Эта пылкая любовь

Туилин вслушивалась в слова зеленоглазого эльфа, стараясь выловить между ними хоть мновения тишины. Не сказать, что голос Эграссы или его речь были ей неприятны, даже наоборот: голосом эльф обладал нежнейшим и мелодичнейшим, весь в свою покойную мать, Тейрассу, а лекция - интереснейшей, ведь он объяснял в ней принцип работы Искры, как разношерстная компания решила назвать не так давно появившийся у них орган. Эльфийку всегда влекла наука - необычная, связанная с крышесносными достижениями колоссального маштаба, каким и являлось мирохождение. Эграссель знал это еще с эльфийской академии и именно поэтому пригласил темноволосую поучаствовать в их деле, зная, что та будет только за. Туилин, запускавшая бумажные самолетики над головами одногрупников в лекторном зале во время пар по классическим наукам и с горящими глазами записывающая в тетрадь влияние одного материала на другой во время опыта на парах по химии, так как ничего большего, столь кардинально влияющего на мир в академии не было, естественно была согласна поучаствовать в том, что ей предложил Эграсса. Когда эльфийка загоралась какой-либо идеей, то тут же достигала желаемого, будь то изучение нового вида хищников, обнаруженных в Архее, или же изобретение компактной взрывчатки с глушителем для уничтожения соседской собаки, мешавшей перелезать через забор, дабы сбежать от матери, мечтающей сделать из нее настоящую леди-домохозяйку. В этом во всей эльфийской академии равными ей были лишь Лололошка и Эграссель. Туилин, как и они, вникала в тему, быстро вычленяла суть, а потом чуть улучшала, упрощала или модифицировала ее. Эльфийка незаметно перевела взгляд на окно, за которым пестрели колышущиеся под влиянием ветра яркие архейские деревья. Сквозь их листву пробивалось золотистое солнце, отбрасывая на землю лучи, которые из-за ресниц Туи видела словно медные, отливающие радужным, нити. За спиной зеленоглазой что-то скрипнуло и зашуршало, из-за чего та обернулась. За партой позади нее сидело существо, напоминающее смесь мастодонта с питекантропом с гладким лысым затылком, но на самом деле являющееся обычным человеком, просто волосатым и слегка туповатым. Это был Вальд, который из-за своей неуклюжести потянувшись за пакетом с поджаристой картошкой случайно подвинул стул, на котором сидел. Туилин тяжело вздохнула и повернулась обратно, переводя взгляд на более развитого интеллектуально полуэльфа, сидящего справа. Если Вальдхара эльфийка откровенно недолюбливала, то к Лололошке, которым и являлся ее сосед по парте, относилась терпимо несмотря на его вторую, кроме эльфийской, расу, ведь уважала его ум и энтузиазм, которым он умудрялся еще и подзаряжать окружающих, но тем не менее для порядка иногда отпускала в его сторону легкие подколы, однако с каждым днем они все больше напоминали дружеские. Сейчас обладатель клетчатого шарфа сосредоточено глядя на Эграссу сквозь полукруглые очки, внимал его словам так усердно, словно это была самая интересная информация на свете. Хотя, может быть, так оно и было? Лололошка был непростым. Он не был умным или глупым, он был гением, и это признавали все, включая Туилин. За все годы своей жизни он изучил все существующие науки Архея, а не так давно и некоторые за его пределами сразу после получения Искры. В библиотеке его памяти таилось столько знаний, что страшно представить. На любой заданный вопрос Ло отвечал не задумываясь и моментально. Если он когда-нибудь заведет семью и у него будет ребенок-почемучка, то оба будкт счастливы - и отец, с радостью отвечающий на вопросы, и сын или дочь, целыми днями получающий новые знания. Но это все вряд ли, ведь Ло никогда не искал отношений, полностью сосредоточившись на науке и не обращая никакого внимания на часто подкатывающих к нему дамочек, завидевших "такого хорошего парня". В этом Туилин Лололошку отчасти понимала. Она тоде не хотела ни с кем отношений, раз за разом отвергая назойливого Вальда, однако причина у нее была другая. Мать эльфийки желала поскорее выдать дочь замуж и искала ей жениха чуть ли не с коляски, а Туи, обладающая не самым легким характером, как обычно шедшая во всем наперекор ей, противилась и этому. Даже спустя несколько лет эта установка зеленоглазой осталась прежней, пускай тот подростковый максимализм уже прошел. К стройной длинноволосой эльфийке пытался подступиться не только Вальд, но и многие другие