Беспричудный Вдохновитель

Точка Зрения Незу: — Сэр, пожалуйста! Сюда! Один вопрос, сэр! — Сэр, пожалуйста, ответьте на наши вопросы! — СЮДА!! ЧТО СКАЖЕТ ВАШ ИНСТИТУТ???? — МЫ ХОТИМ ОТВЕТОВ!!! Голоса воющих существ передо мной смолкли, когда я вошёл в комнату. Поднявшись на подиум, я осмотрел сцену. Орудия массовой коммуникации людей — микрофоны и камеры — были нацелены прямо на моё миниатюрное лицо. Ситуация была шаткой, требующей осторожного и тщательного подхода. Ставки были высоки, ибо глаза общественности были прикованы к этому самому моменту. Родители, переполненные беспокойством, искали ответы. Маленькая чашка с напитком, заботливо поставленная рядом со мной, манила меня сделать глоток. Странно горький. Я постучал по микрофону несколько раз и модулировал свой тон, чтобы он был мягким и лёгким для слуха. — Прежде чем будут заданы какие-либо вопросы, я хочу сообщить вам, что все в безопасности, и, пожалуйста, продолжайте свою обычную жизнь. Обратите внимание, что Герои в Старшей школе Юэй подвергли свои жизни риску, и это именно то, что произошло. Злоумышленники нацелились на Объединённый Центр Симуляции Непредвиденных Ситуаций после нарушения безопасности, которое произошло ранее в тот же день. Злоумышленники пытались причинить вред нашим ученикам, находящимся поблизости, и мы взяли шестьдесят из них под стражу. Я надеюсь, что эта информация будет передана семьям студентов, присутствовавших в этой ситуации. Повторяю, все студенты в безопасности. Их тревоги и опасения тяжело давят на их сердца, и мой долг — облегчить их страхи. Даже если мне придётся повторить свои заверения более сотни раз, я сделаю это с непоколебимой решимостью. Ради их душевного спокойствия я не пожалею усилий. Ах, но какой ущерб это может нанести моему скромному горлу, думаю я. Не бойтесь, ибо у меня есть средство, которое может исправить любую сухость или напряжение. Чай, наполненный сладким ароматом мёда, станет моим спасением. Его тепло будет ласкать мои голосовые связки, успокаивая любой дискомфорт и омолаживая мой голос. С каждым глотком я буду укрепляться, готовый произносить свои слова заверения с ясностью и убеждённостью. Какофония шумов, требующих ответов, начала разражаться, когда я вытер усы. Джентльмен в красном костюме с наигранной улыбкой спросил: — Сэр, повторяя ваше заявление, вы пытаетесь сообщить, что в Старшую школу Юэй, самый престижный и уважаемый институт Японии с самыми современными системами безопасности, проникли злодеи и напали на студентов, находящихся на той территории. Мой вопрос: Стали ли злодеи сильнее, или так называемый «Институт Героев» оказался недостоин своего звания? Как существо, которое наблюдало за сложными механизмами человеческого общества из тени, я понимал их склонности, их слабости и их всепоглощающее желание сенсационности. Средства массовой информации, в частности, обладали ненасытным аппетитом к историям, которые захватили бы их аудиторию, независимо от влияния, которое это оказывало на правду и справедливость. Я обратился к аудитории, мой крошечный голос звучал с убеждённостью. Я стремился изменить их восприятие, привить им чувство критического мышления и поощрить более вдумчивый подход в их освещении. Ибо, в конце концов, я надеялся, что люди, включая средства массовой информации, научатся ценить правду, честность и стремление к знаниям превыше всего. — Такое смелое и необоснованное обвинение, я полагаю, вы также являетесь судьёй по совместительству? Однако, чтобы ответить на ваш вопрос, достойны ли мы такого звания, всё зависит от будущего поколения Героев, которым мы оказываем помощь. Злодеи смогли проникнуть, учитывая нарушение безопасности, которое... разве вы не знаете, сами средства массовой информации и вызвали. Ох..... и.... «News 24х» определённо имели нескольких журналистов в толпе репортёров, пытающихся обойти систему безопасности нашего Института. Я сделал паузу, когда увидел, как несколько репортёров сморщили лица, и