Бумажные журавлики

Теперь, когда Адачи вышел из тюрьмы и стал жить с Юу, он начал замечать, до какой степени доходят его… Обсессии. Адачи ещё от Додзимы слышал, что Юу собирает бумажных журавликов в качестве волонтёрской деятельности, так что прежде он не придавал особого значения, когда Наруками при нём собирал журавликов из попавшейся под руку бумажки или чека. В прежней квартире тоже наверняка где-то потерялась парочка пташек. Но теперь он видит, что его ненаглядный в любую свободную минуту берёт что угодно, хотя бы отдалённо напоминающее бумагу, и собирает журавлика. И повторяет это до тех пор, пока ему это не надоест, или пока не закончится «бумага» под рукой. Тогда ему, конечно, придётся заняться чем-то другим. Например, взять бумагу из другой комнаты и собрать ещё одного журавлика. На вопрос Адачи о том, зачем он это делает, ему отвечают лишь то, что ему это нравится и успокаивает. Учитывая чистоплотность Юу, который сам убирает всех журавликов — это никак ничему не мешает. Поэтому такой ответ Адачи устроил. Чем бы дитятко не тешилось, лишь бы не вешалось. Чаще чем за созданием бумажных созданий Наруками можно было заметить только за взаимодействием с кошками в Инабе. Как он их кормил, гладил, игрался, даже просто сидел подле них. Любой внимательный человек всегда мог обратить внимание на кошачью шерсть на его форме. А невнимательные могли просто увидеть, как много кошек постоянно гуляло вокруг дома Додзим. Но даже невнимательный Адачи пару раз заставал Наруками за кошачьими взаимодействиями. В один из таких разов Адачи, сам не понимая почему и зачем, подошёл к Юу со спины и погладил его. От такого мальчик замер, густо покраснел, и быстро ушёл с «места преступления». Теперь же, когда Адачи гладит его по голове, тот только немного краснеет и ластится под руку. А вот когда Адачи переехал к Юу, он был крайне удивлён тем, что у того не было кошки. У него были рубашки с рисунками кошек, штаны, пояса, трусы; у него есть женское кимоно только из-за котиков на оби; на любой кухонной утвари есть по коту; на паре наборов постельного белья есть коты; половина полотенец одноцветные, а другая — с котами; на рабочих ручках всегда есть хотя бы рисунок лапки; на телефоне Юу часто проверяет игру с коллекционированием котиков. Во всём этом многообразии кошек не хватает только, собственно, настоящей кошки. Когда Адачи неловко спросил о наличии (а вернее, отсутствии) кошки, Юу ответил с милейшей улыбкой: «Я не хотел заводить кого-либо, пока не вернётся мой любимый кот. Теперь, думаю, мог бы завести ещё и кошечку». После того вечера, ему пришлось замазывать укусы от этого самого «кота». Ещё одна вещь, которую Адачи узнал только начав с ним жить — его тактильность. В Инабе Юу сам только разве что пожимал руку другу и гладил Нанако по голове, всё остальное время скорее друзья касались его. В особенности Ханамура. Но теперь Адачи часто просыпается с Юу в обнимку, несмотря на то, что у него есть собственная комната и даже если Адачи засыпал один. Даже если Адачи уснёт на диване или за компьютером, Юу его перенесёт в кровать и уснёт с ним в обнимку. Даже если Юу уснул раньше Адачи в своей комнате, утром они проснутся вместе. Единственное, что его хоть как-то способно остановить — это запертая дверь. Но Адачи отвык запирать дверь, и не очень хочет привыкать. Его особенно частые ночные обнимания начались сразу после начала их жизни вместе, тогда Юу налипал к нему и не отпускал. Порой по утрам, после совместного сна, ночная футболка Адачи немного влажная, а глаза Юу опухшие. Если ему от этого легче, то и пусть. Когда они официально вступили в отношения — они начали частенько мыться вместе. Юу, конечно же, старался делать вид, что это никак не делает его менее целомудренным, и каждый раз тщательно вымывал спину Адачи, но