Кураторий Тайн: Дело об оленьем пенисе

      Входная металлическая дверь, которую едва ли разыщешь без наводок в глухом захолустье Нашгорода, вкрадчиво отворилась от осторожного толчка. — Странно, — владелица бюро, которая умудрялась сидеть одновременно на тридцати трёх стульях, угождая сразу всем враждующим группировкам Нод-Края — неподражаемая и таинственная иностранка Нефер — согнала с колен чёрного кота и встала из-за рабочего стола. — Я не назначала на вечер никаких встреч. — Извини за беспокойство в столь поздний час, Нефер, — офис Куратория Тайн вдруг сплошь озарился серебристым магическим сиянием, когда на сумерские ковры ступила дева ослепительной красоты. — А. Это ты, — однако Нефер даже не поморщилась. Казалось, она совершенно не была удивлена появлению загадочной гостьи. — Что на этот раз?       Прекрасная Лаума (которую ныне в Нашгороде почитали под такими титулами как: почтенный Голос Лунного Гимна, главная жрица Детей Морозной Луны и Владычица Леса) опустила пышные ягодицы на сидение кресла. И печально вздохнула. — Я понимаю, что в последнее время слишком часто тебя тревожу. Но на этот раз дело не потерпит отлагательств, — звучный и нежный голос, подобный звону кристально чистого родника в серебристых лунных лучах, разлился по комнате. — Требуется раздобыть особое лекарство, Нефер. Целители Нод-Края здесь бессильны. Вся надежда только на тебя. — Хм. Нечасто ты начинаешь беседу на таких траурных нотах, — Нефер даже немного озадачилась. — Кого-то из Детей Морозной Луны снова свалил недуг из-за магнитных бурь? — Отнюдь. Пациент, которому требуется экстренная помощь… — Лаума подняла на лицо женщины туманный взор чарующих глаз. — …это я. — Ты? — удивилась Нефер. И непременно потребовала конкретики: — Лаума, что произошло?       Жрица плавно поднялась с кресла, её одеяния тихо зашуршали, ниспадая на мягкие бёдра. — Настала весна. Пора расцвета, — вздохнув, стала вещать она. — Я полагала, что переживу этот непростой период в тишине и тьме чащи, как и раньше. Но чем дальше идут года, тем тяжелее мне хранить эту внушительную проблему под покровом тайны. — Хватит нагнетать обстановку, — Нефер раздражённо скрестила руки на увесистой груди, туго обтянутой чёрным гольфом. — Говори по существу. Что тебя беспокоит? Это заразно? — Думаю, лучше увидеть это своими глазами, чтобы понять мою беду в полной мере, — печально опустила густые ресницы лесная жрица.       И, слегка наклонившись, высоко подняла спереди подол платья. Весь Кураторий Тайн тут же оказался залит ярчайшим белым светом. Нефер в ужасе заслонила руками лицо, чтобы банально не ослепнуть. Маленькое окошко бюро оттого осветило весь Нашгород, словно прожектор. — Ч-что происходит?.. Лаума, что за фокусы? — ошарашенная Нефер от такой неожиданности даже забыла о макияже и в панике принялась растирать глаза.       Однако, стоило ей как следует проморгаться, владелица бюро горько пожалела о том, что вообще имеет зрение.       Магическое лунное сияние постепенно развеялось, и её шокированному взору предстала сюрреалистичная картина: между мягких бёдер Лаумы отчаянно и гордо возвышался эрегированный пенис. Причём, очень большой пенис. Точнее, просто огромный. Или даже… — Так твоя болезнь — это гигантский монструозный хрен? — у побледневшей Нефер буквально отвисла челюсть. — Как?.. Как это вообще произошло, Лаума?! Откуда он у тебя? — Он был со мной всегда, сколько я себя помню, — лунная жрица стала плавными шагами приближаться к владелице бюро, отчего та нерешительно сделала два шага назад. Упругий пенис ритмично покачивался в такт шагам. — Я несу в своём теле особенное благословение. Я ярко чувствую потоки элементальных энергий. Понимаю язык животных. Слышу голос Луны. Мне подвластно колдовство. Мои рога большие и ветвистые. И, в дополнение ко всему этому, каждую весну мой пенис вырывается из утробы на волю и настойчиво ведёт меня к грехопадению. Дети Морозной Луны, в конце концов, узнали сакральную тайну о фальшивой Луне. Однако этот секрет… — Лаума меланхолично обхватила нежными ладонями толстый ствол своего члена, увитый узором крупных вен. — …они будут не в силах принять. — А ведь я сейчас абсолютно трезва, — уставившись на громадный пенис, в чувствах высказалась Нефер, которая была уважаемым завсегдатаем бара в таверне “Флагман” и нередко хорошенько там напивалась, чтобы отвлечься от рабочего напряжения. — Нечасто моя реальность напоминает мне самой пьяный бред воспалённого мозга. Лаума, этот член… ох… — женщина беспомощно потерла переносицу. — …скажи лучше, что это розыгрыш. Он ведь даже не похож на человеческий! — Как ты можешь видеть, такие рога, как у меня, тоже не встречаются у людей, — согласно кивнула возвышенная Лаума. — Насколько я помню, такими ветвистыми и раскидистыми рогами обладают только самцы