Стекло и сталь

      — Сопляк… Бездарь… Урод, — горячо шептал парень, прижимая податливое тело к стене.       Его тёплое дыхание приятно обдавало шею, заставляя каждый мускул в хлипком теле напрягаться.       — С...той Оливер… Ос…остановись., — в перемешку с тяжёлыми вздохами шептал яблочник, слабо упираясь ладонями в грудь напористого парня.       Но его глаза показывали совсем другую картину. Похоть в перемешку со страстью и желанием все продолжать. Последние отголоски здравого смысла сгнили со сладким поцелуем.       Властные руки залезли под мягкую ткань рубашки. Тонкие пальцы искусно вырисовывали незамысловатые узоры в области торса. Мимолетные прикосновения к соскам заставляли парня сладостно выстанывать его имя.       Оливер знал это тело как свои пять пальцев. Каждую чувствительную точку и разумеется использовал это в удобных случаях.       Губы сместились на шею. Грубые поцелуи опалили его кожу. Старые посещения Оливера ещё не успели сойти, как образовывались новые. Тонкие капиляры подобно хрупкому стеклу лопались один за другим, образовывая багровые пятна. Словно раскалённым лезвием прошлись по нежной коже. Это были не нежные засосы, а животное желание пометить партнёра.       Влажный язык властно облизывал каждый новый укус, переодически проходясь по старым. Сладкая кровь что вяло появлялась из поврежденных мест быстро исчезала под довольные мелодичные звуки.       Тёплые ладони грубо сжимают ягодицы черноволосого, прижимая изувеченное тело к себе, пытаясь стереть любое расстояние между ними.       Спустя пару секунд рубашка Эбби улетела нахуй. Шея горела райским пламенем, а пальцы путались в волосах беловолосого.       Обжигающие уста оставляли поцелуй за поцелуем в области груди и ключиц. Тихие стоны сменились лёгкими вскриками и мольбами что-бы тот не заканчивал. Жар окутывал тело, заставляя мозг погружаться в море эйфории.       Тонкие дорожки крови перемешивались со слезами, вызывая у Оливера ещё больший прирост наслаждения.       Одна из рук сжала место… недозволенного? Хотя ему было дозволено всё. Тело уже окончательно подчинилось воле другого владельца.       — Весь день ждал этого? — язвительно прошептал парень, впиваясь мягкими губами в искусанные губы Эбби.       Сладость, горечь, похоть. Вкус крови перемешивался сквозь поцелуй. Противно. Но с его губ слишком вкусно…