Сложная палитра

Каждый будний день проходил примерно одинаково. Попов просыпался где-то в шесть утра. До шести тридцати занимался своими делами, а потом слышал звук будильника у Антона в комнате, и если он не вставал, Арсений сам его будил, барабаня в дверь. Дальше быстрый завтрак, какой-нибудь короткий диалог, который не закончился каким-то логическим выводом, конечный сбор на учёбу и выход из квартиры в семь утра. Они вместе шли до метро, толком не разговаривая, потому что Антон был в наушниках, а Арсений просто не горел желанием общаться. Доходя до станции метро "Охотный ряд", они садились на разные ветки метро и ещё примерно час ехали до своего института. Параллельно с учёбой, Арсений искал себе подработку. Как бы сильно он недолюбливал Антона платить свою часть за квартиру нужно было. Антон конечно ничего не говорила Арсения по этому поводу, ведь жил в какой-то своей вселенной, но Попову было совестно. Поиски работы затягивались, ничего подходящего не попадалось. То график неудобный, то зарплата смешная, то требовали более годовой опыт работы, которого у Арсения, понятное дело, не было. Как когда-то в Питере... Но за долгое время удача наконец поворачивает лицом к Арсению. Бариста в кофетерии с гибкий графиком, да и опыт работы Арсения как раз подходил. Собеседование прошло на удивление спокойно. Миловидная девушка, представившаяся управляющей, задавала простые вопросы, больше интересовалась личными качествами, чем профессиональными навыками. Первый день пролетел в суете. Арсений запоминал названия новых для себя напитков, учился их готовить, разбирался с кассой. К концу смены гудела голова, а ноги налились свинцом. Но он был доволен. Работа была привычной, коллектив приветливым, а главное платили. Да и запах кофе, который пропитал одежду и волосы, очень успокаивал. Вечером, вернувшись домой, Арсений застал Антона за рисованием. Какие-то зарисовки в блокноте. Он сидел на диване, окружённый скомканными листами, возможно с "неудавшимися" почеркушками. — Я устроился на работу, — сказал Арсений, стараясь придать своему голосу будничный тон. Антон оторвался от своего блокнота и рассеянно кивнул, неожидав возможности диалога. — Круто... Поздравляю, — уши волка дёрнулись, понимая что ответ не совсем подходящий, но Попову как будто было всё равно. Арсений бросил сумку на пол и направился в душ. Горячая вода немного расслабила мышцы и опустошила голову. Выйдя из душа, Арсений увидел, что Антон все еще сидит на диване. Арсений не стал его отвлекать, просто отошёл в кухонную зону и достал из холодильника вчерашний ужин. Несколько дней пролетели незаметно. Арсений втянулся в работу, стал быстрее готовить напитки, лучше разбираться в кассе. Он даже начал общаться с коллегами, рассказывать им о своей жизни в Питере, правда, рассказывать было особо нечего, но темы для разговоров находились. Однажды вечером, вернувшись с подработки, медведь обнаружил полный бардак на кухне. Мало того, что вчерашняя посуда, из которой ел Антон была не помыта, так ещё и добавилась сегодняшняя. Зато самого Шастуна в квартире не было. Раздражение волной окатило Арсения. Вздохнув, он покачал головой. Сходил в комнату, переоделся и вернувшись на кухню, принялся мыть посуду. Хотелось высказать Антону всё, что накипело, но Попов знал, что это бесполезно. Шастун пропустит все мимо ушей, что удивительно, ведь они у него не маленькие. Да и он же хищник, слух должен быть замечательным. Возможно, вся проблема в наушниках, в которых Антон ходит двадцать пять на восемь. Закончив с уборкой, Арсений ушёл в комнату. Нужно сделать домашнее задание и почитать книгу. А ещё желательно