Война для мира

Джулиан кивнул Джейсу, поразительно не желая спорить, хотя в комнату не желая тоже, но… не то чтобы у него был выбор. Джулиан сделал пару шагов, еще не выпуская Джейса из поля зрения, а после его осенило: вообще-то выбор у него был. Но… Джулиан хотел дождаться Джейса, а не чтобы тот искал его повсюду. Он, наконец, отвернулся от него и встретился взглядом с Джин, что отстала от своих. — Привет, — сказала она странное с точки зрения Джулиана, — может познакомимся? По нормальному. Много есть у нас обоих воспоминаний, но ведь сейчас все переменилось. Могли бы поболтать на пути… Куда ты там держишь путь? — В свою комнату, — ответил Джулиан, чтобы не молчать. Он не совсем понял, о каких именно воспоминаниях толкует Джин. — А мы вроде уже знакомы. — Нет, — она покачала головой. — Мы только занимались вместе. А… раз будем вместе тренироваться, то… стоит немного лучше узнать друг друга. — Зачем? — Джулиан удивился еще сильнее. Джин хмыкнула: — За тем, что люди обычно делают так, как и маги. А ты… Что не делал? — Нет, никогда. Это была правда. Джулиану и в голову такое не приходило, да и Блэйз бы не одобрил. Все контакты должны были быть полны смысла и выгоды. — Ну… все когда-то бывает впервые, верно? Меня зовут Джин, и мне очень приятно познакомиться с тобой в новых этих обстоятельствах. — Черт, да о чем ты? — Джулиан не выдержал. — Я… Ты что совсем меня не помнишь? Джулиан не помнил, в чем и признается. — Зато я помню тебя отлично. Как принца Вершителей. Однажды ты чуть не заставил меня напасть на своего. Было очень неприятно. И еще пару раз встречались. Ты запоминающийся. Джулиан побледнел и скривился. Тут вроде как полагалось принести… извинения? И он вздохнул. — У тебя очень выразительная мимика, но… я для того и предлагаю познакомиться. Как бы начать с самого начала. Джулиан теперь понял больше, и у него вышло даже оценить жест: — Ну… Хорошо. Как меня зовут ты знаешь, так что… И… «Что дальше?» — подумал Джулиан, но спросил вежливо: — А ты давно окончила школу? — Давно, нам нужны были боевые. Но нам необязательно вести светские беседы. Я только хотела сказать, что… То, что получилось сегодня, было просто отлично. Я никогда еще такого не чувствовала и так не колдовала. И… что бы ни было раньше, сейчас я рада, что ты с нами. Джулиан приложил ладонь к глазам, а после выдавил честное: — Этому я тоже рад, хотя… Ты, наверное, не должна мне верить. — Как раз наоборот, — Джин улыбнулась. — Я рада это услышать и… верю. И… Понимаю тебя про Маршала. Джулиан вспыхнул, почти не замечая, что они уже на первом этаже и теперь вместе поднимаются по лестнице. Джулиан никогда бы себе такого не позволил, но в его… последние эти дни влезло так много, даже за сегодня он успел столько всего сильного перечувствовать, что он забывался — уже не помнил, что не собирался знакомиться ни с кем, только лишь заниматься с Джейсом среди каких-то там других. И кто бы мог подумать, что у других есть имя, чувства и даже свои представления о знакомствах?

