Когда ночь не кончается

Что между ними? Дружба, ненависть, соперничество? Их отношение к друг другу меняется после каждого жеста, каждого слова или случайного прикосновения. У них не эмоциональные качели, скорее американские горки и несколько мертвых петель на пути. Пока снимали реванш, успели немного поладить, договорились совсем чуть-чуть подогревать безумные фанатские теории об их отношениях. В общем-то, выстроили кое-какие границы. Только стройматериалы оказались совсем-совсем хрупкими, всё пошло трещинами очень быстро. И Аля искренне старалась держаться подальше от упрёков в его сторону, позволяя себе исключительно редкие высказывания в готическом зале. Впрочем, новое испытание приносит новые повороты. У Череватого на уме только порчи, бесы и проклятья. Ловко запугивает людей на испытание и, пожалуйста, получает безукоризненно высокие оценки. Поэтому сегодня задаёт лишь несколько вопросов перед тем, как огласить результат. — За результат тебе единицу, — проговаривает она, пока на карточке с фотографией Влада вырисовывается нехитрое уравнение, — Но за твои способности ещё два. Итого три, — проворачивает карточку к коллегам-экстрасенсам и операторам. Подсознательно понимает, что начертила себе приговор в дальнейших зрительских голосованиях. Как же она посмела обидеть всеми любимого Владислава Череватого? Не смотрит на чернокнижника, без этого представляет его выражение лица. От этого ни грустно, ни стыдно, ни радостно. Просто никак. Дискуссия разжигается с новой силой уже без её непосредственного участия. Из сезона в сезон следуют по кругу, обсуждая эффективность, этичность и реальность подобных практик. Сойдутся ли когда-то во мнении? Вряд ли, если кто-то не возьмёт инициативу. Наверное, у неё остался лишь единственных вопрос с подвохом: — Влад, а ты можешь на кого-то порчу навести? Я просто не припоминаю, чтобы за время проекта как-то вообще твои слова были подтверждены. Пока ждёт ответ, наблюдая, как чернокнижник удостаивает её тяжелым, тёмным и неотрывным взглядом, покручивает кольцо на пальце. Сама не знает, чего разошлась, будто познакомилась с мужчиной несколько минут назад и не имеет представления о методах его работы и убеждениях. Накатила волна несправедливости? Загорелось желание поддеть давнего соперника и, заодно, развеять миф у телезрителей? Или всё дело в высоких показателях? Все чувства смешались, оттого разожгла огонь в готическом зале. Его глаза делают театральный оборот вокруг своей оси. Отвечать Владу придётся, как и умудриться не сказать ничего лишнего. Пусть Шепс тонет в цунами хейта одна, если не умеет закрывать рот. Для него же будет вдвойне круто, когда зацепит ещё и Александра. — Могу, но мы с Толей больше не грешим, — с усилием отводит пронизывающий взгляд от кудрявой в сторону ведущего и камеры, ярко улыбаясь. У этой надоедливой отличный шанс слиться с диалога. Улавливает её голову боковым зрением, шумно выдыхая. Решение продолжить бессмысленный спор совершенно не радует. Девушка действительно сделала шаг вперед, чтобы встать чуть боком. Уж слишком далеко поставили, чтобы развивать подобные темы. Сейчас для неё существует только собственная точка зрения, да и позиция со времен первого участия в проекте осталась неизменной. Последствий тёмной магии не ждёт, последствия будут только в комментариях под выпуском. Их не боится тоже. Если до одного процента зрителей дойдёт, что порча — это лишь собственная установка на происходящее, значит Шепс двигается в правильном направлении. Чуть склоняет голову в бок. — Окей, предлагаю поступить следующим образом. Заключим спор. Поставишь свои эксперименты на мне, — уголки её губ трогает лёгкая улыбка. Жест получается каким-то на уровне подсознательного. Хочет сильнее вывести Череватого на негатив? Или сгладить конфликт? — С большим удовольствием проверю воздействие на себе. Волосы отрежешь или чем-то ещё поделиться? Лицо мужчины озаряет предвкушение от предстоящей тёмной работы. Воспринимает слова медиума, как вызов, поэтому мысленно согласен Шепс проучить. — Слабоумие и отвага, — кратко комментирует чернокнижник, пожимая