Забудь обо мне

— Итак, слушайте правила... Но Кейна никто не слушал — все были заинтересованы только Помни, ожидая момента, когда её удастся расспросить. Помни же смотрела только на Джекса, который стоял вдали от всех. Джекс иногда искоса поглядывал на девушку, но сразу же отводил взгляд. — Вы меня вообще слушаете? — Кейн наконец-то заметил, что его рассказом никто не интересуется, и начал глючить. — Конечно, слушаем, — ответила Рагата, заметив, что Кейн начал глючить. Кейн быстро успокоился, будто перезагрузился, и продолжил: — Вот и славно, потому что если вы меня не слушали — вам хуже и будет. Все переглянулись. — В смысле «хуже»? Опять будет что-то жестокое? Ты в последнее время устраиваешь только жестокие приключения, — сказала Зубл. Её и так бесили переключения, особенно те, что предлагал Джекс, и складывалось впечатление, что Кейн слушает только его. Даже когда удавалось уговорить Кейна взять приключение из ящика предложений, то выпадали одни идеи Джекса. — Некогда болтать, пора на переключение! — ответил Кейн, щёлкнув пальцами. Они оказались в лесу. Никого рядом не было — все были поодиночке. — Бл*ть, прекрасно, — сказала Зубл и, решив не медлить, пошла на поиски других. Джекс, очнувшись один в тёмном лесу, сразу оглянулся и, не найдя никого, пошёл искать Помни. Ведь никого другого он видеть не хотел. Помни, оказавшись в тёмном лесу, никуда спешить не собиралась. Она стояла в панике. Хоть раньше она и ходила по тёмным заброшкам, но тогда она была в реальном мире и понимала, что её может там ожидать. А тут, в цифровом, она не представляла, что её может ждать. Но ждать ей долго не пришлось: из чащи показались ребята. Она обрадовалась и подбежала к ним. — Боже, я так испугалась! Я думала, что буду одна. Все посмотрели на неё пустым взглядом и одновременно, в один голос, начали говорить: — Ты и так одна… Помни немного пошатнулась от услышанного. — В смысле? Не понимаю… Вы же со мной? — у девушки начал немного дрожать голос. — Ты одна. Ты была одна и в реальном мире, и тут ты остаёшься одна. Думаешь, раз мы относимся к тебе по-доброму, то ты наш друг? Девушка не смогла ничего ответить — в горле застрял ком. Да ей и не дали ответить — всё сказали за неё. — Нет, ты никто. Просто бедный шут. Джекс вышел из толпы и, наклонившись к ней, продолжил уже один: — Ты очередная лохушка, застрявшая тут. Как и до тебя, и после будут появляться люди — ты не особенная для нас. Особенно… — Он остановился на секунду, взял девушку за руку, которая прошлой ночью уже начала рассеиваться. — Тебе недолго осталось. Думаешь, процесс рассеивания можно прекратить? Нет. Ты никогда не найдёшь отсюда выход. Ты окажешься в яме рассеянных, и твоя душа будет блуждать по цирку вечно… Помни молчала. Ей было страшно. Ей было больно слышать такие слова, особенно от Джекса. По щекам покатились слёзы. — Опять плачешь? Ты только и делаешь, что ревёшь, — сказала Рагата, уже стоя рядом с Джексом. Помни не выдержала: она выдернула руку из захвата Джекса и побежала прочь от них. Не разбирая дороги, не понимая, куда бежать, она не останавливалась. Ей было всё равно, куда бежать, — главное, подальше. Подальше от правды. Она и правда всегда была одна. Больше всего она боялась, что так и останется одна. А насчёт того, долго ли ей осталось… *** Джекс достаточно долго блуждал по лесу и решил присесть передохнуть. Но тут из-за дерева послышался голос: — Джекс? — Что? Кто это? — Оу, и вправду ты… Неужели уже успел забыть меня? Джекс резко поднялся и встал в ступор. Он уже слышал этот голос — голос, из-за которого не мог спать ночами. — Рибит…