Слёзы

Во всём был конечно же виноват алкоголь. И немного Джеймси. И нонги, конечно же. Если бы не дурацкое стечение обстоятельств, ничего бы такого не было, серьёзно. Йим был в этом железно уверен вот прямо сейчас, вваливаясь спиной вперёд в собственную квартиру на заплетающихся ногах, горя от вожделения и не отрывая взгляда от такого же горящего Тора в паре метров от себя. Дур-р-рацкое пари! Руки Йима постоянно двигались по телу, оглаживая, приподнимая подол великоватой ему футболки, обнажая полоску кожи над резинкой шортов. Он прекрасно понимал, что именно делает. Он соблазнял. С того самого момента, как они вышли из клуба, где развлекались этим вечером, Тор не отводил от него глаз и не сокращал дистанцию ни на сантиметр. Потому что не мог. Не мог оторваться от самого горячего в своей жизни зрелища. Не мог нарушить условия дурацкого пари, на которое согласился, поглупев от влюблённости и выпивки. Согласившись на всё ради того, что ему пообещали в награду. Они не могли сесть в одну машину, не нарушая условий, поэтому взяли два такси, но с того момента, как вышли у кондо, он больше не отводил глаз и даже моргал реже, боясь упустить хоть каплю красоты, которую источал Йим. Они познакомились на работе. Джеймс притащил с собой друга в их только сформированный отдел из другой, более крупной, компании. Оказалось, что условия здесь не в пример лучше, чем были на их старой работе. И коллектив молодой и энергичный. Джеймсу понадобилось всего пару недель, чтобы нонги смотрели ему в рот, а руководитель отдела Тор с уважением внимал. Йим столь же лёгким не был и так легко не открывался, чаще сидел молча, делая свою работу хорошо и быстро. А вот Тор от него глаз не отводил, и это быстро заметили абсолютно все. И начались шуточки и подколки. Даже лучший друг Джеймси то и дело хихикал на тему, что Йиму, всегда по утрам вялому и толком не проснувшемуся, стоит быть внимательнее, входя в кабинет, чтобы не спотыкаться об раскатанную до порога губу Тора или не поскользнуться на его слюне. Йим только качал головой и закатывал глаза. Спустя пару месяцев они всем отделом получили премию за отлично выполненную задачу и собрались в клуб, чтобы это отметить. Конечно, Йим никуда и не пошёл бы, но Джеймс ничего и слышать не хотел: — Булочка, ты идёшь со мной! Я себя знаю. Пара бокалов Маргариты — и тебе придётся привязывать меня к дивану. А я пока не готов потерять свою свободу. Йи-и-и-и-и-им, мне нужна помощь дру-у-у-уга! Не могу же я просить об этом нонгов! И Йим вздохнул, соглашаясь. Он знал, что Джеймс был прав ровно наполовину. Еще на первой Маргарите придётся прикрывать собой друга от многочисленных желающих познакомиться поближе. А после второй желательно вообще спасаться бегством, чтобы не попасть в сводки криминальных новостей на сексуальной почве. Клуб оказался незнакомым, но довольно приличным. Тор снял для отдела кабинет, и когда они пришли — стол ломился от закусок и разноцветных шотов. Маргарит на столе не было, но это ещё ничего не значило. Выпивка тоже была отличная — мягкая, лёгкая, музыка, доносившаяся из танцзала, не раздражала, все были свои, и Йим потихоньку расслабился. Тут-то и началось. — Шеф, подберите челюсть. — хихикнул кто-то из нонгов. — Тор, сделай уже что-нибудь. — подхватил захмелевший Джеймс, втянув губами ломтик картошечки и потянувшись за очередным шотом. Йим выглядел мрачно. — Я не могу. — вздохнул Тор, и Йиму показалось, что он переигрывает. — И что тебе мешает-то?! — отозвался виновник печали начальства. — Я не хочу причинить вред. — Типа такой сдержанный? — кажется, Йим тоже перебрал с шотами, и теперь его разобрало какой-то непонятной то ли лихостью, то ли злостью. Он и сам всё время видел, как на него смотрит этот красивый и невозможно чувственный парень, он то и дело чувствовал, как подгибаются колени, когда Тор, забывшись, прикусывал или теребил пальцами губу, погрузившись в работу. Он боялся лишь одного — довериться не тому. И потому не делал первый шаг. А чего боялся Тор? — Я уважаю того, кто мне нрав-вится.