиться в тебя, боюсь наших отношений, боюсь реакции своего отца. Он может навредить тебе. Чонгук просунул свою руку в карман Тэхёна. — О, да у тебя руки совсем холоднючие, поехали, надо в тепло и чаю горячего. Чон не хотел серьёзных разговоров, не сейчас. В квартире Чонгук умело орудовал на кухне, заварил чай, на столе появились печенье и сладости. — Согрелся? — Чон сграбастал ладони Тэ своими и прислонил к щеке. — Тёплые. Он начал целовать каждый палец сначала на одной руке, затем на другой. Ким сидел неподвижно, не отводя взгляда от парня напротив. Чонгук подвинулся ближе, и Тэхён сам потянулся за поцелуем. Их языки встретились и исполняли, только им двоим понятное, танго. Этот танец переместил парней в спальню. Наполовину обнажённый, лёжа под Чонгуком, который настырно ласкал языком соски, Ким зашептал прямо в ухо. — Гуки, мне страшно. — Милый, что на этот раз? Ты говори, говори… — Тогда в Лондоне, тот парень, он был такой худенький и низкий ростом, больше напоминал девушку, и я… — Тэхён неуверенно замялся. — И ты был в верхней позиции, — закончил за него Чонгук, — я всё понял ещё в тот раз. Не беспокойся, я подготовился для тебя. — Но ты такой широкоплечий, мы даже одного роста. — Это ни о чём не говорит. Когда ты решишься попробовать сам, то поймёшь, что от этого удовольствия не меньше. Я хочу тебя. Не забивай голову, просто отдайся эмоциям и страсти. Весь дрожишь уже… Доверься мне. Чонгук так искусно распалял тело Тэ, что внезапно оказался лежащим на спине, а Ким с затуманенным взглядом, уже пристраивал свой член к сокровенному смазанному входу, заблаговременно надев презерватив. — Я буду осторожен. Теперь это было уже не танго, а чувственная бачата и откровенный реггетон, позволяющий слиться с партнёром вместе в одном страстном порыве. Время после секса такое драгоценное, хочется пить его маленькими глоточками, купаясь в нежности. — Тэхён, не уходи так быстро. Ты не подросток, и если не придёшь ночевать, то это нормально для молодого мужчины. — Только отец подумает, что я с Сонхо, а я не могу так подводить девушку. Он потом начнёт выяснять правду. Уже полностью одетому и стоящему в дверном проёме Тэхёну прилетела в спину большая мягкая игрушка. — Заяц? — Поднимая с пола игрушку, удивился Ким. — Да, ты заяц, а я медведь. Ведь ты убегаешь от меня. — Ах так! Тэхён запустил игрушкой назад в Чонгука, тот схватил медведя и швырнул в голову Тэ. Парни перекидывались как малые дети, попадая куда попало, потом начали смеяться и кататься по полу, в итоге оказались в объятьях друг друга. — Так не хочу тебя отпускать. — Чонгук клюнул губами в нос Тэ. — Всё слишком быстро. Мы знакомы только месяц. Тэхён отряхивал одежду, приводя себя в порядок. — До следующих выходных.

