Тот самый Ежангелион

Аншан стоял на пустой платформе вокзала. Поезд давно ушел, оставив после себя запах угольного дыма и ощущение, что возвращаться уже некуда. Он поднял глаза на вывеску: ИЖЕВСК. Буквы облупились, как его жизнь за последние пару недель. В одной руке он держал потрёпанный рюкзак с логотипом какого-то несуществующего бренда, а в другой — пластиковую бутылку минералки. Его отец обещал встретить его лично, но вместо этого рядом с вокзалом катилась чёрная "девятка", из окон которой звучала "Лоботомия" Летова. Машина резко остановилась перед Аншаном, и из неё выпрыгнула женщина в розовой спортивной куртке, джинсах и, о Боже, в кроксах с блёстками. — Ты, значит, Аншан, да? — сказала она, вынимая изо рта леденец. — Ну, прыгай, фембойчик, у нас тут времени нет, лоли-ангелы опять буянить начали. Аншан смотрел на неё так, будто она только что предложила ему продать почку. — Эм... извините, а вы кто? — Я Ффирт, мы с твоей мамой в доту играли, земля ей железобетоном. Теперь я твой наставник, а ещё по совместительству — главная по всему веселью здесь. Гармонист сказал, что ты тут как бы ни при чём, но, мальчик, тебе пора взрослеть. Садись в машину, поехали. — Постойте, какие ещё лоли-ангелы? — растерялся Аншан. — Я думал, что просто переехал пожить у отца... Что он вам сказал? Ффирт хлопнула дверью машины и теперь сверлила его взглядом. — Ну да, поживёшь. Но перед этим спасёшь Ижевск. Слушай, некогда объяснять, сейчас сами всё увидишь. Залезай бля! Аншан, всё ещё в шоке, забрался в машину. Внутри пахло энергетиками и свежими семечками. Ффирт вдавила педаль в пол, и они понеслись по улице, уворачиваясь от трамваев и пешеходов. Через десять минут они стояли у огромного подземного лифта, который больше напоминал старый советский гараж, где любили сидеть с пивом дедушки. Совсем же рядом находилась на удивление высокая хрущёвка. Аншан неуверенно посмотрел вниз, куда уходили бесконечные кабели и трубы. — Это что, лифт? — спросил он, чувствуя, как к горлу подкатывает паника. — Это не просто лифт, малой, — ответила Ффирт, нажимая на кнопку. — Это твой путь к славе. Ты теперь пилот "ЕЖа-01", и, поверь, это круче, чем ездить в такси. Ну, если ты, конечно, не умрёшь. — Какой ещё "ЕЖ"? — в голосе Аншана начали проступать истеричные нотки. — Я не подписывался ни на что подобное! Я просто хотел поиграть в доту в Ижевске, а не сражаться с какими-то ангелами! — Это не обсуждается, тебя на миде сука пудж размотал, — отрезала Ффирт. — Ну и ты же подросток, а подростки всегда ноют, так что я тебя не слушаю. Вон, видишь, идёт вон то существо? Это "Лоли-ангел". Ему плевать на твои чувства. А теперь двигайся! Из глубины города раздался низкий рёв, и Аншан заметил странное создание, приближающееся с горизонта. Оно выглядело как огромная кукла в школьной форме, держащая в руках гигантский леденец. — Смешно и мило, — прослезился Аншан. — Ага, мило-мило. Пока не ударит тебя в лицо своим леденцом на 200 мегатонн, — засмеялась Ффирт. — Ну что, ты готов стать героем Ижевска? Или хочешь, чтобы это сделал кто-то другой? — Я выбираю второй вариант... — Упс, слишком поздно выбирать, теперь ты просто мясо для ебли. Его затащили внутрь. Когда лифт наконец спустился вниз, и двери открылись, то первое, что увидел Аншан, было головой огромного робота. На его лбу красовалась большая чёрная зетка, а сам он был выкрашен в цвета советского флага. Только от одного его грозного взгляда у Аншана подкашивались ноги. — Это мой первый раз... — Слухай, Аншан, полезай уже в грёбанного робота, теперь ты часть специальной военной операции по делолизации Ижевска. Аншан тихо сглотнул и неровно зашагал к роботу, подталкиваемый Ффиртом. Он всё ещё не понимал, как его жизнь скатилась на полное дно. Хотя нет, он знал. Во всём была виновата ёбанная ДОТА. Аншан стоял перед экраном, на котором появилась суровая, угрюмая физиономия его отца. Гармонист сидел за столом, облокотившись на руки в идеально пирамидальной позе, как будто специально тренировался для этого. Лицо отца не выражало никаких эмоций, только холодный расчет. — Ты сядешь в ЕЖа, Аншан, — произнес он тоном, который не терпел возражений. — Нет! — Аншан скрестил руки на груди и чуть ли не топнул ногой. — Я просто школьник, схуяли я должен это делать? И почему вообще это должен быть я? Ты меня даже не видел десять лет, а теперь ждёшь, что я спасу всех? Это не моя проблема! Гармонист медленно приподнял бровь. — Ты был рождён для этого. — О, да, конечно, вот это "ты был рождён", — Аншан всплеснул руками. — Знаешь, отец, может, ты перестанешь использовать меня как инструмент? А лучше сам сядь в эту штуковину! Ффирт, чувствуя, что обстановка накаляется, вмешалась: — Аншан, блять, не ной и садись. Если ты не сядешь, то... — А если не сяду, что? Ты меня туда силой засадишь? — перебил её Аншан. — Трахну блять тебя. — Что? — Что? — Мы позовем другого пилота, — холодно прервал их Гармонист. Тон его голоса заставил Аншана замолчать. Через мгновение в комнату вошли санитары, вталкивая больничную койку. На ней лежал подросток, едва старше Аншана, покрытый бинтами, как мумия. Лишь один глаз был открыт, и этот взгляд, полный боли и усталости, был устремлён прямо на него. — Это Швайн, — пояснила Ффирт, наклонившись к Аншану. — Он... пилотировал ЕЖа до тебя, но во время последней битвы был серьёзно ранен. — Он? А похож на девушку, — пробормотал Аншан, глядя на изувеченного пилота. — Ага, точно как и ты, фембойчик. Только таких и берут. Швайн попытался что-то сказать, но только тихо застонал. Аншан заметил, как его лицо исказилось от боли, когда койка чуть качнулась на кочке. И тут откуда-то с поверхности раздался глухой взрыв. От тряски Аншан потерял равновесие и, к своему ужасу, упал прямо на Швайна. — О, чёрт! — Аншан тут же вскочил, испуганно глядя на неподвижного пилота. — Ты жив? Ты цел? Швайн слабо пошевелился, и его единственный открытый глаз посмотрел на Аншана. Он кажется что-то говорил. — Что? Я тебя не слышу, — Аншан подвинулся ко рту Швайна. — Убери... руки... с моего члена... — Ой, прости! — Аншан испуганно вскочил. — Ты полезешь в робота или я скажу всем, что ты пидорас, — поставила ультиматум Ффирт. — Хорошо, хорошо! — Аншан поднял руки в знак капитуляции, глядя то на Ффирт, то на экран с отцом. — Я сяду в эту чёртову штуку. — Отлично, — сказал Гармонист, чуть приподняв уголок рта, что, вероятно, в его понимании означало улыбку. Ффирт хлопнула в ладоши: — Вот и заебись! Ладно, пошли, у нас мало времени. Аншан чувствовал, что влип в какую-то страшную авантюру, но делать было уже нечего. Теперь он пилот.