***

Вольф не особенно беспокоился, ведь… Что могло случиться с Алем рядом с Джейсом, а после Беном? Но замок полнился слухами, и Вольфа обуревала непонятная тревога. Она разрывала грудь, поджаривая изнутри. И Вольф решил побыть немного параноиком, хотя того в себе не любил. Но… Странно было делать вид, что у Вольфа нет проблем с контролем. Не таких, как у Джейса, но желание держать все под контролем их объединяло. Потому Вольф решил, что стоит заглянуть к Бену, просто так — для галочки. Ну, и еще чтобы взглянуть на Аля хоть одним глазком. А после, конечно, не извиниться, но прилично закрыть дверь, не мешая великим умам изобретать умные мысли. Постучав в кабинет Бена, Вольф толкнул дверь, не дожидаясь ответа, и… обнаружил кабинет пустым. Моргнув, Вольф привалился к двери. Как-то сразу понимая: что-то пошло не так. Бенедикт не особенно любил неожиданности в своем дне. У него было довольно четкое расписание, и Бен не нарушал его без причины — настоящий… Душнила, зато так чудно предсказуемый. Вольф напрягся и… не ощутил Аля в замке. Это был дурацкий и несовершенный способ, который работал криво и косо, не надежно, но про Аля Вольф чувствовал всегда и не ошибался. Его внутренний огонь точно знал, к кому хочет гореть, и показывал направление к Алю не хуже компаса. Но сейчас он лишь ошарашенно метался в груди. Во всяких трудных ситуациях Вольф точно знал, куда держать путь, и направился он прямиком к своему… Лучшему другу. И, лишь уже добравшись до его комнаты, припомнил, что Джейс там не один. Это требовало соблюдения формальностей и приличий. Вольф чинно постучал, говоря: — Это я. Сильно помешаю, или можно войти? — Ну, входи, — отозвался ему Джулиан. Вольфа не требовалось приглашать дважды, он толкнул дверь, обнаруживая за ней Джулиана в гордом одиночестве. Тот явно постарался для Вольфа — прилично сидел на постели по-турецки, отложив книгу. «Основы магических течений. 4 курс.» — гласило название учебника, так знакомого Вольфу. — Учишься? Похвально. А… Где Джейс? Он… Не моется, — догадался Вольф, встречая тоскливый взгляд Джулиана, полный ожиданием. — Если бы Джейс был в ванной, я бы не отвлекался на учебник, — признался Джулиан. — Зря, — это одна из лучших частей. Много практики, куча упражнений, не заскучаешь. — Я вроде и не скучаю, — согласился Джулиан, — Просто… Он снова ждал Джейса, и поначалу получалось довольно хорошо, но последние минут десять Джулиан уже немного изнывал, вспоминая первые свои дни без Джейса. — Так отчего не пойдешь к нему? Джейс… Не взял тебя, значит с Дагоном разговаривает? — Нет, — Джулиан хмыкнул. — И тебе лучше присесть, — вид Вольфа сообщал Джулиану, что тот хоть и застал чудеса магии, но пропустил самое для него главное. — Что-то случилось? — спросил Вольф проницательно, опускаясь в кресло Джейса. — Случилось, — подтвердил Джулиан. — И Джейс просил меня за ним не ходить, а подождать здесь. И я… жду. Но… Тебе он за ним не ходить не велел, — Джулиан закусил губу. — Альбедо улетел на своем пегасе, а Джейс пошел с этим разбираться, — изложил Джулиан кратко. Вольф поднялся, резко делая стойку: — Стой. А теперь все то же самое но по порядку и медленно. Джулиан чуть вздохнул и начал рассказ, сдабривая его своими ощущениями для полноты картины. Кожа Вольфа теперь чуть просвечивала, позволяя разглядеть под ней языки пламени, и Джулиан, глазея, уточнил: — Это нормально? Вольф понял его по-своему: — Нет! Это совершенно не нормально. И… Почему мне раньше никто не сказал?! Вольф сорвался с места без всяких объяснений, Джулиан только и успел соскочить с постели и крикнуть ему вдогонку: — Эй, скажи Джейсу, что… Я все еще жду его! Вольф услышал и не возражал передать послание, но… Прежде всего ему нужно было найти Альбедо. А для того следовало сначала найти Джейса. И раз уж он разговаривал с Кэмероном, то… Вольф планировал походя оторвать тому голову, сбрасывая напряжение и отваживая от Аля… всяких идиотов! Его гнев разгорался стремительно, он даже на Джейса уже сердился: ну, как можно было не сказать ему, что Аль улетел? Не позвать сразу? Не собрать поисковый отряд?!