***

Младший Ким уже стал незаменимым на фирме отца. Ему самому было интересно и в удовольствие работать. Отдельный просторный кабинет располагался напротив кабинета Намджуна. Тэхён сам подбирал удобную мебель, картины на стены, стеллажи с необходимыми справочниками и даже пару-тройку комнатных цветов. Обычно у всех на рабочих столах традиционно стояли семейные фотографии. Поставить фотографию с отцом, означало бы подчеркнуть их родство, что могло создать некомфортную атмосферу для собеседников. Он бы не отказался от фотографии Чонгука, но это было невозможно, его глаза постоянно бы косили в сторону фото, да и как объяснить… Телефонная галерея Тэхёна потихоньку заполнялась фоточками Чона: вот он на горе Намсан на фоне панорамы Сеула, вот возле реки Хан, вот на кухне с кружкой чая, вот в обнимку с розовым зайцем. Усилием воли Ким заставлял себя не смотреть в телефон, но мысли каждый раз в минуту отдыха после выполненного дела, возвращались к Чонгуку. Чон тоже не отставал и наделал множество фотографий Тэ на природе, просто на улице, дома, в кафе. Ким был очень фотогеничен, с любого ракурса его лицо было не просто красиво, а создавало неповторимую ауру. Встреч только по выходным стало мало. Парни начали обмениваться краткими сообщениями утром, днём, вечером. Пару раз, когда Тэхён встречался с партнёрами не в офисе, он заезжал к Чону на работу, и они ходили в ближайшую кофейню. За краткими диалогами они научились разговаривать глазами, передавая всю гамму чувств. И оба ждали выходных, когда можно провести целый день вместе. В хорошую погоду встреча начиналась с прогулки, в пасмурную и холодную — Тэхён сразу приезжал к Чонгуку, они смотрели вместе фильмы, готовили ужин, и каждый раз эти встречи заканчивались бурным сексом. Они словно изголодались по телесной близости, у Кима уже не было первоначального смущения, он чаще брал инициативу на себя, а Чонгук не возражал, полностью растворяясь в неге. Перед уходом Ким пошёл в душ. Вода текла по стеклу, как и мысли Тэхёна, спускаясь дорожками вниз, рисуя узоры. И настроение тоже начало стремиться вниз при мысли, что опять расставаться. Дверь кабинки скрипнула. Чонгук уверенно вошёл под поток воды и обнял Тэ. — Останься, хочу проснуться вместе. Чонгук целует такую любимую шею, слегка прикусывая кожу. — Хорошо, я не уйду сегодня. Тёплая постель. Переплетённые руки-ноги. Тихая, нежная, полная доверия, спокойная ночь. Утром дома Тэхёна в гостиной встретил отец. — Вижу, твои отношения развиваются. — Что? — Я о следах на твоей шее. И раз уж ты тянешь с более близким знакомством, я сам пригласил Сонхо сегодня на обед к нам домой. Она тебе не говорила? — Нет. — Тэхён был растерян. — Она заходила накануне в офис, тебя не было. Пожертвования в её фонд после рекламы возросли вдвое, да, наверное, ты и сам всё знаешь. В своей комнате младший Ким ходил из угла в угол, как запертый в клетке, решая, стоит ли позвонить девушке заранее и отменить встречу или, наоборот попробовать их сблизить с отцом. Но как? Может, Сонхо сама подыграет ему, раз согласилась на этот обед. Какое-то нехорошее предчувствие тяготило Тэхёна. Главное, не навредить Чонгуку. Одно только это имя хотелось повторять бесконечно. Вспомнив утренний поцелуй перед уходом, сердце забилось быстрее, это было так тягуче сладко, хотелось приклеиться к этим медовым губам навсегда. Шёл третий месяц их отношений, Тэхён отчётливо понимал, что Чонгук именно его человек, которого так не хватало в жизни, с ним было хорошо всё: разговоры, совместные трапезы, лёгкие прикосновение, уютное молчание и, конечно, минуты близости. В этом плане они так гармонично подходили друг другу, чувствовали на подсознательном уровне, не подстраиваясь, ощущали желание партнёра как своё, то долгие нежные ласки, то несдержанные движения, когда, входя в нутро, становишься одним целым, когда отдавать хочется больше, чем получать и ни с чем не сравнимые волны удовольствия дарят счастье, то чувство жажды жизни, от которого вырастают крылья. Крылья любви! Обед с Сонхо и Намджуном был полной катастрофой. Разговор не клеился. Тэхён был плохой актёр. В понедельник утром Намджун вызвал к себе в кабинет начальника безопасности Ли Сван. — Я к тебе с деликатной просьбой. Мне необходимо узнать, с кем встречается мой сын. Только сделай всё аккуратно и конфиденциально. — Будет исполнено. Всё выполню сам. Как срочно нужна информация? — Как только убедишься, что всё достоверно. Весь рабочий день Тэхён не находил себе места, мерзкая тяжесть засела в груди, не давая сосредоточится на делах. Он написал Чонгуку сообщение с просьбой о встрече вечером. Подъезжая к офису, где работал