вот последний во время намывания часто тяпал своего партнёра за всякие интересные места и постоянно дурачился, хотя Юу явно не был против этого. Вместе с этим, Юу всегда настаивал на совместном приёме пищи. Пару раз, когда Адачи отказывался, Наруками с грустной улыбкой говорил, что в этом ничего такого, но по его глазам было видно, как это каждый раз его ранило. Из последующих комментариев Юу по поводу своих родителей, которые он бросал как будто бы невзначай, Адачи понял, что в детстве маленького Наруками явно недолюбили. Оттого понятнее его такая сильная привязанность к Инабе и Додзимам. Обычно его тактильность именно к Адачи не выходила за пределы квартиры, все обнимашки и ласки происходили в четырёх стенах их гнёздышка. Единственный раз, когда Юу обнял его при ком либо, был в день освобождения из тюрьмы. Юу было плевать на взгляды Додзимы, Нанако и работников тюрьмы. Как только он увидел освобождённого Адачи, он сразу же кинулся с объятьями, немного приподняв Адачи над землёй. Наверняка Юу был бы готов держать его так бесконечно долго, но Додзима довольно быстро подошёл и со смехом напомнил ему, что Адачи тоже нужно дышать. Весь день после освобождения Юу не мог перестать улыбаться и поглядывать на Адачи. Додзима и Нанако тоже были очень счастливы, что для самого Адачи было странно, но даже он мог бы признать, что это было немного приятно. Было видно, что они также хотели спросить и разные неприятные вопросы, но решили оставить их на потом, чтобы провести день освобождения как праздник. Нанако явно переняла рост своего отца, и выросла даже выше самого Адачи, о чём она сообщила со словами: «Теперь ты самый низкий в семье!» Никто спорить с ней не стал, и остаток ужина они провели как семья. Есть безумно вкусную домашнюю еду Юу, особенно после всего того, чем Адачи питался в тюрьме, было настоящим блаженством. А ещё Наруками обожает своих друзей. С тем, как он постоянно гулял с ними по Инабе и совершенно не подозрительно ошивался возле отдела электроники в Джунесе, и так всё было понятно. Но в его комнате также висят совместные фотографии с ними, на его прикроватной тумбочке фотография их самопровозглашённой команды сыщиков. А ещё у него есть шкатулка, где лежат все памятные вещи из того самого 2011 года. Адачи как-то поинтересовался, что в ней находится, и как прошёл его год в общем, в ответ на что Юу замялся, как будто удивившись тому, что Адачи такое вообще интересно. Можно понять почему, но это не повод при нём избегать каких-либо упоминаний его друзей, и в особенности разговоров о хороших временах из того года. Но кто знает, что творится в его красивой головушке. В итоге Юу показал ему, что в той шкатулке находятся всякие мелочи, которые подарили ему друзья в тот год. Пудреница, чек из Джунеса, игрушечный детективный значок, бейджик какой-то медсестры, письмо из детского дома. У каждого предмета была своя история, и Юу не мог не расплыться в нежной улыбке от их пересказа, когда снова вспоминал всё с ними связанное. А ещё там есть третье письмо Адачи. Юу часто его перечитывал во время заключения Адачи, пока ждал нового письма из тюрьмы (но все письма после третьего хранятся в другой, отдельной коробочке). Юу даже попросил его зачитать то самое письмо вслух, с такими интонациями и чувствами, которые хотел вложить в него Адачи. Как бы это не было неловко, он это сделал. Всё время Юу смотрел на него с нежной улыбкой, а на части с «придурок» он хихикнул, от чего сам Адачи не смог удержаться и тоже расплылся в улыбке. В его комнате не только старые инабские артефакты, с тех пор его коллекция пополнилась новыми экспонатами. Самое заметное — постер альбома Рисэтт 2016 года, но помимо него у Юу есть каждый её альбом с автографом. Пусть Рисэ и нашла себе пару в другом человеке, она всё ещё близка