Двойное везение

      За свои тридцать пять лет близнецы Чон повидали многое. Но даже в страшном сне они и подумать не могли, что окажутся в каких-то джунглях в племени аборигенов, на которых даже глаза поднять страшно — а вдруг они решат зажарить и съесть двух мускулистых альф в самом расцвете сил? Какая растрата потенциала. Глядя на толпу полуголых людей, вооружившихся копьями, ДжейКей жалел лишь об одном: что не трахнул того омегу в Лос-Анджелесе. Как там его звали? Юнги? А всё его чёртово правило — спать с кем угодно, кроме своих коллег или сотрудников. Не гадит он там, где ест, видите ли. Чёрт, если он выберется отсюда, то обязательно пригласит этого талантливого диджея с пленяющими глазами на свидание и трахнет до звёзд перед глазами. Жизнь одна. И сейчас он понимал эту фразу как никогда.       Чонгук же думал о другом — ему было искренне жаль, что у их отца нет других наследников, кроме них. Так что он жалел о том, что не женился и не завёл как можно больше детей. Всё думалось, что успеется. Средний возраст вступления в первый брак у состоятельных альф как раз тридцать пять-сорок лет. С другой стороны, средняя продолжительность состоятельных альф, любящих экстрим, тоже примерно около сорока лет. Даже есть официальная статистика. Чёртов Джей со своими сумасшедшими идеями. Или Джексон Чон, его родной брат-близнец. И всё же Чонгук, познакомившийся со своей практически точной копией, за исключением пирсинга и татуировок, в свои нежные восемнадцать, проникся любовью к брату практически сразу. А потому и не обвинял Джея в том, что они попали в такую засаду. Даже если их съедят в итоге, жизнь прожита не зря...       По официальной версии родители братьев Чон развелись ещё до их рождения из-за разных политических взглядов и разъехались по разным странам. Их папа-омега был американцем корейского происхождения и взгляды его были довольно прогрессивными, поэтому он улетел к себе в Нью-Йорк ещё во время беременности. Чтобы завершить бракоразводный процесс как можно скорее, папа решился на поистине ужасный поступок — принять нескромные отступные и разделить детей до их совершеннолетия. В итоге Джексон Чон, или Джей, как он сам себя называл, вырос с папой в Штатах, а Чонгук спустя месяц после рождения был перевезён своими дедушками в Корею и воспитывался как будущий наследник холдинга Чон.       На самом же деле их отец — идиот. Так искренне считали оба брата. Чонгук считал, что отец идиот, потому что изменил их папе, когда тот носил их под сердцем. Джей же считал, что отец идиот, потому что попался. — При своих деньгах и влиянии мог найти шлюху поумнее, которая бы тихо доила миллиардера годами, а не угрожала доложить об измене папе, — рассуждал Джей, когда они встретились с Чонгуком впервые. Он тоже проникся к своему брату симпатией, пусть и старался не показывать этого. — И доложила же. Поверить не могу, что омеги могут быть такими идиотами, когда им практически выпал билет в жизнь. Если бы не он и его жадность, мы с тобой выросли бы в одной стране. И даже в одной семье. Хотя не знаю, понравилась бы мне Корея с её консервативным менталитетом. — Отец мог вообще не изменять, — считал Чонгук. — Наш папа очень красивый, неужели отец не мог удержать себя от интрижек? — В нашем окружении нет верных мужей, — говорил Джей. — Да и как ты себе это представляешь? Человек фактически владеет страной и может лоббировать свои идеи в правительстве и при этом должен соблюдать верность какой-то там омеге? По-моему, это нереально. — Ощущение, что это ты вырос с отцом, а не я, — разочарованно качал головой Чонгук. — Как ты можешь быть таким? — Я всего лишь реально смотрю на вещи, братец, не кипятись, — Джей всегда мастерски разряжал атмосферу. — Я люблю нашего папу, это самый лучший омега в мире, но... тебе не кажется, что наш папа слишком авторитарный? Он слишком много требует от альф. И от отца он требовал невозможного — верности! — Ты так говоришь, потому что ты сексоголик, — говорил Чонгук. Они обсуждали эту тему множество раз и никогда не приходили к общему знаменателю. Слишком уж разными выросли братья Чон. — Я вот всегда хранил верность своим омегам. — И не женился ни разу, потому что невозможно быть с одним омегой всю жизнь. — Ты вначале хотя бы одни отношения заведи, прежде чем рассуждать на эту тему. Серьезные отношения это тебе не шлюх снимать после твоих диджейских тусовок.       Джей владел сетью ночных клубов и время от времени сам выступал там в качестве диджея. У него даже фанбаза имелась. Потому и найти омегу на одну ночь никогда не было проблемой. Впрочем, у Чонгука таких проблем тоже никогда не было, но он сам не хотел пустых бессмысленных отношений. Лишённый любви папы, он подсознательно стремился быть той идеальной версией альфы, противоположной их с Джеем отцу.       Сейчас же, боясь за свою жизнь, Чонгук понял, что все эти споры с братом — пустое. Не стоит пытаться изменить человека или пытаться что-то доказать отцу. Надо было просто жить... Жениться на хорошем омеге и не пытаться найти идеального. В конце концов, эта тяга встретить идеального партнёра и погубила их. И в этом братья были похожи за тем лишь исключением, что один искал глубоких отношений, а другой просто-напросто не отказывал себе ни в чём. Оба Чона так и не смогли остановиться на ком-то одном. — Я боюсь, — одними губами признался Джей, глядя на вооружённых незнакомцев весьма экзотичной внешности. Поджарые тела альф, потихоньку надвигавшихся на них, были испещрены множественными круглыми шрамами и братья догадывались, что каждый шрам символизировал выигранную схватку. А значит, это число жертв на совести каждого... — Я тоже, — ответил Чонгук. Но заслонил брата собой, несмотря на его сопротивление.       Братьев практически заключили в кольцо и ещё метр — и грудь Чонгука бы задело остриё копья, как внезапно перед ними появился омега, громко разъяснявший альфам что-то на незнакомом языке, состоявшем в основном из разной тональности гласных звуков. По крайней мере, Джею казалось, что никакой логики в этом языке нет.       Омега сильно отличался от остальных в племени своей светлой, практически не тронутой солнцем кожей, а также чертами лица — уж очень сильно он походил на азиата по сравнению с альфами, имевшими крупные черты лица и большие миндалевидные глаза. Впрочем, омега имел только одну общую черту с аборигенами — пухлые мясистые губы. Весьма манящие губы — это Джей отметил сразу. Чонгук же отметил смелость омеги, ведь юнец... защищал их. И защитил. Ведь тем, кого хотят съесть, вряд ли предоставляют ночлег в каком-то шатре и по миске с едой. Джей вначале подозрительно понюхал еду, наивно думая, что этот жест останется незамеченным. Чонгук же видел, что и необычного омегу, и альф из племени это оскорбило, поэтому принялся молча жевать любезно поданный обед. В конце концов, он действительно был очень голодным, и ему было всё равно, если еда отравлена. Да и он и Джей уже достаточно крупные, чтобы у племени была реальная необходимость откармливать свою "добычу". Как будет, так будет. Омега, спасший их от гнева других альф, с одобрением смотрел на Чонгука, жадно поглощавшего мясо дикого кабана. Вскоре он остался с близнецами наедине и не знал, что делать и что сказать. Поэтому просто молча наблюдал за ними, пытаясь найти в них отличия, за исключением татуировок и множества колец на лице одного из них. Интересно, имеются ли металлические колечки у альфы на теле?.. — Ч-чимин! — позвал кто-то омегу и он наконец отвлёкся от созерцания красивых мускулистых корейцев, так некстати оказавшихся с ним в одном племени. Он ведь только отошёл от расставания с бывшим, а тут два красавца, с которыми хочется... хочется. Многого.       