Я никогда не выйду за учителя.

Чонин обнимал меня, и вокруг всё переставало иметь значение. Наконец-то я почувствовала облегчение, всё то, что скопилось за эти годы, отпустило меня. Я ощутила: то самое, чего я ждала от Сеула, когда приехала сюда учиться, произошло. Получается, я мечтала о нём, всё, что я делала, было ради него. И сейчас я стою в его объятиях, он прижимает меня к себе, и я счастлива. — Минро… — Он не отпускал меня, но попытался заглянуть в глаза. Я взглянула на него и увидела такую нежность, с которой на меня никто никогда не смотрел. — Я сегодня очень счастлив, как никогда. — Я тоже, — улыбнулась я. — Теперь всё изменилось. Теперь я буду с тобой всегда, и не как друг детства или завуч школы. Могу ли я стать кем-то важным в твоей жизни, кем-то большим, чем просто друг? — Ты всегда был кем-то важным, — я прижалась к нему ближе, спрятав лицо в его груди, чтобы скрыть смущение. Чонин погладил меня по волосам и засмеялся своим бархатным голосом. Его руки спустились на мою талию и сомкнулись в замок. — Эй, Ро-Ро? — Я не видела его лица, но слышала, как он усмехнулся. — Мм? — Ты меня стесняешься? — Эй! Я никого не стесняюсь… — Я легонько ударила его по груди и отодвинулась, вырвавшись из объятий. Парень скрестил руки на груди и посмотрел на меня; на его лице сияла самодовольная улыбка. — Так быстро бросаешь меня? — Перестань… — Перестать что? — Он продолжал играть со мной. — Перестань меня дразнить… — О, а я ещё даже не начинал, — он улыбнулся ещё шире. — Я домой. Пока! До завтра! — быстрым шагом я направилась к выходу из парка. — Сбегает, эх, — тихо сказал себе Чонин. — А я так хотел показать ей котёнка. Я остановилась и повернулась к нему. Он стоял на том же месте. — Котёнка? Откуда у тебя котёнок? — Недавно подбросили… Не смог оставить его одного и забрал. Сегодня хотел купить ему всего разного, чтобы было удобно. Думал, со мной сходишь. Я чуть ли не бегом вернулась к нему и, взяв за руку, потянула за собой. — Пошли уже, а то он там один заскучает!! Чонин только улыбнулся. Мы пошли в ближайший зоомагазин. Дверь закрылась за нами, поглотив уличный шум. Я повернулась к Чонину. — Так, стоп. Давай ещё раз. Медленно… У тебя. Дома. Сидит. Котёнок? — Ну да. Серенький. Маленький. Когда я его только нашел, он так пищал. Я его сразу молоком накормил, а сегодня понял, что ему нужно… ну, всё это. — Он обвёл рукой пространство магазина. — И ты мне только сейчас сказал?! Мы же могли сразу сюда зайти! — Всё равно же зашли… — Значит, так, — я хлопнула в ладоши, собираясь с мыслями. — Первым делом — корм. Я потянула его за рукав к полкам с кормом, но он быстро перехватил мою руку, и наши пальцы сплелись. Свободной рукой я брала с полок разные пачки и изучала состав, в то время как другая рука была крепко охвачена его ладонью. — Тут нужен специальный, для котят, смотри, — я ткнула пальцем в упаковку. — О, в этом есть всё необходимое! Посмотри! — Я смотрю, — тихо сказал он, глядя не на корм, а на меня. Я подняла на него глаза и замолчала под тяжестью его взгляда. — Что? — прошептала я. — Ничего. Просто… — он сделал шаг ближе, и пространство между нами исчезло. — Ты сейчас вся светишься. Прямо как он, когда молоком объелся. Тот же восторг. — Прекрати. Мы занимаемся важным делом. Котёнок ждёт! — Я сунула ему в свободную руку пачку корма и потянулась за игрушкой — мышкой на пружинке. — Ой, смотри, он же с ума сойдет от такой! Я потрясла игрушку, и она издала звенящий звук, а я улыбнулась. — Говорю же, прям копия, — он ухмыльнулся, убирая с моего лица непослушную прядь волос. — Только ты чуть больше. — Дурак, — я ударила его по плечу той самой мышкой. Спустя время, у кассы, глядя на выросшую гору покупок для котёнка, я повернулась к Чонину. — Прости, я… Тут слишком много всего. Я могу заплатить! — Не говори глупостей. Котик мой, я сам заплачу за него. Да и к тому же, ты считаешь меня таким бедным? — Нет, я просто… подумала, что… — Ро-Ро, со мной тебе не о чем беспокоиться, — начал он спокойным, твёрдым голосом. — Давай договоримся: я с тобой, значит, плачу я. — Хорошо… — Вы очень милая пара! — сказала девушка на кассе. — Спасибо, — улыбнулся Чонин и начал собирать товары в пакеты, а я стояла рядом и просто смотрела на него, чувствуя, как по щекам разливается тепло. Он расплатился, взял пакеты в одну руку, а другой снова взял меня за руку. — Я вызову такси. Ты же поедешь ко мне? — Поеду… — неуверенно ответила я. Я была в квартире Чонина всего один раз в жизни. С того момента там ничего не изменилось, всё было абсолютно так же. Пока Чонин пошёл переодеваться, я прошла в зал, села на диван и стала ждать. Котёнка я не видела. Может, он где-то спрятался? — А где котик? — спросила я громко, чтобы парень услышал. — Он в спальне, можешь заглянуть. — Точно? — уточнила я, надеясь, что парень уже переоделся. — Входи, — только и сказал он. Я едва переступила порог комнаты и застыла на месте. Взгляд мой невольно упал на Чонина — он лежал на кровати в одних штанах, его торс