И жили долго и сложно

***

      Джеймс вёл машину по оживлённой трассе, а за окном мелькали золотые осенние деревья. Эмили смотрела в окно, прижимая колени к груди и качая ногой в такт тихой музыке из динамиков. — Ну и куда мы едем? — она прищурилась, пытаясь поймать его взгляд. — Сюрприз, Харпер, — Баки ухмыльнулся, не отрывая взгляда от дороги. — Ты же любишь сюрпризы. — Иногда, — фыркнув, еле слышно произнесла блондинка. — Но мне скучно просто так сидеть. — Давай тогда сыграем во что-то, — шатен пожал плечами, слегка нервничая. — Например? — В «Двадцать один вопрос», — Харпер сразу оживилась. — Мы уже играли в эту игру, помнишь?       Эмили вспомнила тот день, когда они с Барнсом застряли в лифте и ели шоколадные батончики — теперь это казалось далёким прошлым. — Я начинаю, — девушка на секунду задумалась. — Какой момент в жизни для тебя был самым счастливым?       Баки чуть сбавил скорость, будто бы вопрос застал его врасплох, и уголок его губ дрогнул. — Когда понял, что могу снова чувствовать себя живым и это было не на поле боя.       Эмили чуть улыбнулась и откинулась на спинку сиденья. — Твоя очередь. — Когда ты поняла, что влюбилась в меня?       Она тихо засмеялась, притворно закатив глаза. — Думаю… когда увидела, как ты гладишь Капитана Крошку так, как будто это самое хрупкое создание на свете, — Баки усмехнулся и слегка покачал головой, явно тронутый ответом Харпер. — Итак, — не отставала Эмили. — Есть что-то, чего ты боишься? — Потерять то, что сейчас имею, — его ответ прозвучал очень тихо, и больше всего на свете Харпер сейчас хотелось прижаться к своему мужчине всем телом.       Но девушка только мягко коснулась его руки на рычаге коробки передач, переплетая их пальцы. — Твоя очередь, Барнс.       Он улыбнулся уголком рта, и его голос снова стал лёгким: — Если бы ты могла завтра проснуться в любой точке мира, где бы это было? — Неважно где, — просто ответила Эмили. — Главное, чтобы ты был рядом.       Баки почувствовал, как от её слов в груди становится теплее, и снова набрал скорость. Блондинка продолжила наблюдать сменяющиеся пейзажи за окном, пока Барнс сосредоточенно вёл машину. Музыка сменилась на тихий инструментальный трек, и она заметила, что мужчина стал сильнее сжимать руль. — Ты снова думаешь о работе? — мягко спросила девушка.       Джеймс вздохнул, не отводя взгляда от дороги: — Конгресс — это не то, к чему я привык. Слишком много разговоров и слишком мало действий. Иногда кажется, что я бумаги подписываю просто ради галочки. — Ну, по крайней мере, никто не стреляет в тебя на заседаниях. Это уже плюс, Баки, — слегка улыбнувшись, блондинка покачала головой и вновь посмотрела на мужчину, пытаясь понять, что у него на уме.       Шатен коротко хмыкнул, но на его лице не появилась такая уже привычная улыбка. — Знаешь, — продолжил он после паузы, — иногда я думаю, что Стив справился бы с этим лучше. Он всегда умел видеть в людях лучшее и заставлял их верить, что перемены возможны.       Эмили заметила, как напряжённо играли мышцы на его челюсти. — Баки… — серьёзно сказала девушка. — Ты не Стив. И никто не ждёт, что ты будешь им. — Я просто не хочу подвести его.       Эмили потянулась и легонько коснулась его руки на руле, переплетая их пальцы, несмотря на то, что мужчина продолжал вести машину. — Ты не подведёшь. Если бы он был здесь, он бы гордился тобой.       Джеймс перевёл на неё короткий взгляд, и в его серо-голубых глазах наконец появилась мягкость. Он сжал её пальцы, словно черпая в этом жесте немного спокойствия. — Спасибо, Эми, — сказал шатен негромко, а её имя прозвучало почти как признание.       Неожиданно Барнс свернул с основной дороги на узкую тропинку, скрытую деревьями. Эмили удивлённо подняла брови, но ничего не сказала — она уже привыкла к его внезапным идеям. Машина остановилась, мотор стих, и Баки потянулся к бардачку. — Харпер, доверься мне, — произнёс он, доставая оттуда чёрную тканевую повязку. — Это что ещё за фокусы? — прищурилась блондинка, слегка улыбаясь. — Сюрприз, — коротко ответил Баки и, наклонившись, аккуратно завязал повязку на её глазах. Его пальцы нежно скользнули по её щеке, и от этого простого жеста Эмили почувствовала, как сердце забилось быстрее. — Надеюсь, ты не собираешься бросить меня где-нибудь в лесу? — поддела она. — Я мог бы, — сдержанно улыбнулся Джеймс, выводя Харпер из машины и осторожно взяв её за руки. — Но тогда кто будет клеить стикеры на мой рабочий стол?       Они шли медленно, и Баки всё время подсказывал: «Осторожно, камень… Ещё один шаг… Держись за меня». Его голос был ровным, но в нём проскальзывало лёгкое волнение, которое Эмили не могла не заметить. Через несколько минут он остановился и прошептал ей на ухо: — Готова? — Всегда.       Мужчина развязал повязку. Перед Эмили открылась картина: уединённый причал, подсвеченный гирляндами, отражавшимися в воде, на краю лежал плед. Из ниоткуда Баки достал бутылку шампанского и два бокала. — Джеймс… — только и смогла выдохнуть девушка. — Когда ты только успел?       