Чон, младший Ким не заметил за собой слежки. Чонгук приземлился на переднее сиденье. — Привет, рад тебя видеть. Тэ, ты что такой набыченный? Что-то случилось? — Думаю, отец что-то заподозрил. Вчера у нас была Сонхо, он задавал нам вопросы как на допросе, и мы его с треском провалили. Я ничего не знаю о её интересах, помимо благотворительности. Чувствовали себя школьниками на экзамене. Чонгук, если отец доберётся до тебя… Я боюсь, и я не хочу потерять тебя. Что делать? — Тэхён с силой ударил по рулю. — Поехали. Надо успокоиться и подумать. Машина резко сорвалась с места и влилась в вечерний поток автострады. Незаметный чёрный автомобиль последовал за ними. Приехав на любимое место возле реки Хан, они решили прогуляться. Осенний день катился к закату, сумерки медленно переходили в темноту. Парни свернули с широкой освещённой тропы ближе к реке. — Может, я сам поговорю с твоим отцом, попробую объяснить, — начал Чонгук, — Неужели он не хочет счастья своему единственному сыну. — Он человек старой закалки, тем более на виду. Он не допустит скандала в своём окружении. — Чонгук, — Ким провёл рукой по лицу Чона, — не так я себе представлял своё признание, но судьба решает за нас. Я люблю тебя. Тэхён вложил в поцелуй все свои чувства сейчас, сердцем понимая, что это решающий момент. За соседним деревом на мгновение вспыхнул свет и послышались быстро удаляющиеся шаги. Парни оглянулись, но ничего не увидели в темноте. Такой важный шанс был упущен. — Пошли, я довезу тебя домой, — еле скрывая сожаление, произнёс Тэхён. Его надежда на ответное признание оборвалась и горьким комом осела в желудке. Чонгук всю дорогу молчал, тем самым ещё больше нагнетая плохое настроение у Кима. Возле подъезда он поспешно затормозил и торопливо разблокировал двери. — Тэхён, может, поднимешься ко мне? Ты весь как натянутая пружина. Ещё ничего не случилось. — Чонгук попытался смягчить обстановку. — Не сейчас. Возможно, нам придётся расстаться, — в голосе явно слышалась досада. — Тэ, не драматизируй. — Мне надо ехать, — отрезал Тэхён. — Напиши перед сном, буду ждать. Вжимая с силой педаль газа, Тэхён ещё два часа мчался по магистрали то в одну сторону, то в другую, где встречные огни напоминали цветную гирлянду. Музыка гремела на весь салон, мысли тесным обручем сдавили голову: он поспешил с признанием? Чонгуку всё равно? Почему так больно? И ещё сто разных «почему». Уже за полночь Ким загнал машину в гараж и поднявшись к себе, принял две таблетки снотворного, отключил телефон, гонять одни и те же мысли не было сил. Утром Тэхён чуть не проспал на работу, уже зайдя в свой кабинет, разблокировал телефон, в котором обнаружил 50 сообщений от Чонгука: «Тэхён, прости, пожалуйста, за вчерашнее. У меня никогда не было серьёзных отношений, я немного растерялся», «Мне уже плохо без тебя. Ответь, пожалуйста», «Тот день на ярмарке, когда я встретил тебя, был лучшим днём в моей жизни», «Тэ, не молчи», «Когда я вижу тебя, прикасаюсь к тебе, моё сердце бьётся в два раза быстрее», «Когда ты рядом, я счастлив», «Если ты не ответишь, я приеду к тебе на работу и буду просить прощение на коленях», «Тэхён, я тоже люблю тебя!», «Действительно, люблю. Поверь мне», «Сильно люблю!», «Люблю, люблю, люблю»… Тэхён стоял как истукан и перечитывал сообщения в пятый раз со счастливой улыбкой на лице, как в дверь постучался секретарь и напомнил о деловой встрече через час. Надо было срочно подписать документы у отца. Дойдя до кабинета и уже взявшись за ручку двери, Тэхён неожиданно услышал свой голос, доносящийся из комнаты.Это было его вчерашнее признание. Ступор. — Вот ещё фотографии, где отчётливо виден поцелуй. Было темно, я применил вспышку и, видимо, вспугнул их. — Голос Ли Свана был хорошо слышен. — Разузнай всё про этого парня. Всё, где родился, кем работает, где живёт, что ест и пьёт и так далее. — Намджун был зол как никогда. Дальше Тэхён дослушивать не стал, необходимо было действовать на опережение. Оставив документы секретарю, Ким соврал, что ему необходимо подъехать в другой офис к поставщикам. — До встречи успею вернуться. Если задержусь, предложите гостям кофе, — давал распоряжение на ходу Тэхён. Вылетев пулей из здания, он тут же набрал номер Чонгука. — Тэ, привет! Хорошо, что ты позвонил. — Чонгук, извини, не до приветствий, дорога каждая минута. Нас вчера снимали на камеру, там на реке, и всё доложили отцу. Служба безопасности уже занимается тобой. Тебе надо исчезнуть, хотя бы на время. У меня есть личные сбережения, я тебе помогу. — Погоди, а ты? — Буду разруливать ситуацию, как смогу. — Нет, если убегать, то только вместе, иначе я останусь в Сеуле. — Хорошо, времени