Я никогда не выйду за учителя.

Коридор школы был наполнен шумом спешащих учеников, звонкими голосами и шелестом жалюзи. Я шла к классу с лёгким волнением — не из-за того, что предстоит урок, он меня уже не пугал, а потому что Чонин уже сидел в том классе, как обычно. Он проверял какие-то тетради и бланки учеников, иногда его взгляд скользил ко мне, и я ощущала это словно лёгкое, едва заметное напряжение. — Доброе утро, ребята! — сказала я, когда начался урок. — Доброе утро, учитель! — хором ответили ребята. Я взяла тетради и подготовленные раздаточные материалы. Сегодня мы работали с текстами и заданиями, разбирали темы, требующие понимания структуры предложений, словарного запаса и умения рассуждать. Класс был внимательным и сосредоточенным, что облегчало ведение урока. — Начнём с небольшого повторения. Расскажите, что мы изучали на прошлом уроке. Феликс поднял руку: — Мы обсуждали экологию и способы защиты окружающей среды. — Отлично, верно. А кто может привести примеры, как люди могут заботиться о природе? — продолжила я. Ученики стали оживлённо отвечать. Я ходила между рядами, слушала их ответы, поправляла формулировки и объясняла трудные моменты. Если кто-то путался, я подходила, объясняла шаг за шагом, помогала формулировать мысль правильно, хвалила за старание. Чонин все еще был погружен в проверку домашних заданий. Он выглядел сосредоточенным, но все же успевал следить за тем, как я веду урок. Где-то в середине занятия в класс вошёл Чан. Он очень редко приходил, поэтому его приход был для меня неожиданным. Он прошёл к доске и написал предложение по нашей теме. — Дети, с помощью этой грамматики будет легче всего рассказать о какой-то проблеме. — А также вы можете использовать и другую грамматику. — Я улыбнулась и записала второй способ на доске. — Отличная работа, Минро. — Сказал Чан так, чтобы услышала только я. Я перевела взгляд на Чонина, он смотрел прямо на нас. Точнее, на Чана, и в его взгляде было что-то странное. Его руки едва заметно сжались на тетради, но заметив, что я наблюдаю за ним, он вернулся к проверке. — Хорошо, ребята, теперь давайте поработаем в парах. Обсудите, какие меры помогают сохранять природу, и попробуйте привести примеры из своей жизни, — сказала я, раздавая карточки с заданиями. Ученики оживлённо начали обсуждать вопросы в парах. Я подходила к каждой парте, слушала ответы, поправляла ошибки и подсказывала, как лучше выразить свои мысли. Чан покинул нас за пару минут до конца урока. Для домашнего задания я попросила учеников составить мини-эссе о том, как каждый может помочь природе. Когда наступила перемена, и дети вышли в коридор, смеясь и болтая между собой. Я осталась в классе, помогая одному из учеников разобраться с домашним заданием. В это время в класс заглянул директор Ли. — Меня, конечно, не было на вашем уроке, но уверен, вы провели его потрясающе. — Спасибо, директор, — ответила я. Мы поговорили немного в общем о моей практике, он снова поинтересовался, хочу ли я работать тут, и ушел. Чонин подошел ко мне, в руках у него были те самые тетради и листы. —  Урок отличный, но ты всегда так близко ко всем... — Чего? — переспросила я. — Имею в виду, ты так близко общаешься со всеми, это хорошо. Ты молодец. Я пойду, у меня дела. Встретимся еще. — Да, пока!! Я провела еще урок и, проверив вчерашнее домашнее задание, направилась в учительскую, чтобы обсудить с Чаном несколько моментов по материалам. Постучав в дверь, я вошла, не ожидая, что там еще будет директор Ли. — О, Минро! — Улыбнулся Чан, поднимая взгляд от своих бумаг. — Привет, — произнесла я , улыбаясь, стараясь не растеряться. Минхо поднял голову и также улыбнулся: — Как прошел урок? Дети хорошо подготовлены? — Да, всё прошло гладко, — ответила я. И вкратце рассказала то, что интересовало директора. И тут в дверях появилась фигура Чонина. Он поздоровался и прошел к своему месту. Я разговаривала с Чаном и директором, но чувствовала, как на меня кто-то пристально смотрит, и я понимала, кто это. Из-за этого становилось неловко. *** Минро аккуратно собрала материалы, которые ей отдал Чан, и, улыбнувшись, сказала: — Спасибо вам за помощь. Мне пора идти. Она повернулась и на мгновение встретилась взглядом с Чонином, который до этого сидел за столом, смотря на нее. Его лицо было спокойным, почти невозмутимым, но она уловила едва заметное напряжение в его взгляде. Она улыбнулась и ему, сказав тихое: — Пока. Он кивнул, не произнеся ни слова, и Минро тихо вышла из комнаты, оставив за собой