***
Рома буквально протиснулся через огромный поток людей, которые точно также как он стремились как можно скорее попасть в офис, и, поднявшись на семнадцатый этаж, он ворвался в кабинет менеджера по маркетингу. – Здравствуйте! Прошу прощения, пробки... - выпалил он, едва восстановив дыхание. – Здравствуйте, Роман Андреевич! Проходите, присаживайтесь, - с надменной улыбкой произнёс парень в безупречном костюме, доставая из ящика стола толстую папку, – Та-а-к, как я и говорил один крупный российский бренд хочет взять у вас рекламу... Слова менеджера текли плавно и Роман ловил их уже на автомате. Это был его конёк – переговоры, где он чувствовал себя уверенно. После встречи, окрыленный успехом Рома решил позвонить лучшему другу, поделиться своим достижением, услышать его радостное: «Я в тебя верил!» – вот чего хотелось в тот самый момент. Он достал телефон, разблокировал экран, но палец неуверенно замер над контактом «СерГей». Ему не хотелось тревожить спящего после бессонной ночи друга. Вместо звонка он с энтузиазмом высказал всё в голосовом сообщении. Получился монолог, некое эхо его собственного успеха, которое некому было отразить. Подойдя к своей машине, мужчина сел за руль, бросив сумку на пассажирское сиденье. Он завел мотор и включил свою любимую песню, выставив на всю громкость – эдакая попытка продлить радостный момент, заглушив нарастающую внутри тишину. Легко и непринужденно, избежав все московские пробки, Роман добрался до дома. Поднявшись на свой этаж, тот несколько раз повернул ключ в замке. Дверь открылась, впустив его в душное безмолвное пространство. Тишина здесь была особой, сильно контрастировала с уличным шумом большого города. Держа сумку в руке, Частин разулся и снял своё тяжелое серое пальто. Он прошел в свою одинокую спальню, уставившись на большую, небрежно застеленную кровать. Тяжелый вздох вырвался сам собой, в голову вновь ударили знакомые, изматывающие мысли. Порой ему казалось, что несмотря на свой успех и неплохой заработок, он всё ещё неполноценный незрелый человек. С каждым годом время текло всё быстрее, всего через пару дней он станет ещё на один год ближе не к новым достижениям, а к смерти в одиночестве. Пока бывшие одногруппники выкладывали фото с семейного отдыха в соцсетях, он сидел в большой, но такой безжизненной квартире, где эхом отзывался каждый его шаг, напоминая о пустоте... От этих мыслей к горлу подступил неприятный тугой ком. Он с тяжестью присел на край кровати, опустив голову. Положив сумку на колени Рома услышал легкий, ненавязчивый шорох. Торопливо, почти машинально, мужчина расстегнул сумку и достал тот самый бумажный пакет, в котором ютились ещё теплые круассаны. В ноздри ударил сладкий запах теплого масла и фисташки. Внезапно его губы расплылись в улыбке, а следом прорвалась тихая, сбивчивая усмешка. Отложив сумку в сторону, Роман переоделся в уютную домашнюю одежду, надел тапочки, взял десерт и прошел на кухню. Там он включил кофемашину и любимый плейлист. Ничто не сделает утро лучше, чем хороший завтрак.***
Сергей пришел в сознание ещё до того, как открыл глаза. Первым же делом он почувствовал давящую на затылок боль. Помимо этого он ощутил неимоверную сухость во рту. Пульс отдавался в голове глухими, неторопливыми ударами. С тяжестью подняв веки, он тут же зажмурился; пробивающиеся сквозь шторы лучи солнца резали глаза словно тонкие лезвия. Со стоном перевернувшись на другой бок, Серёжа сгреб ладонью лицо, пытаясь собрать рассыпавшиеся мысли в единое целое. Он потянулся к прикроватной тумбочке, где лежал телефон, и его пальцы наткнулись на пустую кофейную чашку – вчера ему пришлось выпить кофе больше обычного, чтобы успеть закончить свою ночную работу. Через силу подняв, как ему казалось, безумно тяжелый телефон, он разблокировал экран. Взгляд тут же зацепился на уведомление от Ромы – там висело голосовое сообщение на несколько минут. Вмиг проснувшись окончательно, Серёжа привстал на диване и уголки его губ задергались, расплываясь в улыбке. Мужчина зашел в чат и прослушал голосовое; он полностью проникся чувствами и эмоциями своего лучшего друга, смеялся вместе с ним и был рад просто услышать его счастливый голос. Сергей не стал отвечать сообщением, он лишь набрал номер Ромы и, дождавшись ответа, искренне, от всей души порадовался за него. Настроение мгновенно поднялось, глаза сияли от неописуемой радости. Они проговорили по звонку несколько часов, и за это время тяжелое похмелье сознания сменилось лёгкой эйфорией. Мир, который с утра казался ему ничтожно серым, снова приобрёл краски. Ничто не сделает утро лучше, чем пробуждающий душу разговор с тем, кого любишь.