- запинаясь, выдал порозовевший шеф и чуть подался вперед, навстречу сидящему напротив Йиму. — И не посмею сделать ничего та-а-а… кого. — Благородно. — сказал Джеймс и хлопнул рюмашку. — Но глупо. И я не верю. — Ва-а-а што? — повернулся к нему Тор, и Йим почувствовал раздражение из-за того, что от него отвели взгляд. — В то, что если Булочка будет достаточно соблазнительным и близким, ты удержишься от разных таких действий. — такие действия Джеймс обозначил движениями обеих рук над головой. — Я тоже н-не верю! — кто посмел сомневаться в том, что Йим был самым соблазнительным человеком на земле? Да он и храмовый столб заставит пылать страстью! — А давайте заключим пари! — встрепенулся кто-то из нонгов. — Пусть Пи Йим попытается соблазнить Пи Тора, а Пи Тор не должен приближаться к Пи Йиму ближе чем на пару метров. И трогать его тоже не должен. Даже одежду. И если Пи Тор выдержит, тогда-а-а-а… — Тогда? — заинтересовался Йим. — Тогда Булочка пойдёт с ним на свидание. — ляпнул довольный собой Джеймс. — Так, а где моя Маргарита? Я пойду за ней, а вы начинайте без меня. Булочка, только не раздевайся перед Тором, он этого не вынесет. — Пф-ф! Я и не собирался! — вспыхнул Йим, и ловушка захлопнулась. — Ура! Он согласен! Так, я пошёл, никуда не уходите! — Джеймс поднялся с дивана, усилием воли выровнялся и направился к бару. А офигевший от подставы Йим остался сидеть и смотреть на всё больше краснеющего Тора. — Раз-би-вай! Раз-би-вай! — начали скандировать нонги, и Тор протянул большую ладонь, чтобы закрепить пари. Йим, не до конца осознавая последствия, пожал, и кто-то из нонгов рубанул по рукопожатию ребром ладони, разбивая. Что ж, стол был достаточной дистанцией, и Йим внезапно почувствовал азарт. Он практически не сомневался, что Тор не сможет сдержаться даже если объект его страсти останется одетым. Глаза шефа буквально горели, оставляя несуществующие ожоги на лице уже довольно сильно поплывшего Йима. Ничем иным он не смог бы себе объяснить то, что, не отводя глаз, внезапно взял и облизал свой большой палец, а потом провёл им по губам, заставляя свой рот чуть приоткрыться. Рядом кто-то звонко икнул, и это немного привело его в чувство. Он моргнул, осмотрелся, но ещё пару минут назад весёлая компания куда-то рассосалась, оставив на диване одного из спящих нонгов. Остальные впрочем обнаружились на танцполе, поддерживая криками и аплодисментами танцующего в центре Джеймса, об спину которого довольно откровенно отирался какой-то двухметровый китаец. Похоже, Йим как друг оплошал и пропустил момент со второй Маргаритой, а Джеймс нашёл приключения на собственную задницу. Йим хотел было пойти и забрать разошедшегося Супамонгкона обратно, но рядом кто-то кашлянул, и он вспомнил о пари. Что ж, это будет отличным наказанием для друга, к тому же китаец, повернувшись лицом, оказался хорошо знакомым — их коллегой из другого отдела, который уже целый месяц подбивал клинья к капризному Джеймсу. Оставить друга в таких заботливых руках больше не казалось Йиму предательством. — Д-домой хочу… — он решительно встал из-за стола и только теперь понял, насколько пьян. — Я провожу — вскинулся Тор, но коснуться не решился. — П-пошли. Вывалившись из своего такси, Йим уже составил себе план, по которому Тор просто не мог