Эмили развернулась к нему и обняла крепко-крепко, словно благодарила абсолютно за всё, что он делал для неё и для них. Когда плед был расстелен, а бокалы были наполнены шампанским, Барнс осознал, что, по правде говоря, это была его большая мечта. Тёплый свет гирлянд отражался в глазах Эми, и мужчина почувствовал, как внутри поднимается новая волна очередного волнения. — Знаешь… — слегка улыбаясь, Баки наклонился ближе, — когда я увидел тебя в первый раз… — Мистер Барнс!       Мужчина резко обернулся и пожалел об этом.       К нему быстрым шагом шла девушка в ярком розовом пиджаке, в юбке, которая была чуть короче, чем позволяла строгая мода Конгресса, а в руках у неё была папка, облеплённая наклейками со смайлами и блёстками. Волосы же были собраны в пышный хвост, а каблуки цокали так громко, как будто объявляли её приход всему зданию. — Баки, то есть… мистер Барнс! — исправилась она, но улыбка осталась такой же беззаботной. — Я так рада вас наконец-то увидеть! Вживую вы ещё круче, чем на фотографиях в интернете!       Баки моргнул, не зная, что больше его смутило: фамильярность, пиджак цвета жвачки или то, что она, похоже, реально его гуглила. — Я тебя тогда сбила с толку, не так ли? — ухмыляясь, Эмили коснулась лица Джеймса, от чего тот почти замурлыкал. — Ты был таким суровым, детка. — Правда? — девушка кивнула, и Барнс сначала отставил свой бокал в сторону, а после сделал то же самое с бокалом Эмили. — Просто хотел быть профессионалом. — Ты был им. — Со мной сложно, — начал мужчина, и Эмили кивнула. — Ты же слышала, почему предыдущие помощницы ушли от меня? — девушка снова кивнула. — Может, хочешь уйти прямо сейчас? — Что? — она улыбнулась ещё шире. — О, так вы уже начали шутить! Отлично. Мы сработаемся!       Барнс посмотрел на неё долгим взглядом и подумал, что лучше бы опять Гидра. Его новая реальность идеально совпадала с ужасной перепиской последних трёх дней. — Ладно, — пробормотал он, когда они зашли в лифт, — посмотрим, насколько ты сможешь выдержать всё это. И, честно говоря, — добавил он тихо, почти к себе — посмотрим, смогу ли я выдержать тебя. — До тех пор, пока не поцеловал тебя в первый раз, — Харпер снова кивнула. — Я редко говорю это, Эмили, но… — будто почувствовав его смятение, девушка сжала его руку три раза. — Но я правда люблю тебя. Не потому что ты спасла меня, хотя это правда, не потому что ты заставила меня поверить в хорошее, но это факт, и не потому что ты лучшее, что со мной случалось за всю жизнь, а тут я даже спорить не буду… Я люблю тебя просто так. Просто потому что ты — это ты, и этого достаточно. — А как же Капитан Крошка? — Его я тоже люблю, детка, — ухмыльнувшись, Джеймс сжал руку девушки сильнее. — И есть ещё один вопрос, на который я хочу услышать честный ответ.       Эмили приподняла бровь, глядя на Баки с интересом и лёгкой улыбкой. — Эмили Корнелия Харпер, — начал он, чувствуя, как сердце бьётся быстрее, — ты выйдешь за меня? — и достал бархатную коробочку с кольцом, заглядывая в любимые и такие родные глаза девушки.       На мгновение тишина растянулась, и Баки увидел, как глаза блондинки расширились от неожиданности. — Мы будем ругаться? — Конечно. — Ты в курсе, что я слышу каждое слово? — спросил он низким, спокойным голосом, от которого даже телефон в её руках слегка дрогнул.       Она замерла, медленно убирая телефон от уха. — Эм… Деловой звонок? — попыталась выкрутиться Харпер, приподнимая брови и улыбаясь.       Мужчина просто наклонил голову чуть набок, не отводя взгляда. — «Маникюр с блёстками». Очень деловой.       Она кашлянула, явно пытаясь скрыть смех, и быстро закончила звонок: — Окей, потом расскажешь, пока! — и повесила трубку. — Всё, конец света? — спросил Баки, не двигаясь с места.       Блондинка пожала плечами и улыбнулась ещё шире. — Конец отношениям, конец маникюра и конец моего терпения. Ничего серьёзного, мистер Барнс. — Ты обещаешь делиться со мной не только своей радостью, но и грустью? — Да, — проглотив ком в горле, пообещал Барнс.       И тогда Эмили улыбнулась, снова сжав его руку, и тихо, но уверенно сказала: — Да, Баки.       Он облегчённо выдохнул, надевая кольцо на тонкий палец девушки, и тут же потянул её к себе, крепко прижимая к груди. — Я так рад, что ты сказала «да», Эми. — Мне казалось, это очевидно. — Игра? — Барнс посмотрел на неё с недоверием. — «Двадцать один вопрос». Я задаю вопрос — ты отвечаешь, потом ты задаёшь мне. И так по кругу, пока нас не выпустят. — И что, обязательно двадцать один?       В этот момент мужчина подумал о том, что, может, компания Уилсона или Уокера и не была бы уж такой плохой, ведь их хотя бы можно было просто ударить по лицу. — Да, это традиция.       Баки скептически прищурился. — У меня есть традиция: не рассказывать о себе слишком много. — Отлично! — оживилась Харпер. — Будет весело.