продолжил, пока тонкий аромат чая с мёдом окутывал меня в моих фантазиях: — Давайте не будем зацикливаться на обвинениях и промахах СМИ. Вместо этого, давайте сосредоточимся на укреплении нашей обороны, оттачивании навыков этих учеников и срыве планов тех, кто осмеливается угрожать миру, которым мы дорожим. Я слегка улыбнулся, когда горький напиток стал немного легче на вкус, поскольку красный костюм мужчины соответствовал тону его кожи, когда он смущённо сел, ворча, пока я нацеливал его новостной канал на экран. Светловолосая репортёрша встала и сказала: — Попытка переложить вину на нас, репортёров, поистине незрелая, директор-сан. Разве это не доказывает, что даже мы, обычные репортёры, можем прорваться через барьер Юэй? Насколько он слаб? — Отличный момент, должен сказать! О, мои дорогие репортёры, всегда стремитесь нырнуть в самую гущу событий, не так ли? Но, увы, барьер, который мы установили, не предназначался для ваших любопытных душ. Нет-нет, это был всего лишь барьер 1-го уровня, достаточно, чтобы держать вас на безопасном расстоянии. Видите ли, если бы мы возвели более сильный барьер, ну, скажем так, это не было бы приятным исходом для некоторых из вас, авантюрных людей. Безопасность прежде всего, знаете ли! Может быть, в следующий раз, мисс, вы сможете посетить нас сами! Без предварительного разрешения, конечно! Я оскалил зубы, ухмыляясь ей, вызывая у неё дрожь по её позвоночнику, когда она пыталась возразить моим словам, но не могла их сформулировать. — Определённые источники и кадры за пределами кампуса показали, что в здание завозят несколько машин скорой помощи и носилок. Вы уверены, что не было никаких жертв? Я уверен, мы доверяем Директору безопасность студентов, однако, возможно, сами Герои были тяжело ранены или даже злодеи? Этот мужчина лет 50-ти говорил лучше, чем остальные, и спрашивал из беспокойства, смешанного с личной жадностью. — Ах да, наши учителя, к сожалению, были ранены, но, учитывая Причуду нашей медсестры, они прогрессируют в своём выздоровлении. То же самое касается и пострадавших злодеев, — Я ответил ему, что он записал. — Сэр, последний вопрос, студент без Причуды, который был принят в этом году. Каково его состояние? — Спросила женщина в фиолетовом шарфе надменным тоном. — Он в порядке, больше никаких вопросов, — Это была ловушка, ответ, более необходимый, чем нужно, навредит моему ученику. Мне ни капельки не нравится эта идея. Мои усы немного обожглись. — Вы уверены? Такой слабак в курсе Героев сам по себе был огромной ошибкой, и учитывая этот инцидент, трудно представить, что он выбрался из него цел... Прежде чем она успела закончить, я запрыгнул на подиум и сказал: — Я советую вам замолчать, «News BQC», ваш канал потерял свои акции за последнюю неделю с падением на 4%. Но не бойтесь, дорогие «News BQC», ибо я сам попрошу вас замолчать. В конце концов, я не хотел бы быть ответственным за полное уничтожение акций вашей компании. Мы бы не хотели, чтобы ваша уважаемая аудитория пропустила ни с чем не сравнимый журналистский блеск, который вы так любезно предлагаете. Прощайте, дорогие СМИ, пока наши пути не пересекутся снова, конечно же, с надлежащим разрешением! Мой злобный тон закончился небольшим кашлем, и я допил последние остатки напитка в чашке и покинул место проведения. Я не должен портить свой голос для этих лабораторных крыс. За кулисами я встретил Полночь, которая ждала меня и сообщила: — Это была довольно сильная речь, Незу-сан. Однако... ситуация.. не такая уж приятная..... хм.... поступили отчёты и.... один из офицеров погиб... а также.... один из злодеев. В её голосе была серьёзная нотка: — Я знаю об этом, но определённая информация должна быть скрыта. Имя офицера было Айзан Хитори, 32 года, окончил Старшую школу Шикецу. В его семье есть дочь в возрасте 8 лет и жена, которая недавно подала на развод. Мы выплатим им компенсацию и воздадим должное, однако эта деталь не должна попасть в поле зрения