Омега молча отошёл на пару метров от братьев Чон и вскоре покинул их шатёр. Джей удивлённо проводил его взглядом и переспросил у Чонгука, чтобы убедиться, что ему не послышалось: — Чимин? Этого омегу так зовут? — Не знаю, — буркнул Чонгук. — Но похоже на то. — Он кореец, как думаешь? Похож ведь. — Похож. — Ну ты чего такой задумчивый? — пытался расшевелить брата Джей. — Я всегда такой. — Нет, не всегда. Рассказывай. — Да нечего рассказывать, — нахмурился Чонгук и отставил от себя пустую глиняную миску. — Просто... отхожу от всей этой ситуации. Я думал, нас убьют. В таких племенах с незнакомцами не церемонятся. А ты ещё и демонстративно нюхаешь их еду. Раздражает меня, что у тебя всё на лице написано. — Ну извините, это не я рос с отцом, с детства нанимавшим тебе сто нянек и преподавателей, чтобы они научили тебя быть таким безэмоциональным. — Это не безэмоциональность, а хладнокровие и умение держать лицо, — устало объяснял Чонгук. — И говори потише. Если этот омега действительно кореец и знает корейский или английский, то это может как помочь нам, так и погубить. Он ведь и их язык знает. Будь осторожен с ним. — Хорошо, — понизил тон Джей, не споря с братом. И добавил шёпотом: — Я кстати отправил сигнал SOS со смарт-часов своему помощнику, как только мы пришли сюда. Но они разрядились.       Чонгук испуганно округлил глаза. — Тебя не заметили? — Нет, я уверен в этом. И ты тоже отправь, пока мы сейчас одни сидим. — Точно, — шёпотом сказал Чонгук и принялся рыться в карманах своих широких штанов. На его военных часах с особой частотой сигнала тоже остался всего один процент, но этого хватило, чтобы объяснить ситуацию его секретарю с помощью специального шифра, который понадобился ему впервые в жизни. Он отдал приказ бросить все силы на их поиски и прислать за ними частный вертолёт. Если нужно — привлечь армию. В конце концов, у его семьи такая возможность была. Надо же было быть такими неосмотрительными и не зарядить военные смарт-часы, думая, что с ними всё будет отлично. Вот только обычный прыжок с парашютом пошёл не по плану и теперь они здесь. И если им повезёт, их вытащат отсюда и вытащат очень скоро.       Однако прошла целая неделя, а помощь так и не прибыла. Чонгук не помнил, чем именно занимался все эти дни, — настолько был поглощён ожиданием частного самолёта или хотя бы пешим отрядом поисковиков. На каждый подозрительный звук он озирался с надеждой, что это спасатели. Джей же подозрительно плавно влился в жизнь племени — не понимал ни черта, но улыбался и предлагал жестами свою помощь. И даже подмигивал время от времени Чимину, который с опаской поглядывал на него и ничего на это не отвечал. Чонгук просил Джея быть осторожным. — Если они просекут, что ты хочешь затащить их омегу в постель, тебе точно несдобровать. Отрубят голову и даже глазом не моргнут. И это в лучшем случае. В худшем — отрубят тебе член и оставят истекать кровью, — обрисовывал перспективы Чонгук. Он даже не знал, правда ли это, да и люди в племени на самом деле оказались добрыми и улыбчивыми и старались помочь, как могли. Особенную симпатию они питали к Чонгуку. Но Джею знать об этом не обязательно. — Какой ты жестокий! — ДжейКей даже инстинктивно прикрыл пах, услышав о потенциальном оскоплении. — Какой кошмар, не слушайте его! — сказав он своим гениталиям. — Я как раз-таки не жестокий ни капли. Просто говорю тебе быть осторожным. — Да этот Чимин сам хочет, чтобы мы его домогались! — сказал вдруг Джей. — Ты не видел, как он смотрит на нас? — Заткнись, — Чонгук закатил глаза. — Они здесь в этом племени слушаются омег. Точнее, прислушиваются к ним, их желаниям. Заметил их трепетное отношение к омегам с детьми? Если ты вызовешь негативную реакцию у Чимина, нас точно накажут. — Ладно-ладно, — согласился наконец ДжейКей. — Но вспомни, как Чимин отвёл нас помыться впервые. Помнишь, после первого ужина здесь?       Чонгук помнил и долго не мог об этом забыть, даже когда мысли его были посвящены ожиданию спасения из этого места. Чимин вернулся в шатёр тогда, в первый день, и, увидев пустые глиняные миски, довольно улыбнулся. И от улыбки этой сердце Чонгука пропустило удар... А потом ДжейКей решил взять инициативу на себя, позвав его: — Чимин?       Омега тогда вздрогнул, шокированно глядя на Джея. — Не бойся, Чимин, — сказал Джей по-английски и выставил открытые руки вперёд. — Я не опасен. Знаю, что ты не понимаешь, вижу это, но ты очень красивый. — Джей, заткнись, — сказал тогда Чонгук. И сложил руки в извиняющемся жесте и легко поклонился. — Простите нас, — по-корейски. — Хм, — только и выдал Чимин. И похлопал в ладоши, привлекая внимание близнецов. — Хуа!       За этим загадочным "Хуа!" пошёл ряд разных по тональности гласных звуков, из которых можно было сделать вывод — омега их не понял. Но понял язык жестов, а потому в дополнение к этому странному языку изъяснялся и ими. Потёр тыльные стороны ладоней, изобразил, как умывает лицо и тело и сделал пару зазывающих жестов, из чего стало ясно, что он предлагает им помыться. Потом он отвёл их к небольшому водоёму недалеко от поселения аборигенов и, раздевшись догола, спустился в воду. Чонгук тогда опустил глаза, чтобы не смутить омегу, но тому было всё равно. — Хуа! — повторил Чимин и приманил альф пальчиком.       Джею же объяснять дважды ничего не нужно было — он лихо разделся и побежал в воду, приговаривая: — Хуа-хуа, милашка, хуа-хуа... — причём не столько для того, чтобы помыться, а для того, чтобы попробовать полапать красавчика-омегу за упругую задницу, которую он успел разглядеть даже когда Чимин был в свободного кроя одежде. У Джея глаз-алмаз. — Я ДжейКей, кстати. Джей-Кей, — подплыв поближе к омеге, он протянул ему руку. Тот непонимающе посмотрел на него. — ДжейКей. Джей. — Джей? — ткнув указательным пальцем альфу в грудь, переспросил Чимин. Джей же закивал и перехватил нежную ручку омеги, притянув его к себе. Чимин напрягся. — Прекрати домогаться, Джей, — помешал им подплывший Чонгук. Оттолкнул брата и представился сам, указывая на себя пальцем: — Чонгук. — Чон...гук? — повторил Чимин. — Ага. Чон-гук. — Хуа! — привычно подытожил Чимин. — Ч-чимин. — Чимин... — повторили оба близнеца и улыбнулись омеге. — Хуа-хуа.       Чимин быстро покинул водоём, оставив братьев на какое-то время одних. А потом вернулся с охапкой тряпья из шкур и грубой ткани, которое стало их одеждой. Причём весьма откровенной одеждой, совершенно не скрывающих их мускулов. Оба брата были в восхитительной форме. Даже Чимин на них засмотрелся, думая, что альфы этого не замечают. Чонгук действительно не увидел этого, ведь все его мысли были о спасении, а вот похотливый Джей заметил. И когда прошла неделя и за ними так и не прилетели, оба пришли к выводу, что нужно осваиваться в племени и учиться жить по-новому. Правда, решение это было реализовано по-разному. Чонгук начал пытаться учить их язык и быть полезным племени, а вот Джей... с Джеем было сложно. Ведь он решил трахнуть Чимина во что бы то ни стало и ему было совершенно плевать на последствия. — Один раз живём, — сказал он Чонгуку тогда. — Да и кто знает, этот Чимин ведь незамужний омега. Может, мне предложить ему выйти замуж и создать семью? Здесь ведь всё равно нет документов, можно спокойно жениться под какой-нибудь ритуал, а потом, если мы выберемся отсюда, я снова буду свободен. Зато с таким интересным опытом. Омеги из дикого племени у меня ещё не было. — Ну ты и мудак, — осуждающе сказал Чонгук. Но не осмеливался даже себе признаться, что и ему хотелось того же. — Это чистая правда, — кивнул Джей и расхохотался. — Так что давай попробуем обосноваться здесь и вызвать у них доверие. Будем охотиться с ними, исследовать территорию, и поймём, в какую сторону нам нужно будет идти, чтобы добраться до цивилизации. А потом сбежим. — Это можно сделать без женитьбы на Чимине, — хмуро отозвался Чонгук. — Не лезь к нему. — Нет, без Чимина как раз здесь никак нельзя, — не согласился Джей. — Они прислушиваются к нему. Да и мне нужно с кем-то делить постель. Если он согласится, мы убьём двух зайцев. — Он не согласится. Вокруг него столько достойных альф в разрезе этого племени, сильных, к тому же, много охотников, способных прокормить семью своими руками. И никому из них он не отдал своё предпочтение. Думаешь, он всю жизнь сидел здесь и ждал нас? Точнее, тебя? Да ты даже свою одежду постирать сам не можешь, не говоря уже об охоте. — Чего ты так ядом плюёшься? — непонимающе спросил Джей. Чонгук, который сам от себя не ожидал подобной тирады, мрачно ответил: — Да ничего.