на раздумья нет, быстро бери такси и поезжай домой, собери необходимые вещи. Я займусь билетами, буду у тебя через тридцать минут. Тэхён был настроен решительно, второй раз он не даст отцу разрушить своё счастье. Свою машину он оставил у офиса, а сам на такси уже мчался в банк снять как можно больше наличных, по дороге успев купить билеты себе и Чонгуку. За своими вещами заезжать не стал, экономил время. Чонгук быстро кидал в чемодан всё, что попадалось под руку. Входная дверь щёлкнула, Тэхён вихрем ворвался в комнату. — Главное документы возьми. У тебя вылет через 2 часа в Париж, оттуда в Рим. А я сначала в Лондон, потом тоже в Рим. Я забронировал нам разные отели. Я сам тебя найду, сиди в номере, телефон по прилёте заблокируй. Думаю, маячки нам ещё прикрепить не успели, но осторожность не помешает. — Мы похожи на шпионов. — Что сказал на работе? — Что заболела родственница. Я возьму свой ноут, буду работать на удалёнке. — Тебя же могут выследить. — Тэ, я хороший программист, знаю некоторые хитрости блокировки, не вычислят. Мне же нужно тоже деньги зарабатывать, не буду же я на твоей шее сидеть. Чонгук пытался засунуть мягкие игрушки, зайца и медведя, в чемодан, но они упорно пытались вывалиться обратно, то ухо зайца, то нога медведя выскакивали наружу, не давая закрыть замок. — Что ты делаешь? Оставь их здесь, они слишком объёмные. Надо торопиться. Чону всё-таки удалось справиться с чемоданом. — Теперь всё в порядке. Ты прочитал мои сообщения? Ты же понимаешь, что у меня всё серьёзно? Чонгук приблизился и обнял за талию. — Один поцелуй, — прошептал куда-то в шею Тэхёну и накрыл алые губы своими. В аэропорту всё происходило слишком стремительно, парни успели обменяться рукопожатием и говорящими взглядами. — До встречи в Италии. Перед самым взлётом Тэхён спешно набрал Сонхо. — Привет! Я вынужден на некоторое время покинуть страну. Буду тебе очень благодарен, если сможешь донести до моего отца мысль, что не стоит ломать жизнь кому бы то ни было из-за устарелых принципов. Постараюсь связаться с тобой позже. И спасибо за всё. В кабинете старшего Кима даже воздух был таким тяжёлым, будто сжался от напряжения. — Куда ты со своей охраной смотрел? — голос Намджуна отскакивал от стен со свистом баскетбольного мяча. — Виноват, господин Ким. С камер внешнего наблюдения видно, что Ким Тэхён воспользовался такси, машина осталась на стоянке, домой он не возвращался. Пробили информацию по парню. Зовут Чон Чонгук, 25 лет, работает программистом. Один человек поехал к нему на работу, другой по адресу проживания. Найдём. — Ли Сван стоял по стойке смирно. — Обязаны найти. К вечеру стало известно, что парни покинули Корею, телефоны у обоих были отключены. Намджун приказал не останавливать поиски. Ещё через день установили, что Тэхён и Чонгук оба прилетели в Рим. — Свяжись с местными детективами или ещё с кем, пусть ищут, два человека не иголка в стоге сена. Если надо, привлекай мафию, пусть проверят каждый уголок не только в столице, но и по всей стране. Намджун не находил себе места, как он не заметил, что сын опять увлёкся не тем, кем надо, и всё из-за Сонхо, она ввела его в заблуждение. Волна злости перекатилась на девушку, он решил заехать к ней в фонд. Сонхо уже запирала дверь кабинета, как на неё неожиданно буквально налетел Ким Намджун. — Вы поступили нечестно, можно сказать, обманули меня. — Здравствуйте, господин Ким. Я не совсем понимаю, в чём Вы меня обвиняете? — На том благотворительном вечере вы с Тэхёном мило уединились, потом он часто ездил в ваш фонд, пропадал на все выходные, а теперь он сбежал неизвестно с кем, — продолжал напирать Намджун. — Извините, но с Вашим сыном я встречалась исключительно по работе, он искренне помогал нам, так как очень любит животных, Вы и сами это знаете. Вы сделали ложные выводы, а претензии предъявляете мне. Возможно, у Вас не слишком доверительные отношения с сыном, раз он не предупредил Вас об отъезде, — как могла защищалась Сонхо. Намджун опешил от смелости девушки, но всё же решил изменить тактику, чтобы выведать хоть какую-нибудь информацию. — Сонхо, скажи, пожалуйста, тебе что-то известно о личной жизни Тэхёна? Он что-нибудь рассказывал? — Я знаю, что у него есть любимый человек и он очень дорожит им. Перед самым отъездом Тэхён позвонил мне и попросил, чтобы Вы попытались пересмотреть свои взгляды ради счастья сына. — Это неприемлемо. Только не в нашей стране. Портить репутацию ради… — чертыхался Ким. — И мне нужен внук. — Ну вот, Вы опять в первую очередь думаете о себе, — с сожалением сказала Сонхо. — Я тебя прошу, если Тэхён выйдет на связь, сообщи мне, и ему передай, что жду его.