общественности. — Разве это не ложь.... — Безопасность наших студентов была подтверждена, и это правда, как было раскрыто в интервью, что наши храбрые Герои действительно рисковали своими жизнями. Однако мы должны действовать осторожно, ибо распространение этой информации бросит суровый свет на наш любимый институт. Представьте себе, если хотите, пронзительный взгляд общественности, пристально изучающий каждое наше движение и анализирующий наши методы, следовательно, образование студентов окажется в трудной ситуации в будущем. Полночь, вы знакомый человек в нашей сфере деятельности. Но наш священный долг — обеспечить, чтобы имидж нашего института оставался незапятнанным, гордо стоящим в качестве маяка превосходства, каким он является... Это важно для подающих надежды Героев, — объяснил я тщательно, когда мы вошли в мой кабинет. Офицеры, которых я подобрал, основывались на минутном предсказании этой ситуации. Однако я недооценил использование Причуд злодеями. Список офицеров, назначенных сегодня, лежал на столе, чтобы Полночь могла его увидеть. *** Имя: Шока Райзан Причуда: Звуковая Манипуляция Краткое описание: Необоснованные обвинения в нападении и чрезмерном насилии были связаны с Шокой Райзаном. -Были поданы три первых информационных отчёта (ПИО) против них относительно этих обвинений. -Все три ПИО были впоследствии отменены из-за недостаточных доказательств. Шока Райзан живёт один. -Стоит отметить, что у них есть счёт 20 убитых злодеев, которые, как сообщается, погибли при попытке к бегству. Имя: Айзан Хитори Причуда: Нейронный Контроль Краткое описание: -Айзан Хитори работал врачом, прежде чем присоединиться к Полку Солдат с Причудой. -За время его работы произошло в общей сложности 80 смертей под его наблюдением. -Стоит отметить, что все погибшие были признанными преступниками, и их причина смерти была связана с нейронным повреждением. -Айзану Хитори не предъявлялись обвинения в связи с этими смертями. -После окончания его службы в Полку Солдат с Причудой, он был повышен до сотрудника службы безопасности. -Айзан Хитори — семьянин и имеет одного ребёнка. -Были обвинения в оскорбительных отношениях с его женой, что привело к недавней подаче ею заявления на развод. Имя: Торан Шизаки Причуда: Кристаллизация Паров Краткое описание: -Торан Шизаки ранее занимал преподавательскую должность в полицейской академии и впоследствии был повышен до профессора в Старшей школе Шикецу. Однако он ушёл в отставку со своей должности при нераскрытых обстоятельствах. -Известный проявлением обострённого противодействия, Торан Шизаки часто высказывался о насильственных действиях по отношению к преступникам. -Студенты сообщали, что учебный материал, преподаваемый Тораном Шизаки, часто содержал насильственные и радикальные идеологии, специально нацеленные на преступников. -Предположительно, Торан Шизаки отправлял ходатайства в Верховный Суд, выступая за предоставление полиции лицензии на убийство преступников, когда это считалось необходимым. -После ухода в отставку из Старшей школы Шикецу, Торан Шизаки был подписан в агентство Героев и в настоящее время служит телохранителем для Могучей Леди. Имя: Адаш Шониро Причуда: Фазовый сдвиг Краткое описание: -Адаш Шониро унаследовал компанию по поддержке технологий, но передал наследство своему брату. -Есть запись о том, что Адаш Шониро был осуждён за нападение при отягчающих обстоятельствах. -Однако он был впоследствии освобождён из-за внезапного признания, сделанного его братом, что повлияло на дело. -С тех пор Адаш Шониро основал НПО, посвящённое поддержке бывших заключённых. -В настоящее время он работает в отделе безопасности в течение последнего месяца. Это краткое описание даёт сжатый обзор доступной информации. Дальнейшее расследование может быть необходимо для получения более полного понимания. *** — Что это вообще такое, Незу-сан?? — У Полночи было шокированное выражение лица, когда она пролистывала страницы, а я слегка улыбнулся. — Возможно, в