Первый жизненный урок
8 ноября 2025 г., 23:26
Гори. Ему около четырёх лет.
Пока. Это имя всплывает в памяти Сосо как мутное, но навязчивое пятно из раннего детства.
Он был не похож на других людей, окружавших его отца. Не грузин. Русский. И не ремесленник или торговец, а "политический ссыльный". Слово, которое Сосо тогда не понимал, но чувствовал, что оно означает что-то чужое, опасное и в то же время притягательное.
Пока был главным собутыльником его отца. Сосо часто видел их вместе, сидящих в углу духана, где Бесо вел свои дела, или возвращающихся поздно вечером, поддерживая друг друга. От них обоих пахло вином и какой-то тоской. Пока был безнадежным алкоголиком, но в нем было что-то, что притягивало Сосо. Может быть, его тихая грусть, его непохожесть на громких, экспрессивных грузин.
Именно он, этот странный русский, принес Сосо подарок. Канарейку.
Он помнит эту маленькую желтую птичку в клетке. Она была лучиком света в их все более мрачном доме. Ее щебет заглушал ворчание матери и пьяные выкрики отца. Сосо мог часами сидеть и смотреть на нее, просовывать пальцы сквозь прутья. Это был его маленький, личный мир. Подарок от друга его отца.
Благодаря этому подарку, Сосо подружился с Покой. Он не боялся его, как начинал бояться Бесо. Когда Пока был трезв, он, говорил с Сосо, рассказывал какие-то истории о далекой, холодной России. Сосо был для него просто маленьким мальчиком, сыном его товарища по несчастью.
Но потом... потом пришла зима. И однажды Пока не пришел. Отец вернулся домой один, еще более мрачный и злой, чем обычно. А потом по городу поползли слухи. Поку нашли в снегу. Замерзшим. Мертвым.
Для Сосо, четырехлетнего ребенка, это было, возможно, первое столкновение со смертью не как с семейной трагедией (смерть братьев он не помнил), а как с обыденным, жестоким фактом. Человек был — и человека не стало. Его друг, подаривший ему канарейку, просто замерз в сугробе.
Смерть Поки ничему не научила его отца. Наоборот, он стал пить еще больше, словно пытаясь залить вином страх и пустоту. Он нашел себе нового собутыльника — отца Чарквиани. Но это было уже совсем другое.
А канарейка... Что стало с ней? Может, она умерла от холода в их доме? Или улетела? Или Сосо просто перестал замечать ее, когда ужас пьяных отцовских выходок стал заполнять все его существование?