***

— Ну почему Пиза? — удивляется Чонгук. Парни встретились, как и договаривались, в номере отеля. — В столице шумно, да и я могу случайно встретить кого-нибудь из знакомых. А там снимем домик на окраине, будем вести себя тихо. Чонгук повалил Тэхёна на кровать, нетерпеливые руки пролезли под футболку, мягко гладя кожу, языком уже исследовал любимые ключицы, носом утыкаясь в шею, втягивая родной запах. — Я подготовился, пока ждал, соскучился до невозможности. Потрогай, какой я открытый для тебя. Чон вперемешку с ласками избавлялся от одежды. — Гуки, с ума меня сводишь. Тэхён теснее жался к сильному телу, приличных размеров член истекал смазкой, осторожно входя, он начал плавные движения под ободрительный шёпот Чонгука. — Так хорошо, ты такой красивый, не останавливайся, прошу… Их секс был пропитан нежностью и заботой, каждая клеточка тела отзывалась на ласки друг друга, словно они качались на волнах любви, как надёжный парусник посреди безбрежного океана.

Италия. Месяц спустя.

Чонгук догадался, что его привезли к морю. Не развязывая глаза, сопровождающие подталкивая в спину, перевели его по трапу на яхту и завели в каюту. — Ты немного будешь здесь, пока улаживать дела. Тебя никто не обидеть. Кушать, отдыхать. Не надо убегать. Яхта будет в море, кругом вода. Мы следим. Итальянец с плохим английским показал на камеры, встроенные в стены просторной каюты, предварительно развязав глаза и руки. Похитители закрыли дверь на ключ и ушли, заработал мотор, судно вышло в море. Чонгук осмотрелся — выломать окно или дверь было невозможно. На небольшом столике в вазе были фрукты, в другой свежая выпечка, рядом на подставке горячий кофейник. Не верилось, что только недавно Тэхён пёк блинчики им на завтрак. При воспоминании о Тэ сердце защемило: «Как он там?», «Связано ли это с его отцом?», очень много вопросов, на которые пока нет ответов. Главное — не паниковать, а оценивать обстановку трезво, решил для себя Чонгук. В салоне — гостиной похитители, Лоренцо и Маттео, отчитывались перед боссом Франческо Бруно, который наблюдал за Чоном через монитор. — Молодцы. Фото и видео я отправил в Корею, ждём дальнейших указаний, деньги они обещали хорошие. За аренду одной этой яхты отвалили приличную сумму. Получив материалы из Италии, Ли Сван схватился за голову. — Что наделали эти болваны? Они похитили Чонгука, а надо было Тэхёна. Весь план летит коту под хвост. Что мне докладывать господину Киму? Ли набирает номер Бруно и через переводчика высказывает всё, что думает об этой ситуации и непрофессионализме организации, которые хвалились своим умением сделать всё на высшем уровне. — Как не тот человек? Вот же фотографии, что вы прислали, а вот те, что я вам отправил, это один и тот же парень, — защищался Бруно. — Да нет же, придурок ты этакий. Там же были фото и другого парня. Вам нужно было схватить Ким Тэхёна. — А разве это не он? — Нет, это Чон Чонгук. У тебя что, глаза на затылке находятся? — Да они же на одно лицо. Это же один и тот же человек. Мы ориентировались на одежду. — Лучше бы вы ориентировались на свои мозги, болваны. Я пойду докладывать шефу. Бруно со злости ударил по столу кулаком. — Лоренцо, Маттео, вы видите различие между этими фотографиями? — Нет, босс, все корейцы на одно лицо. — Вот и я о том же. Надо было спросить, как его зовут, прежде чем тащить в машину. — Но мы же действовали быстро и осторожно, чтобы он не начал сопротивляться и не поднял шум. — Тоже правильно. Ладно, будем ждать. Первоначальный план, придуманный Намджуном и Ли, предполагал, что мафия похитит Тэхёна и предложит Чонгуку выкупить того за очень большие деньги. Естественно, что таких денег у него нет, и здесь два пути: либо он начнёт искать