великой схеме вещей, быть мучениками послужило бы им лучше, чем возвращение в стены тюремной камеры. Вы не согласны? Мои клыки обнажились, когда её глаза начали расширяться в осознании. Кажется, она поняла, что этих людей я стратегически разместил как простые пешки, простые мясные щиты, всё в соответствии с тонким предупреждением Айзавы. Если бы им суждено было встретить безвременную кончину, это принесло бы пользу не только сообществу, но и их семьям. Приманка щедрых репараций, финансовая повязка, чтобы залечить их раны и направить их жизнь на новый путь. Возможно, они избежали закона, однако избежать меня было довольно маловероятно. Использовать их экстремистские уровни того, что такое справедливость, было довольно просто. Тихий смешок сорвался с моих губ, когда я размешивал свой медовый напиток на столе. У нас были гораздо более насущные вопросы. *** Точка Зрения Аянокоджи: Когда моё зрение прояснилось, и я открыл глаза в стерильной обстановке, воздух наполнил слабый гул телевизора. На экране был Директор, с его фирменной ухмылкой, ловко отвечающий репортёрам. — Зрители, как вы видите, Юэй перекладывает вину на наших отважных репортёров, которые всегда делают всё возможное, чтобы найти правду ради вас... Продолжайте смотреть «News 24х». Тихий звук телевизора продолжал гудеть. Оглядевшись, я заметил занавеску, закрывающую мой обзор других кроватей. Тот факт, что я здесь, говорит о том, что ситуация находится под контролем. Части моего плана встают на свои места: разум Шигараки теперь запятнан сфабрикованной слабостью Айзавы. Скоро он начнёт искать новых рекрутов, предоставляя прекрасную возможность моей белокурой психопатке выйти на сцену. Однако остаётся вопрос Ному. Из того, что я наблюдал, Мидория пришёл в сознание к моменту прибытия Всемогущего. Неудивительно, если бы он продолжил бой, доводя себя до предела. Его упорство и решимость поразительны, даже перед лицом ошеломляющих трудностей. В переднюю дверь вошла медсестра, тепло улыбнулась мне и сказала: — Ну, ну, дорогой, кажется, ты наконец пришёл в сознание. Боже мой, ты сильно пострадал, не так ли? Твои запястные кости были разбиты, плечо вывихнуто, а твоя голень была в довольно плачевном состоянии. Но не бойся, дорогой мой, я позаботилась о твоих ранах и исправила их. Твои травмы залечены, хотя должна сказать, твоя выносливость сильно пострадала. С обеспокоенным тоном в голосе, она продолжила: — Видишь ли, моё лечение на месте уже сказалось на твоей выносливости, и бедной Полночи пришлось нести тебя всю дорогу в лазарет. Нам пришлось терпеливо ждать, пока твоё тело не восстановит достаточно сил, чтобы я могла начать лечение. Это было довольно тяжёлое зрелище, дорогой мой, видеть твоё избитое и изувеченное тело, и так целых двадцать минут. — Благодарю вас за лечение. Могу я вернуться на занятия? — Занятия? Они были приостановлены на день, дорогой. Незу хотел поговорить с тобой. Пожалуйста, отправляйся в кабинет Директора. — Хорошо, — Сказав это, я приподнялся с кровати, но почувствовал, как трость ткнула меня в спину. — Помни, ты не сможешь быть Героем, если ты мёртв. Просто не забывай быть осторожным и дай своему телу время, необходимое для восстановления сил. Я надеюсь, ты это осознаёшь, дорогой, и не забудь поблагодарить Полночь, если встретишь её. Это прозвучало скорее как угроза, чем как сладкое напутствие, подобающее бабушке в её 90 лет. — Понял. Покинув комнату, вечерний оранжевый оттенок ударил мне в лицо. Это было довольно зрелищно, однако я тихо постучал в кабинет Директора, вспомнив его слова о том, что мы ещё встретимся. Кажется, он был прав. Полночь открыла дверь, слегка кивнула мне и сказала: — У тебя всё довольно хорошо, Аянокоджи. Заходи, мы ждали..... особенно я~ После небольшой шутки я сидел на холодном стуле перед учителями и человеком, похожим на детектива. — Аянокоджи, надеюсь, ты отлично восстановился! Шуэнзи-сан не переставала нападать на наших коллег-учителей за