со своим семпаем и бывшим возлюбленным. Каждый раз, когда Адачи приходилось видеть их дружеские нежности, он не мог не скривить лицо, что вызывало у Юу только смех. Он регулярно встречается со своей «командой», даже спустя столько лет. Так что было неизбежно, что рано или поздно они должны были узнать об отношениях своего лидера. То, что они не отреклись от Наруками за его выбор партнёра, уже говорит о том насколько крепки их дружба и вера в него. Спокойнее всего к этому отнеслась Широгане. Как и должно детективу, она уже имела свои предположения, и имела средства их подтвердить самостоятельно. Для неё признание Юу о его близких отношениях со своим семпаем и (почти) серийным убийцей не являлось чем-то неожиданным, так что вполне возможно, что она знала об Адачи и Юу больше, чем они знали сами о себе. А вот рассказать о своих отношениях Рисэ Юу старался как можно более деликатно, всё-таки несколько лет назад он с ней встречался, хоть в итоге из тех отношений ничего и не вышло. После таких откровений, Рисэ плакала около двадцати минут, попутно истратив кучу салфеток, и постоянно бубнила себе под нос, что чтобы семпай полюбил её, ей надо было всего лишь убить пару человек и иметь ужасную причёску. Но со временем она смирилась, и теперь только нарочито дуется, когда по какой-то случайности видит их вместе. Адачи не совсем понял, как на его с Юу отношения отреагировал… «Мишка». Но ему это было не особо интересно. После откровений Юу медведь не желал избить Тору, так что, должно быть, всё прошло хорошо. Разве что теперь Мишка открыто пялится на Адачи при любой удобной возможности. Но это терпимо, могло быть гораздо хуже. Например, Тацуми и Сатонака действительно желали его избить. Тацуми был первым, кому Юу рассказал о своих отношениях. Адачи совсем не понимает, почему именно ему в первую очередь. Адачи бы подумал, что Тацуми ему раскрошит череп за осквернение его семпая (почему вообще его друзья до сих пор называют его семпаем?), но в итоге всего лишь поугрожал расправой, если Адачи разобьёт ему сердце, и растряс его до такой степени, что его начало подташнивать. Сатонака же сдержалась (или была сдерживаема кем-то) и в итоге лишь прожигает своим взглядом дыру в Адачи при встрече. По словам Юу, Амаги отреагировала крайне спокойно, даже бровью не повела, лишь пожала плечами. Она даже передала Адачи пару коробочек с едой, в честь начала их отношений. Это было очень мило с её стороны… Или было бы мило, если бы эту еду приготовила не сама Амаги. После одной ложки того варева сомнительного содержания у Тору потемнело в глазах, и ему пришлось как можно быстрее бежать в туалет. Единственное, что его утешало, это нежные поглаживания Юу по спине и мягкие уговоры о том, что Амаги кормила его точно тем же в школьные годы. Самая тяжёлая реакция была, ожидаемо, у Ханамуры. Адачи на месте Юу просто не стал бы рассказывать о таком, но Наруками не хотел ничего скрывать от своего лучшего друга, тем более что-то настолько важное. Так что ему пришлось пережить крик, ругательства и прекращение общения. Пережил не очень стойко, несколько раз пролив несколько чашек слёз, но Юу всё равно уверял, что не перестанет встречаться и жить с Адачи. Через пару месяцев Ёсуке снова объявился и извинился за разрыв отношений. Конечно, он всё ещё ненавидит Адачи (имеет на это полное право!), но он остыл и не захотел терять лучшего друга из-за подобного и пообещал всегда быть рядом с Юу. Они все обещали быть рядом с Юу в случае проблем и готовы были избить Адачи сколько угодно раз, если тот разобьёт ему сердце… Но и без их угроз он не желал снова разбивать его бедное сердце. Наруками всегда помогал другим. В Инабе его то и дело можно было заметить за каким-то странным или не очень делом, и почти всегда эти дела были ради кого-то. Бегает от