плечами. Башаров только вдохновляется от каждой стычки на проекте, отсюда и привык подливать масло в огонь, цепляясь за каждое слово участников: — Аля, если Влад всё-таки решит вас проклясть, будете рассказывать нам, как себя чувствуете? — Конечно, Марат, — отвлекается она от слишком уж довольного соперника, чтобы уверенно улыбнуться в сторону камер. — А вы, Влад, расскажите по секрету, когда стоит начать переживать? — Сами всё увидите, — загадочно уверяет Череватый, настроенный явно решительно. И если у этих двоих кровь кипит от свежей стычки, то большинство других экстрасенсов к подобной идеи относятся с явным скепсисом. Первая в разговор вмешивается Виктория: — Мне всё-таки кажется, ты этого не хочешь, Влад. Понятно, да, что у вас зачастую конфликты возникают, но просто ради какого-то спортивного интереса привлекать тёмную магию, — пожимает она плечами, выражая полное негодование, — Это же не игрушка вовсе. А если что-то пойдёт не так? Саш, образумь сестру, пожалуйста. Старший брат в решение, к счастью, не вмешивается. И без того понятно, что недоволен: губы поджаты, бровь вздернута, руки скрещены на груди. — Пусть развлекается, всё нормально будет, — ровно отчеканивает Александр, хоть и всем своим видом показывает, что затея сомнительная. Кажется, вскоре её ждёт очередной поучительный разговор. — Погодите-погодите, — встревает Марат, — Виктория, вы хотите нам намекнуть, что Влад неравно дышит к Але? Ведьма усмехается, явно вовсе не имея ввиду романтическое влечение. Остальные только подхватывают общее настроение, улыбаясь и переглядываясь между собой, как и участники этого импровизированного сводного процесса. На самом деле, лучше уж продолжить мусолить их секретный роман, чем получать комментарии коллег, касательно адекватности их спора. — Не думаю, что Владу нравится Аля, — вываливает мысли Якубович, включаясь в качестве любовной ведьмы, — У него другой типаж в девушках. — Это какой? — с интересом уточняет ведущий, — Уверен, наши зрительницы сейчас затаили дыхание. — Леди. Спокойные, женственные. Всегда, как с иголочки, — не стесняется Якубович, широко улыбаясь, — Зато у тебя есть другой чернокнижный принц, которого привлекает такая неукротимая энергия. Младшая Шепс не сдерживается, широко улыбаясь неоднозначной информации про себя. Обиду, конечно, не испытывает. Во-первых, её особенно не интересует, какие девушки ему нравятся. Во-вторых, трудно представить ситуацию, при которой у них могла бы сложиться взаимная симпатия. Другая вселенная? Следующая жизнь? Мировая катастрофа? Единственное, чего искренне не понимает, зачем понадобилось настолько явно приплетать Диму? С Матвеевым они сдружились ещё на прошлом сезоне и сохранили общение после окончания проекта. Это простая мощная связь без какого-либо романтического или сексуального подтекста. — Правда, другой есть? Мы его знаем? — Нет, Марат, моё сердце совершенно свободно, — честно отвечает Аля. — Может лучше приворот, а не проклятье? Что скажете, Влад? — Не могу пойти против такой настойчивой просьбы, будет ей проклятье. Башаров наконец-то меняет тему, что позволяет обоим выдохнуть с большим облегчением. Тёмная энергия затмевает сознание чернокнижника. Бес довольно шепчет, что нужно незамедлительно отрезать ей пару прядей и отправляться на кладбище. «Проучи, разбей, заставь умолять. Пусть страдает. Убьём её, если потребуется, м?» — шепчет в голове посторонний голос. Предлагает варианты, от которых можно оказаться на приёме у психиатра, наложить на себя руки. Уже представляет свою самодовольную, победную улыбку, когда Шепс будет оглашать результаты их спора перед камерами. Из наваждения выводит вопрос ведущего. Какой? Понятия не имеет, просто загадочно улыбается. Нет, всё-таки серьёзно пострадать девушке не позволит, даже с учётом скопившегося раздражения не навредит физически. Зато возможность поиграть психологически вызывает внутри приятный трепет. Демон-помощник делает вид, что в обиде на выбор самого «безобидного» варианта, но принимает условия. Ещё пару слов о том, что этап зрительского голосования начался, и съёмки