По какому праву?

Утро выдалось серым и влажным — тонкий туман стлался над мостовой Бостона, пряча за собой первые осенние листья. Новый учебный год только начался, а зелья от боли, до этого помогавшие прекрасно, перестали справляться. Гарри шел быстро, не обращая внимания на прохожих. В его руках была тонкая папка с направлением в Институт Арканной Медицины "Салемский Свод", главный магический госпиталь Бостона. Среди магов его называли проще — "Свод" или "Аркам". Гарри не любил больницы. Это было единственное место, в котором у него не было контроля над ситуацией. Ведь ни один протокол не подготовит... допустим, к известию о раке. Вестибюль встретил его мягким светом и запахом озона. Стены были выложены серым гранитом. По обе стороны зала стояли серебряные статуи древних целителей — по легенде они усиливали чары исцеления. Хотя, на деле, были просто частью антуража. — Мистер Поттер? — голос девушки на ресепшене был не столько вежливым, сколько настороженным. Он протянул ей назначение от целителя Ильверморни. — А... тогда вас ожидают. Второй этаж, зал восемь. Пожалуйста, предъявите знак доступа. Гарри протянул серебряный жетон — эмблему своего факультета Ильверморни, на обратной стороне которой был его личный отпечаток, сочетающий в себе как удостоверение личности, так и слепок магии нынешнего директора, подтверждающего факт его обучения и что данный жетон — не подделка. Девушка сделала пару пассов над жетоном, тот высветил информацию, и она протянула его обратно. — Все в порядке. Вас проводят. Зал восемь напоминал скорее храм, чем медицинский кабинет. Круглый, высокий, со сводчатым куполом, испещренным рунами. В центре комнаты — выложенный серебром рунный круг для диагностики, разделенный на сектора, каждый из которых тихо мерцал собственным оттенком. — Мистер Гарри Поттер, — произнес высокий маг в бело-синей мантии, выходя навстречу. — Я — целитель Ардан Тирр. Прошу, пройдите в круг. Гарри разулся, оставшись в выданной ему тунике, вошел в круг. Маг сделал первый взмах палочкой — ярко зажегся внешний ободок круга. — Расслабьтесь. Сканирование займет несколько минут. — Это не опасно? — Только для тех, кто любит жить в неведении, — ответил Тирр с легкой усмешкой.  Он сосредоточенно начал накладывать чары, отдавая кругу свою магию, заставляя тот тихо гудеть. Сначала магия мягко — как теплый ветер — окутала Гарри с кончиков ног до самой макушки. А потом резче, плотнее прилегла к телу, словно кто-то оборачивал его в плотную бумагу.  — Интересно… — пробормотал целитель. — Что-то не так? — Гарри попытался сказать спокойно, но в голосе все равно прозвучала обеспокоенность. Тирр жестом велел ему подождать и, взмахнув палочкой, вызвал Патронуса (Гарри, кстати, не смог его освоить, да и рано было). Колибри, выслушав послание, улетела. Минуты ожидания тянулись мучительно долго. Гарри сел в центр круга, целитель Тирр стоял в стороне, сжав руки за спиной. Лицо его оставалось спокойным, но взгляд выдавал напряжение.  Дверь открылась бесшумно. В зал вошел мужчина лет пятидесяти с лишним, высокий, с серебристыми волосами, зачесанными назад, и мантией цвета ночного неба, на которой серебром сиял герб Института. Его присутствие мгновенно изменило атмосферу — воздух стал как будто плотнее. — Мистер Поттер, — произнес он негромко, но голос звучал так, будто не нуждался в повышении, чтобы его услышали. — Меня зовут Эвандер Шейл, я возглавляю отделение. Надеюсь, вы не возражаете, если я лично взгляну на результаты? Гарри кивнул, чувствуя, как легкая дрожь пробегает по спине. Если уж глава отделения пришел на него взглянуть... Шейл подошел к кругу, скользнул взглядом по мерцающим линиям чар и нахмурился. Затем сделал короткий пасс — и рисунок магического поля под Гарри стал отчетливее: странные потоки, пересекающиеся узлы, пульсирующие точки, словно звезды на небесной карте. Только одна деталь выбивалась из гармонии: тонкая, черная спираль, вплетающаяся в поток, как капля чернил в чистую воду. — Вот оно что, — тихо произнес Шейл. — Ардан, вы были правы. — Что это? — спросил Гарри, и голос его прозвучал тише, чем он рассчитывал. Шейл посмотрел на него внимательно, изучающе, словно решая, сколько правды тот способен вынести. — В вашей магической... м... структуре присутствует нечто чужое, — начал он медленно. — Старая магия. Древняя, агрессивная и… живая. Она не принадлежит вам. — Живая? — Гарри нахмурился. — Вы хотите сказать, что это заклятье? Как магия