то, что студент получил травмы.... Ах, эти запоминающиеся синяки! — Добродушная улыбка появилась на лице Незу, когда он сел на свой стул, побуждая всех остальных сесть. — Директор, могу я узнать, зачем вы меня позвали? — Ах, ты задаешь славный вопрос, вызываюший дежавю, ! Не волнуйся, наш детектив просто хочет задать тебе несколько вопросов, чтобы лучше понять всю ситуацию. Конечно, ты можешь просто уйти, однако это было бы не оптимально для расследования, как ты понимаешь. У меня не было причин оставаться, однако уход вот так перед довольно большим количеством Героев определённо повлиял бы на мои будущие предложения от их агентств или их партнёров, полагаю. — Могу я узнать Причуду детектива? Мне нужен был ответ, учитывая, что я могу попасть в одну из ловушек Незу, если не буду осторожен. Он заботится о своих учениках, но, скорее всего, не ценит конфиденциальность из-за своего нечеловеческого происхождения. — Здравствуйте, я сам отвечу. Я Наомаса Тсукаучи. Моя Причуда — Детектор Лжи. Это форма обнаружения лжи, когда ложь ощущается, если человек считает, что он лжёт, и наоборот. Я просто хочу задать несколько вопросов и не стесняйтесь остановиться, если вам станет не по себе. Его голос был чистым и прямым, в то время как его Причуда была противоположной. В его Причуде было так много оговорок и лазеек с самого начала, что даже для того, чтобы эксплуатировать её, я должен был знать пределы Причуды насквозь. — Я понимаю, пожалуйста, продолжайте. Я скрестил ноги, когда он сел передо мной. Другие учителя не спрашивали меня ни о чём, что было странно, учитывая их колоритные личности. Однако, если я не ошибаюсь, Незу, вероятно, приложил руку к тому, чтобы они молчали. — Для первого вопроса, давайте начнём с чего-то лёгкого. Каково ваше здоровье на данный момент? Его вопрос начался как простой. Пришло время проверить мою теорию. Когда я вспоминал интенсивную битву, которую выдержал, воспоминания о мучительной боли наполнили мой разум. Каждое ощущение ломающейся кости повторялось в ярких деталях, как будто я переживал эти мучительные моменты снова и снова. Чудовищный кулак Ному врезался в моё тело, заставляя меня задыхаться и изо всех сил пытаться удержаться в вертикальном положении. Это была боль, которая не влияла напрямую на мои мысли и не затуманивала мой разум, но её присутствие было неоспоримым. Мне нужно было найти тонкий баланс, состояние ума, в котором я мог бы признать боль, не будучи ею подавленным. Это был тонкий танец, тонкая грань, по которой нужно ступать. Это требовало определённого уровня отстранённости, готовности принять ложь, которую я создал для себя. Такой контроль над моим разумом был возможен только благодаря моему воспитанию. Следовательно, после нескольких минут молчания я сказал: — Всё ещё болит. Я говорил и наблюдал, как зрачки Наомасы расширились до неестественной степени, когда он кивнул. — Кажется, это правда, что весь бой был довольно травмирующим. Я приношу извинения от имени полиции за нашу беспомощность. Он звучал раскаивающимся. — Всё в порядке. Герои были там, чтобы делать свою работу. — Сказал я, бросив взгляд на Всемогущего, чьи глаза опустились на землю. Что касается положительных моментов, я был уверен в одном. То, что мой разум считал правдой, считалось правдой. Фактическая правда и принятая правда не могли быть дифференцированы Наомасой. Это облегчало ситуацию. — Действительно. Мой следующий вопрос. Куда вас телепортировали после того, как туман появился в поле зрения? — В Горный район. Мне нужно было использовать ровно столько слов, чтобы передать сообщение. Говорить слишком много было бы рискованно с этой Причудой в игре. И снова его глаза расширились до той же степени. Мне нужно было проверить, что произойдёт, когда я солгу, однако мне нужен был подходящий вопрос, чтобы солгать. — Значит, вы были с Момо Яойорозу, Кьёкой Джиро и Денки Каминари. Я прав? — Да. — Из их заявлений, вы были тем, кто координировал их. Это верно? Его