оленей, верно? — выгнув бровь, предположила Нефер. — Это кое-что объясняет. Так у тебя вместо?.. кхм… — Нет. У меня присутствует всё, что полагается женщине, — жрица даже скользнула тонкими пальцами ниже и невесомо коснулась своей влажной и пухлой вульвы, спереди которой законное место крохотного клитора занял исполинский, стоящий колом член. — Но сейчас это неважно, Нефер. Скорее раздобудь мне лекарство. Или ситуация выйдет из-под контроля! — Спокойно. Терпение. Я ещё ни разу в жизни не сталкивалась с такой проблемой, — владелица Куратория Тайн всё-таки собралась с духом и направилась к стеллажам, уставленным различными артефактами и колбами. — Пока я дам тебе успокоительное, Лаума. А как ты немного придёшь в себя, будем разбираться, что с тобой делать. Сбросить пар естественным образом ты категорически не можешь. К людям такую штуку явно применять опасно. — Я просто схожу с ума, Нефер. Мне кажется, что если я не отвечу на его зов, он вот-вот лопнет от перенапряжения, — Лаума в отчаянии накрыла ладонями свои щёки, пылающие лихорадочным румянцем. — Держи себя в руках, — отдала ей строгое распоряжение Нефер, низко склонившись, чтобы раздобыть в захламленных шкафчиках нужную склянку.       Лаума, судя по всему, восприняла её приказ буквально и крепко ухватилась ладонями за свой громадный эрегированный пенис, крупно подрагивающий от нетерпения. – Ох… Нефер… твоя попка… — однако ей на глаза так некстати попались приподнятые округлые ягодицы Нефер, тесно обтянутые тканью короткой белой юбки. — …неужели она всегда была такой аппетитной? — Да где же эта валерьянка… хм, она вообще может помочь от оленьего гона?.. — неосмотрительная Нефер опрометчиво увлеклась поисками необходимой эссенции. — !!! — как оказалось, очень зря. Опомнилась она лишь в тот миг, когда жадные руки крепко ухватили её за изогнутую талию. — Я поняла тебя, Нефер, — полная счастья и благодарности, заговорила позади неё Лаума, тесно приникшая своим исполинским пенисом к манящей ложбинке между ягодицами. С крупной головки на изысканную одежду Нефер потекли вязкие прозрачные капли, сверкающие лунными отблесками. — Ты под видом поиска решилась оказать мне столь отважный акт помощи. Это так благородно. Я понимаю, как непросто тебе вслух согласиться на это. Поэтому я не буду произносить лишних слов. — Чего?! П-погоди! — женщина от неожиданности даже опрокинула пару пробирок и, затрепыхавшись в крепкой хватке, чуть не шандарахнулась затылком о полку. — Стой! Лаума!       Лаума сладострастно облизнула пухлые губы и закусила нижнюю кромкой зубов. Её взгляд окончательно подёрнулся туманом бурлящей похоти.       Напрасно владелица Куратория Тайн пристрастилась носить короткие юбки. Разумеется, в них было очень удобно ходить в туалет. Однако теперь такая юбка сделала Нефер лёгкой добычей — лёгким движением аристократически белой руки Лаума задрала её к пояснице. Освобождённые из тесного плена ягодицы соблазнительно всколыхнулись, и между их сочными холмиками на миг промелькнула ниточка кружевных стринг, едва ли прикрывающая тугое колечко ануса. — Нефер, твоя промежность восхитительна, — голос лунной жрицы наполнился томным вожделением. — Пожалуйста, прими его весь. — Лаума, нет! Не вставляй его!.. — отчаянно взвизгнула Нефер, от такого напора потерявшая самообладание. Она никогда не думала даже, что руки изящной Владычицы Леса окажутся такими сильными. Хозяйка бюро беспомощно задёргалась в них, совсем как ласточка в силках. — Он же разорвёт меня!.. — Я бережно вторгаюсь в твои сокровенные врата жизни, милая Нефер.       Набухшая головка, объемом ярко напоминающая спелое красное яблоко, тесно прижалась к испуганно мечущейся киске, с которой практически соскользнула ткань узкого белья. Несмотря на испуг женщины, её норка рефлекторно увлажнилась, ощутив столь интимное прикосновение. — Ах, Нефер… больше не могу сдерживаться… твоя роза ощущается так сладко… — голова Лаумы уже окончательно была одурманена. — Именно я сорву её.       И в ту же секунду жрица без всяких прелюдий вонзила свой эрегированный пенис женщине между бёдер. Большая круглая головка беспощадно растянула тугой проход пульсирующей киски. Тонкие кружевные трусики изумрудно-зелёного оттенка, которые всё это время впивались Нефер между пухлых розовых лепестков, и подавно глубоко утонули в её мокрой вагине, натянутые на исполинский пенис. Лаума действовала так жадно и торопливо, что даже не удосужилась стянуть с её ног бельё. Гладкая оголённая головка настолько сильно натянула гипюровую ткань, что трусики, в конце концов, звонко порвались прямиком у Нефер внутри киски, и тонкие тесёмки разлетелись в стороны, как лопнувшая тетива на луке. — …!!! — оцепеневшая Нефер, откровенно нанизанная на огромный член жрицы, буквально потеряла дар речи. Безмолвно хватая воздух ртом, будто выброшенная на берег рыба, она беспомощно закатила глаза. По её щекам растеклась тёмная тушь. — Нха!.. Какой огромный!.. Я же… не выдержу!.. — заскулила она. — Потерпи, дорогая Нефер. М-м… ты сейчас привыкнешь… ещё чуть-чуть, и твой цветок погрузится в пучину удовольствия… ах, он уже источает такие невероятные ароматы!..       