***

      Чонгук искренне не хотел смотреть. Точнее, не смотреть, а пялиться на голых людей из племени, ополаскивающихся у водопада и стирающих свою одежду. И не просто на людей, а на Чимина. На определённую часть тела Чимина, манящую Чонгука подобно тому, как экстракт валерианы привлекает котов. Привлекает и сводит с ума. — Мохнатенький какой, — по-доброму хмыкнул Джей, проследив за взглядом Чонгука, устремлённым на покрытый курчавыми волосками лобок омеги. — Даже миленько. Тебе такие нравятся. Помнишь, у тебя была коллекция ретро-порнушки с волосатенькими омегами в главных ролях? — Заткнись, — сквозь зубы процедил Чонгук. "Она до сих пор хранится у меня на жёстком диске", — предательски пронеслось у него в мыслях. — Интересно, у него и вокруг ануса всё естественно? — продолжал подливать масло в огонь Джей. — Давай подождём, когда он нагнётся.       Чонгук с силой ударил брата по плечу. — Ты в своём уме? Не смей разглядывать Чимина! Мало ли какие у них тут порядки. — После того разговора о женитьбе прошло около недели, а Чонгука до сих пор трясло от недовольства при одной только мысли о Джее и Чимине вместе. — Чего ты так кипятишься? Реально же интересно, да и они не сказать чтобы стеснительные. — Джей пожал плечами. — У меня таких ещё не было. — И не будет, — недовольно буркнул Чонгук. — Хочешь сам замутить с волосатиком? Если да, то скажи сразу, пока я не соблазнил его, — поиграл бровями ДжейКей. — Ничего я не хочу. И вообще, — Чонгук ухмыльнулся, — с каких пор тебе стало не плевать на растительность между ног у омег? Помнится, в юности ты сбежал от омеги только из-за того, что он не успел побрить ноги перед вашим свиданием. — Мне было шестнадцать. И на самом деле я бы и сейчас сбежал. Если бы не оказался в богом забытом месте в диком племени аборигенов. Сейчас вроде как нет особого выбора, а Чимин тут самый красивый. Знаешь же, что я без секса жить не могу. У меня и презервативы имеются и их много.       Чонгук закатил глаза. Его братец просто неисправим. Неисправим и ужасен. — Поверить не могу, что ты взял с собой презервативы. В небо! — У меня они всегда с собой, — невозмутимо ответил Джей. — И лекарства тоже. Ты же знаешь, какой я ипохондрик. Зато мой рюкзак спас нам жизнь! Мало ли как твоя рана на ноге заживала бы без антибиотиков. — Знаю. Но куча презервативов в твоём рюкзаке это всё равно дико. — Дико — это жить в этом племени и спокойно светить своими гениталиями при всех, — парировал Джей. — А я за безопасность. — Можно подумать, твои гениталии за всю жизнь видело меньше людей, чем в этом племени, — Чонгук закатил глаза. — И увидит ещё больше, если мы выживем и у нас получится сбежать. Или если нас вовремя найдут твои люди, — подмигнул Джей и тяжело вздохнул. — Трахаться хочу, аж не могу, яйца гудят. Было бы славно попробовать этого Чимина. — Ты хочешь его только потому, что он красивый в сравнении с остальными? — с презрением в голосе спросил Чонгук. — Ну ты и мудак.       Джей развёл руками, мол, не мы такие, жизнь такая. И снова принялся бесстыдно разглядывать Чимина и рассуждать вслух. — Вообще... если его подкрасить, отмыть, побрить, он очень даже ничего. А можно и не брить. Тело у него идеальное, ты только посмотри на этот плоский живот и просто-таки громадную задницу по сравнению с ним. С такой красивой фигурой можно и мохнатеньким ходить. — С этим Чонгук был согласен как никто другой. У Чимина изумительная фигура. И да — с такой фигурой можно всё. В обычном мире одна только роскошная фигура дала бы Чимину мощный старт в жизни. А вкупе с его красивым лицом... — О, смотри, он нагибается, чтобы ополоснуть своё тряпьё, которое они тут считают одеждой. Да, я был прав, — у него и вокруг ануса волоски имеются. Но всё равно — Чимину можно. И вообще, что естественно, то не безобразно. Если честно, я бы даже вылизал эту задницу и плевать мне на растительность.       Чонгук больше не мог слушать эти мерзости из уст брата и просто развернулся и покинул это место. Решил, что придёт сюда помыться позже, но вовсе не от стеснения. Не может же он светить своим стояком, ставшим довольно заметным, стоило Чимину нагнуться и продемонстрировать волосатую промежность во всей красе, а Джею описать свои фантазии. Чонгуку действительно нравились такие омеги, вышедшие словно из ретро-порно. Да и чего скрывать — Чонгук бы и сам с удовольствием вылизал Чимина, правда, начал бы с клитора. И начал бы не с вылизываний, а с тщательного обнюхивания всей промежности. Уткнулся бы носом в этот лобок с шелковистыми блестящими волосками и целовал-целовал-целовал выглядывающий из-под них набухший клитор, периодически дразня его языком... Чонгук не выдержал и довёл себя до оргазма парой быстрых движений ладони по твёрдому члену, по ощущениям готовому взорваться от того, какими возбуждающими были фантазии о Чимине. Этот омега словно вышел из его грёз... Увезти бы его к себе да научить всему. Чонгук нахмурился, осознавая, что думает об этом всерьёз... Из всех омег в мире захотеть взять в мужья какого-то аборигена, пусть и настолько красивого, — это сильно. Интересно, о каких психотравмах из детства говорит такое желание?..

***

      ДжейКей же не ожидал, что его желание сблизиться с Чимином сбудется настолько быстро. Наверное, это от того, что человек он довольно жёсткий и серьёзных намерений никогда по отношению к омегам не имел. С Чимином то же самое — ему было просто интересно трахнуть очередного, пусть и весьма необычного омегу. Не знающего ни одного нормального языка. Но ведь он должен знать язык любви, верно? ДжейКей не был бы знаменитым ДжейКеем, если бы не рискнул проверить. Пока Чонгук помогал местным рубить дрова и перетаскивать их с места на место, Джей выловил Чимина своим фирменным: — Хуа, милашка! Чимин! Иди сюда! — сопровождая свою английскую речь характерными жестами.       Уже вечерело. Джей сегодня был на удивление покладистым — решил, как и Чонгук, принимать более активное участие в жизни племени. Обычно он имитировал бурную деятельность, однако по сути бездельничал в своём шатре и ждал у моря погоды. То бишь не терял надежду, что сигнал от разрядившихся часов дойдёт до отца и их найдут. Но сегодня неуёмное желание заняться сексом с Чимином победило природную лень. Не зря говорят, что в либидо и заключается энергия человека. Хочешь потрахаться — потрудись понравиться выбранному омеге. А ДжейКей заметил, как голодно и восхищённо смотрел Чимин на трудящегося Чонгука, пусть его братец не пытался понравиться омеге, а просто хотел выжить и сбежать из этого места со временем. Стало быть, Чимину нравятся такие трудяги. Что ж, ради секса с ним можно и дрова поколоть, и тяжести потаскать.       И это сработало. По дороге к тому водоёму, к которому Чимин отвёл братьев в первый вечер, ДжейКей решает действовать. Просто подходит к омеге сзади и обнимает за талию. Втягивает воздух у основания шеи Чимина и произносит по-английски: — Как же ты вкусно пахнешь. Даже вот такой потный и грязный, ты меня возбуждаешь. И я тебя тоже, судя по всему. Чувствуешь ведь мой стояк задницей и даже не пытаешься отодвинуться.       Чимин вместо ответа оборачивается и... целует Джея в губы. Целует кусаче, голодно, будто не целовался несколько лет. Для Джея же воздержание даже в пару недель звучит как самый страшный кошмар, так что целуется он так же страстно. Наконец Чимин отстраняется и говорит привычное: — Хуа, Джей. — Пойдём, да.       Не успевает Чимин раздеться, чтобы войти в воду, как Джей валит его на землю и покрывает лицо и шею поцелуями. Чимин вначале активно отвечает, но потом что-то в нём переключается и он отталкивает от себя Джея. Он словно что-то хочет сказать, но не может. Джей усмехается и решает проверить догадку. Он знает этот взгляд. Он не был бы ДжейКеем, если бы не знал. Достав из-за пояса штанов несколько квадратиков с презервативами, он говорит по слогам: — Про-тек-шен. Сейф секс, онли сейф секс.       Чимин часто дышит и удивлённо смотрит на презервативы. Говорит что-то на неизвестном языке и улыбается. Джей принимает это за зелёный свет и вновь нагибается над Чимином и продолжает ласкать его солоноватую кожу. — Вкусный. Интересно, везде ли ты такой? Но вначале я быстро тебя трахну, уж прости, яйца болят от возбуждения. Но потом, как кончу в первый раз, обязательно тебя вылижу и всю ночь буду трахать тебя медленно, с оттяжкой, — обещает он омеге и плавно толкается в него.       