следующий вопрос набросился на мои действия, когда я увидел несколько поднятых бровей у присутствующих учителей. Если бы я солгал здесь, я бы выглядел скромным, а не явным лжецом. Пришло время проверить это. — Не совсем. Его зрачки на этот раз сжались, образовав две точки в его глазах. Значит, это была просто противоположность. Пока я предполагал это, по крайней мере, теперь это подтверждено. — Пожалуйста, не скромничайте, Аянокоджи. Яойорозу сказала совершенно ясно, что каждый шаг, который они сделали, был направлен вашими словами. Наомаса мягко улыбнулся мне. Он был прав, я верил, что вывел их из этой ситуации в своём уме. — Понимаю. — Очень хорошо, тогда я хотел бы подтвердить, что вы контактировали с Изуку Мидорией, Цуя Асуи и Минору Минетой на берегах зоны наводнения. — Да. — Я понимаю, хотя у нас есть подробности общей ситуации, которая произошла. Мне придётся немного расспросить о нюансах. Могу я узнать, что заставило вас вступить в бой, когда Герои сказали обратное, и подобраться достаточно близко к Шигараки, чтобы.... согласно моим отчётам.... Сесть на него сверху.... а затем попытаться сломать ему большой палец. Его слова шокировали моих учителей, в то время как Незу улыбнулся и сел прямо. Кажется, другие интервью проходили в частном порядке. Что вызывало вопрос, почему моё оценивается публично. Ах, Незу, хитрый стратег. Кажется, его уловка вынести моё интервью под общественный микроскоп была просчитанным ходом, от которого веяло его умным пониманием моей уклончивой натуры. Он хотел правды, и чтобы получить её, он использовал эту грязную тактику. Я бы сказал, что это было хорошо разыграно. Однако у меня не было намерения лгать с самого начала. Их впечатления будут иметь вес, и их наблюдение за моими просчитанными ответами поднимет моё положение в их рядах. Если я правильно разыграю свои карты, я окажусь прочно на радаре влиятельных Героев, их внимательные глаза будут прикованы к каждому моему движению. Выпускной может ознаменовать конец моего времени в этом престижном учебном заведении, но это всего лишь начало более крупной цели. — Ситуация была ужасной. Айзава-сенсей, наш уважаемый Герой, был ошеломлён неустанным натиском главных противников. Было ясно, что его жизнь висела на волоске, и просто стоять в стороне означало бы верное поражение. В какой-то момент я понял, что будет лучше вмешаться и умереть, чем сидеть сложа руки и всё равно умереть. Я говорил фактическим тоном, который должен был быть принят. Цементосс отвернул голову, в то время как Полночь поджала свои розовые накрашенные губы. Всемогущий всё ещё не мог поднять голову. Кажется, смерть одного из офицеров просочилась, учитывая мрачное настроение Героев с тех пор, как я пришёл в эту комнату... кроме Полночи. — Я... понимаю... значит, вы говорите, что был шанс... смертельных травм до прибытия подкрепления? — Спросил Наомаса осторожным тоном. — Это было бы правильно.... — Я немного подумал и продолжил говорить: — ...Шигараки напал бы на студентов и убил бы их в отместку за отсутствие Всемогущего согласно их планам. Сначала он убил бы Цуя Асуи, за которой последовал бы Изуку Мидория, учитывая, что он бы прыгнул, пытаясь спасти её. После этого он бы позаботился о офицерах, которые пошли бы на всё, чтобы спасти нас. Затем... — Достаточно... мы поняли суть. — Понимаю. — Я спрошу ещё раз, почему вы пытались сломать Шигараки большой палец? — Это было для того, чтобы нейтрализовать его Причуду. Мои слова подняли много бровей, и Незу был на краю своего кресла, наслаждаясь ситуацию.... странно. Даже Всемогущий поднял голову от удивления. Его глаза выдавали его хвастливую внешность. — Ч-Что?.... Как? — Наомаса яростно записывал информацию в свой блокнот, который был покрыт следами от ручки. — Всё дело было в использовании слабости в механизме активации Причуды Шигараки, Распад. Как и моя одноклассница, Очако Урарака, Причуда Шигараки требовала систему контакта пяти точек. Сломав палец, его Причуда