одной близняшки к другой и задаёт им странные вопросы, покупает газировку чтобы отдать её мальчику, стоящему в паре метров, и получить от него сачок, даёт жука барменше и получает от неё хлебные крошки. Что уж говорить, он бегал по всему городу, помогая разным жителям по поручению храмовой лисы. У него явно не хватало винтиков в голове и он точно не собирается меняться в этом плане. Самое худшее в этом то, что его добротой и готовностью помочь активно пользуются. Из писем Адачи узнал, как в университете у Юу постоянно просили что-то сделать или как-то помочь и он всегда им помогал, даже когда из-за этого он жертвовал сдачей своего задания. И сейчас на работе с ним происходило то же самое. Его коллеги заваливали его своей работой, а Наруками выполнял её во вред себе. Адачи долго его называл дураком и тянул за ухо, чтобы тот научился говорить «нет». Ещё активнее Юу хочет помочь Адачи. Это было понятно ещё во время жизни в Инабе, когда Юу постоянно подкармливал нерадивого участкового, но живя с ним в одной квартире, у Юу появилось ещё больше возможностей за ним поухаживать, едва ли не по-матерински. То, что он готовит и прибирается — это в порядке вещей, Адачи от него меньшего не ожидал. Но порой Адачи приходится напоминать Юу, что да, он умеет готовить, да, он умеет убирать за собой и мыть посуду. Он умеет следить за таблетками и не забудет про следующий приём у Сономуры. Видеть, как Юу, у которого целый день на шее сидели коллеги, приходит домой уставшим и сразу же идёт за плиту, после чего всё сам убирает и камнем от усталости падает в постель, по меньшей мере неприятно. Даже такому балбесу, как Адачи, было больно на это смотреть. Так что когда в очередной раз происходит подобное, он насильно забирает у него тарелки и сам всем занимается, а Юу уж лучше понежится в ванне и отдохнёт. Видеть, как глаза Юу сразу же загораются от такого, и как по его лицу расстилается нежная улыбка, тоже неплохо… Доброта и помощь Юу всегда распространялась на всех, но не на него самого. Адачи несколько раз предлагал Юу записаться к психотерапевту, особенно после всех тех ужасных мыслей, которые Юу ему описывал в своих письмах, но тот либо откладывал это на потом и никогда не делал, либо прямо говорил, что с ним всё в порядке и у него нет нужды записываться к нему. Адачи уже начал подумывать насильно затащить его на сеанс, но Сономуре это не понравится. Но бывают времена, когда Юу замыкается в себе, отстраняется, а в его глазах становится видна столь знакомая пустота. Адачи слышал про осеннюю хандру, но у Юу она проявляется чаще всего ближе к ноябрю. В такое время практически любая мелочь может расстроить его на целый день. Адачи прекрасно понимал причину его меланхолии в эти месяцы, и старался заглушить боль Юу. Если в Инабе максимум, чем он мог попытаться его утешить, было неловкое похлопывание по плечу и неуклюжие слова приободрения, то сейчас у него есть выбор пошире и он не так стыдится пользоваться своими новыми возможностями. Посмотреть слезливые мелодрамы, которые так любит Юу, только если это вернёт свет в его глаза и вызовет улыбку. Лучше всего ему помогала, конечно же, поездка к Додзимам на пару дней. Адачи приходилось выкраивать дни и брать отпуск с работы, но это маленькая плата за счастье Юу. Наруками настаивал, что Адачи необязательно так его утешать, что он раньше сам с этим неплохо справлялся, а теперь от одного только присутствия Адачи ему легче на душе. Адачи, должен признать, был рад услышать такие слова от Юу, но свои попытки не прекращал. В конце концов, он тоже хотел бы провести время в семейной обстановке, в особенности с Юу. От жизни с Юу Адачи стал совсем мягким. Конечно, он всё ещё считает, что брак — это кладбище жизни. Но он был бы не против разделить гроб с Юу, с его журавликами и котиками.