В первый раз они трахаются ровно две минуты — Джея бы на большее не хватило. Но член его не опадает, с удовлетворением отмечает про себя Чимин. Сам же Джей, утолив первый голод, старается удовлетворить омегу языком и пальцами. Чимин умопомрачительно пахнет, а на вкус всё такой же солоноватый и это Джею нравится. Они даже не успели помыться после тяжёлого трудового дня, но омегу это никак не портило. Волоски вокруг клитора и влагалища никак не мешали ему, даже добавляли интересных ощущений. Когда Чимин затрясся в оргазме, язык Джея спустился к анусу омеги и принялся стимулировать там. — Восхитительный, — заключает Джей, когда Чимин громко стонет, кончая во второй раз от весьма интересной стимуляции, включающей в себя фингеринг влагалища, надавливание на переднюю брюшную стенку и римминг одновременно. Омега же думает, что такого, как Джей, обязан попробовать каждый. Такой любовник способен навсегда повысить хрупкую из-за давления общества самооценку омеги.       Потом Джей, как и обещал, оттрахал Чимина медленно и с оттяжкой. И только после этого они помылись в водоёме, не переставая целоваться. Но после того, как они стали чистыми, никакого медленного секса больше не было. Джей начал жёстко вбиваться в Чимина ещё в воде, предварительно натянув очередной презерватив. Он двигался словно отбойный молоток, не оставляя ни шанса на тихий секс. Казалось, музыкальные стоны Чимина слышало всё поселение, пусть они и далеко отошли. Выбравшись из воды, остаток вечера и ночи они провели у огромного дерева, ствол которого был повален набок, а на нём самом был своеобразный настил из тряпок. Будто... будто это всё было спланировано. Неужели этот секс не случаен? Как бы то ни было, всё вышло даже лучше, чем в пошлых фантазиях ДжейКея. Он вертел Чимина как хотел, трахал во всех возможных позах, даже на шпагат его разложил, благо, растяжка омеги позволяла. Получасовой поход к водоёму затянулся на двенадцать часов. Уснули они на рассвете прямо на том настиле в позе большой и маленькой ложек.       Такими их и застал Чонгук, когда искал брата. Вчера он уснул, едва его голова коснулась подушки, даже не помывшись, — настолько сильно вымотала его физическая работа в поселении. Зато он понемногу начал понимать их речь и она даже начала обретать какое-то логическое начало. ДжейКей же не ночевал в их шатре, а значит, либо нашёл себе приключения на пятую точку, либо нашёл секс. Сил искать его перед сном не было. К водоёму Чонгука потянуло интуитивно, да и помыться перед новым трудовым днём нужно было. Увидев Джея и Чимина, спящими в обнимку, он не понимал, радоваться ему тому, что брат жив и здоров, или нет. Подойдя ближе и приглядевшись к парочке, Чонгук даже дышать перестал на мгновение. А затем спрятался за кустарники неподалёку. Наделал шуму, однако после того, как увидел, что член Джея всё ещё находился в Чимине, не мог по-другому. Это было уже слишком... Слишком возбуждающе. Чонгук в этот момент почему-то не воспринимал Джея как своего брата и потенциального конкурента — он воспринимал его как самого себя, пусть и с небольшими модификациями в виде татуировок и кудрявых волос до плеч. И увидев, как Джей проснулся, огляделся, поцеловал Чимина в заднюю часть шеи, а затем принялся вбиваться в омегу короткими быстрыми толчками, неизбежно будя его, — это уже было слишком для Чонгука. Он чувствовал, что ещё немного, — и он присоединится к этим двоим. Тихие стоны Чимина действовали как самый сильный афродизиак. Поначалу омега позволял Джею трахать себя, удерживая за бёдра, а затем решил взять инициативу в свои руки. И не только руки. Чонгук просунул руку в штаны, когда Чимин поменял позу и теперь он трахал собой Джея, насаживаясь на крупный возбуждённый член самостоятельно с сумасшедшей скоростью. Член Джея был немного изогнут вверх, что являлось дополнительным способом стимуляции точки "G", так что кончил Чимин довольно быстро, параллельно лаская свой клитор нежными пальчиками. После оргазма Джей снял Чимина с себя и пересадил на своё лицо, омывая себя соками возбуждённого омеги и доводя его до второго оргазма за утро. В итоге Чимин свалился без сил на сильную грудь альфы и они проспали в этом положении ещё около получаса. Всё это время Чонгук сидел в кустах с мокрой из-за спермы рукой. У него тоже не было сил встать и уйти к себе в шатёр. Его одолевали противоречивые чувства — ревность, злость на брата и сильное желание забрать Чимина себе и не выпускать из постели неделями.       Вскоре Чимин снова проснулся и тихо, чтобы не разбудить вымотанного Джея, спустился к водоёму голым. Наскоро вымывшись, он нацепил на влажное тело свою одежду, оставшуюся на берегу с вечера, и пошёл обратно в поселение мимо кустов, возле одного из которых прятался Чонгук. Конечно же, альфу заметили. Чонгук залился краской, а Чимин лишь улыбнулся ему и подмигнул. И просто прошёл мимо, будто послав перед этим мысленное:       "Я знаю, что ты нас видел. И знаю, что ты дрочил на нас".       Чимин наивным не был и не надеялся на повторение прекрасной, пусть и несколько жёсткой ночи с ДжейКеем. Но на безрыбье и рак рыба, так что его всё устраивало, ведь секса у него не было примерно сто лет. Именно так ощущался год без секса. Так что натрахавшись вдоволь той ночью, он думал, что после Джея у него не будет секса ещё сто лет. А потому и предпочёл сделать вид, что между ними ничего не было. Что это не он отдавался как портовая шлюха тому ебливому из близнецов. Проанализировав прошедшую ночь, Чимин понял, что не делал Джею минет. А сосать он любил, это возбуждало его не меньше других предварительных ласк. Это же всё равно что держать власть в своих руках, а стоя на коленях перед альфой и держа во рту самое дорогое для него — всё равно что контролировать его. А ещё вчера всё было так... первобытно. Чимин ни капли не жалел об этом. В цивилизованном мире у него ни разу не было настолько дикого секса. Внизу живота неизменно теплело, когда он вспоминал ночь с Джеем. Всё-таки его действительно должен попробовать каждый омега, чтобы просто понять, каким должен быть ненасытный альфа с высоким тестостероном.       Но то были мысли Чимина. Внешне же он держался холодно, на ДжейКея даже не смотрел. Игнорировал. И при этом улыбался Чонгуку и периодически просил его о помощи с какой-нибудь тяжёлой ношей или другими альфьими делами. Чонгук не отказывал. Ему хотелось показать омеге, что он намного лучше Джея. Лучше и надёжнее. Чимин, видя старания Чонгука, лишь вздыхал. Вот кого надо было выбрать... Но он ведь не знал, что тоже нравится Чонгуку, пока тот не застал их с Джеем. Чонгук вёл себя настолько сдержанно, что заподозрить хоть какой-то намёк на симпатию было невозможно. До того утра... — Хуа, милашка! — привычно поздоровался с Чимином Джей, когда сумел выловить омегу недалеко от поселения с корзинкой ягод в руках.       Чимин вежливо кивнул и продолжил свой путь, даже не удостоив Джея улыбкой. А потом альфе на глаза попался и Чонгук. Весьма довольный Чонгук. — Ты чего такой радостный? — не удержался от вопроса Джей.       Брат окинул его смущённым взглядом. — Да так... Чимин меня по щеке погладил. — По щеке? Не по члену? А что, он может, — пошутил Джей. Хотя ни черта он не шутил. Но отчего-то стало обидно. Неужели омеге не понравился секс? — Как легко тебя впечатлить. Странно, что ты до сих пор не женат. Такого дурачка способен охмурить любой мало-мальски привлекательный омега. — Он хмыкнул. — По щеке погладил, надо же. — Завидуешь? Тебя он при всех не гладит, да и не разговаривает уже, — с удовлетворением подметил Чонгук. — Не впечатлил ты его, видимо.       Улыбка моментально сползла с лица Джея. Это было чистой правдой, он сам это чувствовал. По какой-то причине Чимин стал игнорировать его после одной из самых жарких ночей в его жизни. Поначалу Джею казалось, что ничего особенного в их сексе не было. Однако по прошествии нескольких дней и холодных одиноких ночей Джей начал частенько вспоминать их близость. Так, как самозабвенно отдавался ему Чимин тем вечером, не отдавался никто. Словно он был омежьей версией Джея — ненасытный, осознающий свою привлекательность, свободный. Без глупых предрассудков, относящийся к сексу как к процессу, от которого можно и нужно получать удовольствие при любой возможности. И то, что Чимин не захотел повторить ту ночь, задевало. Неужели не понравилось? Джей не мог понять себя — сам ведь хотел трахнуть омегу и забыть! Так почему не получается выкинуть его из головы? Почему хочется повторить?.. Неужели он влюбился? Но ведь это... невозможно. Или всё-таки возможно? Да что особенного в этом Чимине?.. — Знаешь, а ведь твоя идея была не столь плоха, — сказал вдруг Чонгук. — Какая идея? — непонимающе спросил ДжейКей. — О женитьбе. О ритуале свадьбы в племени. Я тут подумал... Чимину я вроде как нравлюсь. Так что думаю, у меня получится добиться его расположения.       