Жрица ритмично принялась двигать бёдрами, тараня своим громадным членом уязвимую киску Нефер. Той более ничего не оставалось, кроме как покорно растянуться и принять его в свою укромную глубину. Вскоре она даже робко захлюпала, выделяя для лучшего скольжения обильные любовные соки. — Лаума-а!.. Пощади меня!.. — в конце концов, откровенно захныкала Нефер, которая под таким неистовым напором практически распласталась грудью по ковру и из последних сил пыталась ухватиться пальцами за ножки стеллажа, чтобы вернуть себе хоть немного устойчивости. — Он слишком большой!.. — Ах, всё верно, дорогая Нефер… из-за того, что твоя гостеприимная норка так крепко обнимает меня, я не могу погрузиться полностью… хотя я чувствую всем своим естеством, как ты этого желаешь!.. — раскрасневшаяся и распаленная Лаума, тяжело дыша, рывком сдёрнула платье со своих огромных грудей, отчего те с удовольствием выпрыгнули наружу, синхронно покачиваясь. — Нет!.. Нет-нет-нет!.. Глубже уже нельзя!.. — Нефер даже из шкафа не могла выбраться из-за напора жрицы, что уж и говорить о полноценном противостоянии. Её макияж сплошь размазался по лицу, тёмные волосы растрепались, аксессуары кое-где спали, и вдобавок она вся извозилась в разлитых препаратах, как последняя неряха, пока почтенный Голос Лунного Гимна насаживала её, как на шампур. — Лаума, вытащи сейчас же, он не поместится!.. — Верь мне, Нефер. У нас всё получится. Давай же сольемся воедино, как ночь и лунный свет, — всецело поглощённая наслаждением, нежно настояла Лаума. И в следующий миг тесно впечаталась мягкими бёдрами в упругие ягодицы Нефер, отчего по Кураторию Тайн эхом разлетелся хлесткий отзвук шлепка.       Нефер закряхтела и закричала, совсем как дикое животное. Ее измазанное лицо приобрело безумное выражение, лишённое сознания: глаза закатились, слёзы щедро брызнули с длинных ресниц, а розовый язык безнадёжно вывалился изо рта. Ведь огромный член жрицы успешно протаранил её матку и сильно её натянул, совсем как обёртку на леденец. Живот женщины вздулся под таким натиском и покорно принял форму погружённого внутрь пениса подобно эластичному чехлу. — Мхах… моя Нефер… ты – именно то, что я искала все эти годы. Искала и никак не могла найти, — романтичные фразы самозабвенно слетали с влажных губ Лаумы, пока та принялась увлечённо долбить напрочь растянутую киску и основательно натягивать некогда узенькую и недоступную матку. — Раньше я расточительно выплёскивала своё семя в лесное озеро раз за разом… но теперь у меня, наконец, появился драгоценный шанс угостить им тебя! — Лаума… — Нефер не могла ответить ничего вразумительного, ибо её то и дело волочило по полу от резких толчков. Ей даже начало казаться, что вся она, всем своим естеством — постепенно превращается в насадку для этого монструозного члена, пока её живот всё больше растягивался, принимая Лауму внутрь. Её сознание неотвратимо затухало. — Ах, милая Нефер… я вижу, как непросто твоему телу испытать весь объём желанного удовольствия. Я помогу тебе, — чувствуя, что обмякшая начальница Куратория Тайн вот-вот отключится, жрица поторопилась исправить положение. Однако свой член из изнасилованной киски извлекать совсем не торопилась. — Эти предметы помогут тебе стойко продержаться… — Лаума призвала заклинанием несколько больших сияющих сфер. — Эти кристаллы можно найти только на острове Хийси. Они полны лунной энергии. По легендам сама Куутар сотворила эти волшебные камни. Они хранятся сродни священным реликвиям в нашем анклаве, однако я вижу, как ты нуждаешься в поддержке, Нефер. Серебро захода луны наполнит всю тебя жизненной энергией. Пожалуйста, постарайся впитать её всю. — Ы-ык!.. — стиснула зубы до скрежета Нефер, когда жрица, стянув с её ягодиц влажные лоскуты порванного белья, принялась настойчиво втискивать в её анус объёмную сферу, наполненную магическим лунным свечением. — Кха!.. Мгн!.. Лаума!.. Хотя бы! вынь! свой пенис!..       