был обнажён, и что-то внутри меня дрогнуло. Его тело… это было больше, чем просто красиво. Широкие плечи, рельефные мышцы спины и груди, на которых играли тени — я не могла оторвать глаз. Каждая линия, каждое движение казалось нарочно спокойным, но в них чувствовалась скрытая сила. И всё это — он, слегка растрёпанный, с беспорядочно упавшими на лоб прядками, — аккуратно играл с маленьким серым комочком, утопающим в складках одеяла. Казалось, он так легко, почти невзначай, демонстрировал себя, и в этой простой позе было что-то одновременно манящее и вызывающее. Я стояла, словно в оцепенении, исследуя его глазами, не решаясь дышать слишком громко. Он поднял на меня глаза и улыбнулся — он точно заметил, как я его разглядываю. Он дал мне на это время. Да и если бы возражал, то накинул бы что-то, ведь это он пригласил меня войти. Но подходить я по-прежнему не решалась. — Долго стоять будешь? Потрогать хочешь? — он улыбнулся. — Не хочу! Зачем ты такое предлагаешь!? — его слова прозвучали двусмысленно, и я покраснела ещё сильнее. — Что я предлагаю? Кота погладить не хочешь? — Кота? — опешила я. — Да, а ты о чём? Если ты хочешь потрогать что-то другое, то хотя бы скажи, чтобы я знал. — Я ничего не хотела! А кота не «трогают», а «гладят»… Какой из тебя учитель корейского, ещё и учеников за сочинения ругаешь, а сам… — я пыталась сдержаться, чтобы не потерять над собой контроль. Я тихо подошла к кровати и села на самый край. Наконец-то я разглядела маленькое существо, которое блаженно растянулось на одеяле и мурлыкало, когда Чонин гладил его по животику. — И как зовут это чудо? — поинтересовалась я, осторожно дотронувшись до крошечной лапки. — Я ещё не придумал ему имя. А как бы ты его назвала? — Может, Ру или Ккома? — предложила я. Он на секунду задумался. — А что насчёт Ниро? С японского это «два цвета». — Красиво, но он же просто серый. — Смотри лучше: он тёмно-светло-серый, значит, не просто серый, — он посмеялся. — Откуда ты это имя знаешь? Уже искал? — Нет, я просто объединил наши имена. Минро и Чонин… Ниро. А потом понял, что оно ещё и имеет значение, — признался он. — Наши имена? — я удивилась. — А ты не пожалеешь? — С чего мне жалеть? Представь, я один, вечером, скучаю, и тут приходит это чудо. Я сразу вспоминаю тебя. Разве это не прекрасно? — Не знаю… А почему ты будешь скучать? — Ро-Ро, твои вопросы иногда такие странные. Тебя нет рядом — конечно, я буду скучать. — Когда ты понял, что я нравлюсь тебе? — спросила я, резко перескочив на другую тему. Он молчал, глядя на меня. В голову сразу же полезли непрошеные мысли. — Я… Что-то не так сказала? — я занервничала. — Я тебе не нравлюсь? Он тихо посмеялся. Всё это было очень странно. — Ты спрашиваешь, нравишься ли ты мне? Конечно. Всегда нравилась. — Но почему ты так долго ждал… — Я не понимал собственных чувств. Я буквально рос с тобой, и я боялся, что эти чувства могли быть навязаны временем и привычкой. Но всё стало на свои места, когда я увидел тебя вновь. — Если я тебе нравлюсь, то мы сейчас встречаемся? — Минро, взрослые люди не спрашивают «встречаемся мы или нет». Всё становится понятно само собой. — А… Ну извините, что я не взрослая! — Ро-Ро, я не об этом, — он взял мою руку в свою, и его пальцы нежно обвили мои. — Я не предлагаю тебе просто встречаться, я не предлагаю тебе быть просто моей девушкой. Я предлагаю тебе всего себя, но взамен я хочу получить и тебя. Я предлагаю тебе всё, что у меня есть: мою любовь, мою защиту, мою помощь, мою нежность. Неважно, что будет взамен, — я готов дарить это тебе просто так. Я хочу, чтобы ты была моей единственной, и хочу быть твоим единственным. Слова застряли у меня в горле, а сердце колотилось так, будто хотело вырваться и допрыгать до него само. Он не сказал этого прямо, но я всё поняла. Всё — по тому, как он это говорил, по тому, как его пальцы сжимали мою руку, по тому безудержному чувству, что было в его глазах. И я не смогла усидеть на месте. Мне было плевать на его голый торс, на всю эту неловкую ситуацию. В этот миг он был просто Чонин. Мой Чони. Я придвинулась и просто прижалась к нему, обняла, уткнулась лицом в шею. Вдохнула его запах — чистый, родной, с нотками его одеколона и чего-то неуловимого, что было просто его. Он неожиданно ахнул, и его руки мгновенно обвили меня, прижали так крепко, так надежно, словно он ждал этого всю жизнь. И я почувствовала, как что-то щёлкнуло внутри, встало на своё место. И тут он прошептал это. Прямо в мои волосы, горячим дыханием: — Люблю. Я люблю тебя, поняла? Слёзы сами подступили к глазам. Я только кивнула, зарывшись лицом глубже в его плечо, не в силах вымолвить ни слова. А потом я услышала негодующее «Мяу!» и почувствовала, как маленький пушистый комок вскарабкивается на мои бёдра. Чонин, не выпуская меня из объятий, одной рукой осторожно подхватил котёнка и устроил его между нами. Теперь мы обнимались втроём. И это было идеально. Это было нечто большее, чем простое признание, это было полное открытие себя.