индейцев? — Если бы это было заклятие, — Шейл покачал головой. — Но нет. Это больше похоже на малефицизм или же на некромантию, чем на обычные заклятья. Паразит, своего рода. Гарри почувствовал, как внутри что-то холодно сжалось. Все, что он когда-либо чувствовал в шраме — боль, вспышки, возможно даже кошмары — внезапно обрело зловещий смысл. А он, как дурак, сбрасывал на генетику и мигрени. — К тому же, — продолжил Шейл, присаживаясь рядом с Гарри на корточки. — Диагностика показывает, что вам нужно пройти полное обследование магического фона. Видите... Целитель показал места на рисунке, которые заканчивались ничем и обрывались точками. — Как будто часть вашей силы от вас отрезана. Возможно из-за паразита, возможно магическое заболевание. Не отрицаю, что может быть и родовое проклятье. Мы называем это синдромом "разомкнутого контура". Обычно он возникает, если у мага блокирован источник силы. Вы ведь из древнего рода, насколько я знаю? — Не могу... утверждать, — Гарри тихо хмыкнул. Получив наследство (кстати немаленькое, но порядком общипанное), он полностью забыл про Англию, в том числе не став заниматься историей своего происхождения. — Но судя по тому, что мне известно, моя мать — магглорожденная, а отец — чистокровный. — Поэтому не сквиб, — кивнул целитель. — Благодаря вашей матери, вы не сквиб. — Вы хотите сказать, что кто-то… перекрыл мою магию? — спросил он глухо. — Все указывает именно на это, — спокойно ответил Шейл. А потом показал на то, что первые "перекрытые" витки идут слишком близко к центру круга. — Причем сделали это, судя по временной метке, когда вам не было и двух лет. — Кто мог это сделать? — Тот, кто имел право распоряжаться вашим наследием. Магическим, имеется в виду. Обычно это глава рода или старший наследник фамилии. В вашем случае у нас нет точных данных. Он сделал паузу и посмотрел прямо Гарри в глаза: — Я не собираюсь вас пугать, мистер Поттер, но должен сказать честно. Если оставить все как есть, паразит будет продолжать питаться вашей магией. Через несколько лет ваш магический потенциал может упасть до уровня едва выше обычного мага. И, скорее всего, после двадцати вы станете... примерно сквибом. Гарри сидел неподвижно, чувствуя, как каждая клетка его тела наполняется ледяным спокойствием. Вот как... и кого благодарить за столь щедрый подарок судьбы? Джеймса, мать его, Поттера или там снова замешан некто длиннобородый? А ведь он только привык к тому, что у него есть сила. — Что мне нужно сделать? — спросил он наконец. — Для начала — пройти полную диагностику с помощью магии крови. Направление к данным специалистам выдается в МАКУС, так как это, своего рода, одно из древнейших направлений Темной магии. После получите доступ к вашему источнику силы.  — Источник силы? — Алтарь рода. Место, где концентрируется магия вашей семьи, образуются родовые дары и предрасположенности. — Тон целителя ясно говорил, что это прописные истины знакомые каждому с детства. — Могу подразумевать, что конкретно ваш находится... — В Англии... — Совершенно верно. *** Ответ из МАКУС пришел сухим, словно его писали не живые люди, а зачарованное перо, следующее букве закона без малейшей тени сочувствия: "В связи с тем, что мистер Гарри Джеймс Поттер является гражданином Магической Британии, проведение анализа крови в целях установления родовой магической структуры не входит в компетенцию Департамента Магической Идентификации Соединенных Штатов. Рекомендуем обратиться в органы власти страны происхождения." Гарри перечитал письмо трижды. Холодный, едва уловимый гнев только усиливался с каждой строчкой. Он прекрасно понимал, что эта бюрократическая отписка — законна от кончика пера до самого древнего фолианта. Гражданство-то он так и не сменил. А потому и злился. В первую очередь, на себя. — Хорошо, — сказал он вслух, больше себе, чем кому-то. — Если проблема в гражданстве — значит, мы его поменяем. Но процесс оказался куда сложнее, чем он думал. В Ильверморни оказалось слишком мало книг, касающихся смены гражданства. А консультации в МАКУСе... Пакеты документов, справки, заверения, апостили... — все это он еще мог пережить. Пока на одном из этапов адвокат МАКУСа — вежливый, усталый мужчина с глазами цвета выцветшего пергамента — не отложил перо и не сказал: — Видите ли, тут не все так просто, мистер Поттер. Ваше магическое происхождение. — Что с ним? — спросил Гарри, чувствуя, как под ребрами поднимается неприятный холод. Обычно с вещами, сказанными таким тоном, поделать ничего нельзя. — Род Поттер зафиксирован там, где вы появились на свет.  