Но Лаума никак не желала покидать своё укромное пристанище в её тесной тёплой матке, которую хорошенько натянула на головку своего члена подобно насадке. Наоборот: нанизанная на её огромный член Нефер была крайне надёжно зафиксирована и обездвижена, отчего Лауме было гораздо проще и удобнее поиграть пальцами с её уязвимым анальным колечком, игриво растянуть то пальцами и беззастенчиво протолкнуть в него большой гладкий шар, содержащий в себе стихийные силы. Нефер даже и подумать не могла, что её анальный сфинктер способен настолько сильно растянуться. Однако случилось невероятное: некогда тугая попка сумела послушно расшириться и, пусть и с трудом, но всё-таки успешно проглотила увесистую сияющую сферу. — Моя желанная Нефер, ты с таким аппетитом поглощаешь мои дары, — прислонив нежную ладонь к щеке, восхитилась умилённая Лаума, когда шар беспрепятственно покатился внутрь живота женщины, и колечко ануса вслед за ним снова плотно сомкнулось подобно воротцам, испуганно пульсируя. — Я угощу тебя ещё. Прошу не сомневайся в моей щедрости. — Нха!.. Мой живот!.. Не надо!.. — беспомощно ёрзая на полу своего бюро, кряхтела и молила Нефер. Но всё напрасно: Лаума настойчиво протолкнула в её анус второй сияющий шар. Разработанный анус расширился в этот раз куда податливее, и сфера вновь свободно покатилась внутрь прямого кишечника, с глухим стуком столкнувшись где-то в глубинах живота со своей предшественницей. — Твоя попка с таким аппетитом лакомится кристаллами. Ах, Нефер, — Лаума в экстазе задвигала тазом, со звонкими шлепками подталкивая бёдрами упругие ягодицы, и практически с размаху втолкнула в анус женщины третью сферу. Большие шары погружались всё глубже, наполняли и растягивали живот. — Даже не описать словами, как хорошо чувствует себя мой член. Твоя сокровенная матка так тесно и любовно его обволакивает, вся твоя киска словно пытается сделать ему стимулирующий массаж, а кристаллы в твоей попке так неописуемо приятно прижимают его сквозь тёплую стенку. Это невероятные ощущения. Я хочу, чтобы они стали ещё острее.       Увы, Нефер подобной остроты ощущений не выдержала и прискорбно потеряла сознание.       Неизвестно, сколько она вот так пролежала в отключке, порабощённая Лаумой. Однако когда её слипшиеся ресницы слабо затрепетали и раскрылись, она даже не сразу сообразила, что именно видит перед собой. У женщины в отражении высокого зеркала был настолько большой живот, что он даже сильно раскачивался вверх и вниз, пока лесная жрица глубоко насаживала её на свой член растянутой попкой. Анус податливо обволакивал толстый ствол эластичным кольцом и с хлюпаньем скользил по всей длине, то заглатывая, а то и практически выпуская на волю налитую кровью большую головку. Причём, физические силы с лёгкостью позволяли Лауме делать всё это на весу (да ещё и вдобавок увлечённо мять и массировать мягкие голые груди Нефер, обтягивающий топ на которых теперь был безнадёжно смещён в ложбинку и абсолютно ничего не мог прикрыть). Оттого, что кишечник Нефер оказался доверху набит магическими сферами, из-за их мягкого сияния её раздутый живот даже источал лёгкое розовое свечение. — Больше не могу сдерживаться, милая Нефер. Прямо сейчас я награжу тебя своей спермой. Прими всё до последней капли, — вдруг сладко застонала жрица. — . . .Лаума. . . — Нефер от бессилия закатила глаза, её руки безвольно обвисли, пока пальцы жрицы интенсивно сплюснули её торчащие розовые соски. — М-м-м!.. — однако в следующий миг её глаза снова широко распахнулись в полнейшем шоке: Лаума вонзила свой член в её анус как можно глубже, протолкнув его, казалось, в самую гущу тесно собранных в животе кристаллов. Накрыв губы Нефер своими пухлыми устами, ежедневно взывающими к небу молитвами, она втянула женщину в мокрый, откровенный, глубокий и хлюпающий поцелуй. Их языки тесно сплелись, совсем как две спаривающихся змеи. И в тот же миг громадный пенис в анусе Нефер буквально взорвался обильным семяизвержением. Причём, это была не просто мощная струйка спермы при оргазме. В Лауме словно прорвало какую-то таинственную плотину, и горячая сперма безудержно хлынула в живот Нефер настоящей рекой. — Мха-а-а!.. — громко закричала Нефер, полная растерянности и ужаса. Её живот всё продолжал раздуваться, пока Лаума беспощадно накачивала его своей спермой, которой, казалось, не было конца. — Я же лопну!.. Я сейчас разорвусь!.. — Нхах.. потерпи ещё немного, милая Нефер… твоё тело вот-вот трансформируется. Не отказывайся от моего благословения. Слейся с ним воедино.       В Лауме было собрано много чего таинственного и магического. Вся она словно являлась воплощением божества, в которое верили Дети Морозной Луны. Неудивительно, что даже её сперма обладала особыми и непостижимыми свойствами. Когда та неудержимым потоком хлынула внутрь Нефер, продолжая всё сильнее надувать её переполненный живот, да так, что тот, в конце концов, безвольным шаром обвис между судорожно дрожащих бёдер женщины, случилась магическая реакция. — Почему мой живот… так светится?! — в ужасе вопила Нефер, пока её круглый набухающий живот засиял, совсем как яркая полная луна, выкатившаяся в зенит на чистом чёрном небосклоне. В зеркале даже отчётливо отразились направления бурных потоков, в которых сперма неудержимо выплёскивалась из члена жрицы и стремительно втекала в растянутые петли кишечника. — Это начало перевоплощения. Давай пройдём через это вместе, — безмятежно улыбалась Лаума, всё продолжающая наполнять Нефер своей густой магической спермой. Пока та, в конце концов, не активировала все сферы внутри её живота до единой, отчего неописуемые объёмы чистейшей элементальной энергии бесконтрольно хлынули в Нефер, словно чрезмерный напор воды из водонапорного шланга — на малюсенького жучка.       