Ночь под кровавой луной

Сознание возвращалось медленно, утопая в непривычной мягкости и густом аромате старого дерева, воска и чего-то цветочного, едва уловимого. Лиам открыл глаза и на мгновение замер, сражённый увиденным. Он лежал не в своей узкой кровати, а на огромном ложе с высоким изголовьем из тёмного дуба, укрытый тяжёлым бархатным покрывалом. Над ним клубился шатёр из струящегося шёлка, а потолок, терявшийся в полумраке, поддерживали резные колонны. Единственное большое окно было скрыто за плотными портьерами цвета старой крови, сквозь которые пробивались лишь единичные золотые лучи пыльного света. Вся комната дышала немым, подавляющим величием, словно музейный зал. Тишина была настолько гулкой, что в ушах отдавался собственный учащённый пульс. «Где я? Мама...» — мысль о последнем, что он видел, обожгла сознание, как удар токсом. Сердце заколотилось в груди, готовое вырваться наружу. Он сглотнул комок в горле, сжимая кулаки на прохладной шёлковой простыне. Внезапно тишину нарушил сдержанный, почти бесшумный стук в дверь. Прежде чем он успел испугаться или что-то сказать, дверь отворилась, и в комнату бесшумно вошла девушка. Ей на вид было лет пятнадцать. Она была одета в простое, но аккуратное тёмное платье и белый передник. Её движения были плавными и точными. — Доброе утро, господин. Я рада, что вы пришли в себя. Надеюсь, ваш отдых был мирным? — её голос был тихим и мелодичным, а на губах играла лёгкая, тренированная улыбка. Но глаза, тёмные и внимательные, казались не по годам серьёзными. — Я... Где я? И кто ты? — голос Лиама прозвучал хрипло и неуверенно. Он отодвинулся к изголовью, инстинктивно натягивая на себя покрывало, как щит. — Ах, простите мою невежливость! Меня зовут Лола, — она сделала лёгкий, почти реверанс. — Я ваша камеристка. А вы находитесь в Черном Замке, резиденции Его Сиятельства, графа Северных Земель. Слова звучали так нереально, что у Лиама закружилась голова. — Прислуга? Замок? Почему я здесь? Что всё это значит? — он почти выкрикнул последние слова, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Тень сочувствия скользнула по лицу Лолы, но её тон остался неизменно ровным. — Его Сиятельство оказал вам великую честь. Он избрал вас, чтобы даровать вам свою фамилию и состояние. Вы теперь его наследник. Услышанное было настолько абсурдным, что ужас отступил, уступив место полной прострации. — Наследник? Но... почему я? Вы знаете про мою маму? Про того... человека? — его голос дрогнул. Лола покачала головой, и её взгляд стал твёрже. — Мне строго наказано не обсуждать это. Все ваши вопросы Его Сиятельство лично удостоит чести ответить при личной встрече. А пока, — она подошла к стулу, где был аккуратно разложен комплект одежды, — вам следует переодеться. Его Сиятельство ценит пунктуальность. Она протянула ему рубашку из тончайшего белого полотна с высоким воротником и сложными манжетами, и тёмные брюки из шерсти, которые казались невероятно дорогими на ощупь. Лиам машинально взял их. — Я подожду за дверью. Когда будете готовы, просто позовите, — с этими словами Лола вышла, скользя бесшумно, как тень. Дрожащими руками Лиам начал переодеваться. Ткань была непривычно грубой и в то же время мягкой. Каждое движение отдавалось эхом в огромной комнате. «Наследник графа. Тот вампир... это и есть граф? Он убил маму... и теперь я его пленник? Или и правда наследник? Что он от меня хочет?» Мысли путались, не находя ответа, оставляя во рту лишь горький привкус страха и полной потери контроля. — Готово! — его голос прозвучал громче, чем он планировал, вырвавшись в гулкой тишине. Дверь открылась, и в комнату вошла не только Лола. С ней был молодой человек со светлыми, почти серебряными волосами, зачёсанными назад. Он был одет в безупречно сидящий чёрный фрак. Его осанка была прямой, а взгляд — пронзительным и оценивающим. — Господин Лиам, — он склонился в идеальном, почти механическом поклоне. — Позвольте представиться. Я Вильям, старший дворецкий Черного Замка. Отныне все вопросы вашего обустройства и комфорта лежат на мне. Мой долг — служить вам. — Приятно... познакомиться, — пробормотал Лиам, чувствуя себя нелепо в этом новом обличье перед этим безупречным человеком. — Если вы позволите, я покажу вам владения, чтобы вы могли составить первое впечатление о вашем новом доме, — Вильям жестом указал на дверь. Их первая остановка — просторная гостиная, где трое девочек-близняшек, одетых идентично Лоле, с метёлками и тряпками в руках, вытирали пыль с массивных канделябров. Увидев процессию, они замерли, опустив глаза, и синхронно присели в реверанс. Ни одна не проронила ни слова, и Вильям, не нарушая молчания, повёл Лиама дальше. Следующей была кухня — царство запахов специй, мяса и свежеиспечённого хлеба. Десятки людей суетились у плит и разделочных столов. В углу, на простой деревянной скамье, сидели два мальчика, явно ожидая поручений. — Зейн, Кайл, — голос Вильяма зазвучал властно. — Ваша новая обязанность. Это господин Лиам. Вы отныне приставлены к его персоне. — Приветствуем вас, господин! — почти хором ответили они, поднимаясь и склоняя головы. И тут Лиам заметил его. Тот, кого Вильям назвал Кайлом, был чуть старше. И его глаза... Лиам не мог отвести взгляда. Один глаз был ясным и холодным, как горное озеро, ярко-голубого цвета. Другой — тёмным, почти угольно-чёрным, бездонным, словно портал в иную, куда более тёмную реальность. Этот гипнотический, диссонирующий взгляд приковал Лиама к месту, вызвав необъяснимое любопытство. — Наше время ограничено, господин, — вежливо, но настойчиво напомнил Вильям, прерывая этот миг. — Впереди ещё многое. День растянулся в бесконечную вереницу залов, галерей, лестниц и коридоров. Всё было подавляюще огромным, богатым и безмолвным. К вечеру ноги Лиама гудели от усталости, а голова шумела от обилия впечатлений. — На сегодня достаточно, — подвёл итог Вильям, возвращаясь к двери его комнаты. — Надеюсь, экскурсия была познавательной. — Спасибо, Вильям, — ответил Лиам, уже автоматически используя новую форму вежливости. — Всегда к вашим услугам, господин. Я расположился в смежной гостиной — стоит вам только позвать и я буду здесь — Ещё один безупречный поклон, и дворецкий исчез в полумраке коридора. Лола же ждала его внутри. — Для вас приготовили ванну, господин. Позвольте проводить вас. В его личных покоях уже находились служанки с кувшинами с тёплой водой, густыми полотенцами и мылами с тонким ароматом. Всё было приготовлено для него, но это внимание не согревало, а лишь подчёркивало его одиночество и статус ценной, но пленной вещицы. — Завтра для вас начнутся занятия: история рода, этикет, фехтование и многое другое, что надлежит знать наследнику, — мягко, но твёрдо сообщила Лола, готовя его постель. — Вам потребуются силы. Желаю вам спокойной ночи. Дверь закрылась. Лиам остался один в центре огромной кровати, в полной тишине, нарушаемой лишь потрескиванием поленьев в камине. Он утонул в пуховиках, но сон не шёл. Он лежал и смотрел в бархатную тьму, с трудом понимая, как за несколько часов его жизнь превратилась в странный, роскош ный кошмар, полный теней, секретов и бездонных, разноцветных глаз.