стала бы бездействующей, неспособной активироваться... если только они не использовали свои другие пальцы, чтобы согнуть большой палец обратно на место для активации. Учитывая боль, это, как правило, занимает много времени. Услышав мой анализ, Незу издал писк радости: — ОТЛИЧНО! Замечательная..... то есть..... рискованная попытка. Он пошёл на попятную, когда увидел несколько укоризненных взглядов от моих учителей. — Ваш план хорошо звучит на бумаге, но его выполнение было очень рискованной авантюрой, на которую вы пошли. Одно неверное движение и.... — Наомаса притих. — Это был единственный жизнеспособный вариант. Другие варианты ставили под угрозу жизни моих одноклассников. Я сказал правду, но моя интерпретация её была другой. Если бы мои одноклассники вмешались, я не смог бы выполнить свою собственную программу. Жертвы, если это необходимо, будут принесены, но эта правда была лучше всего скрыта на данный момент. Пока их глаза следили за каждым моим словом, я наблюдал за различными реакциями. Снайп-сенсей изобразил гордую улыбку, вероятно, убеждённый, что я действовал исключительно для защиты своих одноклассников. Полночь, с другой стороны, изобразила озорную ухмылку, её острая интуиция, вероятно, намекала на более глубокий мотив. Взгляд Всемогущего, пронзительный и внимательный, выдавал его сомнение и неуверенность. Герой в красном костюме с белыми волосами, как раз когда он собирался заговорить, обнаружил, что его слова внезапно остановились пронзительным взглядом Незу. — Это было довольно героически... но вы всё ещё ученик. Я понимаю необходимость ваших действий, однако, как старший, я искренне желаю, чтобы вы не попадали в такую ситуацию, когда вам приходится принимать такое решение. От ваших одноклассников я узнал, что у вас была другая стратегия с ними, чтобы вас бросили на Сотриголову, и, по словам Цуя Асуи, вы, по-видимому, дали ей знак отложить план после входа в воду с Ному. Какова была идея этого? Наомаса определённо был дотошным. Доверчивые натуры моих одноклассников заставили их рассказать ему всё. Хотя я ожидал ответить на некоторые вопросы, я недооценил большие рты моих одноклассников. — При входе в воду Ному значительно замедлился. Увод его как можно дальше дал мне больше времени, чтобы спасти Айзаву-сенсея, прежде чем я снова подвергся нападению, так как ему потребовалось бы больше времени, чтобы выбраться из воды. — Боюсь, это лишь часть ответа, Аянокоджи. Он улыбнулся, и я понял его мотивы. Его Причуда имела ещё один слой, вероятно, со способностью чувствовать, насколько что-то правдиво. Это как если бы это был спектр правды и лжи, а не чёткая правда или ложь. Он почувствовал, что я говорю полуправду. Он мог чувствовать мои серые слова, доказывая, что его Причуда была не просто чёрно-белой. Означает ли это, что он мог чувствовать пустые истины и ложь, которые я извергал в качестве тестов ранее? Даже если он это сделал, это не было раскрыто. Так что на мгновение всё было в порядке. — Хорошо, я попросил Минету ослепить Шигараки, как только они окружат его и нападут со всех сторон. Учитывая, что Ному было приказано напасть на меня, они не пострадают и могут это осуществить. В то время как Курогири должен был в любых случаях закрывать обзор Айзаве-сенсею. — Этого будет достаточно. Почему вы пострадали?... Подождите.... хм.... позвольте мне перефразировать вашими словами... В какой момент ваша стратегия рухнула? В его словах была серьёзная нотка, поскольку он правильно проанализировал ситуацию и не увидел в ней дыр. Что, конечно, привело к следующему вопросу: почему я был ранен... почему я частично потерпел неудачу в некотором смысле. — Мой просчёт привёл к 12-секундной ошибке, — объяснил я, в моём тоне не было эмоций. — Во время оценки Причуд я наблюдал исключительную скорость Теньи Ииды на коротких дистанциях. Казалось логичным использовать его способности в качестве эталонной точки для расчёта времени прибытия Героев. Однако я не учёл