С этого момента Нефер больше не могла произнести ничего вразумительного. Лаума окончательно захватила её под свой контроль. И, уложив спиной владелицу бюро прямиком на её рабочий стол, снова взялась за активное спаривание. — Эякулировать в твою попку неописуемо приятно, Нефер, — сладко постанывая и то и дело облизывая нежные губы, в наслаждении лепетала Лаума. — Но будет несправедливо, если я обделю твою киску. Не желаю, чтобы ей было одиноко. Прошу, угостись и этим местом. — М-м!..       Плотно накрыв лицо отчаянно мычащей Нефер своими пышными обнажёнными грудями, Лаума с ногами взобралась на стол бюро и окончательно покрыла женщину собой. Её член с оглушительным хлюпаньем принялся вновь таранить нежную киску в размашистых толчках, пока растянутый анус панически выпускал натужный напор свежей спермы прямиком на заграничные ковры и стопки древних фолиантов. Время от времени из попки Нефер, растягивая ослабленный сфинктер, выкатывались наружу лунные сферы, теперь поблекшие и опустошённые. А затем наружу снова бесконтрольно бил поток спермы, разливаясь на полу в настоящую лужу — настолько той внутри было много. — Ах! Я кончаю в твою матку, Нефер! Моя Нефер! Я солью в тебя всю сперму, которую копила столь много времени! — в экстазе взвизгнула Лаума, запрокинув голову.       Живот Нефер снова непреодолимо стал раздуваться, поскольку сильный напор спермы хлынул на этот раз прямиком в её матку без возможности выплеснуться вовне из-за чрезмерно гигантского пениса, который напрочь закупорил изнасилованную вагину. Нефер под давлением тяжёлых грудей Лаумы отчаянно заскулила, ощущая, как сперма одновременно извергается из её ануса и в тот же миг — бурно заполняет матку, надувая ту, как шар. — Нхах… Нефер… — Лаума, наконец, слегка отстранилась, чтобы посмотреть в лицо своей дорогой партнёрши. Напрочь красная и растрёпанная Нефер, закатившая глаза и надрывно хватающая воздух ртом, явно уже слабо соображала, что вообще происходит. — Какое же расточительство — держать тебя в этих четырёх стенах. Алчность и невежество людей совсем тебя растерзают, — жрица ласково огладила ладонью её лихорадочно румяную щёку, грязную от слёз, слюны и подтёков туши. — Этой ночью, пока луна не скроется за горизонтом, я буду дарить тебе наслаждение, которое ты заслуживаешь. А после ты отправишься со мной в анклав. Там тебе будет хорошо и свободно, милая Нефер. — Нг-хна!.. — скосив глаза, только и воскликнула Нефер в ответ, когда обмякший пенис вывалился из её растянутой киски, и та выплеснула вовне настолько буйный поток спермы, что напрочь залила всю стену напротив, где висели древние исторические свитки.       Таким образом под покровом ночи из Куратория Тайн был похищен никто иной, как сама владелица бюро — всем известная предпринимательница Нефер. Поскольку о данной даме сложилось такое впечатление, будто она практически всесильна, абсолютно никто из жителей Нашгорода её не спохватился, и даже Ягода заместо того, чтобы забить тревогу, лишь пожала плечами и взяла себе внеплановый отпуск. Абсолютный хаос в бюро, включающий в себя перевёрнутые вверх дном комнаты, сплошь залитые чем-то белым и вязким стены и пол, а также отпечатки женского лица и голых грудей в песке кошачьего лотка, совершенно никак сотрудницу не насторожили.       Все дружно решили, что занятая Нефер попросту отлучилась по своим важным делам в какую-нибудь командировку.       Но на самом деле та ни на минуту не покидала Нод-Край. И всё это время находилась на острове Хийси, в анклаве Детей Морозной Луны. Однако кроме Лаумы ни единая живая душа об этом не знала, ведь Нефер оказалась заключена в древнем святилище, куда, помимо верховной жрицы, всем остальным посетителям путь был строго-настрого закрыт. — Прошу тебя, подожди ещё немного, Нефер, — ласково уговаривала обездвиженную женщину Лаума, принявшая облик благородного кентавра. — Голод твоего тела утолится с секунды на секунду. Я уже на подходе. Вот-вот.       