***

Альбедо не управлял Эдельвейсом, а тому ни к чему было удаляться от школы, и они просто кружили вокруг, в какой-то момент приземляясь под деревом, что вырастили Хелен и Рэндом. Альбедо не собирался его изучать и описывать: просто раскинулся на траве, пока пегас бродил поблизости. Земля оказалась холодной, а воздух вокруг не лучше, но Альбедо ничего с этим делать не стал — не смог. Даже если он и влиял на погоду, то точно уж не по своему усмотрению. Возвращаться он не хотел, хотя замерзнуть в общем-то тоже… Потому присел, притуляясь к стволу дерева, ожидая, что вот оно-то будет греть, как печка. В дереве текли живые соки, Альбедо представлял их разноцветными и согревался в этом… Живом. Ни воздух, ни огонь, ни вода не бывали такими живыми, как земля и то, что из нее может вырасти. Эту истину Альбедо не нашел сам, ее поведал ему и Бенедикту Дагон, но вернее было и не сказать. Если только… то, чем наполнили это конкретное дерево Хелен и Рэндом, было еще живее? Альбедо потихоньку успокаивался, ему захотелось записать эту мысль, но… Было негде, и он вздохнул и прикрыл глаза, а, когда открыл, обнаружил напротив Бенедикта. — Я просто по делам, — сообщил тот деловито. — Дашь бумагу и карандаш? — Бен не жаловал перья и ручки. Бенедикт опустился с ним рядом и протянул свой блокнот, с просунутым между пружин карандашом. Альбедо записал сначала мысль Дагона, а потом свою -Бен смотрел через его руку и только кивал. — Что говорят? — спросил Альбедо. — В основном судачат о потопе и дожде после. Но я же знаю, что ты просто так не продинамил бы меня. Хотел занять себя… А что случилось? — Да так… — Альбедо вздохнул. — Я не знаю, как объяснить. — Потому не хочешь возвращаться? Альбедо просто кивнул, и Бенедикт вздохнул с ним вместе. — Ты не поверишь, но я точно знаю, как тебя ждут. Как ждали и ждут Джейса. Точно знаю, — Бен чуть усмехнулся на недоверчивый взгляд Альбедо. — Я же ждал Джейса и тебя тоже. А чтобы ты, умник, дотумкал, подумай о том, как сам бы ждал Джейса, случись что. — Очень удобно нас сравнивать, да? — Ну, да. К тому же, тебе должно быть проще такое продать. Джейс до сегодня никогда не сталкивался с тем, как это может быть — ждать его и мучиться, но вовсе не из-за каких-то там извинений. Теперь он, наверное, станет таким сговорчивым, — Бен не смог удержать улыбки, и Альбедо улыбнулся ему в ответ. — Думаешь, это такая тема воздушных? — Ну… Вы все порядочные засранцы, но нет — просто ты похож на Джейса. И лично меня это приводит в восторг, — Бен улыбнулся теперь иначе, очень ласково. — Джейс стал моим первым другом, и хотя я люблю и остальных, ты тоже для меня особенный. В общем-то… только вы считаете меня не просто душнилой, но душнилой приятным… Бен продолжил улыбаться, он лишь желал расшевелить Аля, а вовсе не убивался про себя, но их любимый младенец остался серьезен и замотал головой: — Вовсе я не считаю тебя душнилой! И Джейс тоже! Он же всегда идет к тебе советоваться! Бен взъерошил светлые волосы Альбедо: — Видишь, чужие глаза иногда видят все совсем иначе, чем свои. И что мне за дело до тупиц, что видят меня не так, как вы? Альбедо усмехнулся, приникая к Бену плечом — его тепло ощущалось не столь ярко, как жизненные силы в дереве, но принцип работал, и Альбедо без перехода сказал: — Главная сила, главная жизнь в чувстве. И Вершители выбрали главным — страх? — Скорее желание выбраться из него, — Бенедикт уже о многом успел подумать, и его скорее радовало, что Альбедо переключился на дела. — Тут знаешь как… Теплые, нежные чувства вызвать сложнее, но они сильнее любых мимолетных. Но если брать мимолетные, то приязнь слабее ужаса и тревоги… — А если ужас будет постоянным? — То, человек закончится, а из любви можно питаться бесконечно, вроде того. — Ты гений! — Альбедо оторвался от плеча Бена, с восторгом глядя на него. — Ну, я много над тем работал. Бенедикт уже почти смеялся, Альбедо смотрел на него так, что легче обычного понималось: работа Бена над всеми их гениальными озарениями, которые именно он приводил в систему, того стоит. — Вернемся? — смело предложил Бен. — Если что, могу прятать тебя в своем кабинете вечность. Альбедо погрустнел мгновенно и снова прижался к его плечу: — Не хочу. — Понимаю, — искренне отозвался Бенедикт. — Но, Аль, все и правда будут только рады. — А еще тебе и Эдельвейсу вовсе не хочется пропускать обед. Альбедо хмыкнул и уткнулся в Бенедикта лбом. — Больше того, Эдельвейсу все равно, а мне вот придется вместе со всеми терпеть твоего невыносимого Вольфа, который будет бегать и орать, требуя поисковый отряд. Я отчасти поэтому и смылся на улицу, когда ты не пришел вовремя. — Он, что, правда… Альбедо побледнел, смущаясь, а Бенедикт снова взъерошил его волосы. — Правда. Все будут волноваться, но он совсем иначе тебя ждет. Не лишай меня возможности вечно дразнить его этим фактом. Я твой любимый учитель — мне нужна эта защита! — Вечно? Альбедо смотрел доверчиво, но заметно сомневаясь, и Бенедикт обнял его. — Вечно, Аль, — подтвердил он. — Хотя не совсем уверен, что бывает что-то такое долгое. Пойдем.