Желваки Джея напряглись — так сильно он сжал зубы. Делиться с Чонгуком подробностями той ночи не хотелось, это всё же личное. Но с другой стороны, можно было рассказать всё, чтобы у брата не было желания добиваться омегу. — Мы с ним переспали, — выпалил Джей, внимательно наблюдая за своей точной копией. Только волосы у Чонгука были короче и красиво лежали даже без укладки — магия барбершопов в Корее. Джей же без привычных уходовых средств стал похож на хиппи. Не то чтобы ему это не шло. — Несколько дней назад Чимин отдался мне. — Я знаю, — ошарашил его Чонгук. — Я видел вас тогда. — И ты так спокойно об этом говоришь? Тебе не... тебе не мерзко от этой мысли?       Чонгук призадумался. — Чимин... он не моя собственность. Что было, то прошло. Мне стоило первее проявить активность в его сторону. Кто знает, может, это я бы заснул в нём той ночью, а не ты. Наверное, если бы это был любой другой омега, я бы не смог это принять. Но Чимин, он... он какой-то особенный. Словно я знаю его не одну жизнь. — Безумец, — фыркнул ДжейКей. — Я бы так не смог. — И поэтому ты увиваешься за ним все эти дни в попытках снова соблазнить его?       Джей смутился. Чонгук присвистнул — нечасто брата можно увидеть таким. Точнее, никогда. — Я как-то... Он был хорош. Действительно хорош в сексе. Я... я не знаю, как это объяснить. Мне такие омеги обычно не нравятся, но Чимин такой свободный от предрассудков. Всё же цивилизация губит наши инстинкты, а здесь всё так... — Первобытно, — закончил за него Чонгук. — В этом действительно есть своя прелесть.       Больше братья Чон Чимина не обсуждали. Чонгук не хотел конфликтов, а Джей не хотел признаваться, что омега его зацепил. Они решили негласно подождать, кого выберет сам Чимин. Если выберет...       Чимин же все эти дни действительно метался. Как только он понял, что и Чонгук испытывает к нему симпатию, то ему стало так тошно за свою связь с Джеем. Джей классный, он шикарный любовник, однако он не создан для чего-то более серьёзного и чувственного. А вот Чонгук другое дело. Он надёжный. Он сильный и всегда готов помочь, даже если устал или сам сильно загружен. А ещё у него глаза добрые. Из-за того, что Чонгук не проявлял особой инициативы в их общении поначалу, Чимин решил, что неинтересен альфе вообще. Однако то утро, когда альфа невольно стал вуайеристом, подглядывая за совокупляющимися Чимином и Джеем, изменило всё. То утро буквально перевернуло мир Чимина. Увидев огонь в глазах Чонгука, омега понял, что оба брата увлечены им. Точнее, оба хотят трахнуть его. С тех пор он не мог спокойно жить и заниматься делами племени.              Как бы то ни было, жизнь в поселении и не думала останавливаться, дел перед осенне-зимним сезоном было невпроворот, так что не время сидеть на месте и рефлексировать. Омеги занимались традиционно омежьими делами — вышивали одеяла, обрабатывали шкуры, делали заготовки еды, а альфы взяли на себя всю физически выматывающую работу. Джей и Чонгук тоже были загружены — альфы племени не позволяли им расслабляться. Порой их жизнь казалась им одной большой галлюцинацией или же просто какой-то неудачной шуткой. Но даже Джей начал потихоньку мириться с реальностью и вроде как взялся за ум, прекратив отлынивать от дел.       В целом братья вели себя странно и с Чимином. Чонгук зачем-то расхваливал Джея перед омегой как мог, с помощью жестов, а Джей стал каким-то присмиревшим, перестав зажимать Чимина по углам. Если омега его избегает, то он больше не будет навязываться. Чонгук же наоборот стал смелее. Он использовал любую попытку прикоснуться к Чимину — то плечом несильно заденет, то прижмётся бедром на вечерней сходке, то погладит по колену как бы случайно, то просто задержит руку омеги в своей, когда тот что-то передаёт ему. Чимин от таких действий был готов воспламениться как спичка — после той ночи с Джеем секса почему-то хотелось неимоверно. Он даже грешным делом подумывал снова соблазнить страстного альфу, но вовремя одёргивал себя. Не хотелось вляпаться в безответную влюблённость, а такими, как Джей, очароваться очень легко... С такими лучше переспать разок и забыть. Правда, с Чонгуком ситуация была такой же непростой. Чимин всё чаще ловил себя на мысли, что привязывается к нему, но не физически — точнее, ещё не физически — а именно в плане чувств. О Чонгуке хотелось фантазировать. Если с Джеем фантазии Чимина были о сексе, то о его брате мечталось по-другому. Чонгук приходил к нему во снах с серьёзными ухаживаниями и намерениями забрать Чимина в свою жизнь навсегда.       Словом, сложно было молодому омеге сдерживать свою натуру, так "вовремя" проснувшуюся в самых что ни на есть располагающих к блядству условиях. Чимин всегда был страстным, чувственным омегой, но нечасто позволял себе быть по-настоящему раскованным. Так, чтобы от него прямо разило безотказностью. Но в один из вечеров Чонгук так сильно распалил его своими откровенными прикосновениями, что Чимин принял решение — сегодня или никогда. То был вечер танцев, когда всё племя собиралось вместе, устраивало пышную трапезу, а после было музыкальное продолжение с песнями и ритмичными движениями под музыку. Всё же везде люди одинаковые, несмотря на все различия, — к такому выводу пришли братья. Чонгук пропустил первые две песни, пытаясь запомнить движения, а потом подошёл сзади к танцующему Чимину и прижал к себе. Прямо как Джей в тот вечер. Но Чимин сразу понял, что это Чонгук прижимается. Понял по рукам, по мягким и одновременно крепким объятиям, в которых чувствуешь, как весь мир вокруг плывёт, но это ощущение не пугает ни капли. Наоборот, в таких руках чувствуешь себя в безопасности. Чимин повернулся к Чонгуку лицом и положил его руки себе на талию, поощряя близость. В тот вечер они не выдержали и поцеловались на виду у всего племени. — Чимин... — выдохнул в губы омеге Чонгук.       Чимин смотрел альфе в глаза и впервые ему хотелось сказать что-то на его родном языке. Хотелось говорить обо всём на свете. Но он вынужден был молчать, вместо этого говоря на языке тела. Вдруг Чонгук не примет его настоящего?.. Вечер музыки и танцев ещё не закончился, когда Чимин увёл Чонгука за руку в свой шатёр. Звуки веселья всё ещё доносились до них, но были приглушены и это было на руку обоим. Чимин утянул Чонгука за собой на мягкий настил, служивший ему постелью, в которой он ласкал себя перед сном с момента появления сексуальных близнецов в их племени. Только этой ночью он воплотил свою фантазию в жизнь, опустившись перед Чонгуком на колени. Сняв с него подобие штанов и белья, Чимин притёрся мягкой щекой к лобку альфы, втягивая носиком терпкий мускусный аромат и продолжая смотреть на Чонгука снизу вверх. — Господи... — прошептал Чонгук, видя эти пленительные пухлые губы в греховной близости от своего члена. До этой минуты он даже не подозревал, как сильно он этого желал. Эта картина нравилась ему по многим причинам. Чимин на коленях выглядел покорно, вкусно и очень, очень красиво. Но эти мысли покинули голову Чонгука, стоило омеге взять его член в рот. — Ах... Чимин... Чимин-Чимин-Чимин...       Чимин делал что-то невероятное своим ртом, языком и миниатюрными руками. Чонгук искренне не хотел кончать, он думал отстраниться, пока не стало слишком поздно, но омега не дал ему этого сделать, крепко схватив за ягодицы и прижавшись к нему сильнее. Как только член запульсировал у него во рту, Чимин взял ещё глубже, протолкнув его в горло и сделал несколько глотательных движений. У Чонгука не было шансов не кончить. Он зажмурился и запрокинул голову, едва оставаясь в стоячем положении, пальцы его зарылись в мягкие волосы Чимина, в голове вначале звенело, а затем звон этот сменился на долгожданную тишину. Это был лучший оргазм в его жизни. Он никогда не думал, что от минета можно так кончить. Опомнившись, Чонгук открыл глаза и посмотрел на Чимина, который задорно улыбался ему, проглотив всю сперму и с наслаждением облизав головку его члена, из-за чего альфу пробрала крупная дрожь — слишком всё было чувствительным после такой оглушительной в прямом смысле этого слова разрядки. Омега видел его эмоции и уложил рядом с собой, чтобы Чонгук отдохнул. То, что он удержался на ногах, пока Чимин самозабвенно сосал ему, уже похвально. Чонгук притянул омегу к себе и поцеловал в губы.       