Сам по себе член верховной жрицы был исполинских объёмов и превосходил среднестатистический мужской агрегат, наверное, более, чем в десять раз. Однако когда та была в облике полузверя, её пенис и подавно увеличивался вдвое, а то и больше. Но даже несмотря на этот удивительный факт, Лаума умело загоняла тот по самое основание в напрочь растянутый анус Нефер. — Нхык!.. Мхын!.. Гх!.. — сжав зубы, безумно и надрывно стонала Нефер, пока принимала этот громадный орган в свой живот, словно револьвер в кобуру, и обволакивала анусом. Увесистые оленьи яйца звонко шлёпали её по влажной киске и отставленным розовым бёдрам. — Ах. Я снова кончаю. Нефер, я старательно копила эту сперму весь день специально для тебя. Я выплесну её глубоко в твоём теле. Давай вместе насладимся нашим священным слиянием, — сложив ладони в молитвенном жесте на пышной груди (одна из которых опрометчиво вывалилась из рясы во время продолжительного полового акта), Лаума удобнее переставила тяжёлые копыта, тесно прижалась мошонкой к ягодицам Нефер и разместила свой пенис полностью внутри её тела, преодолевая внутреннее сопротивление эластичных стенок.       Первые полминуты живот Нефер просто стремительно раздувался от нового залпа внутренней бурной эякуляции. — Бх!.. Буэ-э!... — пока, в конце концов, густая, насыщенная, белоснежная сперма, источающее лёгкое магическое свечение, не хлынула из её рта наружу. — Всё в порядке, моя дорогая Нефер. Я знаю, как приятно тебе ощущать её вкус. Тебе не стоит беспокоиться: я отдам тебе всё, что у меня есть, — Лаума, продолжая молитвенно держать ладони, вновь ритмично задвигала оленьим корпусом. Её голые большие груди, как и сильно разбухший живот Нефер, размеренно заколыхались от возобновлённых толчков. Гигантский пенис с глухим бульканьем и звонким хлюпаньем буквально купался в переполненном кишечнике, пока из растянутого анального кольца с трудом просачивались белые подтёки.       Жрица систематически навещала свою дорогую гостью с целью спаривания. Нефер никак ей не сопротивлялась и прекрасно заучила: всё происходящее — лишь прелюдия, и жрица не оставит её, пока не выплеснет внутрь её утробы всю свою скопившуюся сперму до единой капли. Телу Нефер не оставалось ничего иного, кроме как приспособиться и научиться быть как можно более вместительным, гибким и выносливым.       Лаума даже организовала для своей драгоценной пленницы аутентичный алтарь: обнажённая Нефер оказалась плотно зафиксирована над каменным постаментом в ветвях сияющего дерева, крона которого ярко напоминала символ лунного серпа. Жрица обращалась с Нефер, как с самой настоящей святыней. Каждые сутки на рассвете, в полдень, на закате и в полночь Лаума ответственно выделяла не менее часа на прочтение благодарственных молитв, во время которых почитала тело Нефер при помощи своего пениса. Её сперма выделялась крайне обильно, ведь чем чаще жрица эякулировала, тем активнее её организм вырабатывал новую порцию. И уже через несколько часов Нефер снова доставалось свежее угощение из вязкого обновленного семени, и так ежедневно.       Днём Лаума была предана своему делу и активно вела служение в анклаве, поэтому могла между дел почтить Нефер только в рясе, подняв спереди её подол, чтобы тот не вымазался. Однако глубокой ночью, расслабляясь и безоглядно отдаваясь воле судьбы, жрица принимала своей естественный образ кентавра. Разработанные отверстия Нефер, в конце концов, научились с легкостью заглатывать её необъятный член, испускающий магическое сияние святости. — Оххх!.. Я всегда чувствую, что это ты, Лаума!.. — некоторое время спустя Нефер тоже стала радостно приветствовать свою посетительницу в ответ. — Твой член самый большой и выносливый!.. — Я не позволю ни единой твоей вкусной дырочке затосковать, — заключила жрица-кентавр, поочерёдно с размаху вонзая член то в киску, то в анус женщины, отчего полный спермы живот у той звонко булькал и колыхался. — Олени ленились как следует ублажать тебя, верно? Я обязана возместить утраченное блаженство и одарить тебя всем, чем имею!.. Не утаив ни капли!.. — М-м!.. М!.. — щёки женщины загадочно раздулись. — Бху-э!.. — и, не выдержав внутреннего давления, Нефер в очередной раз извергла гущу спермы изо рта, отчего та полилась по подбородку прямиком ей на голую покачивающуюся грудь. — Ах… благодарю тебя, Нефер… — стоило только Лауме вынуть из растянутого ануса обмякший пенис и сделать два шага в сторону на цокающих копытах, как её место у алтаря тут же занял большой белый олень. И, не теряя времени, нетерпеливо погрузил свой увесистый выпроставшийся член, гладкий, блестящий и розовый, в зияющий анус Нефер, не позволяя тому расточительно выплеснуть излишки спермы. — Мгл.. Глк!.. Мхэ… — Нефер постаралась собрать со своих губ сгустки спермы языком и проглотить ту, однако когда самец оленя принялся за активное спаривание, плотно утрамбованное содержимое её желудка в виде концентрированного эякулята Лаумы снова полилось из глотки на каменный алтарь.       