14 долларов

Стив растерянно уставился на гладкую черную поверхность плиты. Звонить выделенному ему помощнику он всё ещё не хотел. Поэтому сам нашел, как включить в квартире свет, методом тыка выяснил, как включается “душ” и как отрегулировать воду, чтобы не ошпариться — в процессе он, конечно же, ошпарился — сам отправился в магазин, и там пережил один из худших моментов своей жизни, когда ему пришлось приложить “карточку” к “терминалу” после того, как ему озвучили, что яйца, хлеб и сосиски стоят 14 долларов. Его жалованье было высоким, 2640 баксов в год, и, т.к. на фронте его кормили и предоставляли жилье, большую часть он откладывал. У него должно было остаться порядка 4000, он планировал ещё немного подкопить и купить новый дом и машину. Но с такими ценами он просто умрет от голода. “Это все из-за сосисок,” - подумал он, покрываясь холодным потом - “Не надо было брать мясо”. Ему хотелось отказаться от сосисок, но продавщица смотрела на него так грозно, что это не казалось возможным. Стив вышел из магазина, прижимая к груди пакет, который совсем не был похож на пакет — он был тонкий, белый, и совершенно точно не бумажный. Он шевелил губами, пытаясь посчитать, на сколько приемов пищи ему хватит накоплений, которые он сделал за всю жизнь. Выходило около трёх месяцев. Дом и машина стремительно уплывали в небытие. Только зайдя в квартиру и отдышавшись он сообразил, что если так изменились цены — должно было измениться и его жалованье. Господи, сколько вообще денег внутри этой “карточки”? Он понял, что забыл купить сигареты. Курить хотелось ужасно. Зависимость некоторое время боролась с ужасом от перспективы повторного столкновения с “терминалом”, и победила. Он быстрым шагом вернулся в магазин, попросил лаки страйк, и, сжав зубы, отдал за них 20 баксов. И ещё доллар за зажигалку. Перспектива завтрака разбилась о то, что Стив не понимал, как включить плиту. Это была плита, точно. Во-первых, она располагалась на кухне. Во-вторых, на ней даже стояла сковородка. В-третьих, у нее была духовка. Только вот на этой плите не было даже кнопок. Просто гладкая черная поверхность. Стив попытался успокоиться и подумать о хорошем. Технологический прогресс сводил его с ума, но разве это не здорово — оказаться в будущем, будто в книге? Баки будет просто в восторге, особенно от машин, да и плита ему тоже понравится, и он разберётся, как ее включить, Баки всегда… Стива вдруг словно ударили по голове, и он осел на пол, сбив локтем коробку яиц со стола. Баки мертв, что же ты никак не запомнишь, тупой ты идиот, Баки мертв, все мертвы. Ты один. Ты остался совершенно один. Он вытащил сигареты из кармана штанов и щёлкнул колёсиком зажигалки. Дым наполнил рот и ноздри, Стив задержал дыхание, потом выдохнул. Во всяком случае, хоть что-то в этом мире работает так же, как работало в его. В его мире, которого больше нет.