Чимин думал, что они проспят до утра в обнимку и даже почти уснул в руках Чонгука, когда почувствовал мягкую и такую приятную стимуляцию у себя между ног. От удивления он широко распахнул глаза и посмотрел вниз. Чонгук водил носом по его промежности, время от времени задевая клитор и половые губы. Чимин стал мокрым ещё после минета — настолько его возбуждали реакции Чонгука и его вкус и запах — так что кончик крупноватого носа альфы стал блестящим от естественной смазки. Чимин вдруг поймал себя на мысли, что у братьев разные носы. По всей видимости, Джей нос прооперировал, Чонгук же решил оставить свой нос таким, крупным и с кончиком, слегка направленным вниз. Восхитительный нос. Современные корейцы любят большие выступающие носы и Чимин благодарил небеса за то, как удачно сменились тренды. Так что вдобавок к фантазии об отсосе Чонгуку он решил исполнить и другое своё навязчивое желание. Омега резко вскочил и поменял их положение так, чтобы оседлать лицо Чонгука. Он катался промежностью по носу и губам альфы и тихо стонал от удовольствия, пока Чонгук не выдержал и не перехватил всю инициативу в свои руки в буквальном смысле этого слова, крепко зафиксировал бёдра Чимина так, чтобы лизать его клитор своим сильным языком. Теперь омега стонал громко. Их удача, что звуки их страсти были приглушены музыкой. Прошло несколько минут, прежде чем и Чимин затрясся от оргазма. Громкий высокий вскрик поразил пространство шатра, а тело омеги обмякло в руках Чонгука. Чимин понял, что потерял сознание на пару секунд, когда увидел лицо Чонгука над своим. Они снова поцеловались, на этот раз обмениваясь вкусом Чимина. А потом омега почувствовал твёрдый член Чонгука между своих ног и приподнял бёдра так, чтобы он легко скользнул во влагалище. Молчаливое, но такое явное согласие. Чимин думал, что Чонгук трахается так же жёстко, как Джей, но ошибся. Альфа был оплотом нежности. Своими медленными движениями он распалял Чимина всё сильнее, пока тому не захотелось более активных движений. Омега даже думал снова оседлать Чонгука и объездить в этот раз его член, но тот понял всё без лишних движений. Чимин снова начал громко стонать, когда Чонгук принялся трахать его как в последний раз, ускорившись и настолько точно попадая по точке G, одновременно надавливая на низ живота омеги, что Чимин впервые в жизни испытал сквирт. Это было странно, но хорошо. А главное, Чонгук воспринял это нормально, без тени отвращения. Видимо, это не первый омега в его жизни, которого он довёл до сквирта. — Ах... — только и смог вымолвить Чимин после такого нежного и страстного секса.       В полудрёме он чувствовал, как Чонгук обтирал его тело тканью, смоченной водой из кувшина для питья, как поцеловал низ его живота прямо в "заросли" лобковых волос перед тем, как накрыть омегу лёгким покрывалом, сшитым вручную. А после лёг сам и обнял Чимина сзади, обхватив мускулистой рукой поперёк живота, время от времени спускаясь пальцами вниз, к курчавым волоскам. У омеги не было сил об этом думать, но было очевидно, что растительность между его ног странным образом привлекает Чонгука. Он знал, что у корней волос в интимной зоне вырабатываются не то феромоны, не то гормоны, привлекающие сексуального партнёра, но почему-то казалось, что никому из современных альф волосатые омеги уже не по душе. Восьмидесятые давно прошли и "кусты" больше не в моде. Но Чонгук, кажется, из любителей такого "винтажа".       Они предавались страсти ещё два дня практически без перерыва, поскольку просто не могли друг от друга оторваться. Чонгук брал Чимина и нежно, и жёстко, лицом к лицу, сзади, сбоку, ласкал его языком и пальцами, они оба ласкали друг друга ртом одновременно — словом, воплощали в жизнь то, о чём фантазировали задолго до этого. Смазка у Чимина выделялась постоянно даже при лёгкой стимуляции — в цивилизованном мире вне циклов течки у него никогда такого не было, всегда приходилось пользоваться искусственными лубрикантами. Вот оно какое — возбуждение в чистом виде на лоне природы. Или же это просто правильный альфа рядом? Чимин любовался спящим Чонгуком и думал, что прекращать это всё ему совсем не хотелось. Но что он может сделать? Рано или поздно братья выберутся отсюда, да и он сам тоже. И что тогда? Чимин в чудеса не верил и пришёл к выводу, что лучше оставить всё как есть.       Следующим утром Чонгук проснулся в полном одиночестве и первым делом принялся искать Чимина. Альфы племени поглядывали на него с понимающей улыбкой, но он не думал, что у них что-то могло быть с Чимином. Да и даже если и было, то что? Чимин не его собственность. Чонгук искал омегу весь день, но нашёл только вечером недалеко от водоёма в скрытом от чужих глаз месте. И застал он Чимина в весьма компрометирующей ситуации — голым в объятиях собственного брата, который со всей страстью вбивался в омегу сзади. Чонгука словно током прошибло. Не от самой пошлой сцены, развернувшейся перед глазами, а от взгляда омеги на него.       Чимин смотрел приглашающе, словно предлагая присоединиться.

Двумя часами ранее

      Щёлк. Щёлк. Щёлк.       Джей ожидал увидеть всё, что угодно, но только не это. Чимин сидел на берегу и занимался уходом за своим телом. Казалось бы, что тут такого? Вроде как ничего, да только другие омеги из племени явно не делали себе педикюр вполне себе современными инструментами. Когда Чимин закончил стричь ногти на ногах, он принялся их подпиливать такой же современной пилкой. Он выглядел так умиротворённо и... красиво. Джей находил каждое маленькое движение омеги изящным и красивым. И всё же это никак не меняло факта, что Чимин их обманул. Джей догадывался, что он не так прост, но не настолько же! — Так ты из нормального цивилизованного мира? — Возмущённо воскликнул Джей, приближаясь к Чимину. Омега испуганно обернулся на альфу, зажимая в руке пилочку. — А нам лапшу на уши всё это время вешал со своими аборигенскими ужимками!       Чимин какое-то время не мог вымолвить ни слова и просто удивлённо смотрел на Джея, который теперь сидел рядом и разглядывал вещи омеги в плетёной корзинке. Там даже лосьон для тела от Victoria's Secret был! Чимину же, казалось, было всё равно на то, что его раскусили. Он спокойно сполоснул инструменты и стопы в воде, а потом принялся наносить на них этот самый лосьон. — Я не собираюсь оправдываться, — сказал он на чистом английском. — Не обязан. — Что значит... — Джей выдохнул и продолжил уже тише: — Что значит "не обязан"? То есть ты всё это время знал, как выбраться отсюда и ни слова нам не сказал? — Я не... — Чимин нахмурился, понимая, почему Джей так разозлился. А кто бы не разозлился? — Слушай, я не лгал тебе и Чонгуку. Я просто... недоговаривал. — Недоговаривал, значит, — покачал головой Джей. — Ты понимаешь, что просто отнял у нас с Чонгуком время? Мы давно могли вернуться домой, если бы ты помог нам и не устраивал этот цирк! — Я? Ты серьёзно мне это говоришь? — Чимин выглядел донельзя оскорблённым и собирался встать и уйти, да только Джей помешал, перехватив его за плечо. — Эй, отпусти! — Не отпущу, — заупрямился Джей. — Пока не объяснишься. — Знаешь, что? Если бы не я, вас давно бы сожгли на костре. Это я убедил вожака не трогать вас и сказал, что вы можете быть полезными, — сказал Чимин и всё же вырвался из хватки. У Джея от этих слов тело покрылось мурашками. — Так что не надо говорить мне, что я отнял у вас время. Кто у кого его ещё отнял. — Что? А мы тебе что сделали? Мы тебя не обманывали столько времени. — Не вы, а конкретно ты, Джей, — раздражённо проговорил Чимин. — С первого дня пытался меня трахнуть. Постоянно пошлости всякие говорил. Прояви ты хоть немного уважения ко мне, как Чонгук, я бы, может, и помог вам выбраться отсюда в первый же день. Так что ты сам виноват, что оказался в таком положении.       Джей опасно ухмыльнулся. Какой огненный омега! Провинился и не признаёт этого! Да он же просто омежья версия Джея! Это бесит... но с другой стороны, это восхитительно. — Скажи ещё, что тебе не понравилось трахаться со мной, — альфа приблизил своё лицо к лицу Чимина, пристально глядя ему в глаза. — Не понравилось, — солгал Чимин. — Ты бездарный любовник.       