Когда Лаума отсутствовала в святилище, за Нефер присматривали хладнорогие олени. Оказывается, на острове Хийси водились исключительно одни самцы, отчего к заключенной женщине постоянно тянулась длинная очередь из неудовлетворенных парнокопытных животных. На неё оказалась возложена невероятно важная и ответственная миссия — сексуально обслуживать всю оленью популяцию острова во время весеннего обострения. Во время гона никто из самцов не желал упускать вожделенную возможность оплодотворить доступную самку. Хладнорогие олени являлись существами спокойными и благородными, однако время от времени даже в их рядах случались потасовки на рогах от нетерпения. Благо, Лаума, понимающая язык зверей, умело всех разнимала и успокаивала. Олени один за одним с удовольствием занимали законное место, воздвигая передние копыта на алтарь, и увлечённо покрывали Нефер, глубоко погружая эрегированный пенис в одно из её отверстий: вагину или анус, куда и сливали накопленное семя, настолько горячее и свежее, что то источало тёплый пар. Поэтому уже через две недели своего пребывания в святилище Нефер благополучно родила здорового оленёнка — из-за обилия куувяки, к которой были крайне чувствительны все живущие на острове создания, плод в её животе стремительно развился в кратчайшие сроки. И успешно выбрался на свободу из уютной матки, сразу же после рождения встав на дрожащие копытца. — Твоя священная утроба дарует не только неземное наслаждение, но и жизнь, — нежно улыбаясь, заключила Лаума, всё это время внимательно наблюдающая за тем, как новорождённый оленёнок старательно выбирается из растянутой подрагивающей вагины. — Все олени не устают говорить о том, как приятно спариваться с тобой, милая Нефер. Особенно те моменты, когда ты вынашиваешь лунное дитя. Согласись, в этом и состоит твоё высшее предназначение. — Погоди, Лаума… я ведь только что родила!.. — попыталась было возразить уставшая Нефер, вся покрытая горячей испариной после прошедших родов. — Ах!.. Нха! — но жрица уже вложила свой увесистый член в её радушно распахнутую матку, куда вскоре и впрыснула особенно щедрую порцию спермы в благодарность и награду. Оленёнок тем временем, пока Нефер снова гостеприимно принимала киской большой пенис верховной жрицы, разыскал молочную грудь своей матери. И, с трудом ухватив сосок маленьким ртом (ведь от размашистых толчков груди Нефер то и дело сильно покачивались), жадно в тот впился, с аппетитом глотая свежевыжатое молоко.       Поначалу жрица приносила для Нефер фрукты. Но это в итоге оказалось напрасным занятием: внутрь той поступало так много густой и питательной спермы, что Нефер время от времени даже выпускала ту изо рта мутным беловатым фонтаном. Её желудок всё время был основательно заполнен и не нуждался в иной пище, ведь хладнорогие олени, один за одним покрывающие свою самку, эякулировали в ту обильно и бурно — словно соревновались друг с другом в том, чьего семени в плодородном чреве Нефер в конечном итоге останется больше. Однако Лаума всё равно беспокоилась, что за время её отсутствия женщина испытает голод, поэтому каждое утро заботливо сливала всю свою сперму до последней капли ей в глотку, прижав пухлую головку к растянутым губам и старательно натирая член у её лица, чтобы желудок Нефер оказался основательно заполнен и не испытывал голода в течение дня. Иногда напор получался таким сильным, что Нефер едва ли не захлёбывалась, содрогаясь и натужно выпуская две белёсых струйки из ноздрей. — Плодородное семя разливается на тебе подобно лунному свету. Это так чарующе красиво, — лепетала в удовольствии восхищённая жрица, пока приученная Нефер покорно очищала её член языком. Это занятие уже давно вошло у Нефер в привычку, ведь после соития с ней хладнорогие олени неизменно становились около её лица, дабы Нефер вылизала натруженный пенис, тем самым выражая свою признательность и уважение за качественное спаривание. И таким вот нехитрым образом основательно натренировали Нефер: тщательно вылизывая и обсасывая олений член дочиста, собирая с того языком вязкую сперму и послушно сглатывая ту, она одновременно с этим старательно принимала в глубину своей вагины или ануса пенис покрывающего зверя. Этот цикл размыкался только в тот момент, когда Нефер производила на свет очередного оленёнка (и то ненадолго, ведь родившая вагина очень соблазнительно пульсировала и зияла, словно так и звала снова заполнить её до упора, отчего в растянутую матку вскоре оказывался вновь укромно вложен эрегированный пенис самца). Нефер даже погружалась в таинственное медитативное состояние, беспрерывно обслуживая оленей острова, и выныривала из него только в те моменты, когда к ней возвращалась Лаума. — Позволь мне украсить тебя ещё, Нефер. Ах, как же ты красива, — на лицо и тёмные волосы Нефер тёплым дождём полились струйки вязкой спермы: член Лаумы, который жрица сейчас усердно натирала в руках, неизменно стрелял прицельно, много и далеко. Двое оленят тем временем жадно сосали у Нефер переполненные молочные