разные варианты, вплоть до ограбления или взятия кредита, но это быстро не сделать, либо обратится к старшему Киму. А тут уже условия будет диктовать Намджун, и главное из них — это отказаться от Тэхёна. А если не обратится, то Намджун сам быстро якобы выкупит сына, показав тем несостоятельность и слабость Чонгука. Итог один: парни должны расстаться и, желательно, на плохой ноте. Теперь же после доклада Ли Свана ситуация поменялась с точностью наоборот. — Не думал, что итальянцы так оплошают, — сокрушался Намджун. — Что ж, теперь будем ждать звонка Тэхёна, он точно попросит помощи. Условия всё те же, возвращение в Корею и разрыв с Чонгуком. Так, я поеду к Сонхо, может он ей позвонит первой. Уже пятый час подряд Тэхён гипнотизировал телефон, не зная, что предпринять. Что Чонгука похитили, не было никаких сомнений, значит должны требовать выкуп. Причастен ли к этому отец, здесь пятьдесят на пятьдесят, может это просто местные бандиты, решили поживиться. Однако время шло, а ничего не прояснялось. Милый уютный светлый домик наполнялся гнетущей тишиной. Время, проведённое здесь вместе похожее на медовый месяц, где всё было пропитано любовью, нежностью и заботой, вдруг обернулось отчаянием и страхом за любимого. Просто ждать стало просто невыносимо. Тэхён набрал номер Сонхо. — Сонхо, привет! — Ким пытался придать голосу безмятежный оттенок, — Как твои дела? Ты заезжаешь к нам на фирму? Давно моего отца видела? Сонхо находилась у себя дома вместе с Намджуном, который приехал час назад. Она не могла понять, что именно привело господина Кима сегодня к ней, они вели светскую беседу в момент, когда позвонил Тэхён. Намджун приложил палец к губам и покачал головой, показывая, чтобы Сонхо не выдала, что он рядом. Девушка поднялась и ушла к себе в спальню, плотно прикрыв дверь. — Тэхён, рада тебя слышать. У тебя что-то случилось? — понижая голос, произнесла Сонхо, — Твой отец в соседней комнате, приехал недавно, но ничего не говорил о тебе. — Значит, всё-таки это его рук дело. Понимаешь, похитили Чонгука. Теперь мне становится ясно. Не давай ему пока мой номер телефона. Я подготовлюсь и позвоню ему сам. — Тэхён не смог сдержать слёз от обиды. — Почему близкий мне человек, так жесток. Тэхён отключился, а Сонхо ещё долго стояла в раздумьях, пока в дверь тихонько не постучал Намджун. — У тебя всё в порядке? — Нет, не в порядке. — Девушка резко распахнула дверь и вышла. — Не могу поверить, что Вы способны на такие низкие поступки. Вы всегда очень нравились мне, и своим твёрдым характером, и приятной внешностью, но сейчас я не могу Вас понять. — Я делаю это ради любви к сыну, ради его благополучия. — И поэтому причиняете ему боль и страдания? Это Ваша родительская любовь? Если он не оправдал идеальный образ, придуманный Вами, то надо его сломать, подчинить во что бы это ни было? Это так Вы представляете любовь? Что у Вас на сердце сейчас? — Сонхо почти что кричала, слёзы невольно покатились из глаз. Намджун большими шагами мерил комнату. — Боже, я сам не понимаю, что со мной творится. Я скучаю по сыну, он единственный мой родной человек. — Когда Вы в последний раз любили по-настоящему? Вам же, наверное, хотелось сделать счастливым этого человека. Так как же Вы не понимаете, что Тэхён счастлив с Чонгуком и любит его так сильно, что решился на побег, — девушка уже вовсю плакала, не скрывая слёз. Намджун устало опустился в кресло. Он пытался вспомнить то чувство эйфории, когда был влюблён, когда хотелось весь мир бросить под ноги любимой. Как давно это было… Работа в последние годы заменила и затмила все личные желания, не замечая в женщинах красоты и сексуальности, а выделяя только деловые качества. Глядя на плачущую Сонхо