Джей рассмеялся, не восприняв колючие слова омеги всерьёз. — Когда не нравится, так не стонут, Чимин, — вкрадчиво сказал он. — Не подмахивают своей задницей, не пытаются насадиться глубже на член. Если бы не нравилось, ты бы не кончил столько раз за ночь! — Я имитировал, — продолжил гнуть свою линию Чимин. — Мне не нравится, когда альфа трахает меня как отбойный молоток. Это скучно. Чонгук трахается лучше.       Он не знал, зачем продолжал провоцировать Джея на агрессию. Но не стал сопротивляться, когда альфа грубо схватил его одной рукой за волосы, другой за задницу и крепко прижал к себе, не давая отстраниться. — Имитировал, значит, — прошептал Джей в губы Чимину. — Врунишка.       Страстный кусачий поцелуй — и Чимин вновь растерял контроль над своим телом, растворившись в ощущениях. Руки Джея были везде. Вот он крепко сжимает его ягодицы, а в следующий момент кусает в шею и ласкает пальцами влажную промежность омеги. А потом трахает сзади, сразу беря восхитительно быстрый темп. Чимин солгал и теперь это ясно как день. Ему нравится, когда его дерут как суку. — Ты не умеешь имитировать, Чимин, — с этими словами Джей кончил ему на спину, а потом принялся вылизывать его. — Ну же, признай, что я прав.       Чимин не в силах произнести и слова. После яркого оргазма он не соображал вообще. А когда Джей снова вошёл в него сзади, остатки разума покинули его. Перед тем, как отключиться от реальности, Чимина пронзило осознание — у него начинается течка. Ещё одно осознание — на этот раз последнее — их, совокупляющихся на берегу водоёма, видит Чонгук. Снова. И Чимин отчаянно хочет к нему, но и от Джея не в силах отказаться...       Чонгук подошёл к ним на негнущихся ногах и смотрел на Чимина словно загипнотизированный. Что-то влекло его к омеге и на самом деле ему бы отвернуться и уйти отсюда. Но Чонгук отчего-то не чувствовал разочарования в Чимине, который снова предпочёл его брата. И он быстро понял, в чём причина, — омега был не в состоянии контролировать себя. Да и Чонгук с Джеем тоже.       Первобытные инстинкты затопили сознание всех троих.       Джей вышел наполовину из Чимина, позволяя омеге стянуть с Чонгука штаны и взять вожделенный член в рот. И взять сразу глубоко. Зрелище настолько возбуждающее, что оба брата кончили быстро и практически одновременно. А потом синхронно принялись вылизывать Чимина спереди и сзади, поглаживая его упругое тело руками, пока и омега не затрясся в ярком оргазме. Его выделения были такими сладкими, такими обильными, тягучими, что вскоре лица альф заблестели в свете закатного солнца. Особенно наслаждался этим Чонгук, зарываясь лицом в заросшую волосами промежность Чимина. Не прошло и десяти минут, как члены близнецов снова пришли в боевую готовность. Чимин лежал на земле в послеоргазменной истоме, когда Чонгук резко вошёл в туго сжимающееся влагалище и сразу взял быстрый темп. Прямо как Джей... Идеально. Это было приятным открытием — Чонгук, оказывается, тоже может быть не только нежным, но и страстным. У Чимина уже сорван голос, теперь он мог только хрипло стонать, пока его трахают. Когда Чонгук кончает в него, настаёт очередь Джея. Чимин был словно на другом уровне сознания, когда его внезапно накрыл множественный оргазм от беспрестанной стимуляции эрогенных зон обоими близнецами. Он не знал, что такое возможно. Оказывается, чтобы испытать нечто подобное, нужно два выносливых партнёра, заинтересованных в удовлетворении низменных потребностей своего омеги. Потом близнецы снова вылизывают Чимина, целуют его поочерёдно в губы, ставят на колени и приставляют члены к его рту. Омега старается и сосать, и подмахивать бёдрами, удерживая себя на четвереньках. Он чувствует, как обильно течёт. Через какое-то время силы заканчиваются и близнецы просто поднимают его и трахают на весу по очереди, зажав с двух сторон. Им и в голову не приходит взять Чимина одновременно, введя члены во влагалище и анус , — несмотря на сильнейшее возбуждение, альфы его берегут.       Это продолжалось несколько дней. Как только спала первая волна возбуждения и Чимин заснул, близнецы тщательно обмыли его и перенесли в свой шатёр. Они не прикасались к омеге, пока тот не проснулся и сам не потребовал близости. Они трахали его так интенсивно, что к окончанию течки ноги Чимина не смыкались и дрожали. Уголки губ омеги покраснели, а между ног было натёрто даже несмотря на обилие смазки. Но Чимин не жаловался — он был просто не в состоянии, потому что крепко уснул после такого "приключения". И телу, и психике просто жизненно необходимо было перезагрузиться. Чонгук взял на себя всю заботу об омеге, отогнав Джея подальше от них. Когда сознание альф прояснилось, на Чонгука свалилось необъяснимое чувство вины. — Мы даже согласия его не спросили, Джей, — сокрушённо сказал Чонгук, поглаживая Чимина по руке. — А вдруг он этого не хотел?       Джей закатил глаза. — Не знаю насчёт тебя, но меня он хотел.       Чонгуку хотелось избить своего брата. Но потенциальную ссору прервал подозрительный шум снаружи, усиливающийся с каждой секундой.       Альфы вышли из шатра и увидели в небе вертолёт. Их наконец-то нашли.       Всё произошло быстро — солдаты с оружиями наперевес окружили аборигенов, в то время как телохранители повели Джея и Чонгука к вертолёту. Чонгук нёс на руках завёрнутого в покрывало Чимина, казавшегося совсем крошечным в своём положении. — Ты с ума сошёл? — крикнул ему Джей. — Ты зачем его взял?       Ответ Чонгука обескуражил его: — Люблю! Не оставлю здесь! — Какая к чёрту любовь? — Джей пытался перекричать шум. — Оставь его, он не твой!       Но Чонгук не послушал его и сел в вертолёт, по-прежнему прижимая к себе Чимина, которого не разбудил даже такой шум. Вымотали они его. — Чонгук, ты совершаешь ошибку, — покачал головой Джей, сев рядом. — Мы вдвоём его натягивали, ты серьёзно думаешь, что он захочет быть с тобой после этого? — Почему нет? — хмуро спросил Чонгук.       Джей удивил его своим ответом. — Он слишком... слишком свободный для такого. Он слишком прекрасен, чтобы принадлежать кому-то одному. Он тебе откажет. Любой омега после такого предпочтёт забыть... обоих. Это не более, чем эксперимент в молодости. Я таких омег знаю. — Ты не знаешь, что было между нами наедине. Между нами особая связь, — упрямо проговорил Чонгук. — Ты... да тебе не понять, что такое настоящие чувства. Ты хоть раз любил? Хоть раз ощущал, что вот оно — серьёзное и настоящее?       Джею почему-то вспомнился Юнги. Теперь, когда они наконец спасены, можно было подумать о том, чему же научил распутного альфу такой необычный опыт жизни в племени. А ведь они даже не попрощались с аборигенами. Даже как-то жаль, что он не выучил и пары фраз туземцев. — Не любил ни разу, — невозмутимо сказал Джей. — Но если Чимин тебя отошьёт, не говори мне потом, что я тебя не предупреждал.       С этими словами он отсел от "парочки" и пошёл горячо благодарить отряд, так вовремя прилетевший на помощь. Чонгук весь поглощён омегой, который обманывал их, так что Джею остаётся включить хорошего сына и отблагодарить их отца за то, что вытащил из передряги. Интересно, не отчаялись ли их родители, когда обнаружили пропажу своих безрассудных детей, не выходивших на связь несколько недель?.. Папа точно не испытывал ничего подобного — это Джей знал наверняка, потому что сам был его копией в плане характера. Такой же бессердечный и беззаботный. Но отец? Неужели не переживал? Как бы то ни было, наконец-то они летят домой. Летят с интересной находкой, да... Ну и задачку себе придумал Чонгук. Впрочем, Джея это теперь не касается. Хотя... Чимин действительно интересный. У Джея и правда никогда такого не было.       Чимин спал несколько дней подряд. Врачи успокоили Чонгука, сказав, что такая реакция — вариант нормы. Всё же вязка сразу с двумя альфами — двойная нагрузка на тело и разум. Они провели все необходимые обследования, взяли анализы, делали УЗИ каждые несколько часов, чтобы точно ничего не упустить. Также была проведена профилактика нежелательной беременности в виде специальных уколов в плечо. Чонгук был готов к детям, но не знал, готов ли Чимин. Да и им ведь столько всего предстоит сделать вместе. Для начала надо сделать омеге документы, обучить корейскому языку, познакомить с миром, завоевать его сердце... Им пока не до детей.