Впоследствии, чем глубже он погружался, тем очевиднее становилось: все завязано на род. Алтарь рода — не метафора, а юридический и магический якорь. Именно там, в месте его рождения, фиксировались права на магию, сила крови, доступ к родовым дарам. Все, что составляло его силу, все, что теперь угрожало стать его слабостью. Проблема оказалась не в МАКУС и даже не в бюрократии. Проблема была в том, что он, Гарри Джеймс Поттер, не принадлежал Америке. Как бы ни старался. Здесь, вот парадокс, даже доказать ничего было нельзя. И, закрыв очередной том, он понял: если он хочет разобраться с паразитом, вернуть себе магию, вернуть контроль — ему придется вернуться туда, где все началось. Не потому, что он хочет. А потому, что закон — не бумага. Закон — его, черт побери, кровь. Она просто была — как закон гравитации, как смерть, как судьба. Он читал до самого позднего вечера — искал лазейку. Папки, тома, параграфы, учебники... смертельно не хватало чистокровного Диггори. Но все одно и то же: флер логики, которым пытались покрыть то, что не поддается разумению. Он аккуратно разворачивал каждую книгу, которую только мог найти: решения по смене гражданства, прецеденты по ритуальному имуществу, дела о родовых алтарях, где суд обязал стороны «учесть местную привязку магической инерции». Все это было, как он и предполагал, похоже на лазейку — но не настолько, чтобы протиснуться сквозь нее.  В Америке было два вида древних родов — магглорожденные, n-ое количество лет назад приехавшие с континента, и индейцы. Потом был запрос в МАКУС: формальная просьба о проведении анализа магической крови на территории США и о признании его прав как гражданина. Как он и догадывался, ответ пришел в виде сухой, бюрократической отписки: Массачусетское отделение не уполномочено проводить такие исследования. Слово за словом — алтарь рода мелькал снова и снова. По всему выходило, что пути у него два. Отречение от рода Поттер и основание нового рода здесь, в Америке. Что требовало а) огромных магических сил, б) собственность, подходящую под будущую резиденцию рода. А магических сил, в результате отречения, у него могло и не остаться. И второй вариант... возвращение в Англию. Он перечитывал формулировки десятки раз и ощущал, как безысходность буквально сдавливает его грудную клетку. Закон — бумага, магия — не бумага. Все, чему он мог противостоять иском, апелляцией и доводами, — управлялось текстом, то, что держало его магию, — управляется связью, которой тексты не прикажут долго жить. Даже если бы суд в США признал его гражданином, если бы Массачусетский штат согласился проверить кровь и дать доступ — алтарь останется в Англии. Он закрыл книги и впервые за долгое время ощутил, что бумага бессильна перед старой магией. Внутри где‑то далеко шумел старый страх — не боль, не укол шрама, а тупое осознание утраты контроля. Он, адвокат по призванию, понял: помимо закона буквы есть еще и закон магии. И уже эти законы он не в силах перепроектировать печатью министра или решением суда. Они лежат глубже: в географии, в ритуалах, в самой его сути. Своего рода нити ДНК, о которых можно только рассказать, но никак не переделать. Наверное, он туп, раз считал, что магический мир глупее его самого. Что они просто... не предусмотрели все варианты. А зачем им, спрашивается, бумага, когда все что нужно, написано кровью? Магглорожденный. Не грязная кровь. Грязная голова. Забитая рамками старого мира при учете принадлежности к новому. Лезет с законами Зимбабве в США и надеется, что его примут. — Так, Гарри, — хлопнул себя по щекам, прогоняя накатившее бессилие. — Давай по порядку. ***

Министерство Магии Британии.

Отдел Магической Идентификации и Наследия.

Тема: Запрос на проведение анализа магической крови и установление родового источника силы Уважаемые господа,       Я, Гарри Джеймс Поттер, являюсь гражданином магической Британии и потомком рода Поттер. Настоящим официально прошу провести полное обследование крови с целью выявления возможных аномалий, которые могут негативно повлиять на мое текущее состояние здоровья.       Данный запрос продиктован медицинской необходимостью. Без анализа крови невозможно корректно определить мое состояние здоровья и, при наличии проблем, назначить корректные процедуры лечения.       Благодарю за внимание к настоящему запросу. С уважением, Гарри Джеймс Поттер