представители разных рас, но она посылала и их, даже не глядя на ум, богатство или статус в обществе. Такой уж она была - непреклонной, дерзкой, ради своих принципов готовая на все Туилин растворялась в этом спокойствии, что царило в аудитории и своих мыслях - тягучих, плавно переходящих одна в другую, используя промежуточными "мостиками" между ними красочные ассоциации. Голова эльфийки сама собой склонилась вбок и легла на плечо носителя клетчатого шарфа. Лололошка вздрогнул, но препятствовать не стал, видя, что зеленоглазая задремала. Конечно, полуэльф не любил контактов других разумных существ с его телом и был в этом плане даже несколько брезгливым, но тут почему-то решил потерпеть, в который раз прокручивая в голове мысль о том, что он относится так только к разумным, а когда никого нет рядом, может запросто изваляться в грязи в обнимку со своими собаками-Персиками, которых хоть и считал вполне разумными, но почему-то облезлые песики казались ему куда более достойными соприкосновений с ним, чем какие-нибудь богатенькие девушки, за которыми всегда тянется километровый шлейф запаха дорогого парфюма. Чувствуя тихое трепетание Искры эльфийки, Ло вздохнул и вернул свое внимание к лекции Эграссы о мирохождении. Умиротворение спящей Туилин пробивалось полуэльфу под кожу, приглушая его энергетику, которая обычно напоминала бутыль шипучей газировки или лимонада - такую же неугомонную, задорную, неустанно кипящую энтузиазмом. Обычно эльфийка была почти такой же, но более спокойной, однако сейчас это спокойствие усилилось, поддерживаемое сонной атмосферой в аудитории. Как результат - темноволосая заснула, чего на лекциях с ней до этого ни разу не бывало. А Лололошка же все терпел и молчал, начиная находить какую-то особую прелесть в том, что голова эльфийки покоится на его плече. Полуэльф всматривался в контуры черт ее лица, темные волосы, что обрамляли его, и все намерения разбудить зеленоглазую тут же растворялись. Эграссель завершил чтение очередного абзаца и ласково посмотрел на тех, кто должен был слушать. Однако последние строчки не слушал решительно никто - эльфийка заснула на плече полукровки, из-за чего тот потерял концентрацию внимания, грубоватого вида человек хрустел поджаристой картошкой и из-за хруста за ушами ничего не слышал, хоть до этого и пытался, а орк Нардуш, примостившийся на задней парте у окна глядел исключительно туда, а слушал только щебет архейских птиц. -Дорогие друзья... -ласково начал Эграсса. -Скажите, неужели я приготовил и подал информацию на этой лекции слишком скучно, отчего вам не захотелось ее слушать? -Эграсса, что ты! -удивленно свел брови над переносицей полуэльф. -Все совсем не так! Это мы слишком невнимательны в этот солнечный день, а вдобавок не можем по достоинству оценить всю эту информацию и те усилия, которые ты приложил, чтобы добыть ее! Вальдхар что-то поддерживающе пробубнил, а сам Лололошка тихонько растолкал Туилин. Та что-то сонно пробормотала, но увидев, где заснула, испуганно вздрогнула и взглянув на эльфа с волосами цвета колосящейся пшеницы, чуть пристыжено проговорила, стараясь не терять собственного достоинства: -Прости, Эграсса, что-то я не выспалась сегодня ночью, все за книгами сидела, а тут еще твой весьма приятный голос... -Ничего, Туи, понимаю тебя. -приулыбнулся зеленоглазый. -И тебя тоже, Ло. Спасибо вам, что все же пришли сюда сегодня, даже несмотря на все это. Как вы думаете, быть может, тогда выберем для лекций по мирохождению другой день, более подходящий для этих целей? Все сидящие в аудитории согласно закивали и постепенно стали расходиться, а Лололошка из Глассгарфа все думал, отчего ему в какой-то момент стало приятно, когда Туилин заснула у него на плече и связано ли это с повышающейся у него тактильностью? В голове Туи, идущей к своему дому через торговую площадь селились подобные мысли, только с другой стороны - почему ее впервые за долгое время посетил спокойный сон, и именно на плече у этого полуэльфа? Эти двое еще не осознавали, насколько они похожи и не знали, что между ними предстоит разгореться пылкой любви, ярче которой не видел ни один из ныне существующих миров. Они еще не знали, что эльфийка умрет, так и не успев признаться, а глассгарфовец перепишет всю вселенную ради прекращения страданий всех реальностей. Сделав так, что он никогда не рождался. Этой пылкой любви не суждено существовать...