после всех её слов и обвинений, Ким понимал, что она права, мысли цепочкой выстраивались в голове, подводя к выводу, что Тэхён отстаивает своё право быть счастливым. Ким поднялся и подошёл к девушке, бережно вытер слёзы на щеках и нежно, с осторожностью легонько прижал к своей груди. Сонхо расплакалась ещё сильнее. Намджун поглаживал её по волосам, невольно положив вторую руку на талию. «Какая хрупкая и такая сильная характером». — Что же мне делать теперь? — Поговорите откровенно с сыном, он добрый, Вы же знаете, он всё поймёт, если Вы искренне раскаетесь. — Ты очень умная девочка, — Намджун осмелел и поцеловал тёмную макушку, которая находилась на уровне его груди. — Я взрослая женщина, мне тридцать, я старше Вашего сына. Сонхо набрала номер Тэхёна и протянула свой телефон. — Удачи! Тэхён морально готовился к разговору с отцом, понимая, что тот начнёт его шантажировать, но ради здоровья и благополучия Чонгука, он был готов на всё. За этот день младший Ким пережил и перечувствовал так много всего, что казался сам себе стариком, древней рухлядью. Переживания высосали все душевные силы, словно он превращается в деревянную куклу. На зазвонившем экране телефона высветилось имя Сонхо. — Тэхён, пожалуйста, только не бросай трубку, — зазвучал голос отца, — Я совершил большую глупость и хочу это исправить. Я не хочу тебя потерять. Я сейчас позвоню, и Чонгука отпустят, ему никто не причинил вреда, просто таким образом, я хотел вернуть тебя домой. Знаешь, эта девушка, Сонхо, открыла мне глаза, как будто они были зашторены. Тэхён, я хочу, чтобы ты был счастлив. Возвращайся… вместе с Чонгуком. Мне не хватает твоей помощи в фирме и дома так одиноко. Тэхён боялся не только моргать, но и дышать, мысленно молясь за Сонхо. Неужели ей удалось переубедить отца. — Хорошо, отец, мы с Чонгуком подумаем вместе. А сейчас я очень прошу, позвони своим людям, пусть его отпустят. Был поздний вечер, когда яхта пришвартовалась к берегу. — Стоит ли ему завязывать глаза или так отвезём назад? — Ой, да делайте как хотите. Корейцы оказались порядочные люди и заплатили нам по полной, как и обещали, — не мог сдержать радости Бруно. — Давай выходи, — дверь каюты открылась. Итальянцы посадили Чонгука в ту же машину. Каково же было его удивление, когда автомобиль затормозил возле дома, откуда его похитили утром. Тэхён бежал ему навстречу. Уже дома Ким осматривал и трогал каждый сантиметр любимого тела на предмет повреждений. Оба успокаивали друг друга тёплым чаем, нежными объятьями, ласковыми поцелуями. Парни долго не могли наговориться, Тэхён то злился на отца, то оправдывал его, предлагая Чонгуку самому сделать выбор, возвращаться или нет, смысла скрываться уже не было. Уснули они на рассвете, привычно переплетая руки-ноги, даря друг другу тепло и спокойствие. Это были тяжёлые сутки для семьи Ким: переоценка ценностей, боязнь потери близкого и любимого привело к пониманию истинных мотивов поступков и прощению ради будущего. Возвратившись на родину, у отца с сыном был не один доверительный разговор, общими стараниями их отношения стали напоминать ту дружбу, когда Тэ ещё взрослел и так нуждался в старшем, только теперь это было взаимная потребность в общении. Тэхён с удовольствием вернулся на работу, быстро вникнув в перемены, которые произошли без него. И он совсем не удивился, что теперь частым гостем не только у них в фирме, но и в доме отца, стала Сонхо. Наблюдая, как мягкая улыбка расплывается на лице Намджуна при виде девушки, Тэхён тихо радовался. Зайдя однажды вечером в кабинет к сыну, Намджун, смущаясь спросил, не будет ли он против его брака с Сонхо. — Папа, это будет замечательно. Сонхо прекрасная девушка, ты выглядишь рядом с ней