тихий щелчок двери. В комнате воцарилась тишина. Чонин медленно встал со стула и подошёл к Чану и Минхо. Его движения были размеренными, уверенными, без спешки, но взгляд был холодным и сконцентрированным. — Объясните мне, что только что происходило, — сказал он спокойно, но каждое слово несло в себе властное напряжение. — Почему вы стояли так близко к Минро? Чан слегка откинулся на спинку стула, удивлённый внезапным вопросом: — Мы... Мы просто обсуждали рабочие моменты, ничего личного. Ты сам слышал. — Рабочие моменты? — Переспросил Чонин. — Вы считаете нормальным улыбаться, смеяться и стоять так близко, будто никто вокруг вам не преграда? Это не профессионально! Минхо нахмурился и попытался сохранить спокойствие: — Чонин, ты, наверное, неправильно понял. Мы просто помогали ей с материалом. Он покачал головой, голос оставался ровным, но с едва заметной жёсткостью: — Неправильно понял? Главное, вы меня сейчас поймите. Я хочу, чтобы впредь никто не подходил к ней так близко. Ни в работе, ни при обсуждении материалов, ни при любой другой ситуации. — Но... — Начал Чан, но парень жестом руки прервал его. — Не думаю, что нужно объяснять. Я ясно выразился. Это граница. Понимаете? Мужчины немного растерянно переглянулись, но не стали спорить. Его спокойствие, уверенность и лёгкая холодность создавали атмосферу, в которой любое возражение казалось невозможным. — Надеюсь, это больше не повторится. Он сделал шаг к двери и вышел, оставив после себя ощущение сдержанной ревности, которая висела в воздухе. Чан переглянулся с Минхо. — Я никогда не видел его таким... — Пробормотал он. — Да, — Тихо сказал Минхо. — Но теперь всё стало ясно. Наш Чонин влюбился. Комната снова погрузилась в тишину, но напряжение осталось, словно след, который Чонин оставил своим уходом. На следующий день, едва я переступила порог квартиры, привычным движением стянула кофту, поставила сумку на полку у входа и выдохнула. Усталость будто сползла с плеч, оставив после себя тёплую, тихую радость — уроки прошли на удивление легко, дети работали, отвечали, смеялись, ловили каждую похвалу… Телефон зазвонил именно в этот момент, когда я почти была готова упасть в кровать и посмотреть сериал. — Алло? — сказала я, поднимая трубку. — Добрый день, мисс Кан. Это цветочный магазин. У вас доставка от Ян Чонина. Не волнуйтесь, — Вежливо сообщил голос. — Мистер Ян попросил передать вам сообщение, посмотрите значение своих любимых цветов. Я замерла, не веря своим ушам. Я знала, что значат мои любимые цветы. Любовь, верность и крепкие семейные узы. Он подумал о значении... Он помнит мои любимые цветы? Он помнит! Сердце забилось чаще, грудь наполнилась странным, тёплым волнением. Я поставила телефон на полку и просто закричала на весь дом: — УРА! Он подарит мне цветы! Смеясь, я закружилась, как ребёнок, хлопая в ладоши. На мгновение мне снова захотелось прыгать и смеяться без причины. Он подарит мне цветы... Он думал обо мне... Он сделал это для меня! Я села на диван, прижимая руки к груди, и впервые честно призналась самой себе: он мне нравится. По-настоящему. На следующий день я пришла на работу с улыбкой, которая, казалось, освещала весь коридор. В голове крутилась мысль о том, как зайти в учительскую и сказать Чонину «спасибо». Когда я вошла, он уже сидел за столом с папкой и тетрадями, сосредоточенно проверял документы. Сердце снова забилось чаще, и я подошла к нему. — Привет. Спасибо большое за цветы, — сказала я тихо, слегка смущаясь, опуская взгляд. Он поднял на меня взгляд, и я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Его едва заметная, спокойная улыбка пробудила тепло в груди. — Для меня это не сложно. Я готов радовать тебя так хоть каждый день, — сказал он ровно и уверенно. Я затаила дыхание. Его спокойствие, уверенность и нежность… Всё это сводило меня с ума, и в то же время я чувствовала себя счастливой и защищённой. — А записка в букете о встрече сегодня, это снова просто дружеская встреча? — спросила я, всё ещё растерявшись. Он слегка наклонил голову, взгляд его был холодно-спокойным, но в нём читалась лёгкая игривость: — Нет. Это свидание. Я растерялась, но улыбнулась и кивнула. Внутри меня всё подпрыгнуло, словно я снова была ребёнком, которому подарили то, о чём он давно мечтал. Но это был не просто подарок — это был знак внимания, заботы и намёк на чувства человека, который мне давно дорог. Теперь я знала точно: он мне нравится. И я с нетерпением ждала вечера, предвкушая каждый момент, который проведу рядом с ним.