его ограниченную выносливость на более длинных дистанциях, критическое упущение с моей стороны. — Неожиданная скорость Ному превзошла мою оценку, — продолжил я, мой голос был ровным. — Чтобы компенсировать потерянное время, я нацелился на его уязвимый мозг, но удар оказался недостаточным, что привело к сбою во временном расчёте. — Я беру на себя полную ответственность за последствия моего просчёта, — заявил я, мои слова подчёркивали ответственность. — В дальнейшем я буду анализировать и дорабатывать свои стратегии, чтобы предотвратить повторение таких ошибок. Я показал своё раскаяние правильными действиями и словами. Я должен был вызвать как можно больше сочувствия ко мне. — Подождите, то есть, я правильно понимаю, вы рассчитали посекундно всю ситуацию вплоть до момента, когда пришли Герои.... Почему это не ложь? — Его последние слова были шёпотом. — Да, это правда. Мои слова были фактическими, но они были вымышленными, по-видимому, для других вокруг меня. В глазах учителей был блеск. Некоторые в шоке, другие в сомнении, но никто не поставил под сомнение слова Наомасы. — Мы нашли злодея в вашей области, который скончался. Причина — сломанный череп. Вам что-нибудь об этом известно? Он задал очень важный вопрос. Мне придётся сказать правду, однако то, как я её представлю, может спасти меня от пристального внимания. — Он собирался ударить ножом.... прямо сюда.... в моё сердце.... — Своей рукой я указал на грудь. — Его Причуда была достаточно острой, чтобы убить меня на месте. В следующий момент я бы истёк кровью и умер. Я продолжил, моя рука оставалась зафиксированной на груди, подчёркивая уязвимость моей собственной смертности. Театральность сцены развернулась, когда я говорил, мои слова были разработаны, чтобы пленить и манипулировать эмоциями окружающих меня. — Я увидел, как моя жизнь промелькнула перед глазами, и в защиту я ударил его по черепу. Я сложил руки вместе, держа их и слегка наклонив голову вниз. Всё это было технически правдой. — Теперь, когда я убил... — Незу остановил меня. — Вы не сделали ничего подобного. Мужчина был жив, и врачи не смогли его спасти. Это была предоперационная смерть. Я повторю, вы не несёте за это ответственности. Голос Незу говорил ясно, и некоторые Герои кивнули в знак согласия. Наомаса положил руку мне на плечо и сказал: — Они правы, вы невинны. Аянокоджи, вы Герой. Я не солгал. Однако сокрытие факта не сработало его датчик правды. Я знал, что он умрёт, если ему немедленно не окажут помощь. Я ударил его с намерением убить. Я не сказал: «Я не хотел его убивать». Если бы я сказал это в своей сценке, это имело бы неприятные последствия. То же самое касается: «Что я наделал?» Я точно знал, что сделал и к чему это приведёт. — Спасибо. — Могу я задать только один последний вопрос... после этого вы можете уйти... это не связано с расследованием. Его глаза умоляли меня, как и другие учителя. — Хорошо. — Вы действительно без Причуды? Холодная отстранённость внутри меня защитила меня от приступов грусти, которые могли бы охватить моё сердце. Это был просчитанный защитный механизм, отказывающийся позволить сентиментальности просочиться сквозь трещины моего фасада. Ненавидел ли я навязчивые напоминания? Презирал ли я ассоциироваться со словом «беспричудный»? Или, возможно, я нашёл в этом источник мотивации, движущую силу, чтобы доказать свою ценность в мире, управляемом необычайными способностями? Такие интроспективные вопросы не имели влияния на моё равнодушное состояние ума. Эмоции были всего лишь отвлечениями, препятствиями для рациональности и просчитанных действий, необходимых для преодоления предстоящих вызовов. Печаль, если она существовала, была похоронена глубоко внутри, замаскирована под слоями холодной отстранённости. Я ничего не чувствовал, это был просто ещё один факт. Это всё равно, что сказать, что у меня есть пара глаз. — Да, я Киётака Аянокоджи без Причуды. Я вышел из комнаты, наблюдая, как расширяются глаза Наомасы.