не проиграть. Он включил камеру на смартфоне и сунул его в карман на груди рубашки. И игра началась. Он смотрел чуть исподлобья, облизывая губы языком, и поглаживал себя сперва по запястью, затем по предплечью и выше локтя. В просторном (достаточно, к радости Тора) лифте он снял рубашку, оставшись в футболке. И уронил её небрежно на пол, но Тор выхватил её из воздуха и прижал к лицу, продолжая пожирать его глазами. К дверям квартиры Йим шёл, пошатываясь и пританцовывая, слыша за спиной тяжёлое рваное дыхание. Он думал, что его это развеселит, но внутри внезапно колыхнулось что-то тёмное и дикое. Захотелось не просто разжечь Тора, а буквально уничтожить его собой, заставить взорваться… Это был практически полноценный стриптиз без обнажения. Когда-то ещё в средней школе Йим ходил на танцы и уделял много внимания пластике, а позже ушёл в муай-тай, добавив нагрузки и почти в совершенстве овладев своим телом, и теперь просто обрушил все свои возможности на беззащитного Тора. Всё ради… чего? Он не хотел выиграть — он желал увидеть, как вспыхнет и сгорит из-за него тот, кто так долго ходил вокруг да около. И Тор послушно горел. Комкая в руках рубашку Йима, дыша его запахом, обмирая от каждого движения этого гибкого и соблазнительного тела… Кто бы мог подумать, что замкнутый и спокойный Йим может обернуться таким пожаром? Тору мельком подумалось, что тот и сам не понимает в полной мере, насколько горяч и опасен. И он прикусил губу почти до крови, прогоняя дрожь из перевозбуждённого тела. А потом опустил голову. Только зря — стройные и крепкие ноги были не менее сильным соблазном, переступая, пританцовывая, погружаясь в пушистый ковёр. Тор чуть поднял взгляд, а Йим скользнул ладонью по обнажённому животу и опустил пальцы под резинку шортов. Это было слишком горячо даже для него самого, и с губ внезапно слетел тихий обрывистый всхлип. А Тор качнулся навстречу, но снова остановился, к досаде Йима. И даже отступил на шаг, словно боясь его. — Тебе не нравится? — ладонь опустилась ниже под резинку, начиная недвусмысленно поглаживать возбуждённое тело под бельём, а голова Тора безвольно качнулась, будто отрицая очевидное. Его пальцы побелели, сжимая рубашку. — Посмотри на меня. Тор. Посмотри. И он посмотрел. Йим, стоя посреди гостиной, не удержался на ногах — Тор был похож на горящего ангела, пронзённого болью, а на левой щеке на полпути остановилась слеза. — Ты… Плачешь? — Йим перестал что-либо понимать, кроме того, что эта нескатившаяся слеза резанула его сердце болью. До того, как Тор взглянул на него, он продолжал верить в то, что это игра.Но теперь… — Почему ты плачешь? — Ты такой… Я не могу удержаться, но если поддамся, то потеряю тебя — голос Тора хрипел и срывался. Он опустился на пол напротив Йима и оставил в покое, наконец, злополучную рубашку. Его ладонь легла на пол между ними, словно удерживая его от вожделенного контакта, как последний рушащийся рубеж. — Тебе больно? — Да. И нет. Рядом с тобой мне хорошо. — Ты… Я… Прости… — Йим сник и потерял запал, ему стало зябко, словно пламя, гревшее его изнутри, залили ледяной водой. — Всё хорошо. — отозвался Тор. Он тоже словно угасал, глядя на напрягшиеся плечи Йима. — Всё хорошо. И это заставило Йима решиться. Он в несколько движений, не вставая на ноги, дополз до Тора и обнял его, обнаружив, что того просто трясёт. А когда в его грудь упёрлась рука, пытаясь отстранить, прошептал прямо в горящее ухо: — Всё в порядке. Я здесь. Ты не потеряешь меня, обещаю. — Он прижал к себе этого почти разрушенного своим капризом и чужой шуткой парня, прижал крепче, понимая, что нигде больше он не найдёт такой любви, нежности и защиты.