составить список дел на завтра и составить план обязанностей, потому что такой беспорядок сильно раздражал. Может хоть это поможет... Посреди ночи в прихожей раздался шум, отвлёкший Попова от книги. Кто-то возился на кухне, гремел посудой. Блудный сосед вернулся. Попову стало интересно, где его носило до этого времени, но спрашивать он не стал. Тихонько приоткрыв дверь, Арсений увидел, как Антон стоит у раковины, опершись обеими руками на край столешницы. — Ты где был? — всё же не удержался Арсений. Антон вздрогнул, обернулся и прищурившись поджал губы. Он покачал головой и чуть шатаясь отошёл в сторону стола. — Гулял... А что? — Антон усмехнулся. — Ничего, — отрезал Арсений и закрыл дверь. Ведмедь вернулся к чтению, но сосредоточиться уже не получалось. Слова расплывались перед глазами, мысли путались. Он не любил недосказанность, полутона, намёки. Ему нужна была ясность, чёткость, определенность. Но Антон был полной противоположностью. Утром волк проснулся поздно, с трудом разлепил глаза. Голова раскалывалась, во рту пересохло. Он попытался вспомнить вчерашний вечер, но в памяти остались лишь обрывочные фрагменты: шумная компания друзей, громкая музыка, липкие коктейли. А потом - пустота. Он посмотрел на Арсения, что стоял возле него, и прожигал недовольным взглядом. Антон отвернулся, не в силах выдержать этот взгляд. — Я тебя сейчас холодной водой оболью, — раздражённо проговорил Арсений. Антон промолчал, медленно сел на кровати и сонно уставился в стену, пытаясь придти в себя. Арсений тяжело вздохнул и вышел из комнаты. Ему нужно было срочно выпить кофе, иначе он точно сорвется. С кухни донёсся звон посуды. Антон поморщился, словно от зубной боли. Похмелье накрыло его с головой, лишая сил и желания двигаться. Зато с школьными друзьями встретился, верно? Не в состоянии хоть как-то встать, Антон лёг обратно на подушку, оставаясь ногами на полу. — Антон! Мы же опоздаем в метро, — Арсений зашёл обратно в спальню Антона, — Ты издеваешься?.. Вставай. Арcений буравил его взглядом. Он не понимал, как можно быть таким безответственным. — Мне плохо, — прохрипел Антон, не поднимая головы. — А кому сейчас хорошо? — Арсений постоял ещё пару минут, а после вздохнул и покачал головой, — Таблетки и вода на кухне. Не забудь придумать какое-нибудь оправдание для своего института по поводу опоздания или отсутствия. Арсений ушёл, хлопнув дверью. Злость клокотала внутри, смешиваясь с усталостью. Он понимал, что Антон же взрослый человек и сам должен отвечать за свои поступки, но их совместное проживание диктовало свои правила. Правила, которые Шастун постоянно нарушал. Оставшись один, Антон с трудом поднялся и побрёл на кухню. Стакан воды и таблетка аспирина немного облегчили страдания. В голове все еще шумело, но тошнота постепенно отступала. Он посмотрел на грязную посуду, оставленную с вечера, и почувствовал укол стыда. Арсений, как всегда, всё убрал. Всегда. Через час Антон, будто выжатый лимон, сидел на паре по истории искусств. Лекция казалась бесконечной, слова преподавателя сливались в неразборчивый гул. Эту тему они разбирали уже на прошлой паре, зачем повторяться?.. Вечером, вернувшись домой, Антон застал Арсения за готовкой ужина. В квартире стоял приятный запах жареной картошки. Антон остановился около "перекрёстка" комнат, не решаясь раздвинуть свисающую зелень, что бы пройти дальше. Либо уйти к себе, либо поговорить с Арсением. — Прости, — тихо сказал Шаст, опустив голову. Арсений продолжал помешивать что-то в сковороде. — Позже, — буркнул он, не поднимая глаз. Антон предположил, что этот тон не предвещает ничего позитивного. Разговор будет тяжёлым.