помолодевшим и жизнерадостным. Бракосочетание было тихим, без прессы. Тэхён пришёл с Чонгуком. За столом не было никого напряжения, такая семейная идиллия и счастливые лица. Намджун объявил, что они ждут ребёнка. Спустя время парни купили себе квартиру побольше и с энтузиазмом её облагораживали. — Гуки, — послышалось из спальни, — это что? Ты их откуда откопал? Тэхён указывал на плюшевого медведя с зайцем. — Как же я мог их не взять с собой, с них же всё и началось. Они наш талисман. Чонгук с игривым взглядом положил руки на шею и потянул на себя. Губы привычно встретились в чувственном поцелуе. — Хочу сегодня страстного медведя в постели. Я буду убегать как заяц, а ты ловить и горячо любить. Ночью, и вправду, было горячо и страстно. За ужином парни выпили по бокалу вина. Сидя за столом, Тэхён ласково оглаживал бёдра Чонгука, притягивая его стул всё ближе и ближе, пока их колени не столкнулись. Поглаживания перешли на внутреннюю сторону бедра, подбираясь к паху. — Я тебе не дам убежать, розовый заяц. Ты мой. Тэхён подхватил Чона и усадил прямо на стол, сдвигая пустые бокалы. Язык дразнил губы, словно пробовал на вкус. Руки уже стягивали домашние брюки вместе с бельём, сначала с Чонгука, потом с себя. Твёрдые члены соприкоснулись, дыхание участилось, волна вожделения пронеслась по телу. Сливаясь воедино, размеренно двигаясь, бесконечно целуясь, ничего не замечая вокруг — это только их мгновения для двоих. Одновременный оргазм до звёздочек в глазах, до шума в ушах, до дрожи в ногах — это их тайна для двоих. Нежные слова, искренние признания, милые прозвища, пылкие клятвы — только друг для друга. Собственный гармоничный мир коконом окутывал две души, два тела.

***

Агрохолдинг готовился к очередному ежегодному празднику — Всемирному дню риса. На следующий день с утра была назначена официальная часть, потом фуршет, а на улицах — народные гуляния, конкурсы, ярмарка. Тэхён готовил небольшую речь для присутствующих на завтрашнем празднике. Телефон входящим звонком прервал мысли. — Тэхён, завтра ты будешь главным, представлять нашу фирму. У Сонхо начались роды, мы в больнице. Я так волнуюсь, что ничего не соображаю. — Так вроде рано ещё. Что говорят врачи? — Говорят, что ничего страшного, семимесячные малыши не редкость. Я молюсь всем богам, чтобы всё прошло благополучно. Я люблю Сонхо и нашего малыша. — Папа, всё будет хорошо. Мне приехать тебя поддержать? — Нет. Я тебе сразу позвоню, как будут новости. Рано утром стало известно, что на свет появилась милая здоровая малышка, младшая Ким. Перед встречей с партнёрами Тэхён успел заехать в больницу, Намджун сиял как золото на солнце, слова путались в улыбке, которая не сходила с лица, углубляя симпатичные ямочки на щеках. Он ни в какую не хотел ни на секунду уезжать от жены и ребёнка. В главном зале голос Тэхёна звучал торжественно. — Уважаемые партнёры и гости, прошу вас оставить дела на завтра, а сегодня предлагаю всем поднять бокалы за рождение маленькой госпожи Ким, моей сестры. Ура! Тэхён был рад за отца и Сонхо, предлагал гостям повеселиться, а сам с нетерпением ожидал момента, когда, как и год назад, он сможет тихонько покинуть офис, ведь Чонгук назначил ему свидание на той же улице, возле того же аттракциона. — Ты что, опять собрался стрелять? Чонгук, ну зачем нам ещё один медведь и заяц. — Тэхён, как и прежде не мог отвести взгляд от парня напротив. — Пошли лучше вкусняшки из риса кушать, здесь такое разнообразие, глаза разбегаются. Тэхён за руку потащил Чонгука к лоткам с едой. — А как Намджун назвал дочку? — Ынджин. — Что? Рисовый пирожочек? — Рисовая булочка! Заливистый добрый смех смешался со звуками ярмарки и отразился теплотой в сердцах двоих влюблённых.