***

      Чимин совсем не глупый и правильно понял намерения Чонгука. Не станет же альфа перевозить его — причём не совсем легально — в свою страну, к себе домой просто так или из желания ещё пару раз с ним переспать? Что бы он потом делал? Вернул бы в джунгли тем же частным самолётом? Следовательно, у альфы зародились более серьёзные чувства, а этим нужно пользоваться. Чимин и сам из довольно обеспеченной семьи, но у Чонгука уровень жизни куда выше. Поэтому нужно расставить границы и... попробовать построить отношения. Ну и что, что Чонгук трахал его в два смычка со своим братом? Перевёз ведь к себе. Намазал его какой-то лечебной гадостью с ног до головы, даже об уголках натруженного рта позаботился. Да и вообще... Чонгук был так нежен с ним, если не считать того сумасшествия, которое происходило в конце.       Вообще тот опыт был... интересным. Чимин тщательно изучил все факты о племени, в котором жил несколько месяцев, прежде чем стать на время одним из них. Он писал диссертацию и претендовал на то, чтобы побить пару рекордов, а также прославиться. Или хотя бы попасть в историю своего университета. Появление близнецов Чон в племени немного нарушило его планы, но Чимину вдруг стало любопытно, как они адаптируются в новых условиях. Обычное социологическое исследование, почему бы и нет? Не Чимин ведь виноват в том, что они попали туда. Поначалу ему было смешно наблюдать за альфами. Потом их стало немного жаль и Чимин уже подумывал над тем, чтобы позвонить своему профессору по спутниковой связи и покинуть племя вместе с близнецами на яхте, которая бы приехала за ними. Не так уж они и далеко были от цивилизованного мира. А потом завертелось... шалости зашли слишком далеко. Всему виной был Джей и его неуёмное либидо — Чимин был искренен в своих обвинениях. С другой стороны, омеге понравился Чонгук и ему хотелось побыть рядом какое-то время... прежде чем отпустить.       Судьба, конечно, интересная штука. А ведь Чимин никогда не верил в подобные случайности. Он искренне считал, что если абсолютно ничего не делать для того, чтобы встретить альфу своей мечты, то логично предположить, что статус его личной жизни никак не изменится. А оно вон как оказалось. Судьба нашла его даже на "необитаемом" полуострове.       Обнаружив Чимина сидящим на высоком стуле у высокого стола, беспечно попивающего ароматный кофе из самой большой кружки и листающего свою ленту в "Инстаграм" на одном из планшетов альфы, Чонгук всё понял. — Так ты не абориген из племени?       Чимин поднял удивлённый взгляд на Чонгука — тот очень тихо подобрался к нему. — Не-а, — ответил Чимин на корейском языке. — Вообще-то я родом из Пусана. Но живу в Америке и учусь в Нью-Йоркском университете.       На лице Чонгука отразилась вся палитра из всех возможных эмоций, которые только существовали в этом мире. Удивление, негодование и... облегчение. Как бы то ни было, ему не придётся нарушать закон и создавать личность Чимина из ничего. А за это можно простить даже эту "маленькую" ложь. — А зовут тебя Чимином или это тоже обман? — спросил Чонгук, скрестив руки на груди. Вид у него всё равно был какой-то насупленный.       Омега расхохотался, запрокинув голову назад, и отставил кофе на стол. С присущей ему неуклюжестью бодрящий напиток во мгновение ока может оказаться на белой футболке, одолженной из гардеробной Чонгука. — Я тебя ни разу не обманывал, — отсмеявшись, ответил Чимин и пожал плечами. — Просто недоговаривал. — Просто недоговаривал, — повторил Чонгук, продолжая сверлить Чимина взглядом. Тому даже неловко стало. Впервые за много дней Чонгук увидел на лице прекрасного омеги смущение. — Давай я сделаю тебе кофе, — предложил Чимин и, не дожидаясь ответа, резво вскочил со стула. Под таким взглядом Чонгука действительно было неловко. И совсем чуточку стыдно.       Только палец Чимина занёсся над кнопкой с капучино на кофемашине, как Чонгук резко перехватил его за талию, прижавшись вплотную сзади. Чимин, не потрудившийся надеть нижнее бельё и штаны, почувствовал привычную уже реакцию на его стройное поджарое тело. И не смог удержать стон в груди, откинувшись макушкой на сильное плечо Чонгука. Альфа же отточенными до идеала за прошедшие дни движениями крепко зафиксировал Чимина в одном положении, держа его одной рукой за талию, а другой спускаясь вниз к ставшей уже влажной промежности. И если в тех джунглях Чонгук чувствовал курчавые волоски уже внизу живота, то сейчас, прощупав весь лобок, а затем накрыть всю вульву своей крупной ладонью, он не почувствовал ничего, кроме идеальной гладкости. Вздох разочарования казался очень громким в этой тишине. — Я побрился, — констатировал очевидное Чимин, усмехнувшись. — Везде побрился. Уж извини, если тебе очень нравятся волосатые омеги как в ретро-порнушках. Я предпочитаю гладкость или короткие интимные стрижки. — Он обернулся в объятиях Чонгука и обхватил его руками за шею. — Но если мы будем в отношениях... и тебе нравится растительность там, я согласен периодически отращивать её. — Очень, очень нравится, — восторженно прошептал Чонгук в губы Чимину. — И ты мне тоже очень нравишься. Несмотря на... обман.       Чимин снова рассмеялся и звучно чмокнул Чонгука в нос. — Да не обманывал я тебя! Я просто... — Недоговаривал, я уже слышал. — Да ну тебя, — Чимин в шутку вывернулся из объятий и прошёл к столу. — Просто... как я должен был сказать правду про себя? Особенно после того, что было...       Чонгук снова поймал его в объятия и на этот раз нежно поцеловал в губы. — Ртом. Ртом надо было сказать. Ты ведь многое умеешь им делать...       Какое-то время они просто стояли и влажно целовались. А затем Чимин слегка отстранился и продолжил свою мысль, обняв альфу за пояс: — Чонгук, я не шлюха. Но представь ситуацию: ты забрался в какую-то глушь, чтобы описать жизнь вымирающего племени для своей диссертации, а судьба подкидывает тебе — причем в буквальном смысле этого слова — двух шикарных альф, от одного запаха которых сносит крышу. И думаешь в этот момент... а чем чёрт не шутит? У меня никогда не было не то что группового секса с красивыми альфами, у меня даже одного красивого альфы в постели не было. Такого, чтоб прям как с картинки. Это всё равно что тебе будут доступны омеги, похожие на нимф... и это всё в условиях полной анонимности, без телефонов, камер и вероятности пересечься где-то в другом месте. Идеальный шанс согрешить от души и в то же время не испортить себе репутацию и жизнь. Ты сам разве не воспользовался бы случаем? — Воспользовался бы, конечно, — понимающе сказал Чонгук. — И я и воспользовался. Встретил в каких-то джунглях нимфу и овладел ею много раз. — Прекрати, никакая я не нимфа, — засмущался Чимин. — Я имел в виду очень эффектных омег.       Чонгук вдруг понял, что Чимин стал каким-то другим, попав в цивилизованный мир. Сдержанным, стеснительным. Не таким пошлым и развязным, каким был там, в джунглях. Здесь с его щёк не сходит румянец, а взгляд редко поднимается выше груди Чонгука. Очаровательно. — Ты эффектный, Чимин. Очень, — Чонгук не лгал. Чимин действительно был одним из самых ярких омег в его жизни. И это без макияжа, парфюма и элементарного ухода за собой. И без интимной стрижки. Действительно красивый от природы. — И я тебя не осуждаю. Никогда не осуждал.       Сердце Чимина забилось чаще. Неужели он действительно настолько понравился Чонгуку?.. — Правда? Правда не осуждаешь? — с надеждой спросил он. — Правда-правда. Будешь со мной встречаться? — Только с тобой? — спросил вдруг Чимин.       Чонгук нахмурился. — Да, только со мной. А ты хотел и с Джеем? Знаешь, он не из тех, кто... — Я хотел только с тобой, — перебил Чимин, пока Чонгук не нагородил ерунды из-за недопонимания. Он смотрел на альфу во все глаза, чтобы уловить каждую эмоцию на его лице. — Я к тому, что если мы начнём встречаться, мы больше не будем повторять то, что было в джунглях. Даже если вдруг ты или он захотите этого. Я не... я знаю, как это звучит, но я не такой. Я приемлю только эксклюзивные отношения. А ещё... если ты когда-нибудь попрекнёшь меня тем, что я спал с твоим родным братом, я в ту же секунду уйду от тебя. Даже если буду глубоко беременным или зависимым от тебя финансово. — Он опустил глаза. — Я правда не такой. — Это я уже понял, — Чонгук улыбнулся, чувствуя облегчение. Он ведь хотел предложить то же самое. Никакого Джея в их постели. Ни за что и никогда. А ещё сердце забилось чаще при мысли о том, что Чимин будет вынашивать его детей. — Обещаю, что никогда не буду упрекать тебя ни за что.       Обещание своё Чонгук сдержал. Спустя год, стоя у алтаря с омегой своей мечты, он благодарил бога за тот неудачный прыжок с парашютом, сыгравший решающую роль в его личной жизни. К слову, не он один. Джей прилетел на свадьбу со своим омегой по имени Юнги. Видимо, те несколько недель жизни в племени всё же отразились на его мировоззрении куда сильнее, чем ему казалось. На мальчишнике Джей даже признался, что тоже подумывает сделать предложение руки и сердца Юнги, покорившему его сердце своей строптивостью и твёрдым характером. — Представляешь, он три месяца динамил меня с сексом! Я был просто в восторге от него!       Чонгук тогда тактично промолчал о том, что Джей просто-напросто влюбился в Юнги, потому и ждал столько месяцев вожделенную близость. А с другой стороны... с такими гулёнами, как Джей, так и нужно поступать. Возможно, именно отказы и усилили влюблённость. Как бы то ни было, Чонгук был рад, что их жизни так мощно поменялись после вынужденного ретрита в племени на каком-то неизвестном полуострове, где Чимину вздумалось проводить своё исследование. Диссертацию он дописал и успешно защитил, так что в статус замужнего омеги он вошёл кандидатом наук, чем очень гордился. А ещё им искренне восхищался и Джей: — Надо же, какой омега станет частью нашей семьи — и образованный, и умный, и очень, очень красивый... — чем доводил Чонгука до белого каления даже по видеосвязи. — Ты же про своего Юнги, верно? — Чимин, видя ревность своего будущего супруга, умело переводил тему на нейтральную. — Хорош, до чего же хорош... — продолжал восхищаться Джей, но уже по-дружески. — И да, я жесть как влюблён в Юнги. Просто ужас какой-то. Хочу квартиру ему подарить. Никогда у меня не было таких странных желаний.       Успокоить и перестать ревновать Чонгуку помогло только желание Джея жениться на Юнги. Впрочем, и Чимин ни разу не давал ему повода усомниться в себе, а это было ценно. Поначалу Чонгук боялся разочароваться. Боялся, что в реальном мире он быстро наскучит Чимину. Зачем он омеге, если вокруг столько перспективных альф без странного фетиша на растительность там и без не менее странного брата-близнеца, который первое время забавы ради пытался смутить Чимина намёками на их групповые забавы в тех джунглях? Чимин же боялся, что рано или поздно Чонгук психанёт и бросит того, кто когда-то с удовольствием трахнулся с его братом. Но их страхи были напрасны.       Порой пути любовные неисповедимы.