груди, покусывая соски и аппетитно причмокивая. — А-а… — покорно раскрыла вымазанные губы женщина, стараясь почтительно поймать толстую струйку спермы в глотку. Семя Лаумы обладало удивительным эффектом: оно было способно накормить досыта не только Нефер, но и её многочисленное потомство подрастающих оленят. Чем больше её тело пропитывалось магической спермой жрицы, тем интенсивнее лактировали её кормящие груди, становясь всё вместительнее и продуктивнее — настолько, что при отсутствии голодного оленёнка с них уже через пару минут начинало капать молоко. Благо, из-за того, что её киска постоянно была наполнена членами и щедро утрамбована спермой, в голодных детёнышах не было недостатка, ведь вскоре тело Нефер научилось стабильно рожать оленят по двое, а то и по трое.       Таким образом Нефер провела в анклаве всю весну и начало лета. Популяция оленей на острове за это время таинственным образом увеличилась практически вдвое. — Босс! Вы вернулись! — юная девушка панически вскочила с директорского кресла, а затем услужливо стряхнула с сидения пыль и заискивающе заулыбалась, потирая затылок. — Вы так долго отсутствовали! — Здравствуй, Ягода. Были кое-какие дела, — как ни в чём не бывало, вальяжно отмахнулась начальница Куратория Тайн. — Эм… б-босс… ваша!.. ваши!.. — но от увиденного у Ягоды едва ли глаза из орбит не вывалились. — …ваш бюст!!!       Нефер строго скрестила руки на своей груди, которая теперь стала просто неописуемо огромной. Казалось, стрейчевый гольф вот-вот разойдётся между этих гигантских грудей по швам, или же, на худой конец, торчащие крупные соски попросту сделают в его ткани дырки. Привычная одежда теперь едва ли была способна её прикрыть, отчего даже создавалось навязчивое впечатление, что отчаянно приплюснутые груди женщины с секунды на секунду попросту вывалятся на всеобщее обозрение.       Нефер нахмурилась, дабы за грозным видом скрыть смущение. Новорождённые оленята были очень прожорливы и до месяца норовили жадно сосать молоко из её брызжущих сосков. На всех молока не напасёшься, однако Лаума создала специально для неё особое заклинание, которое трансформировало груди Нефер в настоящие бездонные молочные бидоны. С каждыми родами её лактация становилась всё обильнее, а вместительность груди многократно увеличивалась, пока та не обрела просто выдающиеся размеры. Из-за того, что Нефер буквально вскормила полострова хладнорогих оленей, её груди превратились в натуральные молочные фермы. — Всё в порядке. Это случилось от переизбытка элементальной энергии. Ничего критичного. Как дела с последним поручением? — В процессе! — испуганно отрапортовала Ягода. И была такова, только сквозняк в бюро и засвистел.       Оставшись в офисе одна, Нефер разместилась в своём кресле. И, затаив дыхание, трепетно извлекла из сумки муляж огромного оленьего пениса, выточенный из лунного камня — благодарственный дар Голоса Лунного Гимна. А затем — и несколько сияющих сфер из анклава. С лёгкостью погрузив все пять лунных сфер в свой анус (розовое колечко с несдержанной жадностью заглотило крупные шары и снова туго сомкнулось, подрагивая), владелица бюро аккуратно поставила искусственный пенис на сидение своего кресла. И, отодвинув трусики набок, плавно накрыла тот своей жаждущей киской. Вульва радушно растянулась и с аппетитом заглотила сувенир, с лёгкостью скользнув по нему до самого основания. — Ах… — блаженно выдохнула Нефер. — До следующей весны практически год… — ощутив, что каменный член полностью утонул в её утробе, комфортно натянув концом раскрытую матку, женщина аккуратно поправила бельё, вновь прикрыв кружевной тканью трусиков увлажнённую пульсирующую киску. Это вряд ли несло какую-то практическую пользу, ведь вскоре та буквально “съела” гипюровую тесёмку, плотно обхватив ту своими пухлыми розовыми губами. Так, будто бы безмолвно вопила о своём голоде и требовала “проглотить” кое-что повнушительнее, неудовлетворённая одним лишь искусственным оленьим членом из камня. Нефер устало вздохнула, томительно ёрзая и потирая ладонью выпуклость на своём животе, которую образовал муляж оленьего члена, заполнивший её матку. — Что ж, надеюсь, Лаума не забудет про меня, когда у неё и её оленей снова начнётся гон. Я и подумать не могла, что её чудовищный пенис — это сугубо сезонное явление. Ну, самое главное, что её просьбу я выполнила безукоризненно. Дети Морозной Луны теперь должны Кураторию Тайн кругленькую сумму, хех.       С удовольствием потрясывая бёдрами, чтобы поглубже и поудобнее уместить каменный агрегат внутри своей киски, Нефер, наконец, принялась за работу. Ей пришлось потратить целых десять минут для того, чтобы обнаружить нужный документ — оказывается, тот затесался под её огромной колышущейся грудью, которая покрыла собой значительную часть столешницы.