окончены. Теперь они могут расслабиться, временно отпустить все конфликты, просто пойти домой. Большинство коллег стремятся покинуть готический зал побыстрее, а взгляд чернокнижника цепляется за кудрявую бестолковую голову, которая через пару секунд исчезает в стороне дверного проёма. Только после этого, оставшись последним, медленно двигается к выходу. — Блять, Шепс, ты шо караулишь, — выговаривает чернокнижник, ведь сразу после поворота чуть ли не врезается в медиума. Та облокотилась об стену, явно ожидая его. Останавливается рядом, встречаясь с этой неугомонной взглядом. Несколько секунд молчания, пока метают в друг друга искры, — Точно, ты же волосы обещала. Конечно, не забыл, просто играется. — Уже и инструмент забрала, — приподнимает руку, чтобы показать совсем простые ножницы, которыми бумагу или картон, например, порезать можно. Гордо вскидывает голову. Не слишком низкая для девушки, но, в сравнении с Владом, подсознательно ощущала давление. Особенно, когда тот будто специально оказывался ближе, пренебрегая личными границами. С его ростом не трудно показать надменное превосходство, хотя сжиматься и прятать взгляд не будет. — Хочешь проверить меня? — как последний шанс на признание, что была не права, — Пожалуйста, ведьмочка. Только потом не жалуйся, шо я плохой и злой. Вся ответственность будет только на твоей дурной голове, — перехватывает ножницы. — Отрежь, пожалуйста, где особо видно не будет, — игнорирует его выпады и спокойно просит сохранить волосы в более-менее адекватном состоянии. — Я осторожно, поворачивайся. Сзади отрежу, меня же потом сожрут. Младшая Шепс поворачивается к нему спиной, чуть склоняя голову вперед. Чернокнижник мягко зарывается в непослушные волосы, выбирая прядь у самого основания шеи. В нос проникает насыщенный запах вишневых духов и что-то уникальное, присущее только ей, словно в дополнение пробираются благовония, отчего Череватый вдыхает поглубже и срезает прядь. От него же всегда тянет глубоким, терпким запахом без сладких нот. Табак, дерево, и будто бы гуляешь после летнего дождя. Легкие касания мужских холодных пальцев к коже исчезают, отчего по телу пробегают мурашки. Да, наверное, немного волнительно. Бес воодушевлен, прямо требует совершить ритуал сегодня ночью, и Влад этому порыву поддается, возвращая Алевтине ножницы. — Пока, — моментально прощается, заполучив то, что хотел. Несколько шагов в сторону гримерной, чтобы забрать собственные вещи, и оборачивается назад, — И спокойной ночи, если будут кошмары, ты звони, — и снова это выражение лица, которое заставляет задержаться на месте. Магическая, притягивающая улыбка и совершенно тёмный взгляд, — Если вздумаешь обратиться к кому-то или убрать сама, я узнаю. Не ставь себя в неловкое положение, — кивает головой, словно объясняет очевидные вещи трехлетнему ребенку, и продолжает путь. Наверное, посчитала бы угрозой, не будь уверена, что с ней ничего не произойдет. Ночное кладбище — это стихия большинства экстрасенсов. Обряды, получение энергии и прочее-прочее, что можно приобрести на участке могильной земли. Правда, сегодня одноименную могилу пришлось поискать чуть дольше. Оказалось, что не так уж и много женщин с подобным именем. Энтузиазма в чернокнижнике только прибавляется. Спустя час приготовлений и поисков подходящего места, Влад сидит на ткани перед иконой, тихо нашептывая читку перед тем, как волосы соперницы, плотно зажатые в руке, будут преданы могильной земле. Свечи колыхаются, бес веселится. — Поиграйся, поиграйся, поиграйся, — хрипит чернокнижник. — Поиграюсь, поиграюсь, поиграюсь, — слышится что-то нечеловеческое в ответ. Повторяют друг за другом, договариваются обо всё, что должно произойти, а кудрявые волосы оказываются под тонким слоем кладбищенской земли и окроплены стаканом водки. Из иконы на него смотрят чьи-то горящие, злые глаза. Или это его? Свечи ожидаемо тухнул, ритуал закончен. И пока Влад собирает инструменты, на другом конце Москвы от странного кошмара просыпается Алевтина Шепс. Невольно тянется за выключателем, чтобы прийти в себя. Но у кого не бывает страшных снов?